Молчаливое большинство

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Участница демонстрации Tax Day March в Нью-Йорке, 16 апреля 2017 года

Молчали́вое большинство́ (англ. silent majority) — масса людей, которые не выражают своё мнение публично и, как правило, не участвуют в общественной и политической жизни[1]. По Ж. Бодрийяру, молчаливое большинство характеризуется общей пассивностью, инертностью и склонностью к конформизму[2].

Термин был популяризирован в США в конце 1960-х годов — в частности, после обращения президента Ричарда Никсона к нации по поводу войны во Вьетнаме. В своей речи Никсон противопоставил «огромное молчаливое большинство Америки» (англ. the great silent majority of my fellow Americans) «громкоголосому меньшинству» (vocal minority), которое активно протестовало против продолжения военных действий и требовало немедленного вывода войск из Вьетнама[3]. Под «молчаливым большинством» Никсон подразумевал средний класс, миллионы патриотично настроенных американцев, живущих вдали от политического центра и не получающих должную репрезентацию в СМИ.

В политике[править | править код]

«Молчаливое большинство» стало политическим клише и широко используется в медиа и в публичных выступлениях политиков и общественных деятелей.[4] Эту фигуру речи, как правило, используют приверженцы популизма, приравнивая «молчаливое большинство» к «народу» в целом и желая выступать от его имени. Популисты основывают свою риторику на идее гомогенности общества, на солидарности убеждений его «молчаливых» представителей[5].

Соединённые Штаты Америки[править | править код]

Первые упоминания американского «молчаливого большинства» звучали задолго до обращения Ричарда Никсона к нации в 1969 году.

Уоррен Гардинг принимает номинацию от Республиканской партии на крыльце своего дома в Мерионе, Огайо, 20 июля 1920 года

Уоррен Гардинг, 29-й Президент США, использовал эту фигуру речи в рамках своей президентской кампании в 1920 году.[6] Номинант от Республиканской партии делал ставку на «возвращение к нормальности» — к состоянию страны до начала Первой мировой войны. Претендуя на выражение интересов большинства американцев, Гардинг, однако, не выезжал на встречи с избирателями и предпочёл тактику «кампании с парадного крыльца»: избиратели сами приезжали к нему в Мерион, штат Огайо, чтобы услышать его выступления и задать вопросы.[7] По итогам президентского голосования Гардинг набрал 404 голоса коллегии выборщиков (60,2 % голосов избирателей) и стал первым президентом США, занявшим Белый дом в должности действующего сенатора.

Термин «молчаливое большинство» использовался и в рамках кампании Калвина Кулиджа, 30-го Президента США. Продвижением кандидата занимался Брюс Бартон, сторонник Республиканской партии. Он тщательно прорабатывал положительный образ Кулиджа в прессе, расставляя акценты на его неутомимом трудолюбии и протестантских ценностях.[8] По замыслу Бартона, Кулидж мог стать олицетворением «белой» сельской Америки. В своей статье «О Калвине Кулидже» в еженедельном журнале Collier’s Бартон писал:[8]

Великое множество американцев — ни радикалы, ни реакционеры. Эти люди — не левые и не правые; они живут в своих домах, много работают, и очень хотят, чтобы государство вернулось к старому доброму правилу: как можно реже вмешиваться в жизни своих граждан. Иногда кажется, что у огромного молчаливого большинства так и нет своего представителя.

Но Кулидж — с ними. Он живёт, как они, работает, как они, и хорошо их понимает.

Джон Ф. Кеннеди упоминал «молчаливое большинство» в своей книге «Профили мужества», за которую в 1957 году получил Пулитцеровскую премию. Описывая портреты американских политических лидеров, Кеннеди противопоставлял «молчаливое большинство» Америки и «громогласное меньшинство»[9]. Ричард Никсон получил подписанную книгу из рук Кеннеди в январе 1956 года.

Клише «молчаливое большинство» было созвучно с риторикой Никсона. Старший советник президента Патрик Бьюкенен вспоминал, как в 1968 году готовилась речь Никсона по итогам Национального конвента Демократической партии, который закончился жестоким разгоном протестующих. В служебной записке Бьюкенен писал Никсону: «Я бы использовал протестующих, самых худших из них… как подтверждение Ваших аргументов. Я бы вновь сослался на молчаливое большинство, на тихих американцев, чьё дело — правое. Они заслуживают быть услышанными»[10]. Никсон вернул записку, в которой выражения «молчаливое большинство» и «тихих американцев» были подчёркнуты.

В октябре 1969 года в США прошла массовая демонстрация против войны во Вьетнаме: по всей стране на улицы вышли около двух миллионов человек[11]. Протестующие выступали против затянувшейся войны и требовали немедленного возвращения солдат домой. Предвыборные обещания президента Никсона по поводу «секретного плана» по скорейшему завершению войны не оправдались.

3 ноября 1969 года Никсон выступил с обращением к нации. Президент объявил о новой концепции американской политики во Вьетнаме — так называемой доктрине «вьетнамизации». Никсон утверждал, что достижение «почётного мира» (англ. peace with honor) невозможно через немедленное выведение войск; американский контингент будет сокращён, но военные действия не прекратятся. Вспоминая массовые протесты, Никсон подчеркнул, что протестующие находятся в меньшинстве — в то время как «огромное молчаливое большинство Америки» солидарно с действующей администрацией и по-иному смотрит на войну во Вьетнаме[12].

В течение почти 200 лет политика нашего государства осуществлялась, в соответствии с нашей Конституцией, избранными всем народом лидерами в Конгрессе и в Белом доме. Если громогласное меньшинство, при всей его пылкости в отстаивании своей позиции, одержит верх над разумом и волей большинства, будущего у нашего государства как свободного общества не будет. /…/

И поэтому сегодня вечером я прошу вас, огромное молчаливое большинство Америки, оказать мне поддержку[3].

Президент Никсон и начальник штаба Г. Р. Холдеман в окружении писем на следующий день после обращения Никсона к нации, 1969 год

Американское общество бурно отреагировало на выступление Никсона. На следующий день после обращения к нации в Белый дом поступили десятки тысяч писем со словами одобрения.[13] Согласно результатам опроса Института Гэллапа, 77 % американцев поддержали курс Никсона во Вьетнаме; 75 % опрошенных были уверены, что «молчаливое большинство» — это те, кто считают, что протестующие зашли слишком далеко[14]. 5 ноября 1969 года в New York Times появилась официальная интерпретация термина «молчаливое большинство»: «широкий и, как правило, не выступающий публично срез американского общества, который до вчерашней ночи не высказывал своё мнение о войне» (англ. large and normally undemonstrative cross section of the country that until last night refrained from articulating its opinions on the war[13]). Никсон говорил о белых трудолюбивых американцах, жителях сёл и небольших городов, о которых, как правило, не пишут в прессе.

15 ноября 1969 года 500 000 протестующих против войны во Вьетнаме вышли к монументу Вашингтону. Никсон сообщил журналистам, что никакой акции протеста не заметил — во время митинга он смотрел футбол[13]. По словам историка Джерарда де Грута, после положительной общественной реакции на речь о «молчаливом большинстве» Никсон был уверен, что это большинство американцев — на его стороне, а не на стороне протестующих.

Выражение «молчаливое большинство» вскоре стало универсально применимым для двух сторон. Протестующие, в свою очередь, также использовали это клише в своей риторике. Их интерпретация была противоположна интерпретации Никсона: протестующие называли «большинством без голоса» себя, а не американцев, поддерживающих новую военную доктрину.

Линия «молчаливого большинства» нашла своё продолжение и в последующих президентских выборах. В 1970 году, за два года до переизбрания Никсона, начальник штаба Гарри Роббинс Холдеман стал инициатором плана по мобилизации «молчаливого большинства» по всей стране. В рамках этого плана во всех 50 штатах были открыты отделения корпорации «Silent Majority Inc.»[15]. В задачи корпорации входила организация прогосударственных митингов и демонстраций.

Одно риторическое выражение Никсона обозначило новую популистскую категорию[15]. Эта категория продолжает влиять на то, как два противоборствующих политических лагеря обращаются к своим сторонникам и борются за расширение своего влияния. По словам историка Рика Перлштайна, понятие «молчаливого большинства» — это квинтэссенция политической философии самого Никсона: «это идея, что существуют два типа американцев; есть обычные ребята, принадлежащие среднему классу и живущие в домах за белым заборчиком, которые играют по правилам, платят налоги и не протестуют… А есть левые[16]». Ещё короче «молчаливое большинство» описал автор Ричард Скэммон: «немолодые, небедные и нечёрные» (англ. unyoung, unpoor and unblack[17]).

Дональд Трамп и его сторонники с постерами «Молчаливое большинство — за Трампа», 3 сентября 2015 года

«Молчаливое большинство» вернулось в политический дискурс и в американские медиа в рамках президентских выборов 2016 года. Номинант от Республиканской партии Дональд Трамп часто использовал это клише как в предвыборных речах, так и в своих постах в Твиттере. Трамп регулярно подчёркивал, что «молчаливое большинство» Америки чувствует себя покинутым, забытым и оскорблённым, а также то, что «молчаливое большинство» возвращается в политику, и он готов быть его законным представителем[16] Характерный твит Трампа, содержащий отсылку к «молчаливому большинству» (от 19 августа 2015 года):[18]

Жду завтрашнюю поездку в Нью-Гэмпшир.

Молчаливое большинство возвращает себе нашу страну.

Мы СДЕЛАЕМ АМЕРИКУ ВЕЛИКОЙ СНОВА!

По результатам исследования Института Гувера, в сентябре 2015 года более трети сторонников Трампа были старше 65 лет — а значит, они ещё могли помнить речь Никсона о «молчаливом большинстве» и её последствия.[19]

Как и в случае переизбрания Ричарда Никсона в 1972 году, популизм Трампа и регулярная апелляция к «молчаливому большинству» сыграли роль в его победе. По итогам выборов многие журналисты также писали о фатальной роли политической корректности. Невозможность выражения правых взглядов в либеральном обществе сделала победу Трампа неожиданной для большинства демократов.[20] Колумнист Мэри Уитэйкер утверждала, что невидимость сельской республиканской Америки и стигматизация сторонников Трампа позволили ему победить: «Те, кто не могли позволить себе публично поддержать Трампа, использовали приватность своих кабин для голосования. Молчаливое большинство Америки словно спрашивает: а теперь вы нас слышите?».[20]

Согласно прогнозу историка Рика Перлштайна, «молчаливое большинство» как клише и как образ мышления уже не исчезнет из американской политической риторики. Он ассоциирует этот образ мышления с чувством отчуждения, которое возникает у представителей сельского среднего класса в период политических и социальных перемен.[16]

Италия[править | править код]

В Италии под «молчаливым большинством», как правило, подразумевают одноимённое политическое движение. 7 марта 1971 года члены «Молчаливого большинства» впервые вышли на демонстрацию на площадь Кастелло в Турине[21]. Протестная акция не принесла весомых результатов, но позволила организаторам заявить цель движения: мобилизацию среднего класса области Ломбардия. Члены «Молчаливого большинства» стремились вывести на улицы тех, кто не привык выходить на демонстрации и публично заявлять свои требования. Движение привлекло миланских правоцентристов, а также консервативно настроенных антикоммунистов с разных сторон политического спектра. 11 марта 1971 года первая крупная акция протеста прошла в Милане.

В 1973 году движение «Молчаливое большинство» призвало миланских читателей к бойкоту газеты Corriere della Sera. По словам основателей движения, главный редактор Пьеро Оттоне стал слишком левым, и это отразилось на содержании его газеты[22].

Убийство полицейского Антонио Марино в Милане, 12 апреля 1973 года

Члены «Молчаливого большинства» не были аффилированы с какой-либо политической партией. На демонстрации они выходили только с итальянским триколором, без партийных символов. Но отсутствие символики не спасло движение от обвинений в поддержке неофашизма. В так называемый «чёрный четверг», 12 апреля 1973 года на демонстрации в Милане два неофашиста бросили гранату в полицейского Антонио Марино. Полицейский был убит, и этот инцидент отметил фактический конец движения «Молчаливое большинство»[21].

Движение просуществовало только три года, но закрепило термин и понятие «молчаливое большинство» в итальянском политическом языке.

В социальной теории[править | править код]

Интерпретация Жана Бодрийяра[править | править код]

Природа «молчаливого большинства» стала объектом исследования французского философа и социолога Жана Бодрийяра в его эссе «В тени молчаливого большинства, или конец социального».

Автор рассуждает о пассивности масс и о том, как их всепоглощающая инертность деконструирует социологию как науку. По Бодрийяру, массы не только не могут быть кем-либо репрезентированы, но и в принципе не подлежат порядку представления. Репрезентацию могут получить классы или народы, но не «молчаливое большинство» — оно в принципе не является субъектом истории. Массы сравниваются с «пучиной, в которой исчезает смысл», с «чёрной дырой, куда проваливается всё социальное».[2] Следовательно, любое обращение к «молчаливому большинству» не имеет значения, потому что оно неспособно генерировать какой-либо ответ.

Они могут быть «намагничены» — социальное окружает их, выступая в качестве статического электричества, но большую часть времени они образуют «массу» в прямом значении слова, иначе говоря, всё электричество социального и политического они поглощают и нейтрализуют безвозвратно.

Они не являются ни хорошими проводниками политического, ни хорошими проводниками социального, ни хорошими проводниками смысла вообще. Всё их пронизывает, всё их намагничивает, но всё здесь и рассеивается, не оставляя никаких следов. И призыв к массам, в сущности, всегда остаётся без ответа.[2]

Бодрийяр описывает молчание масс как «единственно подлинную проблему современности».[2] От «молчаливого большинства» постоянно требуют реакции, и отсутствие этой реакции рано или поздно невозможно будет игнорировать. Молчание масс — это их единственно возможная практика, «неизвестное политического уравнения, аннулирующее любые политические уравнения». Это же и их главная угроза, которую политическим элитам ещё предстоит в полной мере осознать. По Бодрийяру, молчание — это то, что делает массы массами.

Автор развенчивает миф о том, что пассивность масс выгодна политическому режиму, и политики эффективно манипулируют массами. Молчание большинства, подобное молчанию животных, несёт в себе отсутствие какой-либо социальной энергии. Любые манипуляции, которым подвергают «молчаливое большинство» социологи, не могут дать результата, так как масса не способна артикулировать своё мнение или объяснить мотивы своих действий. Более того, она и не нуждается ни в мотивах, ни в действиях, ни в истине как таковой. Масса не может принимать участия в чём-либо или ответить на поставленный вопрос, потому что безразлично пропускает через себя всю поступающую информацию и любое направленное на неё воздействие.

Бодрийяр считает, что безразличие масс — это зловещий знак для властей. Власти не могут манипулировать «молчаливым большинством» — в этой игре обе стороны участвуют на равных. Референция к «молчаливому большинству» не может быть политически выгодной, не может оправдывать политические ходы. Теперь масса становится молчаливым и безразличным зрителем происходящего на политической арене.

Сегодня последствия этой стратегии оборачиваются против самой власти: безразличие масс, которое она активно поддерживала, предвещает её крах. Отсюда радикальная трансформация её стратегических установок: вместо поощрения пассивности — подталкивание к участию в управлении, вместо одобрения молчания — призывы высказываться.

Но время уже ушло. «Масса» стала «критической», эволюция социального сменилась его инволюцией в поле инертности.[2]

Бодрийяр также развенчивает популярный миф о том, что СМИ способны манипулировать массами и общественным мнением. Он утверждает, что «масса есть медиум гораздо более мощный, чем все средства массовой информации, вместе взятые». Философ перефразирует тезис Маршалла Маклюена из его книги «Понимание медиа»: «Mass(age) is the message»[2] (в оригинале — англ. «Medium is the message»).[23] По Бодрийяру, динамика массы резистентна к влиянию медиа, и, напротив, сама поглощает динамику средств массовой информации, как чёрная дыра.

Критика и обсуждение[править | править код]

Одно из оснований критики понятия «молчаливое большинство» в западных СМИ — это широта интерпретации клише. В соответствующей трактовке «молчаливое большинство» может в итоге оказаться тем, что в интерпретации Ричарда Никсона было «громогласным меньшинством»[24]. Двумя понятиями легко манипулировать, принимая одну часть социума за другую.

Например, в статье колумниста Каса Мудде для The Guardian от 6 сентября 2018 года поднимается вопрос о том, можно ли традиционно ставить знак равенства между «молчаливым большинством» и популизмом. Согласно результатам исследования, проведённым Pew Research Center, этот доминирующий нарратив в медиа более не соответствует реальности. Опрос граждан из восьми европейских стран показал, что популистские партии не вызывают должного доверия у избирателей и уступают в популярности социал-демократическим[25]. Популизм как таковой называют признаком «громогласного меньшинства», и к политическим запросам большинства он отношения не имеет[24].

Другое основание для критики термина — наличие расовой окраски. Во время предвыборной кампании Дональда Трампа клише «молчаливое большинство» получило интерпретацию в СМИ как «белое большинство, которое хочет вернуть себе свою страну»[26]. Вспоминая речь Президента Никсона, журналисты приходили к выводу, что расовые обертоны этого понятия так и не исчезли. Историк из Мичиганского университета Мэтью Ласситер подтверждает, что концепция «молчаливого большинства» Никсона была «безоговорочно белой»[15]. Сам Никсон осторожно упоминал цветное меньшинство и не спешил приравнивать его к «молчаливому большинству».

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. «Silent majority» // Oxford English Dictionary (англ.).
  2. 1 2 3 4 5 6 Бодрийяр, Жан. В тени молчаливого большинства, или Конец социального = À l’ombre des majorités silencieuses ou la fin du social / Пер. с фр. Н. В. Суслова. — Екатеринбург: Издательство Уральского университета, 2000.
  3. 1 2 Речь Ричарда Никсона от 3 ноября 1969 года // История США в документах, 2006—2013.
  4. Rentoul, John. One man’s war on clichés (does what it says on the tin) // Independent, 14 июня 2011 года (англ.).
  5. Мюллер, Ян-Вернер. Что такое популизм? / Пер. с англ. под науч. ред. А. Смирнова. — М: Изд. дом Высшей школы экономики, 2018.
  6. Weber, Matthew. The True Story Behind President Nixon’s Silent Majority // Historycollection.co.
  7. Dean, John W. Warren G. Harding: The American Presidents Series. — Henry Holt and Co., 2004, p. 71—73.
  8. 1 2 Buckley, Kerry W. A President for the «Great Silent Majority»: Bruce Barton’s Construction of Calvin Coolidge // The New England Quarterly, vol. 76, no. 4, 2003, p. 599—602.
  9. Кеннеди, Джон Ф. Profiles In Courage. — Harper Perennial Modern Classics, 2006. p. 260—261.
  10. Бьюкенен, Патрик. The Greatest Comeback: How Richard Nixon Rose from Defeat to Create the New Majority. — Crown Forum, 2015. p. 733—734.
  11. Millions march in US Vietnam Moratorium // BBC On This Day, 15 October 1969.
  12. President Richard Nixon Address to the Nation on the War in Vietnam, November 3, 1969. — Richard Nixon Presidential Library and Museum, 2017.
  13. 1 2 3 Wicker, Tom. One of Us: Richard Nixon and the American Dream. — Random House, 1991.
  14. DeGroot, Gerard. The Seventies Unplugged: A Kaleidoscopic Look at a Violent Decade. — Picador, 2011.
  15. 1 2 3 'Lassiter, Matthew D. Who Speaks for the Silent Majority? // The New York Times, 2 Nov. 2011.
  16. 1 2 3 Sanders, Sam. Trump Champions The 'Silent Majority', But What Does That Mean In 2016? // NPR, 22 Jan. 2016.
  17. Scammon, Richard. The Real Majority. — Coward-McCann, 1970, p. 57.
  18. Donald J. Trump on Twitter (англ.), Twitter. Дата обращения 6 ноября 2018.
  19. Brady, David; Rivers, Douglas. Decoding Trump’s Supporters. — Hoover Institution, Stanford University. 15 Sep. 2015.
  20. 1 2 Whitaker, Marie. Rural America and a Silent Majority Powered Trump to a Win // NBC News, 9 Nov. 2016.
  21. 1 2 Zavoli, Sergio. La notte della Repubblica. — Rome, Nuova Eri, 1992.
  22. Brambilla, Michele. L’eskimo in redazione. — Milan, Ares, 1991.
  23. McLuhan, Marshall. Understanding Media: The Extensions of Man. — The MIT Press, 1994, p. 9.
  24. 1 2 Mudde, Cas. Populists aren’t a silent majority — they’re just a loud minority // The Guardian, 6 Sep. 2018.
  25. Simmons, K., Silver, L., Johnson, C., Taylor, K., Wike, R. In Western Europe, Populist Parties Tap Anti-Establishment Frustration but Have Little Appeal Across Ideological Divide. — Pew Reserach Center, 12 Jul. 2018.
  26. Cillizza, Chris. Donald Trump likes to talk about the ‘silent majority’. For many, that has racial overtones... // The Washington Post, 27 Aug. 2015.

Литература[править | править код]

  • Perlstein, Rick. Nixonland. — Scribner, 2008. — ISBN 0-7432-4302-1.
  • Бьюкенен, Патрик. The Greatest Comeback: How Richard Nixon Rose from Defeat to Create the New Majority. — Crown Forum, 2015. — ISBN 978-0553418651.
  • Wicker, Tom. One of Us: Richard Nixon and the American Dream. — Random House, 1991. — ISBN 978-0394550664.
  • DeGroot, Gerard. The Seventies Unplugged: A Kaleidoscopic Look at a Violent Decade. — Picador, 2011.
  • Scammon, Richard. The Real Majority. — Coward-McCann, 1970.
  • Мюллер, Ян-Вернер. Что такое популизм? = Was ist Populismus? Ein Essay / Пер. с англ. под науч. ред. А. Смирнова. — Москва: Издательский дом Высшей школы экономики, 2018.
  • Бодрийяр, Жан. В тени молчаливого большинства, или Конец социального = À l’ombre des majorités silencieuses ou la fin du social / Перевод с фр. Н. В. Суслова. — Екатеринбург: Издательство Уральского университета, 2000.