Медицина Древней Греции

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Первая известная школа древнегреческой медицины была открыта в Книде в 700 году до н. э. В ней работал Алкмеон, автор первого труда по анатомии, и именно в этой школе была впервые применена практика наблюдения за пациентами. Позднее свою школу на острове Кос основал Гиппократ[1]. Несмотря на общеизвестное уважение эллинов к египетской медицине, в те времена не было успешных попыток перенести опыт египтян на греческую землю из-за недостаточного количества письменных источников и трудностей в понимании древней медицинской терминологии. Известно, впрочем, что для своих медицинских справочников греки позаимствовали множество рецептов египетских лекарств. Влияние Египта стало более очевидным после создания греческой медицинской школы в Александрии[2].

Гиппократ и «гиппократова» медицина[править | править исходный текст]

Гиппократа называют «Отцом современной медицины».[3][4]

Сборник трудов Гиппократа представляет собой основу медицинских текстов его школы. Раньше считалось, что все главы в этом Сборнике были написаны лично Гиппократом, но сегодня многие учёные полагают, что главы были написаны различными авторами на протяжении нескольких десятилетий. Из-за невозможности идентифицировать авторство, трудно сказать, какие доктрины были предложены лично Гиппократом.

Факт существования Клятвы Гиппократа подразумевает, что «гиппократова» медицина практиковалась группой профессиональных терапевтов, связанных (по крайней мере, друг с другом) строгим этическим кодексом. Желавшие стать учениками обычно делали вступительный взнос, после чего становились частью своеобразной семьи. Обучение включало в себя устные наставления и практику в роли помощника учителя, поскольку Клятва подразумевает, что ученик должен непосредственно контактировать с пациентом. Клятва также ограничивает действия терапевта («Я не дам никому просимого у меня смертельного средства») и указывает на существование другого класса врачей, возможно, схожего с хирургами («Я ни в коем случае не буду делать сечения у страдающих каменной болезнью, предоставив это людям, занимающимся этим делом»).[5]

Аристотель[править | править исходный текст]

Древнегреческий философ Аристотель был самым влиятельным ученым античности. Хотя его ранние философские работы были в большей степени спекулятивными, поздние труды демонстрируют глубокое понимание эмпиризма, основ биологии и разнообразия жизненных форм.[6] Аристотель не проводил экспериментов, полагая, что вещи вернее проявляют свою истинную природу в естественной среде обитания, чем в искусственно созданной. Тогда как в физике и химии подобный подход был признан нефункциональным, в зоологии и этологии труды Аристотеля «представляют реальный интерес».[7] Им были сделаны многочисленные описания природы, особенно мест обитания и свойств различных растений и животных, которых он вносил в свой каталог. Всего Аристотель классифицировал 540 разновидностей животных и изучил внутреннее строение по меньшей мере пятидесяти видов.

Аристотель верил, что всеми природными процессами руководят интеллектуальные цели, формальные причины.[8] Подобные телеологические взгляды давали Аристотелю основание представлять собранную им информацию как выражение формального дизайна. Например, он предполагал, что Природа не зря одарила одних животных рогами, а других бивнями, тем самым она дала им минимальный набор средств необходимый для выживания. Аристотель считал, что все живые существа можно расположить по порядку на специальной шкале — scala naturae или Великая Цепь Бытия — в самом низу которой будут находиться растения, а наверху — человек.[9] .

Аристотель придерживался мнения, что, чем совершеннее создание, тем совершеннее его форма, но при этом форма не определяет содержания. Другой аспект его биологической теории состоял в выделении трёх типов душ: растительной души, ответственной за репродукцию и рост; чувствующей души, ответственной за подвижность и чувства; и рациональной души, способной мыслить и рассуждать. Он приписывал наличие первой души растениям, первой и второй — животным, и всех трёх — человеку.[10] Аристотель, в отличие от прочих ранних философов, и вслед за египтянами полагал, что место рациональной души в сердце, а не в мозге.[11] Интересно, что Аристотель одним из первых разделил чувство и мысль.[12] Теофраст, последователь Аристотеля из Лицея, написал серию книг- «История растений» — которая является важнейшим вкладом античной науки в ботанику, он оставался непревзойденным вплоть до Средних Веков. Многие из названий, придуманных Теофрастом, дошли до наших дней, например, carpos для обозначения фрукта и pericarpion для семенной коробочки. Вместо того, чтобы опираться на теорию о формальных причинах, как делал Аристотель, Теофраст предложил механистическую схему, проведя аналогии между естественными и искусственными процессами, полагаясь на концепцию Аристотеля о «движущей причине». Теофраст также признал роль пола в репродукции некоторых высших растений, хотя это знание позднее было утрачено. Нельзя недооценивать вклада биологических и телеологических идей Аристотеля и Теофраста в западную медицину.[13].

Александрия[править | править исходный текст]

Фронтиспис к 1644 версии расширенного иллюстрированного издания книги Historia Plantarum, написанной примерно в 200 г. до н. э.

После Теофраста в Лицее больше не появилось никаких оригинальных работ. Хотя интерес к трудам Аристотеля сохранялся, их принимали, не подвергая сомнению.[14] Так что новые открытия в биологии были сделаны лишь в эпоху правления Птолемеев в Александрии. Первым учителем медицины в Александрии был Герофил из Халкедона, который внёс исправления в труды Аристотеля, поместив разум в мозг и соединив нервную систему с движением и осязанием. Герофил также четко различил вены и артерии, отметив, что последние пульсируют. Он проводил эксперименты, перерезая по очереди разные вены и артерии на шее свиньи.[15] Кроме того, он разработал диагностический метод, основанный на различении типов пульса.[16] Он и его современник Эразистрат из Кеоса изучали роль вен и нервов и прослеживали их расположение на теле человека.

Эразистрат связал более сложное, по сравнению с мозгом животных, поверхностное строение человеческого мозга с его повышенными интеллектуальными способностями. Он проводил эксперименты над птицами, взвешивая их и отмечая потерю в весе в период между кормлениями. Вслед за своим учителем он изучал пневматику и утверждал, что человеческая система кровеносных сосудов контролируется вакуумами, переносящими кровь по всему телу. Согласно физиологической теории Эразистрата, воздух поступает в тело, затем легкие гонят его в сердце, где он превращается в жизненную силу, которую артерии разносят по всему телу. Часть этой жизненной силы достигает мозга, где трансформируется в животный дух, который затем распространяется по нервам.[17] Герофил и Эразистрат проводили свои эксперименты на заключенных, которых им выдавали птолемейские цари. Они проводили вскрытие на живых людях, и, «пока те еще дышали, изучали части тела, сокрытые природой от людского взора, их расположение, цвет, форму, размер, устройство, жесткость, мягкость, гладкость и взаимосвязь».[18]

Некоторые античные анатомисты, вроде Лукреция, пытались оспаривать телеологические взгляды на жизнь, выдвинутые Аристотелем, но телеология (а после установления Христианства и натуральная теология) вплоть до 18-19 веков продолжала оставаться основой биологической мысли. Как сказал Эрнст Майр: «После Лукреция и Галена и до эпохи Ренессанса в биологии не было сделано никаких выдающихся открытий».[19] Идеи Аристотеля касательно натуральной истории и медицины сохранились, но принимались как данность.[20]

Историческое наследие[править | править исходный текст]

За время своего длительного контакта с греческой культурой римляне переняли многие медицинские идеи. Реакция ранних римлян на греческую медицину варьировалась от энтузиазма до враждебного неприятия, но в конечном счете они признали рациональность «гиппократовой» медицины.[21]

Это привело к распространению греческих медицинских теорий по всей Римской Империи, а оттуда по большей части территории Запада. Самым влиятельным римским ученым, рискнувшим продолжить и расширить традиции «гиппократовой» школы, был Гален. К сожалению, на Западе большинство материалов, посвященных исследованию текстов Гиппократа и Галена, пропали во времена раннего Средневековья после крушения Западной Римской Империи, но традиции Гиппократа и Галена в греческой медицине продолжали изучаться и применяться в Восточной Римской Империи (Византии). После 750 года н. э. мусульмане перевели некоторые труды Галена, вследствие чего многие традиции «гиппократовой» и «галеновой» медицины были внедрены в практику врачевания. Многие мусульманские учёные пытались развивать эту традицию, самым успешным из них был Авиценна. Начиная с XI века, «гиппократово- галенова» медицина начала своё возвращение на Запад Римской Империи в основном в виде переводов с арабского, но иногда и в виде греческих оригиналов. В эпоху Ренессанса многие переводы Галена и Гиппократа с греческого были сделаны со ставших доступными византийских манускриптов. Ещё в XIII веке авторитет Галена был столь велик, что многие учёные пытались включить в его теорию даже находки, противоречащие ей.

Значительные исправления в работы по анатомии Галена внесли тексты и рисунки Везалия. Но первым ударом, пошатнувшим «галеновскую» теорию циркуляции крови, была публичная демонстрация процесса циркуляции, проведённая Уильямом Гарвеем. Тем не менее, практика кровопускания, разработанная Гиппократом и Галеном, была в ходу вплоть до 19 столетия, несмотря на свою неэффективность и рискованность. Реальная замена медицинским традициям Гиппократа и Галена была найдена только после серии открытий, сделанных Луи Пастером, Робертом Кохом и другими учеными, которые доказали, что болезни вызываются не дисбалансом четырёх темпераментов, а микроорганизмами, такими как бактерии.

Примечания[править | править исходный текст]

  1. Atlas of Anatomy, ed. Giunti Editorial Group, Taj Books LTD 2002, p. 9
  2. Heinrich Von Staden, Herophilus: The Art of Medicine in Early Alexandria (Cambridge: Cambridge University Press, 1989), pp. 1-26.
  3. Useful known and unknown views of the father of modern medicine, Hippocrates and his teacher Democritus., U.S. National Library of Medicine
  4. The father of modern medicine: the first research of the physical factor of tetanus, European Society of Clinical Microbiology and Infectious Diseases
  5. Owsei Temkin, «What Does the Hippocratic Oath Say?,» in «On Second Thought» and Other Essays in the History of Medicine (Baltimore: Johns Hopkins University Press, 2002), pp. 21-28.
  6. Mason, A History of the Sciences pp 41
  7. Annas, Classical Greek Philosophy pp 247
  8. Mayr, The Growth of Biological Thought, pp 84-90, 135; Mason, A History of the Sciences, p 41-44
  9. Mayr, The Growth of Biological Thought, pp 201—202; see also: Lovejoy, The Great Chain of Being
  10. Aristotle, De Anima II 3
  11. Mason, A History of the Sciences pp 45
  12. Guthrie, A History of Greek Philosophy Vol. 1 pp. 348
  13. Mayr, The Growth of Biological Thought, pp 90-91; Mason, A History of the Sciences, p 46
  14. Annas, Classical Greek Philosophy pp 252
  15. Mason, A History of the Sciences pp 56
  16. Barnes, Hellenistic Philosophy and Science pp 383
  17. Mason, A History of the Sciences, p 57
  18. Barnes, Hellenistic Philosophy and Science, pp 383—384
  19. Mayr, The Growth of Biological Thought, pp 90-94; quotation from p 91
  20. Annas, Classical Greek Philosophy, p 252
  21. von Staden, "Liminal Perils: Early Roman Receptions of Greek Medicine, " in Tradition, Transmission, Transformation, ed. F. Jamil Ragep and Sally P. Ragep with Steven Livesey (Leiden: Brill, 1996), pp. 369—418.

Источники[править | править исходный текст]

Ссылки[править | править исходный текст]