Метареализм

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
(перенаправлено с «Метаметафора»)
Перейти к: навигация, поиск

Метареализм — течение (или школа) в русской поэзии конца 70-х-начала 90-х гг. ХХ века. Расшифровывается как «метафизический реализм» и как «метафорический реализм».[1]

Сходным образом это течение определяет Константин Кедров, вводя термин метаметафоризм.

Термин[править | править вики-текст]

Термин предложен Михаилом Эпштейном, обнародован 8 июня 1983 г. в его «Тезисах о метареализме и концептуализме», зачитанных в Центральном доме работников искусств как зачин дискуссионного вечера «К спорам о метареализме и концептуализме».[2][3][4]; он вошел, с тех пор, во все основные энциклопедии и словари; например, в «Словарь литературных терминов»[5]; некоторые представители школы вошли также и в Британнику[6] (статья «Русская литература ХХ века»). Поэзия метареализма, именно в её понимании как сугубо российской школы поэзии, по сравнению с другими тенденциями или направлениями в современной русской поэзии, обращала и обращает на себя значительное внимание в литературных кругах США (начиная с конца 1980-х и по сегодняшний день).[7]

Согласно М. Эпштейну, «метареализм напряженно ищет ту реальность, внутри которой метафора вновь может быть раскрыта как метаморфоза, как подлинная взаимопричастность, а не условное подобие двух явлений. Метареализм — это не только „метафизический“, но и „метафорический“ реализм, то есть поэзия той реальности, которая спрятана внутри метафоры и объединяет её разошедшиеся значения — прямое и переносное». Основным тропом метареальной поэзии, по Эпштейну, является метабола, отличная и от метафоры, и от метонимии.

Что такое «Мета»?[править | править вики-текст]

Русский метареализм и многое из того, что может быть соотнесено с ним, особенно сейчас, в 2000-е гг., воспринимается поэтами, лингвистами и даже философами США как одна из возможностей преодолеть тупики не только в дуализме собственного образно-метафорического плана мышления в англо-американском литературном языке как таковом, но и связанного с редукцией возможностей языка описания даже социального (плюс религиозного) позитивизма мышления в целом, в которых оказались американское общество и англо-американский язык вообще в настоящее время.[8]. Хотя (опять же, в отличие от концептуалистов) метареалисты 1980-х и не написали никакого собственного «манифеста», где бы четко излагались позиции и формулировки их литературной школы (или направления), это отнюдь не означает, что таковые не существовали — а просто, что писание литературных манифестов не входило в намерения участников движения (о чем неоднократно, н-р, говорил А.Парщиков). Это было связано ещё и со сложностью самого философского-метафизического содержания того, что есть «мета», которое многие из участников понимали (что естественно и нормально) по-разному, то есть вполне индивидуально. К примеру, Владимир Аристов в своих рефлексивных «заметках» 1997 г. о том, что есть «мета», так прямо и писал, что «мета» есть то что «мы» (то есть, поэты-«метареалисты») по-прежнему «пытаемся осознать»[9]Неоднократно, особенно А. Парщиковым и В. Аристовым, высказывалась мысль и о том, что «Монадология» Лейбница является уже как бы готовым манифестом метареализма, так как монада и есть «мета-метафора» (или, что вернее, каждое отдельное метареалистическое произведение являет собой, если воспользоваться метафорой Мандельштама, некий «океан без окна, вещество», то есть отдельную уникальную, духообразную и самомыслящую монаду, которая, по Лейбницу, «не имеет окон», но обязательно соотнесена с другими монадами). В настоящее время самими поэтами-«метареалистами», группа которых все время расширяется как за счет пишущей поэзию и «внежанровую» прозу молодежи, так и за счет тех, кто никогда раньше не соотносили себя с «метареализмом», делаются дальнейшие попытки (одновременно творческие и сугубо теоретические) заново дать определение не столько самой этой (уже названной Эпштейном) школе, сколько поэтическим, мистическим, метафизическим потенциалам, заложенным в понятии «мета-метафоры» и «метакода» конца 1970-х-начала 1990-х гг., то есть тому, что есть для и внутри самих этих терминов приставка «мета» и какие пути постижения образа (как-то: множественные реальности/единственность реальности, теория множественности мимезисов, теория динамичного хаоса, «невизуальная метафора», нахождения в ней и за счет/вне её новых конфликтов, и т. д.) ведут к его, образа, именно «уникальности» как «бытия» (то есть, к той самой «ауре», которую «вещь», по В.Беньямину, становясь «массовой», то есть переходя в масскультуру, как раз и «теряет»). Именно в этом современный «метареализм» и видит своё главнейшее отличие от современного российского «концептуализма».

Поэты-метареалисты[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Epstein M. N. Theses on Metarealism and Conceptualism // Russian Postmodernism: New Perspectives on Post-Soviet Culture. — New York, Oxford: Berghahn Books, 1999. — pp. 105—112.
  2. Эпштейн М. Н. Постмодерн в русской литературе. — М.: Высшая школа, 2005. — С. 163—195.
  3. Вопросы литературы, № 5, с. 64-72
  4. After the Future: the Paradoxes of Postmodernism & Contemporary Russian Culture. University of Massachusetts Press, 1995, 416 p. ISBN 0-87023-973-2, ISBN 0-87023-974-0; см. о «метареализме» как «мета-физическом реализме» и «мета-форическом» реализме" на с. 40, а также с. 47-50
  5. Эпштейн М. Н. Метареализм // Словарь литературных терминов
  6. Vodovozov S. A. Russia // Britannica Online Encyclopedia
  7. Из последних публикаций см.: Gibbons, Reginald On Russian Meta-Realist Poetry: A Conversation with Ilya Kutik The American Poetry Review (англ.), Mar/Apr 2007. Ранее в США вышла антология «Third Wave: The New Russian Poetry» Ed. K. Johnson & S. M. Ashby. Preface by M. Epstein, A. Wachtel, A. Parshchikov. University of Michigan Press, 1992 ISBN 0-472-06415-0. В предисловии к ней и в отдельных персоналиях уже была проведена чёткая эстетическая граница между метареализмом и концептуализмом (см. с. 10, 53, 184). О метареализме делаются (особенно американцами, очень часто не имеющими отношения к так называемой «славистике») бесконечные доклады на всевозможных конференциях, пишутся статьи, диссертации и даже книги.
  8. Edmond, Jacob Lyn Hejinian and Russian Estrangement // Poetics Today Spring 2006 27(1): 97-124
  9. Аристов В. В. Заметки о «мета» // Журнал поэзии. — М.: Изд. дом Русанова, 1997. — Вып.4 (16). — С. 48-60.

Ссылки[править | править вики-текст]

  • Статья 1986 года, с дополнениями, вошла в книгу: M. Эпштейн. Парадоксы новизны. О литературном развитии Х1Х-ХХ веков. Москва: Советский писатель, 1988, с.139-176.

Литература[править | править вики-текст]