Неоязычество

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Неоязычество
новое язычество, современное язычество
Vårblot 2010 offergåvor.jpg
Общая численность от 500 тысяч до 5 млн и более[1]
Религии новые религиозные движения
На снимке святилище богу Фрейру в рамках германского неоязычества, Швеция
Символы некоторых неоязыческих направлений

Неоязы́чество (новое язычество, современное язычество[2], нативизм[3], англ. Modern Paganism, Contemporary Paganism[4], Neopaganism[5]) — тип новых религиозных движений, совокупность религиозных движений, возникших под влиянием различных исторических языческих верований или восходящих к ним.

Имея ряд общих черт, неоязыческие движения разнообразны и не обладают единой системой верований, практик или текстов[6]. Большинство учёных, изучающих это явление, рассматривают его как движение, разделённое на разные религии; другие характеризуют как единую религию, деноминациями которой являются различные языческие верования.

Неоязычники в разной степени апеллируют к дохристианским, фольклорным и этнографическим источникам; многие следуют духовности, которую они рассматривают как полностью современную, тогда как другие считают, что следуют древним верованиям или пытаются как можно точнее возродить местные этнические религии[7]. Научные исследования распределяют неоязыческие движения по спектру, с неоязыческим эклектизмом (синкретизмом) на одном конце и политеистическим реконструкционизмом на другом[8][9]. Общими чертами неоязыческой теологии являются политеизм, анимизм и пантеизм.

Неоязычество имеет связь с движением нью-эйдж. Учёные отмечают как их сходства, так и различия[10]. Научное изучение неоязычества начало формироваться в единое научное направление в 1990-х годах, возникнув из разрозненных исследований в предыдущие два десятилетия.

Неоязычество следует отличать от непрерывавшихся языческих традиций, таких как «классический» шаманизм.

Термин и самоназвание[править | править код]

Среди самоназваний неоязыческих движений часто встречаются термины «язычество»[1] и «традиция», призванные подчеркнуть их «аутентичность» и «связь с древними корнями». Эти движения начали идентифицировать себя как «новые языческие» («neo-pagan») в 1970-е годы. В Европе, но не в Северной Америке, понятие «новое язычество» («neo-paganism») в целом было заменено на «современное язычество» («contemporary paganism», «modern paganism») или просто «язычество» («paganism»)[11].

Сложности с самоопределением неоязычества проявились в 1998 году при создании Всемирного конгресса этнических религий (World Congress of Ethnic Religions, WCER). Были отклонены самоназвания «язычество» («Pagan» и «Heathen») как бранные, «родные» и «местные» [религии] («Native» и «Indigenous») как связанные с народами, которые борются с вторжением цивилизации в их культуры. Понятие «традиционные религии» было расценено как неточное. Конгресс остановился на самоназвании «этнические религии»[2].

Вследствие отсутствия преемственности старого язычества с новым язычеством ряд исследователей считает недопустимым применение понятия «язычество» по отношению к современным религиям. Сами неоязычники часто воспринимают термин «неоязычество» негативно, поэтому в науке появились тенденции к употреблению компромиссных понятий, например, «современное язычество», «традиционная религия» и др.[1][11]

Понятие[править | править код]

Зуистский алтарь, посвящённый Пазузу

А. А. Бесков отмечал расплывчатость смыслового наполнения терминов «язычество» и «неоязычество». По его мнению, дать исчерпывающее определение неоязычества чрезвычайно сложно по причинам аморфности самого феномена и несовершенства религиоведческого категориального аппарата[12]. Религиоведы A. B. Гайдуков и Е. Ю. Скачкова писали, что в современной науке не существует единого определения религиозного направления, именуемого неоязычество. Используемые учёными понятия неоязычество, новое язычество, младоязычество, нативизм, являются рамочными, а не содержательными, поскольку не отражает всех особенностей данного явления[3].

«Британская энциклопедия религий мира» (2006) определяет неоязычество (Neo-paganism) как «любое из духовных движений, пытающихся возродить древние политеистические религии Европы и Ближнего Востока», которое в отличие от ритуальной магии и современного колдовства, стремится к возрождению подлинного пантеона и обрядов древних культур, часто с помощью эклектики и реконструкции[13].

Маркус Давидсен (Лейденский университет) считает, что неоязычество (современное язычество) относится к широкому религиозному движению, включающему викку, неодруидизм, Heathenry (язычество) и ряд других направлений, которые возникли в 1950-е годы[11].

А. В. Гайдуков определяет неоязычество как «совокупность религиозных, парарелигиозных, общественно-политических и историко-культурных объединений и движений, которые в своей деятельности обращаются к дохристианским верованиям и культам, обрядовым и магическим практикам, занимаются их возрождением и реконструкцией»[2][14].

К неоязычеству не относится современное традиционное язычество. Историк В. А. Шнирельман выделяет в неоязычестве два потока — умозрительное неоязычество, распространённое среди городской интеллигенции, потерявшей всякую связь с традицией и подлинно народной культурой, и возрождение народной религии в селе, где нередко можно проследить непрерывную линию преемственности, идущую из прошлого. По его мнению «первое, безусловно, господствует у русских, украинцев, белорусов, литовцев, латышей и армян, где можно смело говорить об „изобретении традиции“»[15]. A. B. Гайдуков и Е. Ю. Скачкова различают современное язычество как непрерывно существующую традицию, хотя и менявшуюся в ответ на вызовы современности (у марийцев, удмуртов, осетин и др.), и собственно новое язычество, или неоязычество (у народов, исторически ушедших от языческого прошлого, включая славянское неоязычество), традицию, конструируемую на основе авторских идей[16].

Религиовед А. В. Гурко рассматривает неоязычество как «новые религии, сконструированные на основе политеистических верований в целях поиска новой этнической идентичности и/или для разработки новой идеологической системы»[17].

Общая характеристика[править | править код]

Жрица литовской Ромувы во время обряда

А. А. Бесков отмечал аморфность феномена неоязычества: в большинстве движений нет единого вероучения, общего управляющего центра и иерархии, фиксированного членства[12].

По мнению О. В. Кутарева, востребованность неоязычества вызвана преимущественно интересом к национальному прошлому и ростом националистических настроений. Причинами является также общий мировоззренческий и ценностный кризис, который не всегда способна преодолеть традиционная религия, а также экологическое и духовное стремление оберегать и идеализировать природу[1].

Неоязычество чаще всего опирается на дохристианские верования конкретного народа, за исключением синкретических учений. Однако отсутствие непрерывной преемственности делает новое и старое язычества различными. Неоязычество не столько воспроизводит старое язычество, сколько объединяет некоторые его принципы с новыми конструкциями, что вызвано как скудостью источников и культурными различиями эпох, так и личными взглядами авторов[1]. Идеологи и последователи межнационального неоязычества, как правило, не скрывают синкретический характер своих учений, хотя и возводят их основы к традициям, корни которых уходят в глубокую древность[2].

По мнению религиоведов A. B. Гайдукова и Е. Ю. Скачковой, одним из основных признаков неоязыческой религиозной идентичности и консолидирующим элементом его объединений становится противопоставление себя христианской традиции. В рамках религиозной антропологии и социологии религии неоязычество может рассматриваться как одна из религиозных субкультур общества позднего модерна[16].

Данные об общей численности неоязычников в мире существенно разнятся. Одни источники приводят численность в 500 тысяч, другие — 5 млн и более[1]. Современное языческое движение испытало быстрый рост в 1990-е годы, в значительной степени благодаря распространению Интернета. По данным опросов, насчитывается около полумиллиона его последователей в США и других англоговорящих странах[2].

Классификация[править | править код]

Майкл Стрмиска (Висконсинский университет в Мадисоне и Бостонский университет, один из основателей Всемирного конгресса этнических религий) классифицирует неоязыческие религии в рамках единого континуума, выделяя два полюса: 1) реконструкционизм (reconstructionism), который стремится реконструировать древние религиозные традиции определённой этнической группы или языкового или географического региона и 2) неоязыческий эклектизм (eclecticism), синкретическое неязычество, которое свободно смешивает традиции разных регионов, народов и эпох, подменяет «этническое» «природным», основан на разных источниках и подвержен влиянию западного эзотеризма. Реконструкционистское неоязычество более распространено в Восточной Европе, эклектическое, например, викка, — в Великобритании и США[8]. Реконструкционисты не совсем отвергают инновации в своей интерпретации и адаптации исходного материала, однако они считают, что исходный материал передает большую аутентичность и, следовательно, должен быть подчёркнут[18]. Они часто учитывают содержание научных дискуссий на тему дохристианских религий, а некоторые реконструкционисты сами являются учёными[18]. Эклектисты, наоборот, ищут лишь общего вдохновения в дохристианском прошлом и не стремятся воссоздать обряды и традиции с особым вниманием к деталям[19]. А. А. Бесков писал, что эклектическое неоязычество, лишённое конкретной географической и этнической подосновы, сближается с культурой нью-эйдж, в отличие от реконструкционистского направления. По его словам, русским неоязычеством именуется реконструкционистское направление, которое декларирует историческую и идейную связь с восточнославянскими («русскими») дохристианскими верованиями. Именно такое неоязычество называется в литературе термином «родноверие»[9].

Историк В. А. Шнирельман выделяет в мировом неоязычестве два потока — умозрительное неоязычество, распространённое среди городской интеллигенции, потерявшей всякую связь с традицией и подлинно народной культурой, и возрождение народной религии в селе, где нередко можно проследить непрерывную линию преемственности, идущую из прошлого. По его мнению «первое, безусловно, господствует у русских, украинцев, белорусов, литовцев, латышей и армян, где можно смело говорить об „изобретении традиции“»[15]. Под умозрительным неоязычеством Шнирельман понимает «общенациональную религию, которая искусственно создаётся городской интеллигенцией из фрагментов древних локальных верований и обрядов с целью возрождения „национальной духовности“»[20].

О. В. Кутарев предлагает систематизацию неоязыческих движений по этническому признаку: германское неоязычество — асатру, кельтское — неодруидизм, славянское и др., и по синкретическому — например, викка[1].

Многие исследователи, например Шнирельман, отождествляют понятия славянское неоязычество и родноверие[21][22][23][2]. В качестве одного из направлений родноверия эти исследователи рассматривают, например, инглиизм[21][23][2]. Кутарев выделяет в славянском неоязычестве родноверие как самое массовое движение, инглиизм и «одиночек», которые часто называют себя просто «новыми язычниками». В узком смысле рассматривает родноверие также И. Н. Попов, исключая из него ряд новых религиозных движений[24][25].

Расизм и национализм[править | править код]

Неоязычество является одним из направлений развития романтического национализма с такими его компонентами, как идеализация исторического или мифологического прошлого конкретного народа, неудовлетворённостью современностью и лёгкостью перехода в радикальную стадию с постулированием национального превосходства[26][27].

«Народный дух», которому уделяется большое внимание в рамках этнического национализма, часто отождествляется с религией, поэтому возникает стремление создать или возродить собственную религию или национализировать одну из мировых религий. Генрих Гейне связывал национализм с язычеством. Разделявший его мнение философ Н. А. Бердяев отмечал закономерность тенденции перехода германского антисемитизма в антихристианство. Духовный кризис в России начала XX века обусловил увлечение язычеством, вначале античным, а затем и славянским, «родными богами», в особенности это касалось символистов. Публицист Д. С. Пасманик (1923) писал, что последовательный антисемитизм должен отвергать не только иудаизм, но и христианство. Он отмечал, что эта тенденция уже привела Германию к поклонению Одину, а в будущем, по его мнению, неизбежно приведёт Россию к поклонению Перуну[26].

Неоязыческие идеи присутствовали в ариософии, эзотерическом учении, созданном австрийскими оккультистами Гвидо фон Листом и Йоргом Ланцем фон Либенфельсом в Австрии между 1890 и 1930 годами. Для воссоздания религии древних германцев Лист использовал скандинавский эпос и творчество современных ему теософов, в частности Макса Фердинанда Зебальдта фон Верта (1859—1916), который описывал евгенические практики «арийцев», а также «Тайную доктрину» Елены Блаватской и «Утраченную Лемурию» Уильяма Скотта-Эллиота. Под влиянием этих работ Лист использовал термины «ариогерманцы» и «раса» вместо «немцы» и «народ», возможно, чтобы подчеркнуть совпадение с пятой коренной расой в схеме Блаватской[28].

В нацистской Германии германский языческий фольклор как источник исконных моральных норм почитался выше, чем связанное с иудаизмом христианство. Многие нацисты видели в антихристианстве более глубокую форму антисемитизма[29]. Генрих Гиммлер говорил о необходимости создания «неогерманской религии», способной заменить христианство[30]. Особое неприятие нацистов вызывал Ветхий Завет. Адольф Гитлер называл его «Библией Сатаны». Розенберг требовал запретить его как «проводник еврейского влияния» и заменить нордическими сагами[31]. Нацистская идеология сочетала почитание «языческого наследия предков» с пуританской, христианской половой моралью, которую должен был олицетворять «нордический» Аполлон[32].

Германский оккультизм и неоязычество возникли в начале XX века и стали влиятельными благодаря таким учениям, как ариософия, приобретя приверженцев внутри ультраправого движения фёлькише, кульминацией которого в конечном итоге стал нацизм. Развитие подобных идей после Второй мировой войны породило вотанизм, белое националистическое неоязыческое движение в конце XX века[33][34].

Идеология превосходства «белой расы» и неонацизм, включающие идеи расизма, антисемитизма и анти-ЛГБТК, проникли во многие германские и скандинавские неоязыческие течения, такие как асатру (иногда называемая одинизмом), либо ассимилировали их. Эти группы считают, что скандинаво-германские верования, которых они придерживаются, составляют истинную европеоидную этническую религию[33][34].

Вопрос расы представляет собой главный источник разногласий среди неоязычников, особенно в Соединённых Штатах[35][36][37]. В неоязыческом сообществе одна точка зрения состоит в том, что раса является полностью вопросом биологической наследственности, в то время как противоположная позиция состоит в том, что раса является социальным конструктом, уходящей корнями в культурное наследие. В неоязыческом дискурсе США эти точки зрения описываются как фёлькише и универсалистская позиции соответственно[38][39][40][41]. Эти две фракции, которые Джеффри Каплан назвал «расиалистским» и «нерасиалистским» лагерями, часто сталкиваются, при этом Каплан утверждает, что между ними происходит «виртуальная гражданская война» в рамках американского неоязыческого сообщества[42]. Деление на универсалистов и фёлькише также распространились на другие страны[40], оказав, однако, меньшее влияние на более этнически однородную Исландию[43]. Опрос 2015 года показал, что большее число неоязычников придерживается универсалистских идей, чем идей фёлькише[44].

Выходя за рамки этой бинарной классификации, Матиас Гарделл делит неоязычество в Соединённых Штатах на три фракции в соответствии с их расовой позицией: «антирасистская» фракция, которая осуждает любую связь между религией и расовой идентичностью, «радикально-расистская» фракция, которая считает, что их религии не должны следовать члены других расовых групп, потому что расовая идентичность является естественной религией «арийской расы», и «этническая» фракция, стремящаяся проложить срединный путь, признавая корни своей религии в Северной Европе и её связь с людьми североевропейского происхождения[36]. Религиовед Стефани фон Шнурбейн приняла трёхстороннее разделение Гарделла, и называла эти группы «арасистская», «расово-религиозная» и «этническая» фракции соответственно[45].

Сторонники универсалистского и антирасистского подхода считают, что божества германской Европы могут призвать к поклонению им любого человека, независимо от этнического происхождения[38]. Эта группа отвергает акцент направления фёлькише на расе, полагая, что даже непреднамеренно такой подход может привести к расистскому отношению к людям несевероевропейского происхождения[46]. Практикующие универсалисты, такие как Стефан Гранди  (англ.), подчёркивают тот факт, что древние северные европейцы женились и имели детей с представителями других этнических групп, а в скандинавской мифологии асы делали то же самое с ванами, ётунами и людьми, поэтому эти неоязычники критикуют расистские взгляды[47][48]. Универсалисты положительно принимают практикующих язычество, которые не имеют североевропейского происхождения; например, в базирующейся в США организации Troth есть евреи и афроамериканцы, а многие из её белых членов имеют супругов, принадлежащих к разным расовым группам[49][50][51]. В то время как некоторые язычники продолжают считать, что германское язычество является врождённой религией, универсалисты иногда утверждали, что это язычество представляет собой врождённую религию в отношении земель Северной Европы, а не в отношении конкретной расы. Универсалисты часто выражают недовольство тем, что некоторые журналисты изображают неоязычество как расистское по своей сути движение[44], и используют ресурсы Интернета, чтобы подчеркнуть свою оппозицию ультраправой политике[52].

Практикующие направление фёлькише считают язычество местной религией биологически отличной расы[53], которая концептуализируется как «белая», «нордическая» или «арийская»[54]. Некоторые практикующие объясняют это утверждением, что религия неразрывно связана с коллективным бессознательным этой расы[55][56]. Американский неоязычник Стивен МакНаллен развил эти представления в концепцию, которую он назвал «метагенетика»[57][58][59]. Макналлен и многие другие члены «этнической» фракции неоязычества прямо заявляют, что они не расисты, хотя Гарделл отметил, что их взгляды могут считаться расистскими в соответсвии с конкретными определениями этого термина[60]. Гарделл считал многих «этнических» неоязычников этническими националистами[61], и многие практикующие направление фёлькише выражают неодобрение мультикультурализма и смешения рас в современной Европе, выступая за расовый сепаратизм[53]. Дискурс этой группы содержит понятия о «предках» и «родине», которые понимаются очень расплывчато[62]. Этноцентристские неоязычники резко критикуют своих универсалистских коллег, часто заявляя, что последние были введены в заблуждение литературой нью-эйдж и политкорректностью[63]. Принявшие «этническую» позицию фёлькише подвергаются критике со стороны членов универсалистских и этноцентристских фракций. Первые рассматривают «этническое» неоязычество как прикрытие расизма, вторые считали его приверженцев предателями расы  (англ.) за их отказ полностью принять превосходство «белой расы»[64].

Некоторые неоязычники направления фёлькише являются сторонниками превосходства «белой расы» и явными расистами[65][66], представляющими «радикальную расистскую» фракцию, которая использует названия одинизм, вотанизм и воденизм[63][67]. По словам Каплана, эти адепты занимают «самые отдалённые уголки» неоязычества[68]. Границы между этой формой неоязычества и национал-социализмом (нацизмом) «чрезвычайно тонкие»[69], потому что его приверженцы восхваляют Адольфа Гитлера и нацистскую Германию[69], заявляют, что «белой расе» грозит вымирание усилиями еврейского мирового заговора[70], и отвергают христианство как творение евреев[71]. Многие входившие во внутренний круг организации «The Order», ополчения сторонников превосходства белой расы, действовавшего в США в 1980-е годы, называли себя одинистами[72]. Различные расистские неоязычники поддержали лозунг Четырнадцати слов, который был разработан членом «The Order». Дэвидом Лейном[73]. Некоторые расистские организации, такие как Орден девяти углов и Чёрный орден  (англ.), сочетают элементы неоязычества с сатанизмом[74], тогда как другие расистские неоязычники, такие как вотанист Рон МакВан, отвергают синкретизм этих двух религий[75].

Социолог Марлен Ларюэль отмечает активизацию «арийского» неоязычества на Западе и в России. Так, развиваются общественные течения, апеллирующие к кельтскому прошлому и призывающие к возвращению к «друидическим религиям» дохристианской Европы. Французские и немецкие «новые правые» по большей части разделяют общую идею общеевропейского единства, основанного на «арийской» идентичности и стремлении расстаться с христианством, период господства которого рассматривается как двухтысячелетнее «блуждание во мраке»[76].

Славянское неоязычество (родноверие) имеет тесную связь с нацизмом, воспроизводя основные его идеи: «арийская» идея, включая идею северной прародины (в родноверии — на Русском Севере, Северном Урале или за полярным кругом); связь своего народа с «арийцами» («ариями») или полное отождествление с ними (в родноверии — «арии», «славяно-арии» и др.); древность своего народа и его расовое или культурное превосходство над другими; свой народ (или отождествляемые с ним древние «арии») рассматривается как культуртрегеры, распространители высокой культуры и основатели великих цивилизаций древности (в родноверии — славянская или «славяно-арийская» «ведическая» технологичная працивилизация, «научившая» всему остальные народы), создатели древнейшей письменности (в родноверии — славянские руны, «буквица» и др.); «арийский» праязык (в родноверии — «славяно-арийский» или древнеславянский), от которого произошли все или многие другие языки мира; опора на эзотерику; ориентация на веру предков (отсюда собственно и язычество); антихристианство (идея, что христиане стремятся поработить народ) и антисемитизм (евреи как «расовые враги»); «арийский» социализм (составная часть идеологии национал-социализма) как наиболее естественный для своего народа (в родноверии — «исконный родовой строй» славян, который мыслится как своего рода «арийский» социализм); символика и жесты, близкие или производные от нацистских и др.[26]

Одной из основных отправных точек формирования славянского неоязычества стал поиск обоснования национальной идеи. Отсюда следует повышенный интерес к истокам национального самосознания и национального типа религиозности[77]. В постсоветский период в условиях утраты великой «империи» (СССР), потери земель, влияния и в поисках внутренних и внешних врагов, неоязычество получило распространение в среде националистических идеологов, так же, как в Германии 1930-х годов. В родноверии единство русского народа проходило новою ремифологизацию с обращением за поддержкой к идеям «золотого века», исконной неопороченной Традиции, родной земли[2].

Историк Д. В. Шляпентох писал, что, как и в Европе, в России неоязычество толкает некоторых своих приверженцев к антисемитизму. Этот антисемитизм тесно связан с негативным отношением к выходцам из Азии, и данный акцент на расовом факторе может приводить неоязычников к неонацизму. Склонность неоязчников к антисемитизму представляет собой логическое развитие идей неоязычества и подражание нацистам, а также является следствием ряда специфических условий современной российской политики. В отличие от предшествовавших режимов современный российский политический режим, а также идеология среднего класса сочетают поддержку православия с филосемитизмом и позитивным отношением к мусульманам. Эти особенности режима способствовали формированию специфических взглядов неонацистов-неоязычников, которые представленны в значительной мере в среде социально незащищённой и маргинализированной русской молодёжи. По их мнению, власть в России узурпировала клика заговорщиков, включающих иерархов православной церкви, евреев и мусульман. Вопреки внешним разногласиям, считается, что эти силы объединились в своём стремлении удержать власть над русскими «арийцами»[78].

Некоторые объединения неоязычества, в частности славянского, оцениваются исследователями как экстремистские радикально-националистические[79][80][81]. В России отдельные неоязыческие организации и сочинения были включены в Список экстремистских организаций Министерства юстиции России и Федеральный список экстремистских материалов соответственно[82].

Историк и этнолог В. А. Шнирельман рассматривает русское неоязычество как направление русского национализма, отрицающие русское православие как непреходящую национальную ценность, и выделяет две кардинальные задачи, которые ставит перед собой русское неоязычество: спасение русской национальной культуры от нивелирующего влияния модернизации и защиту природной среды от воздействия современной цивилизации[83]. По мнению Шнирельмана, «русское неоязычество является радикальной разновидностью консервативной идеологии, отличающейся откровенным антиинтеллектуализмом и популизмом»[26].

Религиовед A. B. Гайдукова считает ошибочным сведение всего разнообразия родноверческих групп лишь к национализму. Не менее значимым является и экологическое направление родноверия[14]. Историк и религиовед Р. В. Шиженский считает, что родноверие не представляет опасности, а радикальными группами должны заниматься правоохранительные органы[84].

Направления[править | править код]

Неодруидизм[править | править код]

Гурсез Врейж  (англ.), горсед  (англ.) (собрание бардов) Бретани

Неодруидизм, или современный друидизм (англ. Druidry, реже Druidism) описывается как современное духовное или религиозное движение, направленное на уважительное отношение к физическому ландшафту, флоре, фауне и народами мира, а также к природным божествам и духами природы и места[85]. Теологические представления современных друидов разнообразны, но все они почитают божественную сущность природы[86].

Относится к эклектическому неоязычеству[87] в рамках деления неоязыческих движений на эклектизм и реконструкционизм[88].

Хотя в практике современного друидизма существуют значительные региональные и групповые различия, друидов по всему миру объединяет основной набор общих духовных и религиозных практик: медитация, молитва/общение с божествами и духами, представления об экстрасенсорных методах познания, обращение к природной духовности для построения религиозных практик и ритуалов, регулярная практика связи с природой и деятельность по защите окружающей среды[89].

Ранний неодруидизм возник в Британии в XVIII веке в рамках романтизма, прославлявшего древние кельтские народы железного века, ранние неодруиды стремились подражать жрецам железного века — друидам. В то время об этих древних жрецах было известно мало точной информации, поэтому неодруидизм не имеет с ними прямой связи, несмотря на противоположные заявления некоторых неодруидов[90].

В конце XVIII века неодруиды создали организации в форме братств по образцу масонства, которые использовали романтический образ британских друидов и бардов как символа коренной духовности доисторической Британии. Некоторые из этих групп были чисто братскими и культурными, например, старейший из сохранившихся, Древний орден друидов  (англ.), основанный в 1781 году, который сформулировал свои традиции из национального воображения Британии. Другие группы в начале XX века слились с современными движениями, такими как движение за физическую культуру и натуризм. С 1980-х годов некоторые группы неодруидов приняли методологию, аналогичную методологии кельтского реконструкционизма  (англ.), в попытке создать более исторически точные практики. Однако до сих пор ведутся споры, насколько современный друидизм сходен с традициями друидов железного века.

По состоянию на 2020 год неодруидизм был представлен в 34 странах[91]. Значение, которое современные друиды придают кельтскому языку и культуре варьируется в зависимости от культурной среды, в которой живёт отдельный друид[92]. К 2020 году примерно 92 % неодруидов проживали за пределами Британских островов[93].

По данным переписи населения Великобритании, Канады, Австралии, Новой Зеландии и Ирландии за 2011–2013 годы и данных отчёта ARIS за 2008 год в США, численность неодруидов, проживающих в англоязычных странах, оценивается в 59 299 человек[93]. Реальная численность неодруидов, предположительно, значительно превышает это число, поскольку многие страны, в которых проживают друиды, не фиксируют их как отдельную группу в своих переписях[94]. Опросы по языческой вере также, вероятно, недооценивают численность неодруидов, поскольку только 63 % неодруидов отождествляют себя с какой-либо из категорий язычников[95]. Кроме того, 74 % друидов в мире сообщают о серьёзных опасениях в конфиденциальности и безопасности из-за дискриминации и преследований в их местных сообществах, поэтому, предположительно, они не сообщают о своей принадлежности к друидизму в переписях[96].

В то время как современный друидизм быстро распространился во многих старанах, неодруиды не занимаются прозелитизмом[97], и 74 % из них стремятся сохранить свои духовные практики в тайне[98].

Германское неоязычество[править | править код]

Современная копия кулона эпохи викингов, изображающего Мьёльнир, молот бога Тора. Такие подвески часто носят германские неоязычники

Германское неоязычество, также называемое «язычество» (Heathenry, Heathenism), современное германское язычество представляет собой неоязыческое религиозное движение, аппелирующее к дохристианским верованиям германских народов. Религиоведы классифицируют его как новое религиозное движение. Разработана в Европе в начале XX века. Практикующие моделируют религию на основе дохристианских религий, которых придерживались германские народы железного века и раннего Средневековья . Пытаясь реконструировать эти системы верований прошлого, язычество использует в качестве основы сохранившиеся исторические, археологические и фольклорные свидетельства, хотя подходы к этому материалу значительно различаются.

Германское неоязычество не имеет единой теологии, но оно типично политеистическое, основанное на пантеоне божеств дохристианской германской Европы  (англ.) и перенимает космологические взгляды этих обществ прошлого, в том числе анимистический взгляд на космос, в котором мир природы пронизан духами. Божества и духи почитаются через жертвоприношения, известные как блот, во время которых им предлагается еда и возлияния. Они часто сопровождаются пиром (symbel)  (англ.), актом церемониального питья с богами алкогольного напитка. Некоторые практикующие также участвуют в ритуалах, призванных вызвать измененное состояние сознания и видения, в первую очередь seiðr и galdr, с намерением получить мудрость и совет от божеств . Многие практикующие одиночки следуют религии сами по себе. Другие язычники собираются небольшими группами, обычно известными как сородичи (kindreds) или очаги (hearths), для совершения своих обрядов на открытом воздухе или в специально построенных зданиях. Языческие этические системы делают упор на честь, личную неприкосновенность и лояльность, в то время как представления о загробной жизни различаются и на них редко акцентируется внимание.

Истоки германского неоязычества лежат в романтизме XIX и начала XX веков, который прославлял дохристианские общества германской Европы. Группы движения Фёлькише, активно почитающие божества этих обществ, появились в Германии и Австрии в 1900-х и 1910-х годах, хотя они в значительной степени распались после поражения нацистской Германии во Второй мировой войне. В 1970-х годах в Европе и Северной Америке образовались новые языческие группы, превратившиеся в формализованные организации. Центральное разделение внутри данного неоязыческого движения возникло вокруг вопроса о расе. Старшие группы заняли расиалистскую позицию, в сообществе часто называемую «фёлькише», рассматривая германское язычество как этническую или расовую религию, неотъемлемо связанную с «германской расой». Они считают, что эта религия должна исповедоваться только белыми людьми, особенно североевропейского происхождения, и часто сочетают религию с крайне правыми взглядами и идеями превосходства «белой расы». В то же время большая часть германских неоязычников придерживается «универсалистской» точки зрения, считая, что религия открыта для всех, независимо от этнического или расового происхождения.

Хотя термин Heathenry широко используется для описания религии в целом, многие группы предпочитают разные обозначения в зависимости от их региональной направленности и идеологических предпочтений. Неоязычники, сосредоточенные на скандинавских источниках, могут использовать термины Ásatrú, Vanatru или Forn Sed; практикующие, ориентирующиеся на англосаксонские традиции, используют названия Fyrnsidu или Theodism; те, кто подчеркивает немецкие традиции, называют свою религию Irminism; неоязычники, которые придерживаются направления фёлькише и крайне правых взглядов, склонны отдавать предпочтение терминам Odinism, Wotanism, Wodenism или Odalism. По оценкам исследователей число германских неоязычников во всем мире составляет не более 20 000 человек, при этом сообщества практикующих действуют во многих странах в Европе, Америке и Австралазии.

Славянское неоязычество[править | править код]

Распространение неоязычества в русской культуре связано с процессом дехристианизации российского общества, начавшимся ещё в XIX веке[99]. Автор справочника «Новые религиозные организации России деструктивного, оккультного и неоязыческого характера» И. Куликов связывает появление советского неоязычества с фигурами маршала Михаила Тухачевского и музыканта Николая Жиляева. В 1918 году Тухачевский и Жиляев составили «проект уничтожения христианства» и восстановления древнего язычества как «натуральной религии». Докладная записка о том, чтобы в РСФСР объявить язычество государственной религией, была подана Тухачевским в Совет народных комиссаров РСФСР. В Комиссию при Совете народных комиссаров РСФСР его проект был поставлен на повестку дня и серьёзно обсуждался[100][101].

Как движение славянское неоязычество (родноверие) начало оформляться в Польше среди поляков и украинцев в 1920—1930-х годах. В 1921 году Владислав Колодзей[pl] создал «Святой круг последователей Святовита» (польск. Koło Czcicieli Światowida); его идеологию продолжает Родная польская церковь (польск. Rodzimy Kościół Polski), зарегистрированная в 1995 году). В 1937 году Ян Стахнюк (псевдоним — Стоигнев), автор книги «Славянский миф», организовал вокруг варшавского журнала «Община» (Zadruga) одноимённое движение (в 1996 году Станислав Потшебовский[pl] и некоторые другие члены бывшей «Задруги» учредили организацию «Родная вера» (польск. Rodzima Wiara). В стороне от каких-либо движений находился польский военный лётчик Здислав Харлендер[pl], автор книги «Поклоняющиеся Дажбогу Сварожичу» (1937). После окончания войны и установления в Польше сталинского режима Стахнюк и Колодзей были арестованы, что помешало созданию родноверческого сообщества[102][103]. Первым идеологом украинского родноверия в 1930-е годы стал санскритолог профессор Владимир Шаян, сотрудничавший с УПА, в составе которой в 1936 году была сформирована повстанческая группа имени Перуна, в 1943 году Шаян основывает «Орден рыцарей Бога Солнца». Проникнут неоязычеством был и издававшийся во Львове в 1931—1935 годах украинский литературный журнал «Дажбог» (Богдан-Игорь Антонич и другие)[104][105][106][107].

В СССР в 1933 году Порфирием Ивановым (1898—1983) из Луганской области (Украинской ССР) было основано религиозно-оздоровительное движение «ивановцев», которое классифицируется исследователями в качестве синкретического течения неоязычества. Иванов учил закалке (сам ходил круглый год без одежды), единению с силами природы, физическому бессмертию, за что подвергался репрессиям со стороны властей[108][109].

В середине XX века среди белоэмигрантов появились авторы, выступающие с апологией неоязычества. К их числу принадлежали военный офицер Александр Куренков (псевдоним — Ал. Кур, 1891—1971) и писатель Юрий Миролюбов (1892—1970), впервые опубликовавшие в 1953—1957 годах в журнале «Жар-птица» (Сан-Франциско) ставшую впоследствии «Библией» неоязычников «Велесову книгу». Близок к ним был и учёный-биолог Сергей Лесной (настоящее имя — С. Я. Парамонов, 1894—1967)[110].

Современное русское неоязычество складывается во второй половине[111] или конце 1970-х годов и связано с деятельностью московского арабиста Валерия Емельянова (языческое имя — Велемир, автор книги «Десионизация») и бывшего диссидента и неонацистского активиста Алексей Добровольского (языческое имя — Доброслав)[84]. К лидерам «нынешнего оформленного языческого движения» принадлежат Н. Н. Сперанский (Велимир), Анатолий Рядинский (Берендей), Г. П. Якутовский (Всеслав Святозар)[112]. В. А. Шнирельман в работе «Неоязычество и национализм» указывает на влияние кришнаизма на сложение неоязыческой «национал-патриотической идеологии»[113].

Славянское неоязычество (родноверие) в ряду других европейских неоязыческих религий является типичным, однако отличается высокой ролью в его учениях поддельных текстов и сильным влиянием мифологических конструкций академика Б. А. Рыбакова[1].

Славянское неоязычество является самым популярным видом неоязычества в России. Оно не имеет единой организационной структуры и подразделяется на множество организаций и групп, взгляды которых существенно различаются. Так, если одни группы славянских неоязычников в целом аполитичны, нейтрально относятся к христианству, то другие стоят на антисемитских и антихристианских ультраправых позициях, провозглашают избранность славян, пропагандируют идею «арийской расы» («славян-ариев»), участвуют в Русских маршах. Большинство славянских неоязычников используют в качестве символа ту или иную разновидность свастики, чаще всего так называемый «коловрат», который ошибочно считают древним славянским символом. В той или иной степени большинство славянских неоязычников придерживаются псевдоисторических идей, многие признают подлинность «Велесовой книги» (сочинения, выдаваемого за текст IX века, но признанного научным сообществом фальсификацией XX века) и наделяют её статусом своего рода священного писания[26].

Религиоведы Р. В. Шиженский и О. С. Тютина отмечают, что количество почитаемых богов у адептов славянского неоязыческого движения в России и Белоруссии колеблется от 15 до 29 (Велес, Перун и др.), в число которых входят и божества неславянского происхождения, например — Один[114]. Несколько инглиистских и других неоязыческих организаций были признаны экстремистскими[115], их деятельность на территории Российской Федерации запрещена.

Тенгрианство[править | править код]

Тенгрианский храм в Ордосе (Внутренняя Монголия, Китай)

Тенгриа́нство, или тенгри́зм представляет собой одно из представлений о средневековой этнической религии тюрко-монгольских кочевников евразийских степей и Центральной Азии и испытавших их влияние народов, в которой, особенно на уровне государственного культа, высшим считался Тенгри — обожествлённое небо; а также одного из направлений в неоязычестве[116][117][118][119][120][121][122].

С 1990-х годах среди населения Средней Азии, Южной Сибири, Поволжья и других регионов распространяется «кабинетное» тенгрианство в виде неоязыческого культа[122].

Наиболее известными современными идеологами и теоретиками тенгрианства являются Мурад Аджи (1944—2018), Сабетказы Акатай (1938—2003), Арон Атабек, Нурмагамбед Аюпов  (казах.) (1955—2010), Рафаэль Безертинов, Шагдарын Бира, Фирдус Девбаш, Иосиф Дмитриев (Трер) (1947—2018), Монгуш Кенин-Лопсан, Ауэзхан Кодар (1958—2016), Чоюн Омуралиев, Дастан Сарыгулов и Олжас Сулейменов[123][124].

Финно-угорское неоязычество[править | править код]

Возникновение и развитие неоязычества финно-угорских народов связано с их этнонациональным и культурным возрождением. Неоязыческие движения в Финляндии и Эстонии возникли с начала XX века. В России — в 1980-х — 1990-х годах, после распада Советского Союза[125].

Среди финно-угорских народов Приволжского федерального округа России (финно-угры Поволжья и удмурты) историк В. А. Шнирельман выделяет две взаимосвязанные модели развития неоязычества: возрождение аутентичных ритуалов и культовых церемоний в сельской местности и развитие систематизированных доктрин среди городской интеллигенции, отвергающей русское православие как иностранную религию[126].

Балтийское неоязычество[править | править код]

Балтийское неоязычество представлено рядом движений среди балтийских народов (в первую очередь литовцевДиевтуриба и латышейРомува), которые ставят цель возрождения коренной религии балтов[127][128].

Истоки движений уходят в XIX век. В Советском Союзе они были подавлены, но после его распада начали развиваться и приобретать всё большую известность как у себя на родине, так и среди прибалтийских экспатриантов, тесно связанных с экологистами[129] Одним из первых идеологов возрождения был прусско-литовский поэт и философ Видунас[128].

Движение Богини[править | править код]

Одна из версий спирального символа Богини

Движение Богини включает духовные верования или практики, в основном неоязыческие, возникшие преимущественно в Северной Америке, Западной Европе, Австралии и Новой Зеландии в 1970-х годах. Движение сформировалось в качестве реакции на осмысление преобладающей организованной религии как связанной с мужским доминированием[130].

Движение Богини представляет собой широко распространённое, нецентрализованное направление в неоязычестве, не имеющее унифицированных принципов веры[131]. Практики сильно различаются от имён и количества богинь, которым поклоняются, до конкретных ритуалов и обрядов, используемых для этого. В некоторых направлениях, таких как дианическая викка  (англ.), почитаются исключительно женские божества, в других также мужские. Системы верований варьируются от монотеистических до политеистических и пантеистических, имеют ряд теологических различий, подобно более широкому неоязыческому сообществу. Распространенные плюралистические представления самоидентифицирующий себя последователь может поклоняться любым богиням любой культуры[132][133]. Основываясь на его характеристиках, движение Богини также рассматривают как форму культурной религиозности, которая становится все более многообразной, географически распространённой, эклектичной и динамичной в процессе[134].

С подъёмом феминизма первой волны различные авторы движения Богини изображали древних индоевропейцев как «патриархальных, воинственных захватчиков, разрушивших утопический доисторический мир женского гармонии и красоты», например, в книгах «Чаша и клинок» (1987) американского антрополога Риан Айслер и «Цивилизация Богини» (1991) американского археолога Марии Гимбутас[135].

ЛГБТ-неоязычество[править | править код]

Радикальные феи с баннером на гей-прайде в Лондоне в 2010 году

Западное ЛГБТ-сообщество, часто дискриминируемое и/или открыто отвергаемое господствующими авраамическими религиями, часто стремилось к духовному признанию и объединению в рамках неоязыческой религиозной/духовной практики. Религиовед, специализирующийся на неоязычестве, Кристин Хофф Кремер писала: «Язычники, как правило, относительно терпимы к однополым отношениям, БДСМ, полиамории, трансгендерность и другим выражениям гендера и сексуальности, которые маргинализируются господствующим социальным большинством». Однако возникает конфликт, поскольку ряд неоязыческие системы верований и идеологии исходят из представлений о бинарной гендерной системы, гетеросексуальности, влекущее за собой воспроизводство, и/или гендерном эссенциализме  (англ.)[136][137].

В ответ на это возникли группы и движения, включающие представителей ЛГБТ-движения или специально созданные для них. В 1980-х и 1990-х годах теолог Джон Саломонсен отмечал, неоязыческое движение восстановления  (англ.) в Сан-Франциско включало большое количество представителей ЛГБТ-движения, особенно бисексуалов[138]. Марго Адлер  (англ.) отметила группы, ориентированы на мужскую гомосексуальность, такие как «Минойское братство» Эдди Бучински  (англ.), викканская группа, сочетающая иконографию древней минойской религии  (англ.) с викканской теологией и акцентом на мужскую гомосексуальность, и эклектическую неоязыческую группу радикальные феи. В ответ на вопрос Адлер одного из представителей движения, что неоязыческое сообщество предлагает членам ЛГБТ-сообщества, он ответил: «Пространство, к которому можно принадлежать. Принятие. И способ общаться со всеми типами людей — геями, бисексуалами, гетеросексуалами, безбрачными, трансгендерами — что трудно осуществить в обществе в целом»[139][140].

Присутствие и приемлемость трансгендеров вызывает особые споры во многих неоязыческих группах. Одной из самых известных из них является дианическая викка  (англ.). Этот радикальный феминистский вариант викки, предназначенный только для женщин, допускает цисгендерных лесбиянок, но не трансгендерных женщин. Это связано с тем, что участники движения являются стронниками гендерного эссенциализма. По словам основателя Жужанны Будапешт  (англ.), «иногда в вашей жизни должны быть матка, яичники и [менструация], а не смерть». Это убеждение и способ его выражения часто осуждаются как трансфобия и TERF[141][142][143].

Транс-исключение также присутствует в александрийской викке  (англ.), основатель которой рассматривает трансгендеров как меланхоличных людей, которым следует искать другие группы из-за акцента александрийской викки на гетеросексуальном воспроизводстве и гендерной бинарности[144].

Другие[править | править код]

К движением неоязыческого направления принадлежат также викка, асатру (германское неоязычество), Форн Сидр (скандинавское неоязыческое движение в Дании), армянское неоязычество, эллинизм, Церковь народа гуанчи. С некоторой натяжкой сюда может быть отнесён и алтайский бурханизм.

Связи между движениями[править | править код]

Налажены активные контакты между неоязыческими общинами России, Ук­раины, Прибалтики, Польши, Западной Европы. Российские неоязычники приглашают неоязычников из других стран на большие праздники, которые проводятся в течение нескольких дней за городом[145].

Действуют меж­дународные организации, объединяющие представителей различных «этничес­ких религий» (неоязыческих движений). В 1997 году в Литве состо­ялся конгресс этнических религий. Если ранее контакты носили преимущественно эпизодический характер, то с 1997 году возникает налаженное сотрудничество. Преимущественно это заметно в действиях неоязыческих общин из славянских стран. В 2000 году во Всемирный конгресс этнических религий входил ряд общин из России, в том числе ССО СРВ. В России имеют место контакты с неславянским неоязы­ческими движениями в Марий-Эл, Удмуртии и др.[145]

Европейский конгресс этнических религий (ECER) (устаревшее наименование «Всемирный конгресс этнических религий») был основан в июне 1998 года в Литве, по инициативе делегатов из 16 разных стран (Европы, Азии и Америки)[146]. В этом же году данная организация выпустила свою Декларацию, призывающую к миру и религиозной терпимости[147].

Критика[править | править код]

В энциклике папы Римского Пия XI «Mit brennender Sorge», изданной в 1937 году (в которой указано на нарушение нацистами условий конкордата с Ватиканом, и содержится критика различных аспектов нацистской идеологии), говорится:

…только поверхностные умы могут говорить о национальном боге, о национальной религии… которая существует в границах одного народа, в тесноте единства крови одной-единственной расы. Это есть новое агрессивное язычество[148].

В 1947 году евангелический пастор В. Кюннерт отождествлял нацистскую идеологию с «паганизированным христианством» и называл Гитлера Антихристом[149].

Неоязычники неоднократно критиковались за псевдоисторическую и псевдолингвистическую деятельность, пропаганду псевдонауки (см. например, «Велесова книга»)[26].

Ряд исследователей[2], например, О. В. Кутарев, считает, что «старое язычество в своей полноте в Европе по сути неизвестно… (кроме верований марийцев и удмуртов)», а «восстановление „чистого“ язычества как оно было в древности — невозможно»[1].

Патриарх Московский и всея Руси Алексий II на открытии Архиерейского собора 2004 года назвал распространение неоязычества одной из главных угроз XXI века, поставив его в один ряд с терроризмом и «другими губительными явлениями современности»[150]. В связи с этим Круг языческой традиции направил в Священный синод Русской православной церкви открытое письмо, которое было передано 18 октября 2004 года в Отдел внешних церковных связей Московского патриархата[151]. В этом открытом письме говорилось о недопустимости заявлений, задевающих честь и достоинство современных язычников и нарушающих законы «О свободе совести и о религиозных объединениях» и «О противодействии экстремистской деятельности».

В публикациях деятелей РПЦ особо отмечается ненаучность подхода родноверов к реконструкции древнеславянских верований[152].

Патриарх Московский и всея Руси Кирилл в интервью в 2009 году заявил, что дьявол являлся народам различным образом — например, через языческих богов. Он назвал язычество заблуждением, через которое люди бессознательно и неразумно поклоняются тёмной силе[153][неавторитетный источник?].

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Кутарев, 2014.
  2. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Гайдуков, 2016.
  3. 1 2 Гайдуков, Скачкова, 2021, с. 84.
  4. Doyle White, 2016, p. 6.
  5. Adler, 2006, p. xiii.
  6. Carpenter, 1996, p. 40.
  7. Adler, 2006, pp. 3—4.
  8. 1 2 Strmiska, 2005, pp. 18—22.
  9. 1 2 Бесков, 2020, с. 313.
  10. York, 1999, p. 135—146.
  11. 1 2 3 Davidsen, M. A. What is Wrong with Pagan Studies? A Review Essay on the Handbook of Contemporary Paganism // Method and Theory in the Study of Religion. Leiden: Brill, 2012. Issue 24. P. 183—199.
  12. 1 2 Бесков, 2020, с. 310.
  13. Neo-paganism // Britannica Encyclopedia of World Religions. 2006. P. 794—795.
  14. 1 2 Гайдуков, 2000b.
  15. 1 2 Неоязычество на просторах Евразии, 2001, с. 168.
  16. 1 2 Гайдуков, Скачкова, 2021, с. 85.
  17. Гурко, 2006, с. 44.
  18. 1 2 Strmiska, 2005, p. 19.
  19. Strmiska, 2005, pp. 19—20.
  20. Шнирельман, 1998, с. 3.
  21. 1 2 Aitamurto, 2007б.
  22. Кавыкин, 2007.
  23. 1 2 Шнирельман, 2012.
  24. Попов, 2016а, гл. 4.5. Славянская народная религия (родноверие).
  25. Попов, 2016б, гл. 5.3. Новые российские религии.
  26. 1 2 3 4 5 6 Шнирельман, 2015.
  27. Gajda, 2013, pp. 46—48.
  28. Гудрик-Кларк, 2004.
  29. Poewe, 2006, p. 7, 148—149.
  30. McCann, 1990, pp. 75—79.
  31. Булгаков С. Христианство и еврейский вопрос. Paris: YMCA Press, 1991. С. 20—23.
  32. Gugenberger & Schweidlenka, 1993, с. 97—98, 142—143.
  33. 1 2 New Brand of Racist Odinist Religion on the March. Southern Poverty Law Center. Дата обращения: 11 декабря 2019. Архивировано 14 января 2020 года.
  34. 1 2 Berlet, 2006, pp. 11—48.
  35. Kaplan, 1996, p. 202.
  36. 1 2 Gardell, 2003, p. 153.
  37. Strmiska & Sigurvinsson, 2005, p. 134.
  38. 1 2 Strmiska & Sigurvinsson, 2005, pp. 134–135.
  39. Adler, 2006, pp. 29–294.
  40. 1 2 Schnurbein, 2016, p. 128.
  41. Snook & Horrell & Horton, 2017, pp. 43—64.
  42. Kaplan, 1997, p. 78.
  43. Strmiska & Sigurvinsson, 2005, p. 165.
  44. 1 2 Cragle, 2017, pp. 89—90.
  45. Schnurbein, 2016, pp. 6–7.
  46. Harvey, 2007, p. 67.
  47. Kaplan, 1997, p. 77.
  48. Gardell, 2003, p. 163.
  49. Kaplan, 1996, p. 224.
  50. Gardell, 2003, p. 164.
  51. Strmiska & Sigurvinsson, 2005, p. 128.
  52. Doyle White, 2017, p. 257.
  53. 1 2 Harvey, 2007, p. 66.
  54. Doyle White, 2017, pp. 242–243.
  55. Kaplan, 1997, p. 81.
  56. Harvey, 2007, p. 66–67.
  57. Kaplan, 1997, pp. 80–82.
  58. Gardell, 2003, pp. 269–273.
  59. Schnurbein, 2016, p. 130.
  60. Gardell, 2003, p. 271.
  61. Gardell, 2003, p. 278.
  62. Strmiska & Sigurvinsson, 2005, p. 137.
  63. 1 2 Gardell, 2003, p. 165.
  64. Gardell, 2003, pp. 273–274.
  65. Strmiska & Sigurvinsson, 2005, p. 136.
  66. Schnurbein, 2016, p. 129.
  67. Doyle White, 2017, p. 254.
  68. Kaplan, 1997, pp. 69–70.
  69. 1 2 Kaplan, 1997, p. 85.
  70. Kaplan, 1997, p. 86.
  71. Goodrick-Clarke, 2003, p. 257.
  72. Gardell, 2003, pp. 196–197.
  73. Kaplan, 1997, p. 94.
  74. Gardell, 2003, pp. 292–293.
  75. Gardell, 2003, pp. 320–321.
  76. Ларюэль, 2010.
  77. Прокофьев, Филатов, Коскелло, 2006, с. 179.
  78. Шляпентох, 2014, с. 77—78.
  79. Верховский, Прибыловский, Михайловская, 1998, с. 39—41.
  80. Мороз, 2005, с. 196—225.
  81. Яшин, 2014, с. 37—40.
  82. Список организаций, признанных российскими судами экстремистскими Архивная копия от 27 января 2021 на Wayback Machine // Информационно-аналитический центр «Сова», 28.01.2015.
  83. Шнирельман, 1998.
  84. 1 2 Шиженский, 2021.
  85. White, 2021, p. 253-255.
  86. White, 2021, p. 113—157,254.
  87. Doyle White, 2016, p. 7.
  88. Strmiska, 2005, pp. 18—22, 41, 47.
  89. White, 2021, p. 186—187.
  90. The Druids. The British Museum. — «Modern Druids have no direct connection to the Druids of the Iron Age. Many of our popular ideas about the Druids are based on the misunderstandings and misconceptions of scholars 200 years ago. These ideas have been superseded by later study and discoveries.». Дата обращения: 1 декабря 2014. Архивировано 23 декабря 2012 года.
  91. White, 2021, p. 16-17.
  92. White, 2021, p. 27—28.
  93. 1 2 White, 2021, pp. 280—283.
  94. White, 2021, pp. 279—280.
  95. White, 2021, p. 114.
  96. White, 2021, p. 31.
  97. Doyle White, 2016, p. 360.
  98. White, 2021, pp. 29—58.
  99. Петкова, Пучков, 2009, с. 17.
  100. Куликов, 2000, с. 20—26.
  101. Карпец, 2014.
  102. Simpson, 2013, pp. 113.
  103. Strutyński, 2013, pp. 295.
  104. Попов, 2016а.
  105. Gajda, 2013, pp. 46–48.
  106. Simpson, 2013, pp. 112—127.
  107. Lesiv, 2013, pp. 128–145.
  108. Мильков, 2002, с. 295.
  109. Кнорре, 2006, с. 244—258.
  110. Творогов, 1990, pp. 170—172.
  111. Шиженский, 2020.
  112. Клейн, 2004.
  113. Шнирельман, 1998, с. 32.
  114. Шиженский, Тютина, 2014.
  115. Перечень общественных и религиозных объединений, иных некоммерческих организаций, в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О противодействии экстремистской деятельности» Архивная копия от 19 мая 2017 на Wayback Machine. Официальный сайт Министерства юстиции Российской Федерации.
  116. Шнирельман, 1998, с. 23.
  117. Щипков, 1998.
  118. Щипков, 2003.
  119. Филатов, 2002, с. 128.
  120. Мухаметшин, 2005, с. 179.
  121. Коскелло, 2009, с. 320—321.
  122. 1 2 Кызласов, 2016, с. 29.
  123. Laruelle, 2007, pp. 204, 209–11.
  124. Попов, 2016.
  125. Shnirelman, 2002, pp. 199—209.
  126. Shnirelman, 2002, p. 202.
  127. Muktupāvels, 2005, p. 762.
  128. 1 2 Wiench, 1995.
  129. Naylor, Aliide. Soviet power gone, Baltic countries' historic pagan past re-emerges, Religion News Service  (англ.) (31 May 2019). Архивировано 24 ноября 2020 года. Дата обращения 8 июня 2019.
  130. O’Brien, 2008, p. 709.
  131. Reid-Bowen, 2016, p. 23.
  132. Christ, 1997.
  133. Christ, 2003.
  134. Griffin, 1999, p. 61.
  135. Anthony, 2007, p. 10.
  136. How Do Pagans Feel About Homosexuality?, ThoughtCo. Архивировано 1 мая 2018 года. Дата обращения 1 июля 2022.
  137. Kraemer, 2012.
  138. Salomonsen, 2002, p. 44.
  139. Adler, 2006, pp. 355—371.
  140. Minoan Brotherhood | Transcendence Directory | Western Esotericism Community (англ.) ?. Transcendence Works! (13 ноября 2015). Дата обращения: 15 июня 2019. Архивировано 13 февраля 2020 года.
  141. Pantheon. Transgender Issues in Pagan Religions (англ.), Pantheon (1 марта 2011). Архивировано 25 мая 2019 года. Дата обращения 1 июля 2022.
  142. What is the Dianic Wiccan Tradition?, ThoughtCo. Архивировано 15 апреля 2019 года. Дата обращения 1 июля 2022.
  143. Kaveney, Roz. Why won't pagans accept trans women? | Roz Kaveney (англ.), The Guardian (8 марта 2011). Архивировано 12 февраля 2020 года. Дата обращения 1 июля 2022.
  144. Oh, My Pop Culture Goddess: Transgender Issues in Wicca and Paganism (англ.), Lady Geek Girl and Friends (16 февраля 2014). Архивировано 20 февраля 2021 года. Дата обращения 1 июля 2022.
  145. 1 2 Прокофьев, Филатов, Коскелло, 2006, с. 193.
  146. Европейский конгресс этнических религий. Дата обращения: 16 февраля 2012. Архивировано 15 мая 2012 года.
  147. Европейский Конгресс Этнических Религий — Декларация. Дата обращения: 16 февраля 2012. Архивировано 9 мая 2012 года.:

    Мы делегаты Всемирного конгресса языческих религий, состоявшегося с 20 по 24 июня в Вильнюсе в Литве, собрались, чтобы выразить нашу солидарность с языческими, местными, исконными и/или традиционными религиями Европы и других регионов мира.

    Все культуры так же как и исконные религии и веры должны одинаково оцениваться и пользоваться одинаковым уважением. В каждом краю и у всех народов есть свои отличительные местные традиции (исконная вера, мировоззрение, мифология, фольклор и т. д.), которые выражают их любовь к своей родине и истории и развивают уважение к неприкосновенности жизни и божественности Природы. Так же как Природа существует в большом разнообразии видов, так и человечество должно иметь возможность свободно развиваться не сталкиваясь друг с другом в разнообразии своих культурных выражений.

    Согласно нашим древним традиционным нравственным нормам, Земля и все существа должны уважаться и охраняться. Мы как люди должны найти своё место в рамках всего живого, а не вне или отдельно от остального творения.

    Мы разделяем общее понимание нашего положения в мире, основанное на общем историческом опыте гнета и нетерпимости. Языческие веры в прошлом много пострадали со стороны религий утверждающих, что только они обладают единой истиной, с их стороны испытали много обид и даже уничтожение. Нашим искренним желанием является жить в мире и согласии, стараться сотрудничать с поклонниками всех остальных религий, вер и верований.

    Мы верим, что рассвет новой эры индивидуальной и интеллектуальной свободы вместе с глобальным обменом мнений и информаций нам даёт возможность начать снова возвращаться к нашим собственным исконным духовным корням и таким образом поднять наше религиозное наследие. Мы являемся поклонниками Природы так же, как ими было почти всё человечество большую часть своей истории.

    Настоящие местные религии нас должны вдохновить любовью и уважением к всему, что мы видим и чувствуем вокруг себя. Мы признаем все формы вероисповеданий, которые подчёркивают искренность сердца, чистоту мысли и благородное поведение в каждом моменте жизни и ко всему существующему.

    Наши возрождённые языческие религии в нас вызывают чувство гордости. Наш новый универзализм побуждает людей не оставаться закрытыми в стенах ненависти и ревнивости ко всем, которые не находятся внутри этих стен. Давайте разрушим эти стены и расширим кругозор и зрение всего человечества.

    Мы создали Всемирный конгресс языческих религий /World Congress of Ethnic Religions — WCER/ с целью помочь всем группам языческих религий уцелеть и сотрудничать между собой. Наш девиз — (Единство в разнообразии).

    Oyvind SILJEHOLM ARNESEN (Норвегия), Hans BERGHMANS (Бельгия), Janis BRIKMANIS (Латвия), Denis DORNOY (Франция), Audrius DUNDZILA (США), Arwind GHOSH (Индия), Morten GROLSTED (Дания), Surrinder Paul ATTRI (Индия), Вадим Казаков (Россия), Stefan KLUGE (Германия), Фёдор Кашуркевич (Беларусь), Koenraad LOGGHE (Бельгия), Giuseppe MAIELLO (Чехия), Галина ЛОЗКО (Украина), Geza von NEMENYI (Германия), Stashko POTRSHEBOVSKI (Польша), Vlasis RASSIAS (Греция), Rajinder SINGH (Индия), Николай Сперанский (Россия), Michael STRMISKA (США), Jonas TRINKUNAS (Литва), Lila WIBERG (Швеция), Catrin WILDGRUBE (Германия).

    Вильнюс, Литва, 23 Июня 1998.

  148. Шнирельман, 2015, Глава 3. Нацистский след, раздел Типы национализма.
  149. Weissmann, Karlheinz. Druiden, Goden, Weise Frauen. Freiburg: Herder, 1991. S. 67.
  150. Алексий Второй сравнил терроризм с новым язычеством Архивная копия от 2 апреля 2009 на Wayback Machine.
  151. Язычники предлагают РПЦ отказаться от проявлений экстремизма и религиозной розни Архивная копия от 26 декабря 2014 на Wayback Machine.
  152. См., например, Алексеев В. Русское неоязычество Архивная копия от 30 сентября 2013 на Wayback Machine. Центр апологетических исследований, 2004.
  153. Патриарх Кирилл об НЛО Архивная копия от 7 января 2019 на Wayback Machine.

Литература[править | править код]

на русском языке
на других языках

Ссылки[править | править код]