Миронов, Николай Михайлович (коллекционер)
| Николай Михайлович Миронов | |
|---|---|
| Дата рождения | 1870-е |
| Дата смерти | 1917 |
| Место смерти | Москва |
| Гражданство |
 Российская империя |
| Род деятельности | коллекционер |
Никола́й Миха́йлович Миро́нов (1870-е — 1917) — русский купец, собиратель предметов декоративно-прикладного искусства. Член комиссии археологического общества «Старая Москва» и попечительского совета Театрального музея имени А. А. Бахрушина. В 1917 году около 800 предметов старины из коллекции Миронова были переданы в дар Императорскому историческому музею.
Биография
[править | править код]Родился в 1870-х годах (точную дату исследователи не указывают) в семье состоятельного купца, учился в Московской практической академии коммерческих наук. Отец Миронова довольно рано ушёл из жизни; после его смерти Николай Михайлович стал главой семейного предприятия. Поскольку работа его компании была стабильной и отлаженной, у молодого купца оставалось много времени на увлечения: он играл в футбол и лаун-теннис, ездил на автомобиле, охотился. Переломный момент в биографии Миронова наступил во время путешествия по Западной Европе, где его внимание привлекли экспонаты музеев и художественных галерей. Возникший во время поездки интерес к искусству определил новую сферу деятельности: Миронов стал завсегдатаем выставок, участником аукционов, посетителем букинистических магазинов и антикварных лавок[1].
Дом на 3-й Мещанской улице, где Миронов жил вместе с матерью, стал не только хранилищем собранных им предметов декоративно-прикладного искусства, но и местом встреч с коллегами-коллекционерами, литераторами, живописцами, любителями старины. Сам дом, перестроенный по проекту архитектора Ильи Бондаренко, выглядел как ампирный особняк; в примыкавшем к нему парке был поставлен фонтан с мраморными скамейками и возведена беседка «Храм любви». Кроме городского дома Миронов имел подмосковную усадьбу близ станции Крюково, реконструированную в соответствии с проектом Бондаренко; там был устроен «уголок, в котором можно почувствовать себя во времена Пушкина и декабристов»[2].
В последние годы жизни Миронов активно занимался общественной деятельностью; она была связана с участием в работе археологического общества «Старая Москва» и попечительского совета Театрального музея имени А. А. Бахрушина[2].
Хорошо образованный и прекрасно воспитанный, он рано увлёкся отечественной стариной и коллекционировал красивые вещи, отдавая предпочтение фарфору. На приобретение старинных вещей он тратил большие деньги. Коллекционерство сблизило его с моим отцом, в атмосфере нашего дома он чувствовал себя непринуждённо и быстро вошёл в число наших постоянных посетителей[3].
Коллекция
[править | править код]Миронов, по свидетельству современников, за сравнительно короткое время сумел собрать превосходную коллекцию предметов декоративно-прикладного искусства. Среди них — серебряные вещи, изготовленные мастерами Севера; уникальные экземпляры фарфоровых изделий (оригинальные табакерки, статуэтки в национальных костюмах); старинные изделия из так называемого молочного стекла[4].
Перед приобретением той или иной вещи Миронов изучал соответствующую литературу, советовался с экспертами. Стремясь оградить себя и коллег от фальшивых предметов, он создал в своём хранилище особый раздел, связанный с подделками (в основном под серебро и фарфор); этот уголок считался своеобразной «изюминкой» мироновской коллекции. Каждая из поддельных вещей была снабжена подробным описанием деталей имитации, их отличием от оригинальных изделий, а также указанием места и времени их изготовления[2].
Миронов не держал свою коллекцию взаперти и предоставлял собранные им предметы на различные выставки. Так, в числе экспонатов Елизаветинской выставки, проходившей в 1910 году в Петербурге под эгидой Академии наук, были изделия из серебра и вещи из черни, входившие в его собрание. В 1912 году он передал часть экземпляров из своего хранилища на выставку «В память 1812 года»[2].
Судьба коллекции
[править | править код]В 1917 году Николай Миронов тяжело заболел. Его собрание осталось без присмотра, и мать коллекционера, Е. Н. Шелягина, передала почти 800 хранившихся в доме старинных предметов в дар Императорскому историческому музею[5]. В их числе был, к примеру, такой памятник экипажного искусства, как деревянные сани. В музейном отчёте указывалось, что «судя по имеющемуся на них гербу дома Вазы и по их устройству, они имеют скандинавское происхождение»[6].
Миронов скончался вскоре после революции 1917 года. Архитектор Илья Бондаренко предложил увековечить память коллекционера изданием каталога с полным перечнем предметов из его собрания. Составление этого систематизированного списка было начато специалистами Исторического музея, но каталог так и не был опубликован[5].
Примечания
[править | править код]- ↑ Полунина, 1997, с. 207.
- ↑ 1 2 3 4 Полунина, 1997, с. 208.
- ↑ Бахрушин, 1994, с. 403—404.
- ↑ Полунина, 1997, с. 207—208.
- ↑ 1 2 Полунина, 1997, с. 209.
- ↑ Фагурел, 2011, с. 272.
Литература
[править | править код]- Полунина Н., Фролов А. Коллекционеры старой Москвы: Биографический словарь / Предисловие С. О. Шмидта. — М.: Независимая газета, 1997. — С. 158—161. — 528 с.
- Фагурел Ю. Е. История формирования коллекции маскарадных саней в Государственном историческом музее // Вестник РГГУ. — 2011. — № 17. — С. 264—274.
- Бахрушин Ю. А. Воспоминания. — М.: Художественная литература, 1994.