Мясопуст

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Пасхалия зрячая (535 лист) из Типикона 1782 года издания, в котором в настоящее время для наглядности выделены Мясопуст великий и Петров мясопуст

Мясопу́ст (глаг. ⰿⱗⱄⱁⱂⱆⱄⱅⱏ, церк.-слав. мѧсопоу́стъ, укр. м'ясопу́ст, болг. месопу́ст «начало поста», сербохорв. месопуст, словен. pust[1], mesopȗst «канун поста», чеш. masopust, словацк. mäsopust, польск. mięsopust, zapusty, karnawał[2] «масленица, карнавал»[3], Мясопустная неде́ля[4], Мясопу́стная седми́ца, Мясопустница[5];) — термин, которым в христианской аскетической практике называется период заговенья на мясные продукты перед Великим постом (масленица)[6][7].

Этимология[править | править вики-текст]

По мнению литургиста К. Никольского, это калька с древнегреческого Ἀπό-κρεω «мясо оставляю», «мясо отпускаю» и с латинского carnis privium — «мяса отпуст»[8]. Макс Фасмер считает, что это, вероятно, калька из лат. carnisprivium или ср.-лат. саrnevalе, обращая также внимание и на диалектное итальянское саrnelаsciarе и более отдалённое позднегреческое ἀπόκρεως «время карнавала»[3]. Кроме того, Фасмер соотносит церк.-слав. мѧсопоу́стъ с др.-греч. τεσσᾰρᾰκοστή, приводя значение «сорокадневный пост». По мнению же Т. В. Булыгиной и А. Д. Шмелёва, калькой слова «carnevale» стали первоначально термины западнославянских языков, уже в свою очередь заимствованные русским языком[9].

В. М. Истрин, изучивший и издавший «Хронику Георгия Амартола», один из памятников славянской литературы X—XI веков, установил, что славянское слово «мѧсопоустъ», употреблённое в произведении, соответствует «ἀπόκρεως» («мясо оставляю») в оригинале[10]:

бысть же и развращение ѡ пасцҍ, множаише ѿ людїи створиша мѧсопоустъ прежде царѧ, царь (Иустиниан) же повелҍ едину неделю продати мѧсо, вси же мѧсопродавци заклѧша, и никтож не коуплѧше, ибо не ѩдѧхоу, пасха же бысть. ѩко царь повелҍ, и ѡбрҍтошѧ людие постившесѧ недѣлю излише[11]

Начиная с X века, прилагательное «мясопустный», образованное от слова «мясопуст», употребляется на глаголице и кириллице в устойчивых выражениях Суббота мясопустная, Неделя мясопустная в евангелиях-апракосах, например: Ассеманиево Евангелие[14], Остромирово Евангелие[15], Архангельское Евангелие[16].

В славянских источниках используется также слово «мѧсопуща», которое имеет значение: Четыредесятница, Великий пост. Иногда в славянских источниках и слово «мѧсопоустъ» используется как синоним слова «мѧсопуща»[17].

Противоречивость определений[править | править вики-текст]

В различных исторических регионах, где традиционно исповедуется христианство, под Мясопустом могут подразумеваться разные по своему смыслу понятия: сы́рная[4]; укр. м᾽ясопу́ст, церк.-слав. мѧсопоустъ «сорокадневный пост», болг. месопу́ст «начало поста», сербохорв. месопуст, словен. mesopȗst «канун поста», чеш. masopust, словацк. mäsopust, польск. mięsopust «масленица, карнавал»[3])

Среди прочего, проблемы адекватного толкования слова «мясопуст», термина календарной ритуальной сферы, усугубляются возможностью смешения в данной сфере различных культурных традиций, как то христианства и язычества, православия и католичества[18]. Например, по сведениям, собранным в конце XIX века в Галиции униатским священником Михаилом Зубрицким, можно сделать вывод, что среди подвергавшегося окатоличиванию славянского населения Австро-Венгерской империи считалось, что конец мясоеда отмечается не в мясопустное воскресенье (как у православных), а в Прощёное[19].

Также, наблюдаются различия в определении денотата данного термина. В. И. Даль даёт следующее определение: «день, в который по правосл. церк. уставу, мясная пища запрещена…; воскресенье за 56 дней до Пасхи, мясное заговенье, канун масляны», хотя именно в воскресенье за 56 дней до Пасхи мясная пища, по уставу, разрешена[20]. На основании этого толкования и данных «Словаря русского языка XI—XVII вв.»[21] филологи Т. В. Булыгина и А. Д. Шмелёв выделяют три противоречащих значения слова «мясопуст»:

  1. мясоед, то есть период перед Сырной седмицей, когда мясо разрешено[22];
  2. воскресенье непосредственно перед Сырной седмицей — за 56 дней до Пасхи, последний день разрешения на мясную пищу (по сути, детализация первого значения)[22];
  3. период Сырной седмицы и Великого поста, в который вкушение мяса запрещено уставом[22].

Толкования словаря Ушакова и «Малого академического словаря» устраняют данную противоречивость, не приводя первого значения: «1. День, в который запрещено употребление мясной пищи. 2. Неделя перед т. наз. великим постом, масленица»[22]. Так же и термин «мясопустная неделя» трактуется и как неделя, предшествующая собственно Неделе мясопустной (то есть как последняя неделя с разрешением на вкушение мяса), и как неделя непосредственно вслед за Неделей мясопустной (то есть как первая неделя с запрещением на мясную пищу), что также представлено в словарях. Кроме того, данный разнобой наблюдается при понимании выражений «мясопуст» и «мясопустная неделя» и обусловлен неясностью этимологии, основанной на трёх возможных толкованиях в наивном сознании элемента -пуст (пустой, отпустить и допустить)[22], при употреблении же в реальной речевой практике эти слова используются либо как термин, обозначающий воскресенье «о Страшном суде», либо в связи с масленицей, сырной седмицей[23].

Данный парадокс имеет и историко-лингвистические причины[23]. Так, по мнению Т. В. Булыгиной и А. Д. Шмелёва, калькой carnevale, к которому восходит одна из возможных этимологий слова «мясопуст», стали первоначально термины западнославянских языков, уже в свою очередь заимствованные русским языком. Данные термины имеют традиционный перевод «карнавал, масленица», ибо под ними понимается период, аналогичный масленице, во время которого у западных христиан, в частности у католиков, вкушение мяса разрешено. Так, концептом термина męsopust в польском языке стало «дозволение мяса», а одним из его значений — «мясоед». По предположению тех же учёных, при заимствовании русскими православными было обнаружено несоответствие интенсионала и экстенсионала: интенсионал говорил о допущении вкушения мяса, а экстенсионал указывал на период запрещения мясной пищи, и неизбежно было переосмысление либо первого, либо второго. Результатом первого переосмысления стало понимание под «мясопустом» не масленицы, а предшествующего ей периода, мясоеда, результатом второго — понимание элемента -пуст в значении «пустой» вкупе с обозначением масленицы, чтобы указать на запрещение мяса. Кроме того, термин «мясопуст» оказался естественно связан с границей обоих периодов, до и после запрещения вкушения мяса, а именно днём, когда идёт прощание с мясом (прощание здесь — концепт элемента -пуст (ср. отпустить))[9][24]. Таким образом, определяющее влияние на понимание самого термина в целом оказала именно интерпретация морфемы данного слова (-пуст), зависящая «от того, что именно интерпретатор считает наиболее значимостью данного периода времени»[25][26]. Так неточность и противоречивость понимания в сознании носителей языка слова «мясопуст» отразились в его словарных определениях, став причиной их противоречивости[27].

Мясопуст в Православной церкви[править | править вики-текст]

В последней главе Типикона существует раздел Зрячая пасхалия по ключевым словам, в нём для каждого Ключа границ или для каждого из 35 дней расписаны следующие даты и события по отношению к Пасхе (для неподвижных праздников) или по отношению к юлианскому календарю (для подвижных праздников): день недели Рождества Христова, период «мясоястия», начало Постной Триоди, Мясопуст, Неделя сыропустная, вруцелето, память муч. Евдокии, память 40 Севастийских мучеников, память Алексея человека Божьего, Благовещение, Пасха, память Георгия Победоносца, память Иоанна Богослова, Пятидесятница, Петров мясопуст, продолжительность Петрова поста и столпы Евангелия[28]. Таким образом, В Зрячей пасхалии устава Православной церкви различается два понятия:

  1. Мясопуст, или Мясопуст великий (греч. ῾Η ἀπόκρεα) — это Неделя мясопустная;
  2. Заговенье перед Петровым постом (греч. Κυριακὴ τῶν Ἁγίων Πάντων) — это Неделя всех святых.

Это те дни, когда в Православной церкви — заговенье на мясо, или «отпуст мяса», последний день, когда едят мясо перед началом в первом случае Великого поста, а во втором случае перед началом Петрова поста[29].

По мнению православных литургистов, Седмицей мясопустной называется седмица, которая начинается с понедельника после Недели (воскресенья) о блудном сыне[30][31]. Схиархимандрит Иоанн, магистр богословия особо подчёркивает[32]:

Седмица после Недели (воскресенья) о блудном сыне и заключающая её Неделя (воскресенье) называются мясопустными по той причине, что на этой Неделе заканчивается вкушение мяса. Само воскресенье называется ещё «мясопуст» (то есть отпуск мяса, лишение, прекращение вкушения мяса). Неделя мясопустная называется также Неделей о Страшном суде, так как о нём на литургии читается соответствующее Евангелие (Мф., зач. 106-е).

— Лекции по литургике

С. В. Булгаков также указывает, что седмица мясопустная начинается с понедельника после Недели о блудном сыне и заканчивается в Неделю мясопустную[31]. Этого же мнения придерживается русский литургист и церковный историк К. Т. Никольский, один из основоположников русской церковно-археологической науки[30]. Архиепископ Вениамин и архиепископ Аверкий (Таушев) также говорят о том, что Мясопустная седмица начинается с понедельника, после воскресенья о Блудном сыне[33][34]. То же самое пишет П. Я. Лебедев[35].

Мясопустом также называют только последний день мясопустной седмицы, после которого, по православному церковному уставу, мясная пища запрещена; это воскресенье за 56 дней до Пасхи — Неделя мясопустная, заговенье на мясо, канун Сырной седмицы[36][37][38].

Мясопуст у православных славян[править | править вики-текст]

У восточных славян[править | править вики-текст]

Мясопуст широко отмечался в календаре русских, западных славян и южных славян-католиков, менее широко — у сербов, болгар и македонцев, очень скромно — у украинцев и белорусов[39].

Кое-где на Украине и в Белоруссии женщины больше всего веселились и гуляли в масленичный четверг, называемый Власием или Волосием, полагая, что от этого скот в хозяйстве будет лучше вестись. Существовал обычай на Масленицу «справлять Власа» (см Власьев день)[40][41].

На Масленицу совершались ритуалы, адресованные той части молодёжи, которой по возрасту полагалось вступить в брак, но она — по каким-либо причинам — не выполнила своею жизненного предназначения. Молодые люди и девушки подвергались осуждению и символическому наказанию (см. Колодка)[42].

У южных православных славян[править | править вики-текст]

Ряженье в Сербии. 1950-е годы

Мясопуст у православных южных славян (серб. Покладе, болг. Сирна седмица/Сирни заговезни, макед. Проштена недеља) отмечался не так широко как Масленица у русских, но также был обставлен множеством обрядов. Всем южным славянам известны обычаи маскарадных игр, сопровождаемые ряжением в животных, имитацией свадеб, в состав которых входили юмористические сценки, эротические и обсценные шутки. Традиция маскарадных шествий усиливается по мере движения на запад югославской территории. У балканских славян наиболее популярным ритуалом было разжигание масленичного огня в форме костров, а также огромных факелов и горящих стрел, пускаемых во все стороны. Специфику болгарской масленицы определяют также кукерские игры. Южнославянский мясопуст — время разгула ведьм (вештиц), оберегам от которых посвящены многочисленные магические действия, предпринимаемые в это время. Наиболее радикальным средством было символическое «сжигание вештиц». На юго-западе Македонии при сжигании нитки (на которой была подвешена халва) произносили: «Гори, Стоjно, вештице!» и загадывали: если нитка гасла быстро, надеялись, что ведьма умрёт; если же нитка продолжала гореть, значит, ведьма останется жива[39].

У сербов, болгар и македонцев играли коло/хоро/оро для того, чтобы конопля и другие культуры выросли высокими и побыстрее созрели. В Родопах пустовско хоро (запустный хоровод) играли в 1-й день Великого поста, чтобы уродились пшеница, конопля, а также всё, что сеют в течение года[43].

На Мясопуст значительное место отводилось эротически окрашенным обычаям, развлечениям, играм.Эротическое начало и тема «воспроизводства» человека проявляется в играх кукеров других ряженых. Среди персонажей ряжения основное место занимают парные маски типа «дед» и «баба», «кукер» и «кукерица»; постоянным атрибутом кукера является «фаллос», а основные эпизоды игр ряженых связаны с темой сексуальных домогательств и воспроизводства[43].

Мясопуст у славян-католиков[править | править вики-текст]

У славян-католиков Мясопустом назывались последние три дня перед Великим постом — воскресенье, понедельник и вторник[44], а иногда в это понятие входили Жирный четверг и Пепельная среда. В более широком смысле — это период между Богоявлением и Пепельной средой или карнавал[45].

Мясопуст, или Запусты у поляков[править | править вики-текст]

Ряженые на Запусты. Польша, 1950

У поляков Мясопуст[44] (польск. Mięsopus) начинается с Жирного четверга. В эти дни проходят балы и вечеринки, а традиционной едой являются пончики с разнообразной начинкой, чаще всего с розовым вареньем, сахарной глазурью, иногда посыпанные засахаренной апельсиновой корочкой. Мясопуст всегда заканчивается во вторник, называемый в Польше «Селёдник», «Подкозёлэк», «Кусаки» (польск. Śledzik, Podkoziołek, Kusaki)[46].

Подкозёлэк

У поляков в Великой Польше, Куявии, Мазовии и в Лодзинском воеводстве был распространён обряд «подкозёлэка» (Podkoziołek). Не женившиеся и не вышедшие замуж в прошедшем свадебном сезоне парни и девушки собирались на совместную пирушку. Молодёжь ставила на бочку перед музыкантом вырезанную из дерева или брюквы фигурку обнажённого мужчины или козла, под которой ставили тарелку или блюдо для сбора денег со всех присутствующих. Это блюдо и называли «подкозёлком». Парни поочерёдно вызывали на танец девушек, и они должны были класть на блюдо денежный выкуп, дававший им право на танец. При этом пели: «Ой, нужно дать под козлика, нужно дать,/Если кто-то из нас хочет выйти замуж!» Собранные деньги шли музыкантам[47]. В Куявии церемония начиналась с подшучивания над девушками как со стороны парней, так и со стороны музыканта, который в конце концов брал их под свою опеку и некоторых из них уступал парням для танцев, беря с них «подкозёлэк» (выкуп в 2—3 гроша). Выкуп платили и девушки, оставшиеся без кавалеров, либо те, за которых никто не хочет платить. Таким образом они могут себе «закупить парубков» и даже побуждались к этому парнями или женщинами[48]. В Куявии церемония иногда проходила в присутствии ряженого — «козла», а в Великой Польше у бочки, на которую клали деньги, становился парень, «державший в руках куколку, одетую по-немецки, или маленького козлика, сделанного из лоскутков»[49][50].

Масопуст у чехов[править | править вики-текст]

Мясопуст в районе Пршибрам. Чехия, 2009

Название праздничных дней в Богемии — Масопуст, Шибржинки[51], Остатки[52] (чеш. masopust, šibřinky, ostatky), в моравско-силезском регионе — Востатке, Кончины, Фашанк[53], Ворачки, Ворачи[39] (чеш. vostatke, končiny, fašank, voračky, voráčí).

Большинство обычаев масопуста приурочено к трём последним дням перед постом: обходы дворов, ряженье, танцы, игры, представления, особые блюда. Обход ряженых вместе с музыкантами — обязательная часть традиции[54].

Состав ряженых довольно разнообразный. Из зооморфных образов чаще всего переодевались в медведя, который считался символом плодовитости, а также наряжались конём и козой. Из антропоморфных персонажей переодевались в бабу с ношей, женщину с младенцем, в которые обычно рядились мужчины, а также в трубочиста, лесника, врача, жандарма, цыгана, турка, еврея, шута и «смертушку»[54]. В чешском регионе Словацко (юго-восток) мясопуст назывался Фашанк (чеш. fašank). Главными действующими лицами были холостые парни «подшабляры», которые ходили по дворам, где жили девушки на выданье, и танцевали с ними древний танец с саблями (чеш. pod šable)[53].

Во вторник ближе к полуночи символически хоронят контрабас, олицетворявший мясопуст[54].

Ворачки

На Мясопуст в западной и южной Чехии совершался обряд обхода дворов ряжеными, совершающими ритуальную пахоту, — ворачки (чеш. Voračky от orati — пахать[55]). В Моравии слово «ворачки» также являлось синоним Мясопустных проводов с ряжеными. Ворачки относятся к кругу магическо-общинных древних обрядов, смысл которых заключается в обеспечении плодородия и плодовитости на грядущий год[56].

Мясопустные ворачки проходили три дня: с воскресенье по вторник перед Пепельной средой и заканчивались всегда в трактире[57]. Во время обряда ряженые по селу возили плуг на колёсиках (образ Мясопуста). Ряжеными, как правило, выступали «крестьянин», «баба», «еврей» и «трубочист» или девушки с соломенными венками на головах. Участники обряда носили корзины с песком, которым засевали борозду на снегу. Во время обхода села ряженые обходили дворы, где их одаривали зерном, продуктами и монетами. Парень с сумкой и колоколом, типа церковного, собирал деньги, «еврей» собирал колбасу, сало и булочки в мешок, а «трубочист» — копчёное мясо и яйца в суму или корзину. После обряда плуг разламывали на части, причём «пахарь» оказывался «раненым», и его на тачке отвозили в трактир[57]. Мясопуст здесь выступал в роли ритуальной жертвы[56].

В Ходско в таверне девушки и молодицы, то есть вышедшие замуж за прошедший год, клали деньги в специальную тарелку. Считалось, что та девушка, которая больше заплатит, имеет больше шансов надеяться, что в течение года «пойдёт под чепец» (выйдет замуж)[56].

В то время как в других мясопустных обходах в Богемии и Моравии ходили только мужчины, порой в женских масках, в ворачках могли принимать участие девушки и замужние женщины. Этот мясопустный обряд больше связан с предстоящим земледельческим годом и будущей хозяйственной деятельностью, чем с проводами зимы[58][59].

Месопуст у словенцев[править | править вики-текст]

Обряд Свадьба с сосной. Словения. 1962
Курентованье в городе Птуй. Словения, 2004

У словенцев праздник назывался Месопуст[60], Пуст[61], Пустная неделя[39] (словен. Mesopȗst, Pust, Pustni teden). К этим дням приурочены обряды, способствующие плодородию как земли, так и людей[62].

Свадьба с сосной

У словенцев Прекмурья известен обряд, исполняемый в Мясопуст[63], — «свадьба с сосной» (словен. borovo gostüvanje, ženitev z borom, gostüvanje z borom). Обряд близок восточно- и западнославянской колодке как способ побудить холостую молодёжь свадебного возраста вступить в брак[64]. Если в прошедшем году не было ни одной свадьбы, то в последнее воскресенье перед Великим постом на деревенской площади сходились все жители, кто-то рядился в свадебных персонажей — «сватов», «дружков» и других персонажей, и разыгрывалась символическая свадьба. В роли «невесты» выступала сосна, которую выбирали заранее. «Сосну-невесту» называли smreka, а «сосну-жениха» — bor. В лесу ряженый «поп» венчал неженатого парня с сосной. Где-то сосну заменяла девушка. После венчания «дружки» украшали дерево венками и лентами как невесту, клали её на телегу, на бревно под свадебные песни сажали «жениха» (или «невесту»), затем селяне впрягались в тележку и волокли её в село[65].

Курентованье

Словенский обряд курентованье символизирует пахоту. «Курент» рядился в вывернутый тулуп и шапку с длинной шерстью, которой приписывалась магическая сила, на поясе звенели привязанные коровьи колокольчики (ср. Кукер). «Курент» вёл плуг и носил с собой палку, на конце которой крепилась ежовая кожа, которой он подгонял ряженых, изображающих «коней», и отгонял дразнивших его детей. «Кони» или «орачи» (словен. oráči) были увешаны бубенцами на поясе и тянули настоящий или декоративный плуг. «Кони» с пением кружились по двору, проводя деревянным плугом неглубокие борозды в снегу. «Курент» сеял в борозды мякину. Если в доме были молодожёны — их с пением катали на том же плуге[66]. Хозяева благодарили ряженых и выносили колбасу, яйца или иные продукты, считая, что, если не одарить их, «Курент» может навести порчу на скотину, покатавшись по земле в её дворе (ср. колядование)[67][68].

В словенском Приморье курентованье начиналось ранним утром, Процессия обходила дворы односельчан и у каждого дома щёлкала кнутами, произнося благопожелания хозяевам. Возглавлял шествие «пастух», который периодически трубил в рог, за ним четыре «коня» тянули телегу с навозом, покрытую полотном, в которой сидел музыкант. Идущий за плугом «пахарь» время от времени падал на землю и кувыркался. В Костаневице в масленичный вторник «орачи» «пахали» по улицам, а «плужар» время от времени снимал с крюка верёвку, за которую они тянули плуг, и «орачи» падали на землю. В Добре полях (Средняя Словения) «пахали» деревянной палкой или перевёрнутой бороной, парень, ряженый «бабой», сеял мякину, а идущий следом разравнивал борозды граблями. В области Горнего озера пахали настоящим плугом на настоящих конях, а «бабы» сеяли в «пашню» опилки[67].

Месопуст у хорватов[править | править вики-текст]

Сжигание чучела Пуста. Хорватия, 2008

У хорватов праздник назывался Пуст[69], Покладэ[69], Месопуст[70] (хорв. Pust, Poklade, Mesopust).

Во многих местах принято сжигать чучело Пуста, чтобы наступающий сельскохозяйственный год был удачным[71].

Звончары

Древний обычай Пуста — звончары (хорв. zvončari), ранее распространённый у хорватов повсеместно, в настоящее время наиболее сохранился в Каставицком крае. Обряд вошёл в список ЮНЕСКО Шедевры устного и нематериального культурного наследия. В восточной Хорватии участники обряда, как правило, молодые парни, одетые в шкуры и рогатые маски, обвязанные большими коровьими колокольчиками, ходят по улицам и стараются звонить и всячески шуметь, отгоняя злых духов. В западной Хорватии надевают шляпу, украшенную цветами и лентами, — это связано с нахождением западной Хорватии в составе Италии, где действовал запрет на ряженье в животных. Смысл обряда — прогнать зиму, отпугнуть злых духов, продуцирующая «магия плодородия»[72][73]. Считается, что традиция сохранилась с дохристианских времён.

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Кашуба, 1977, с. 243.
  2. Ганцкая, 1977, с. 202.
  3. 1 2 3 Фасмер, 1987, с. 31.
  4. 1 2 Пухова, Христова, 2005, с. 10.
  5. Пухова, Христова, 2005, с. 70.
  6. Кузнецов, 1998.
  7. Евгеньева, 1957—1984.
  8. К. Т. Никольский. «Пособие к изучению устава богослужения Православной церкви», 1907 год, 574 стр.
  9. 1 2 Булыгина, Шмелев, 1997, с. 45.
  10. Истрин В. М. Книгы временыя и образныя Георгия Мниха. Хроника Георгия Амартола в древнем славянорусском переводе Т. 3. Греческо-славянский и славянско-греческий словари. Л., 1930, стр. 21
  11. Истрин В. М. Книгы временыя и образныя Георгия Мниха. Хроника Георгия Амартола в древнем славянорусском переводе Т. 1. Текст, исслед. и словарь. Пг., 1920; стр. 421
  12. ἀπόκρεως
  13. 1.Греческий текст (Ученые записки 2 отделения Имп. Академии наук. Кн. 6, 1861) стр. 541
  14. Kurz J. Codex Vaticanus 3. Slavicus glagoliticus стр. 141, 142
  15. Остромирово Евангелие стр. 239, 241
  16. Архангельское Евангелие 1092 года. Исследования. Древнерусский текст. Словоуказатели. М.: Научно-издательский центр “Скрипторий”, 1997 стр. 188, 189
  17. Срезневский И. И. Материалы для словаря древнерусского языка по письменным памятникам. Том 2: Л — П (1902), стр. 256
  18. Булыгина, Шмелев, 1997, с. 40.
  19. Воропай, 1958, с. 151.
  20. Булыгина, Шмелев, 1997, с. 40—41.
  21. Словарь русского языка, 1982, с. 346.
  22. 1 2 3 4 5 Булыгина, Шмелев, 1997, с. 41.
  23. 1 2 Булыгина, Шмелев, 1997, с. 44.
  24. Булыгина, Шмелев, 1999, с. 111.
  25. Булыгина, Шмелев, 1997, с. 46—47.
  26. Булыгина, Шмелев, 1999, с. 112.
  27. Булыгина, Шмелев, 1999, с. 113.
  28. Полный Типикон, глава 61, раздел Зрячая Пасхалия
  29. Официальный сайт Московской патриархии. Богослужебные указания за 15 июня 2014 года
  30. 1 2 Никольский, 1907, с. 574.
  31. 1 2 Булгаков, 1913, с. 540.
  32. Ошибка в сносках?: Неверный тег <ref>; для сносок autogenerated3 не указан текст
  33. Вениамин, 1859, с. 155.
  34. Архиепископ Аверкий (Таушев) Литургика Часть 4 . 6. Богослужения Постной Триоди. Неделя блудного сына.
  35. П. Я. Лебедев. Наука о Богослуженiи Православной Церкви. Часть 2, стр. 81
  36. Даль, 1880—1882.
  37. Брокгауз и Ефрон, 1890—1907.
  38. Православная энциклопедия Заговение
  39. 1 2 3 4 Агапкина, 2004, с. 194.
  40. Дубровский, 1870.
  41. Толстая, 2005, с. 298.
  42. Агапкина, 2004, с. 19.
  43. 1 2 Агапкина, 2004, с. 195.
  44. 1 2 Encyklopedia staropolska // wikisource.org  (польск.)
  45. Fašiangy // Centrum pre tradičnú ľudovú kultúru
  46. Karnawał, Zapusty, Ostatki // Biblioteka w szkole
  47. Dworakowski, 1964, с. 164.
  48. Kolberg, 1962, с. 210-211.
  49. Kolberg, 1962, с. 123.
  50. Морозов, 1997, с. 93-111.
  51. Jak medvěd chodil po Rychlově
  52. Ostatky
  53. 1 2 Шимша.
  54. 1 2 3 Яндова Я. и др..
  55. Валенцова, 1999, с. 289.
  56. 1 2 3 Tyllner, 2007, с. 1151–1152.
  57. 1 2 Веленцова, Плотникова, 2004, с. 657.
  58. Jindřich, 1956.
  59. Jindřich, 1979.
  60. Brence, 2009, с. 16.
  61. Orači na Dravskem polju  (словенск.)
  62. Кашуба, 1977, с. 249.
  63. Opis enote žive kulturne dediščine
  64. Агапкина, 1999, с. 541.
  65. Агапкина, 1999, с. 541—544.
  66. Brence, 2009.
  67. 1 2 Веленцова, Плотникова, 2004, с. 656.
  68. Brence, 2009, с. 13.
  69. 1 2 Poklade, maškare, karneval  (хорв.)
  70. Novljanski Mesopust  (хорв.)
  71. Izložba o karnevalskim običajima – “Pusti i mesopusti”  (хорв.)
  72. La marche des sonneurs de cloches du carnaval annuel de la région de Kastav // unesco.org  (фр.)
  73. Nomination for inscription on the Representative List in 2009 (Reference No. 00243)  (англ.)

Литература[править | править вики-текст]

  1. Колодка / Т. А. Агапкина // Славянские древности: Этнолингвистический словарь : в 5 т. / Под общей ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М. : Международные отношения, 1999. — Т. 2: Д (Давать) — К (Крошки). — ISBN 5-7133-0982-7.
  2. Масленица / Т. А. Агапкина // Славянские древности: Этнолингвистический словарь : в 5 т. / Под общей ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М. : Международные отношения, 2004. — Т. 3: К (Круг) — П (Перепелка). — С. 194—199. — ISBN 5-7133-1207-0.
  3. Булгаков С.В. Настольная книга для священно-церковно-служителей. — К.: тип. Киево-Печерской Успенской Лавры, 1913.
  4. Булыгина Т. В., Шмелев А. Д. Референция и смысл выражений мясопуст (мясопустная неделя) и сыропуст (сыропустная неделя) // Вопросы языкознания. — 1997. — № 3. — С. 40—47.
  5. Булыгина Т. В., Шмелев А. Д. Славянские этюды. Сборник к юбилею С. М. Толстой. — М.: Индрик, 1999. — С. 103—115. — ISBN 5-85759-090-6.
  6. Валенцова М. М. О магических функциях колокольчика в народной культуре славян // Мир звучащий и молчащий: Семиотика звука и речи в традиционной культуре славян / Отв. ред. С. М. Толстая. — М.: Индрик, 1999. — С. 283-293. — ISBN 5-85759-065-5.
  7. Пахота ритуальная / Веленцова M. M., Плотникова Л. А. // Славянские древности: Этнолингвистический словарь : в 5 т. / Под общей ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М. : Международные отношения, 2004. — Т. 3: К (Круг) — П (Перепелка). — С. 656-658. — ISBN 5-7133-1207-0.
  8. Вениамин. Новая скрижаль, или Объясненiе о церкви, о литургiи и о всѣхъ службахъ и утваряхъ церковныхъ. — СПб.: Изд. Кораблева и Сирякова, 1859. — XIII, 596 с.
  9. Воропай О. Звичаї нашого народу. — Мюнхен: Українське видавництво, 1958. — Т. 1. — 310 с.
  10. Ганцкая О. А. Поляки // Календарные обычаи и обряды в странах Зарубежной Европы. Конец XIX — начало XX в. Весенние праздники. — М.: Наука, 1977. — С. 202–220. — 356 с.
  11. Мясо // Толковый словарь живого великорусского языка : в 4 т. / авт.-сост. В. И. Даль. — 2-е изд. — СПб. : Типография М. О. Вольфа, 1880—1882.
  12. Дубровский Н. Масляница. — М.: Типография С. Селиванова, 1870. — 46 с.
  13. Кашуба М. С. Народы Югославии // Календарные обычаи и обряды в странах Зарубежной Европы. Конец XIX — начало XX в. Весенние праздники. — М.: Наука, 1977. — С. 243–273. — 356 с.
  14. Мясопуст // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  15. Мясопуст // Словарь русского языка: в 4-х т. (Малый академический словарь) / Под ред. А.П. Евгеньевой. — М.: Институт русского языка Академии наук СССР, 1957—1984.
  16. Мясопуст // Большой толковый словарь русского языка. Институт лингвистических исследований / Под ред. С. А. Кузнецова. — СПб.: Норинт, 1998. — ISBN 5771100153.
  17. Мясопуст // Православный энциклопедический словарь / Составитель священник Ярослав Шипов. — М.: Современник, 2000.
  18. Мясопуст // Толковый словарь русского языка: В 4 т / Под ред. Д. Н. Ушакова. — М.: Сов. энцикл.: ОГИЗ, 1935—1940.
  19. Календарные обряды и обрядовая поэзия Воронежской области. Афанасьевский сборник. Материалы и исследования. – Вып. III / Сост.: Т. Ф. Пухова, Г. П. Христова. — Воронеж: Изд-во ВГУ, 2005.
  20. Морозов И. А. Кукла как феномен традиционной народной культуры славян. — М.: Изд. ГРЦРФ, 1997. — С. 93—111.
  21. Никольский К. Т. Недели: мытаря и фарисея, блудного сына, мясопустная и сыропустная // Пособие к изучению устава богослужения Православной церкви. — М.: Синодальная Типография, 1907. — С. 573–580. — 894 с.
  22. Платонов О. А. Мясопуст // Русский образ жизни. — М.: Институт русской цивилизации, 2007. — С. 467. — ISBN 978-5-902725-05-3.
  23. Словарь русского языка XI — XVII вв. Вып. 9. — М.: Наука, 1982. — 357 с.
  24. Толстая С. М. Полесский народный календарь. — М.: Индрик, 2005. — 600 с. — (Традиционная духовная культура славян. Современные исследования). — ISBN 5-85759-300-X.
  25. Мясопуст // Этимологический словарь русского языка = Russisches etymologisches Wörterbuch : в 4 т. / авт.-сост. М. Фасмер ; пер. с нем. и доп. чл.‑кор. АН СССР О. Н. Трубачёва. — Изд. 2-е, стер. — М. : Прогресс, 1987. — Т. III : Муза — Сят. — С. 31.
  26. Шимша М. Моравия и Силезия. Путеводитель по традициям. — Национальный институт народной культуры.
  27. Яндова Я. и др. Чешская республика: держава фольклора в сердце Европы. Folklorní sdružení české republiky. Архивировано из первоисточника 18 октября 2012.
  28. Brence, Andrej. Narodna in univerzitetna knjižnica, Ljubljana. — Ptuj: Mestna občina, 2009. — 55 с.  (словенск.)
  29. Dworakowski S. Kultura spoіeczna ludu wiejskiego na Mazowszu nad Narowi. Cz.1. — Biaіystok, 1964.  (польск.)
  30. Jindřich J. Chodsko. — Praha, 1956.  (чешск.)
  31. Jindřich J. Masopustní tradice. — Brno, 1979.  (чешск.)
  32. Kolberg O. Dzieła wszystkie. T. 3. — Wrocław; Poznań, 1962.  (польск.)
  33. Tyllner Lubomír Voračky // Lidová kultura O-Ž. Národopisná encyklopedie Čech, Moravy a Slezska. — Praha: Mladá fronta, 2007. — Т. 2 (O-Ž). — С. 1151–1152. — ISBN 978-80-204-1713-8.  (чешск.)