Новые правые (учение)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Новые правые (фр. Nouvelle Droiteангл. New Right) ― направление политической мысли, которое появилось во Франции в конце 1960-х годов. Ключевыми его чертами являются антилиберализм, антиглобализм, критика бесконтрольной иммиграции и практики «плавильного котла» наций, а также призывы к новому возрождению европейской культуры. 

Также данный термин употребляется по отношению к ряду политических течений и партий правого толка.

История новых правых берет своё начало с учреждения в Ницце в 1968 году «Группы изучения и исследования европейской цивилизации» (фр. Groupement de recherche et d'études pour la civilisation européenne, GRECE), основным деятелем которой был французский философ Ален де Бенуа. Де Бенуа и другие члены группы имели большой опыт участия в правых движениях и находились под влиянием идей более старых правых течений, и в первую очередь ― течения консервативных революционеров. Новые правые также вдохновлялись многими аспектами политической тактики, выработанной новыми левыми и некоторыми другими марксистами. В частности, они восприняли идеи итальянского марксиста Антонио Грамши, и по этой причине иногда называют себя «грамшисты справа». Идеология новых правых достигла большого признания в 1970-е годы, хотя позднее их популярность снизилась. Представители движения стали членами ряда политических партий, особенно сильно повлияв на программу Национального фронта во Франции.

Новые правые выступают против мультикультурализма и смешения различных культур в одном обществе. Также они выступают против либеральной демократии и капитализма, предлагая вместо них то, что они называют «органической демократией», которая могла бы противостоять контролю общества со стороны кругов олигархии. Новые правые призывают к возрождению европейской культуры и идентичности через «археофутуризм» или консервативную революцию (но не реакцию).

История[править | править код]

После окончания Второй мировой войны и краха режима Виши многие крайние правые во Франции были вынуждены перейти в подполье. Тем не менее уже в середине 1950-х многие активисты вернулись в общественную жизнь и начали принимать участие в выборах. В основном они присоединялись к движению пужадизма[1]. В течение следующих двух десятилетий представители ультраправых движений сплотились вокруг защиты дела сохранения французской колониальной империи, которую потрясали национально-освободительные движения в Индокитае и Алжире. В это время многие правые приняли участие в формировании нескольких вооружённых группировок, самыми известными из которых были Секретная вооружённая организация (Organisation armée secrète, OAS) и Революционная армия (Armée Révolutionnaire, AR)[2]. Вместе с тем многие ультраправые интеллектуалы решили пойти другим путём и попытаться сформулировать свои идеи таким образом, который был бы более приемлем для широких кругов общественности. С этой целью и была учреждена «Группа изучения и исследования европейской цивилизации» (GRECE)[3]. Таким образом, идеология новых правых зародилась незадолго до начала событий мая 1968 года во Франции[4].

Учреждение GRECE: 1968―1974[править | править код]

Группа GRECE была основана в Ницце в январе 1968 года[5]. Изначально в неё входили сорок человек[5]. Наиболее известными её фигурами были Ален де Бенуа, Пьер Виаль, Жан-Клод Валла, Доминик Веннер, Жак Бруя и Жан-Жак Морро. По утверждениям политолога Тамира Бар-Он, «интеллектуальная эволюции членов GRECE и ведущих интеллектуалов движения новых правых, в целом, несомненно, происходила в обстановке революционных настроений со стороны правых». GRECE рассматривалась как «логическая альтернатива» для «молодых французских боевиков-националистов», к которой они могли бы присоединиться, учитывая роспуск в 1958 году Jeune Nation, крах OAS в 1962 году, а также поражение Rassemblement Européen de la Liberté на парламентских выборах 1967 года. Будучи радикальными националистами и антикоммунистами, они начали выступать за защиту традиционной культуры западного общества. Некоторые из них также выдвигали теории расизма и евгеники. Также они выступали против миграции небелых народов из бывших французских колоний во Францию, и это впоследствии подвело их к принятию антиколониальных и антиимпериалистических воззрений[6].

Ален де Бенуа, один из ведущих мыслителей движения новых правых

«Неоспоримым лидером» и «наиболее авторитетным представителем» новых правых стал Ален де Бенуа[7]. В молодости философ был членом ультра-националистической Федерацией студентов националистов (Fédération des étudiants nationalistes) и был редактором журнала «Европейское действие» (Europe Action). Обе организации, как отмечали исследователи, выражали идеи новых правых в их «зачаточной форме»[8]. GRECE унаследовала ряд ключевых тем и вопросов, затронутых в журнале «Европейское действие»: это «антихристианская позиция, выраженной элитарности, идея объединение Европы, отход от биологического к культурному акценту "различий" между народами, а также сложные инверсии традиционных терминов, как то расизм и антирасизм». Де Бенуа также находился под влиянием представителей консервативно-революционного движения в межвоенной Германии: Эрнста Юнгера, Артур Мёллера Ван ден Брука и Освальда Шпенглера. В 1970-е новые правые способствовали возрождению общественного интереса к этим консервативным революционерам[9].

Для членов GRECE была написана инструкция, которая призывала их отказаться от использования «устаревшего языка», который мог бы породнить группу со старыми объединениями фашистов. В ней также говорилось о необходимости заводить знакомства с влиятельными лицами Франции и Европы в целом, чтобы лучше подготовить почву для своих целей. GRECE не была однородной школой политической мысли, а её представители придерживались разных, порой противоречивых точек зрения. Новые правые усвоили опыт участников волнений 1968 года и движения новых левых, приняв идею о том, что продвижение в обществе определённой культурной повестки является предпосылкой для политических перемен[10]. Де Бенуа отмечал, что хотя французские левые не получали успехов на выборах со времён конца Второй мировой войны, однако тем не менее левые идеи получили значительную вес во французском обществе, особенно в среде интеллигенции. Поэтому новые правые стремились изменить ценностную ориентацию французского общества путём смещения господствующей идеологии без каких-либо побед на выборах[11].

GRECE за время своего существования провела множество семинаров и коллоквиумов[12]. Также члены группы начали издавать полу-академичные публикаций, посредством которых могли продвигать свои взгляды. Их журнал «Новая школа» (Nouvelle Ecole), изначально распространяемый среди членов группы участников, с 1969 года начал издаваться для широкой аудитории[13]. В течение 1975 и 1976 годах группа выпускала свои бюллетени, которые предназначались для распространения в медицинских, образовательных и военных кругах. В 1976 году GRECE учредила своё собственное издательство под названием «Коперник»[14].

Рост популярности и появление оппозиции: 1975―1979[править | править код]

Термин «новые правые» изначально не был самоназванием[15]. Впервые данный термин был употреблён в серии статей о GRECE, написанных Жильбером Комтом и опубликованных в газете Le Monde в марте 1978 года, которые получили название «Новые правые?» («Une nouvelle droite?»)[16][17]. В те годы прилагательное «новый» часто употреблялось по отношению к явления французской интеллектуальной и культурной жизни: это были «новые философы» (nouveaux philosophes), «новые историки» (nouveaux historiens), «новые экономисты» (nouveaux économistes), а также «новая кухня» (nouvelle cuisine).

К концу 1970-х годов новые правые полностью усвоили сопутствующий дух времени[18] и достигли своего расцвета и пика популярности в СМИ[19]. В эти годы интеллектуалы из новых правых публиковали статьи в ведущем издании Франции, журнале Le Figaro. В 1978 году работа де Бенуа «Взгляд справа» (Vu de droite) получила премию от Французской академии[14]. Рост популярности новых правых вызвал опасения со стороны многих либеральных и левых интеллектуалов во Франции, которые считали новых правых расистским, фашистским и вишистским движением, которое также стремилось подорвать устои либеральной демократии, идей эгалитаризма и наследия французской революции 1789 года в целом[19]. Кампания, призывающая к травле членов движения была развёрнута в Le Monde, L’Obs, L'Express и La Croix, в результате чего Le Figaro также должен был отказаться от покровительства движению[20]. Представители движения впоследствии утверждали, что преследования были сродни тем, что происходили во времена маккартизма в США[21]. Оказавшись лишены популярной платформы, новые правые ускорили свою эволюцию от биологического расизма и окончательно пришли к идее о том, что разные этно-культурные группы должны проживать отдельно во имя сохранения исторических и культурных различий[20].

Члены GRECE ― Жан-Ив Ле Галло, Иван Бло, и Анри де Лесквен в 1974 году учредили объединение под названием «Клуб», которое должно было стать аналитическим центром и ещё одной платформой для продвижения идей новых правых. Его учредители были недовольны долгосрочной стратегией GRECE, направленной на борьбу в сфере метаполитики, и стремились ускорить изменения во французском обществе. Члены Клуба присоединялись к таким политическим партиям, как Объединение в поддержку Республики (RFR) и Союз за французскую демократию (UDF)[22]. К концу 1970-х Клуб значительно отошёл от идейного направления GRECE: его представители стали выступать за неолиберализм в экономике, а также признали католицизм в качестве фундаментальной основы французской национальной идентичности, что также противоречило антихристианскому уклону GRECE[23].

Политическое влияние: 1980―настоящий день[править | править код]

В начале 1980-х годов ряд интеллектуалов, связанных с движением новых правых — Жан Одри, Жан Варенн, Пьер Виаль, Жан-Клод Барде и Пьер де Мёз выступили в поддержку политической партии Национальный фронт, которая в то время переживала рост популярности. Её руководителем в то время был Жан-Мари Ле Пен. Партия испытала идейное влияние новых правых, и в частности усвоила тезис о необходимости существования этно-культурных различий. Члены «Клуба», в свою очередь, призывали руководство Объединения в поддержку Республики (RFR) и Союза за французскую демократию (UDF) объединить свои силы с Национальным фронтом, чтобы вместе выступить против социалистического правительства Франсуа Миттерана, хотя их планы так и не были воплощены в жизнь[24]. В 1994 году в политбюро НФ состояли четверо представителей от новых правых: таким образом они стали второй по своему влиянию фракцией внутри партии[25]. Внутри НФ в то время имели место трения между сторонниками новых правых и другими группами, в первую очередь ― между верующими католиками, для которых были неприемлемы симпатии к язычеству со стороны новых правых[26]. Помимо этого также существовали разногласия между новыми правыми из НФ и новыми правыми за пределами партии, в частности, тем крылом движения, который представлял де Бенуа[27]. Философ открыто критиковал партию Ле Пена, осуждая его популизм, который находился в противоречии с приверженностью GRECE к элитизму. Также де Бенуа выступал против того, чтобы рассматривать иммигрантов в качестве козлов отпущения, виновных в проблемах французов, как их видели члены НФ[28]. И тем не менее он признавал, что два объединения имеют схожу точку зрения по многим вопросам[29].

В 1993 году группа из 40 французских интеллектуалов подписала «Призыв к бдительности», который был опубликован в Le Monde. В нём они предупреждали о «возрождении антидемократических ультраправых течений в интеллектуальной жизни Франции и Европы» и призывали к бойкоту лиц, связанным с движением новых правых. В 1994 году воззвание было опубликовано вновь, и в этот раз его уже подписали 1500 общественных деятелей со всей Европы[7][19].

С GRECE за всё время её существования успели поработать Артур Кёстлер, Ганс Юрген Айзенк, Конрад Лоренц, Мирча Элиаде, Раймон Абеллио, Тьерри Мольнер, Энтони Бёрджесс и Жан Парвулеско[30].

Идеология[править | править код]

Влияние фашизма и левых идеологий[править | править код]

Новые правые оказали идейное влияние на Национальный фронт, хотя Ле Пен, лидер партии, скептически относился к данному движению

Новые правые занимают крайне правую нишу политического спектра.

Ряд либеральных и левых критиков называют данное движение «фашистским»[31]. Политолог Роджер Гриффин соглашается с данным утверждением, утверждая, что новые правые разделяют в своей идеологии то, что сам он рассматривает как два важнейших аспекта фашизма: популистский ультра-национализм и призыв к национальному возрождению[32]. Политолог Том Маккаллох также считает, что движение новых правых имело «отчетливый характер возродителей фашизма», отчасти оттого, что испытывали большое влияние своих правых предшественников: немецких консервативных революционеров и французских фашистов, таких как Робер Бразийак, Жорж Валуа, Пьер Дриё ла Рошель и Тьерри Мольнер[33]. Маккалох также отмечает схожесть идей новых правых с фашизмом в части их стремления к сохранению этнически и культурно однородных обществ европейских народов, враждебностью к эгалитаризму и универсализму современности и призывов культурному возрождению[34]. При этом сами новые правые отвергают навешиваемые на них ярлыки «фашистов» и «ультраправых»[35]. Сам де Бенуа также был назван неофашистом[36]. Однако сам философ отвергал эти заявления, утверждая, что его специально пытаются опорочить его критики «с единственной целью делегитимизации или дискредитации» его идей[37]. Новые правые обычно стараются подчёркивать, что их критика капитализма и либеральной демократии отличается от той критики, которая ранее имело место со стороны идеологов нацизма, фашизма и старых ультраправых мыслителей[38].

Новые правые также отличаются и от традиционных правых, придерживаясь антикапиталистических, антизападных, антинационалистических позиций, выступая в поддержку народов Третьего мира, за федерализм европейских наций, а также солидаризуясь с экологическими движениями. Всё это сближает новых правых с позициями, которые традиционно поддерживаются левыми. Такое смешение традиционно левых и правых идей осложняет определение идеологической позиции движения, создавая путаницу для исследователей, а также различного рода интеллектуалов и политических активистов[35]. Сами новые правые по этому поводу заявляют, что они находятся выше левых и правых[39]. Подобное сочетание традиционных правых и левых идей в течение долгого времени было признано исследователями в качестве одной из черт фашизма[40]. Де Бенуа утверждал, что его движение «имеет определённое количество черт левых и определённое количество черт правых идеологий»[41]. Он также выразил мнение о том, что традиционное разделение на левых и правых «потеряло какое-либо оперативное значение для анализа сферы идеологического или политического дискурса», поскольку «новых водоразделы, которые возникли в последние несколько десятилетий ныне не совпадают со старыми понятиями о разделении левых и правых»[42].

Новые правые находились под влиянием таких марксистских мыслителей, как Антонио Грамши

Политолог Альберто Спекторовский поддерживает мнение о том, что новые правые «действительно серьёзно отклонились от идейной линии старых правых с их национализмом и расизмом, и пришли к левым идеям регионализма и этноплюрализма»[43]. Критики движения часто называют его правым по своей сущности[4]; данное утверждение поддерживает и политолог Тамир Бар-Он[4], который выразил мнение о том, что «идеологи новых правых никогда полностью не уходили от своих изначальных право-революционных корней»[44]. Он также утверждал, что движение используют левые идеи только в рамках своей программы «стратегии выживания», также отметив, что этот факт представляет из себя «хитроумную попытку возрождения некоторых идеалов правых революционеров»[19]. Роджер Гриффин считает, что утверждения новых правых о том, что они преодолели раздел между левыми и правыми представляют собой «впечатляющий трюк, призванный замаскировать их ультраправую сущность»[40].

Новые правые позаимствовали многие идеи новых левых[4], и в частности ― Антонио Грамши[45]. Поэтому иногда они называют себя «грамшисты справа». Среди прочих новых левых, которые повлияли на идейное развитие новых правых, также выделяют мыслителей Франкфуртской школы, таких как Теодор Адорно и Макс Хоркхаймер, а также ряда неомарксистов, как то Герберт Маркузе и Луи Альтюссер[46]. Некоторые новые правые также иногда говорят о том, что на них оказали влияние ряд левых деятелей: так, бывший генеральный секретарь GRECE Пьер Виаль говорил, что он восхищается личностью Че Гевары, а также бойцами итальянских Красных бригад и немецкой Фракцией Красной Армии, которые сражались и умирали в своей борьбе с режимом либеральной демократии[47]. Во время выборов в Европейский парламент во Франции в 1984 году де Бенуа заявил о своём намерении голосовать за Французскую коммунистическую партию, которая, по мнению философа, выступала на тот момент в качестве единственной антикапиталистической, антилиберальной и антиамериканской политической силы[47]. В 1997 году де Бенуа отзывался о Зелёных как о единственной партии в стране, которая противостояла материалистическим ценностям Запада[47].

Также большое влияние на философию новых правых оказал итальянский мыслитель Юлиус Эвола[48].

В целом, по утверждениям некоторых исследователей, в GRECE входили различные «европейские империалистытрадиционалисты, находившиеся под влиянием Юлиуса Эволы и Рене Генона, коммунитаристы, постмодернисты; ностальгирующие по временам фёлькише; неоязычники, с враждой относящиеся к христианству и иудаизму»[8]. Однако несмотря на столь сильный разброс течений внутри движения, всех новых правых объединяли по меньшей мере две вещи: стремление к защите коллективной идентичности (любого вида) и неприятие эгалитаризма[49].

Стратегия новых правых. Метаполитика[править | править код]

GRECE выдвинула идею о медленном культурном преобразовании общества посредством использования определённой риторики и продвижения соответствующих идей в надежде на достижение культурной гегемонии, которая позволила бы в свою очередь возобладать политической властью[8]. Так, Пьер Виаль говорил: «GRECE не занимается политикой. Её деятельность лежит в другой, более фундаментальной плоскости. Члены группы работают на уровне метаполитики... там, где находится коллективная ментальность и где формируется общественный консенсус»[8].

Ален де Бенуа призывал к низвержению идей либеральной демократии посредством проведения долгосрочной стратегии на уровне метаполитики[46]. Однако несмотря на то, что новые правые выступают против либеральной демократии, они не отвергают демократию совсем и предлагают свой собственный вариант, который называют «органической демократией»[50]. Философ подчёркивал, что его движение в целом никогда не оказывало поддержки какой-либо конкретной политической партии, и цель его заключается в том, чтобы «занимать позицию наблюдателя...»: «мы анализируем общественную обстановку и подаём идеи, предоставляем теоретическую базу... но ничего сверх того»[51].

Новые правые отвергает как эпоху модерна, так и постмодерна[52]. Также они считают неприемлемым капитализм в его глобальном виде и являются противниками либерализма. Вместо этого новые правые поддерживают регионализм, федерализм, социализм и демократию в местном масштабе[53]. Они отвергают принцип равенства всех людей, заявляя, что люди не рождаются свободными и равными друг другу, а обществе по своей сущности иерархично и должно оставаться таковым[54], а также подчёркивают значимость элит и их потребностей, удовлетворение которых, по их мнению, является ключом к построению гармоничного общества, в котором каждый человек будет знать о своём месте и цели[54].

Этноплюрализм[править | править код]

Новые правые подвергают критике идею о правах человека в её либеральной трактовке, и вместо этого выставляют на передний план права сообществ[55]. Также новые правые враждебно относятся к мультикультурализму и смешению человеческих культур[28], а в мультикультурных обществах, по мнению представителей движения, осуществляется одна из форм политики «этноцида»[50]. Что же касается представителей национальных меньшинств, укоренившихся во Франции, то новые правые не требуют их массовой эмиграции из страны[49]: вместо этого они предлагают их сепарацию внутри Франции, которая бы позволила им сохранить свою идентичность, не растворяясь в общей массе населения[49]. Критики движения утверждают, что данный подход со стороны новых правых схож с идеологией фашистов и их стремлениями к расовой и культурной чистоте[56]. Альберто Спекторовский утверждает, что взгляды новых правых относительно необходимости сохранения культурных различий и проведения сегрегации имеют собой цель препятствовать усилению позиций стран Третьего мира на мировой арене, призывая их к сохранению аграрного типа общества и отказу от индустриализации и в то же время позволяя европейским государствам сохранять своё более технологически продвинутое положение[57].

Новые правые отвергают глобальную капиталистическую систему и неограниченную свободу рынка, предлагая вместо них коммунитарную форму капитализма[6].

Также представителя движения утверждают, что христианское наследие, воспринято европейским обществом, породило дух эгалитаризма, позднее представший в секулярной форме в виде идеологий либерализма, социал-демократии и социализма[10]. Христианский монотеизм, по их мнению, является носителем тоталитарного этоса, который находит своё выражение в стремлении западного общества к навязыванию своей ценностной системы прочим мировым культурам[10]. Пьер Виаль писал: «тоталитаризм зародился четыре тысячи лет назад... произошло это в тот день, когда появился монотеизм. Идея о монотеизме подразумевает подчинение человека воле единого, вечного Бога»[58]. GRECE открыто придерживалась языческих симпатий и усматривала дохристианскую Европу в позитивном свете, считая её примером здорового общества, сохранявшего своё многообразие и веру во множество богов[26]. Неприятие христианства со стороны новых правых породило также и их отказ от идей старых правых, ориентированных на католичество, а также идей англо-американских правых и их неолиберализма[10]. Тем не менее новые правые с уважением относятся к вере прочих народов и считают, что они должны быть свободны в своей вере в единого Бога: «иудаизм является настоящей религией евреев, а ислам ― настоящей религией арабов; навязывать свои собственные культурные модели другим народом ― один из видов расистской практики, которую мы безусловно осуждаем»[58].

Хотя новые правые и выступают в защиту Западной цивилизации, но в то же время выступают против практики вестернизации[59]. Они негативно относились как к Советском Союзу, так и к США[54]. Являются крайними антиамериканистами и подвергают критике в США то, что называют «гиперкапиталистическим духом»[60].

Новые правые не являются антисемитами[35]. В начале 1990-х Жорж Шарбонно объявил о том, что члены GRECE официально осуждают отрицание Холокоста[61]. Однако один из учредителей группы, Жан-Код Валла, однажды заявил, что он лично доверяет исследованиям ревизионистов[61].

За пределами Франции[править | править код]

В конце 1980-х идеи новых правых были обрели популярность в различных европейских странах: в первую очередь это были Бельгия, Германия, Испания и Италия. Работы Алена де Бенуа и Гийома Фая также были переведены на множество европейских языков, включая русский[45].

Объединения новых правых за пределами Франции существовали и существуют по сей день в виде различных политических партий и движений, как то Neue Rechte в Германии, New Right в Великобритании, Nieuw Rechts в Нидерландах, Forza Nuova в Италии, Imperium Europa на Мальте, Nova Hrvatska Desnica в Хорватии, Noua Dreapta в Румынии, а также Free Congress Foundation под руководством Пауля Вейриха в США[62].

Критика[править | править код]

Новые правые обрели множество идеологических противников, хотя вместе с этим нашли для себя и союзников, подчас неожиданных[43]. Многие либералы и социалисты заявляют, что новые правые недалеко ушли от своих предшественников, классических правых, и что также они должны быть подвергнуты остракизму. Однако вместе с тем, например, левый американский журнал Telos с энтузиазмом воспринял способность новых правых преодолеть сложившуюся парадигму деления на левых и правых[43]. Движение часто критикуется как левыми, так и правыми. Для англо-американских правых неприемлемы их антизападные и антикапиталистические взгляды, а правые католики Франции критикуют представителей движения за их позитивное отношение к язычеству и неприятие христианства.[63]

Примечания[править | править код]

  1. Vaughan, 1995, p. 215.
  2. Vaughan, 1995, p. 218.
  3. Vaughan, 1995, p. 219.
  4. 1 2 3 4 Bar-On, 2001, p. 333.
  5. 1 2 Bar-On, 2001, p. 339.
  6. 1 2 Spektorowski, 2003, p. 116.
  7. 1 2 Griffin, 2000, p. 35.
  8. 1 2 3 4 McCulloch, 2006, p. 160.
  9. Bar-On, 2001, p. 340.
  10. 1 2 3 4 Bar-On, 2001, p. 336.
  11. Johnson, 1995, pp. 238–239.
  12. Johnson, 1995, p. 235.
  13. Johnson, 1995, pp. 235–236.
  14. 1 2 Johnson, 1995, p. 236.
  15. De Benoist, 2014, p. 163.
  16. Griffin, 2000, p. 44.
  17. McCulloch, 2006, p. 159.
  18. McCulloch, 2006, pp. 164–165.
  19. 1 2 3 4 Bar-On, 2001, p. 334.
  20. 1 2 McCulloch, 2006, p. 165.
  21. Johnson, 1995, p. 242.
  22. McCulloch, 2006, p. 163.
  23. McCulloch, 2006, p. 164.
  24. McCulloch, 2006, p. 167.
  25. McCulloch, 2006, p. 158.
  26. 1 2 McCulloch, 2006, p. 169.
  27. McCulloch, 2006, pp. 171–172.
  28. 1 2 McCulloch, 2006, p. 173.
  29. McCulloch, 2006, p. 172.
  30. Bar-On, Tamir. Where Have All The Fascists Gone?. — Ashgate Publishing, Ltd., 2007. — P. 7.
  31. Bar-On, 2001, p. 345.
  32. Griffin, 2000, pp. 36–37.
  33. McCulloch, 2006, p. 162.
  34. McCulloch, 2006, pp. 162–163.
  35. 1 2 3 Bar-On, 2001, p. 337.
  36. Sheehan, 1981, p. 46.
  37. Verluis, 2014, p. 80.
  38. Bar-On, 2001, p. 341.
  39. Griffin, 2000, p. 47.
  40. 1 2 Griffin, 2000, p. 48.
  41. De Benoist, 2014, p. 145.
  42. De Benoist, 2014, p. 146–147.
  43. 1 2 3 Spektorowski, 2003, p. 112.
  44. Bar-On, 2001, p. 348.
  45. 1 2 Copsey, 2013, p. 290.
  46. 1 2 Bar-On, 2001, p. 342.
  47. 1 2 3 Bar-On, 2001, p. 343.
  48. Copsey, 2013, p. 292.
  49. 1 2 3 McCulloch, 2006, p. 161.
  50. 1 2 Bar-On, 2001, p. 346.
  51. De Benoist, 2014, pp. 143–144.
  52. Bar-On, 2001, pp. 343–344.
  53. Bar-On, 2001, p. 344.
  54. 1 2 3 Johnson, 1995, p. 239.
  55. Spektorowski, 2003, p. 118.
  56. Bar-On, 2001, p. 347.
  57. Spektorowski, 2003, p. 119.
  58. 1 2 Spektorowski, 2003, p. 117.
  59. McCulloch, 2006, p. 174.
  60. Bar-On, 2001, p. 336-337.
  61. 1 2 Bar-On, 2001, p. 335.
  62. Minkenberg, Michael (2000). «The Renewal of the Radical Right: Between Modernity and Anti-modernity». Government and Opposition 35 (2): 170–188. DOI:10.1111/1477-7053.00022.
  63. Bar-On, 2001, p. 338.

Литература[править | править код]