Эта статья входит в число хороших статей

Опасный сосед

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
(перенаправлено с «Опасный сосед (поэма)»)
Перейти к навигации Перейти к поиску
Опасный сосед
Dangerous neighbour by Vasily Pushkin.jpg
Обложка петроградского издания 1922 года
Жанр Ироикомическая поэма
Автор Василий Львович Пушкин
Язык оригинала русский
Дата первой публикации 1812
Логотип Викитеки Текст произведения в Викитеке

«Опа́сный сосе́д» (рус. дореф. Опасный сосѣдъ) — ироикомическая поэма, самое известное произведение Василия Львовича Пушкина, написанное весной 1811 года. Состоит из 154 александрийских стихов с парной рифмовкой[1][2]. Несмотря на фривольное содержание, поэма была сразу же воспринята современниками как литературный манифест, опубликованный в рамках полемики карамзинистов с шишковистами. В. Л. Пушкин пытался напечатать поэму при жизни, вышло два малотиражных издания в 1812 и 1815 годах (последнее предпринято П. Л. Шиллингом без ведома автора); из-за цензурных ограничений в России «Опасный сосед» в доступном для широкой публики виде был опубликован в Лейпциге Брокгаузом в 1855 году. Текст ходил в списках, отражающих разные редакции текста, оказав разностороннее влияние на русскую литературу XIX века[3], в том числе племянника автора — А. С. Пушкина, которому даже приписывали её авторство. В России поэма впервые была издана в 1913 и 1918 годах, на основе списков и с учётом примечаний П. А. Вяземского на экземпляре 1855 года[4]; в дальнейшем неизменно включалась во все издания творческого наследия Василия Пушкина.

Сюжет и его источники[править | править код]

«

Ох! дайте отдохнуть и с силами собраться!
Что прибыли, друзья, пред вами запираться?
Я всё перескажу: Буянов, мой сосед,
Имение свое проживший в восемь лет
С цыганками, с б<лядь>ми, в трактирах с плясунами,
Пришёл ко мне вчера с небритыми усами,
Растрёпанный, в пуху, в картузе с козырьком,
Пришёл, — и понесло повсюду кабаком[5].

»

В поэме пародируется классический жанр описания путешествия, однако оно совершается из центра Москвы на окраину — в бордель. Сосед лирического героя — Буянов — соблазняет его посетить заведение. Сюжет разворачивается стремительно — перечисляются московские улицы Кузнецкий мост и вал, Арбат и Поварская[6]. По мнению Н. Михайловой, одной из задач сочинителя было передать само ощущение движения, поэтому быстрый бег упряжки сменяется стремительностью действия в публичном доме, где происходит драка вместо ожидаемого грехопадения. Девка, которой так и не удалось совратить повествователя, бежит по лестнице. Выбравшись из домишки с «нимфами радости постылой», герой-повествователь бежит, как загнанная лошадь, бросив коляску, и благополучно достигает своего дома, дав клятву никогда больше не участвовать в нескромных приключениях[7][8].

Сюжет показывает эрудицию автора: в тексте содержится множество отсылок к русской и европейской литературе того времени. Одним из возможных литературных источников «Опасного соседа», по-видимому, была анонимная стихотворная сатира «Описание борделя», впервые опубликованная в 1620 году в Париже. Как и в поэме В. Пушкина, сводня предлагает протагонисту познакомиться с девицей, якобы девственницей, увлекает его в бордель, где он сталкивается с двумя гостями, также претендующими на юную особу. Аналогично, ссора перерастает в драку, а угроза явления полиции заставляет героя бежать[9].

Помимо произведений «низкого жанра», в «Опасном соседе» несомненно чувствуется влияние эталонного автора французского классицизма — Никола Буало-Депрео, труды которого использовались карамзинистами в борьбе за собственную модель русского литературного языка. Именно Буало ввёл в литературную критику различение автора — литературного героя и автора-человека. Некоторые сюжетные ходы и использованные в «Опасном соседе» образы близки Сатире III Буало, в которой герой попал на обед в литературный салон, но теоретический спор завершился дракой. Перепуганному рассказчику (от его лица ведется повествование) ничего не оставалось делать, как убежать и поклясться не бывать больше на подобных пирах. Зачин поэмы также близок сатире Буало — заявление «Я всё перескажу» сродни намерению поведать рассказ о несчастном происшествии[10]. Есть некоторые параллели в сцене драки: купец метнул в противников бутылку и поднос, а Буянов запустил в полицейского тарелку (в сатире Буало тарелка летит в стену). В обоих стихотворениях герой-повествователь случайно оказался во время драки у двери и не пострадал[11].

Но вдруг красавицы все приступают к бою.
Лежали на окне «Бова» и «Еруслан»,
«Несчастный Никанор», чувствительный роман,
«Смерть Роллы», «Арфаксад», «Русалка», «Дева Солнца»;
Они их с мужеством пускают в ратоборца.
На доблесть храбрых жён я с трепетом взирал;
Все пали ниц; Сосед победу одержал[12].

Из поэмы Буало «Налой» (1674) заимствована и такая деталь: обитательницы борделя дерутся книгами, запуская их как пушечные ядра. Эти книги являются предметом осмеяния автора. В круг чтения непотребных девок Пушкин включил не только произведения лубочной литературы, но и переделку немецкой оперы «Фея Дуная» А. А. Шаховского, драмы Коцебу «Гишпанцы в Перу, или Смерть Роллы. Романтическая трагедия в пяти действиях» и «Дева Солнца»[13]. Подобно Буало, который в поэме «Налой» высоким слогом героических поэм описывал ссору ничтожных людей (казначея и певчего в провинциальной церкви), В. Л. Пушкин величает пьяную драку «ужасной битвой», «лютейшим сражением», Буянова — ратоборцем, обитательниц весёлого дома — «доблестными храбрыми женами»[9]. Этот же мотив подчёркивается следующими деталями: сцены заведения украшены портретами Селима III, Вольтера и Фридриха II. Вольтер — автор поэмы «Орлеанская девственница», в которой силён как эротический, так и героический элемент; драка пародийно проецируется на них. Турецкий султан и прусский король были хорошо известны как полководцы, что проецируется на образ Буянова — выигравшего битву полководца[14].

По-видимому, «Опасный сосед» мог иметь корни и в изобразительном искусстве; его могли именовать и «картинкой во фламандском вкусе»[8]. Приятель В. Л. Пушкина — М. Н. Макаров — называл поэму «Гогартовым оригиналом, с которого копию снять невозможно». Вполне возможно, что имелась в виду известная серия гравюр Уильяма Хогарта — «Карьера проститутки»[15]. Н. Михайлова отмечала, что поэма В. Пушкина — серия сценически организованных картин. Например, содержание четвёртого эпизода «Опасного соседа» — проститутка Варюшка предстаёт перед Буяновым и поэтом-рассказчиком во всём блеске молодости и красоты, — вполне соотносится с одной из гравюр Хогарта. В той же сцене представлено и её будущее: безносая, больная сифилисом кухарка, оставшаяся служить в борделе «из чести», то есть за чаевые[16].

Поэма завершается полукощунственным-полукомическим переложением Псалма Давидова, две строки почти буквально его повторяют, но далее библейские заветы подменяются житейскими практическими советами: «блажен, стократ блажен» оказывается тот, кого «молодая подруга» «за нежный поцелуй» не наградила «бедою», то есть дурной болезнью; блажен тот, с кем не встречается опасный сосед Буянов, и т. д.[17]

Литературные особенности[править | править код]

Ю. М. Лотман следующим образом характеризовал литературные особенности поэмы:

«Опасный сосед» по нормам той эпохи был произведением решительно нецензурным: употребление слов, неудобных для печати, прозрачные эвфемизмы и, главное, безусловная запретность темы, героев и сюжета делали это произведение прочно исключённым из мира печатных текстов русского Парнаса. С точки зрения официальной литературы, это был «не-текст». И именно поэтому В. Л. Пушкин мог дерзко придавать своей поэме привычные черты литературных жанров: если бой в публичном доме напоминал классические образцы травестийной поэмы XVIII века, то концовка была выдержана в духе горацианского послания. Отдельные стихи удачно имитировали оду:

И всюду раздался́ псов алчных лай и вой.


Стих выделялся не только торжественной лексикой, концентрированностью звуковых повторов (псов — вой, алчных — лай), особенно заметной на общем фоне низкой звуковой организованности текста, но и единственным во всей поэме спондеем, употребление которого поэтика XVIII века твёрдо закрепила за торжественными жанрами. Демонстративность этих и многих других литературных отсылок связана была с тем, что давали они заведомо ложные адреса: пикантность поэмы состояла в том, что, несмотря на сходство со многими каноническими жанрами, она стояла вне этого мира и допущена в него не могла быть[18].

Название поэмы В. Пушкина и фамилия его персонажа — Буянов — также являлись отсылками к литературной среде того времени. Заглавие, возможно, отсылало к комедии А. Коцебу «Опасное соседство» (в 1806 году её вольный перевод выполнил родственник Пушкиных П. Н. Приклонский). Фамилия «Буянов» впервые появилась в анонимной эпиграмме на «сластолюбивого и злого дурачину», опубликованную в 1782 году. Литературные приёмы, характерные для «Опасного соседа» были отработаны в 1771 году В. Майковым в поэме «Елисей, или Раздражённый Вакх», в которой боги-олимпийцы запросто общаются с откупщиками и непотребными девками, а царица Дидона превратилась в старую начальницу исправительного дома, покончившую с собой из-за того, что её бросил молодой любовник-ямщик[19]. Аналогичным образом и в «Опасном соседе» Варюшка, принимающая в борделе Буянова, купца и дьячка и ещё рассказчика-стихотворца, представлена женой Перикла Аспазией, в доме которой собирались философы, художники и поэты. Дворняги, сожравшие шинель незадачливого искателя приключений, названы Церберами, и так далее. Имеется и прямая отсылка к поэме Майкова[20]. В собственном творчестве В. Пушкина Буянов впервые упоминался в стихотворении «Вечер»:

«

Буянов и не глуп, но вздумал в сорок лет
Жениться и франтить, и тем себя прославить,
Чтоб жёнушку свою тотчас другим оставить;
И подлинно, успел в том модный господин:
С французом барыня уехала в Берлин[21].

»

Это — своего рода предыстория Буянова, который в начале «Соседа» пустился во все тяжкие[22]. Лирический герой Василия Пушкина унаследовал все основные черты характера и даже фамилию Буянов у героя Майкова, но был повышен в социальном статусе — вместо майковского ямщика появился помещик, проживший своё имение. Буянов явно наделён чертами, которые много лет спустя проявились у гоголевского Ноздрёва[1]. По мнению Н. Михайловой, в известном смысле в Буянове преломились черты знакомого с Пушкиным Ф. Толстого («Американца»); известно, что он читал поэму и усмотрел в ней намёк на свою жену-цыганку[23].

В. Л. Пушкин выступил и в политическом ключе: лозунг Буянова «Все равны в борделе у б…» — не что иное, как пародирование лозунга Великой французской революции, провозгласившей свободу, равенство и братство. В поэме в борделе оказываются представители духовенства, купечества и дворянства. «Революционный» смысл лозунга Буянова был, по-видимому, воспринят первыми читателями «Опасного соседа» и даже дал повод к светской мистификации[24].

Смешение жанров в «Опасном соседе» содержит и фольклорный элемент — святочный рассказ, — который служит переходом к морали и библейским реминисценциям. На это указывает курица, находившаяся в светлице, где оказался рассказчик: обитательницы борделя гадали о суженом на Святки. По народным представлениям Святки — это время нечистой силы. Совращение рассказчика, таким образом, дело чёрта, а драку спровоцировал сатана; все названы своими именами. Разыгравшееся в борделе «лютейшее сраженье» — «Сатане потеха». И косматые псы, преследующие рассказчика, не случайно названы «исчадьем адовым»: убежав из борделя, рассказчик спас душу, избежав ада[25].

Литературный манифест[править | править код]

Мы сели в о́бшивни, покрытые ковром,
И пристяжная вмиг свернулася кольцом.
Извозчик ухарский, любуясь рысаками,
«Ну! — свистнул, — соколы! отдёрнем с господами».
Пустился дым густой из пламенных ноздрей
По улицам как вихрь несущихся коней.
Кузнецкий мост, и вал, Арбат и Поварская
Дивились двоице, на бег ее взирая.
Позволь, варяго-росс, угрюмый наш певец,
Славянофилов кум, взять слово в образец.
Досель, в невежестве коснея, утопая,
Мы, парой двоицу по-русски называя,
Писали для того, чтоб понимали нас.
Ну, к черту ум и вкус! пишите в добрый час![26]

Одним из смысловых пластов «Опасного соседа» является полемика о русском языке, которая к тому времени активно велась между карамзинистами и последователями А. Шишкова. Данные смыслы, совершенно понятные современникам, вводились уже с самого начала повествования в характерном для В. Пушкина сочетания высоких и низких жанров: пара рысаков, «подтибренных» Буяновым, названа славянизмом «двоица», заимствованным у поэта-шишковиста С. А. Ширинского-Шихматова. При этом описание мчащейся по Москве двойки коней явно отсылает к стихотворению Ширинского-Шихматова «Возвращение в отечество любезного моего брата князя Павла Александровича из пятилетнего морского похода»[27], о чём свидетельствует одинаковая рифма «ноздрей — коней»[28]. Далее следует ироническое отступление, приводимое во врезке.

В поэме прямо помещены выпады по адресу других шишковистов: обитательницы публичного дома читают комедию А. А. Шаховского «Новый Стерн», причём тут же следует авторская ремарка — «Прямой талант везде защитников найдет!» Прямо А. С. Шишкова касается завершающая строка поэмы «И над рецензией славянской засыпает». По канонам классицистской риторики и поэтики ораторская речь должна завершаться «удовлетворительным окончанием». Согласно Н. Михайловой, антишишковистские инвективы Василия Пушкина воплощены в эпиграмматической форме, могут быть вычленены из текста поэмы и иметь самостоятельное значение. Сон, вызванный чтением сочинения бездарного стихотворца, — устойчивый мотив эпиграмм XVIII—XIX веков[25].

По мнению Е. Н. Куприяновой, «сочетание умеренного бурлеска поэмы с её полемической заострённостью как бы намечает стиль полемической буффонады, характерной для арзамасских собраний, протоколов, посланий»[8].

Оценки и влияние[править | править код]

Список в экспозиции Дома-музея В. Л. Пушкина

Поэма сразу была оценена современниками, которые оставили немало лестных для её автора высказываний. Так, Ф. Ф. Вигель в мемуарах вспоминал, что она «изумила, поразила его насмешников и заставила самых строгих серьезных людей улыбаться соблазнительным сценам, с неимоверной живостью рассказа, однакоже с некоторою пристойностью им изображённым»[29]. Баратынский в эпиграмме 1826 года язвительно заметил, что лишь сделка с дьяволом могла бы объяснить столь внезапный всплеск таланта у такого вялого и неловкого версификатора, коим Василий Пушкин слыл прежде «Опасного соседа». Эпиграмма была послана П. А. Вяземским А. И. Тургеневу в январском письме 1827 года[30]:

«

Откуда взял Василий непотешный
Потешного Буянова? Хитрец
К лукавому прибег с мольбою грешной
«Я твой, — сказал, — но будь родной отец,
Но помоги» Плодятся без усилья,
Горят, кипят задорные стихи,
И складные страницы у Василья
Являются в тетради чепухи.

»

Племянник автора, Александр Пушкин стал одним из первых читателей фривольной поэмы. Во время длительной поездки в Петербург (июль 1811 — февраль 1812 года; в том числе для устройства Александра в Царскосельский лицей) Василий Львович читал «Опасного соседа» И. И. Дмитриеву и Д. В. Давыдову, последний поэмы не оценил. Пушкин-старший при чтении «Опасного соседа» у Давыдова пытался выставить племянника из комнаты, но тот возразил, что всё слышал и знает[31]. Ещё в лицейском стихотворении 1814 года «Городок» Пушкин расточал дяде похвалы за эту поэму. Цитируется «Опасный сосед» и в «Гаврилиаде». Герой Василия Пушкина — Буянов — был выведен в качестве одного из второстепенных персонажей «Евгения Онегина», причем называется кузеном: «Мой брат двоюродный, Буянов», как бы «сын» его дяди. Буянов фигурирует в качестве одного из искателей руки Татьяны Лариной[2]. В поэме В. Л. Пушкина Буянов затевает драку в борделе, а в романе А. С. Пушкина именно он служит первопричиной трагедии: это он подвёл Татьяну с Ольгой к Онегину, Онегин выбрал для танца Ольгу и вызвал тем самым ревность Ленского[32]. Здесь же Александр Пушкин прямо отвёл от себя авторство «Опасного соседа»: слухи об этом были распространены и в столицах, и в провинции, и сильно его раздражали[33].

Издания[править | править код]

Василий Львович Пушкин предпринимал усилия к изданию своей поэмы практически сразу после её написания. Текст был издан типографским способом, сохранился, по-видимому, единственный его экземпляр в рукописном отделе Пушкинского Дома. Он отпечатан на 6 страницах плотной голубоватой бумаги, текст поэмы подписан «Пшкн». В это же издание вошли две эпиграммы, — П. Политковского и А. И. Тургенева (скончавшегося в 1803 году)[34].

Существуют две основные версии появления первого издания «Опасного соседа». Текст мог быть издан в кругу Вольного общества любителей словесности, наук и художеств в Петербурге тайным образом, что и объясняет сохранность единственного экземпляра именно в Петербурге. С той же вероятностью текст мог быть напечатан в Москве — где постоянно проживал В. Пушкин, — в типографии П. П. Бекетова, которая считалась современниками лучшей в старой столице. В московском пожаре 1812 года типография и книжный склад были уничтожены; не осталось никаких свидетельств современников об этом издании[35].

Своего рода курьёзом современники и потомки воспринимали литографированное издание 1815 года, также сохранившееся в единственном экземпляре. Оно появилось из-за опытов П. Л. Шиллинга с литографированием карт и документов; об этом узнал император Александр I и срочно вызвал изобретателя в Мюнхен, где тогда находился. По воспоминаниям Н. И. Греча, П. Шиллинг решил копировать русский текст и воспроизвёл по памяти «Опасного соседа», — единственное стихотворение, которое помнил наизусть целиком. Технически издание было безупречным, и Шиллинг сделался директором литографии Министерства иностранных дел. Вариант текста П. Л. Шиллинга снабжён эпиграфом из Ювенала. Василий Львович Пушкин знал о данном опыте и, видимо, держал литографированные листы в руках[36][37].

Перед смертью В. Л. Пушкин просил С. Д. Полторацкого опубликовать поэму где-нибудь за границей. Он исполнил эту просьбу только в 1855 году — тогда издание «Опасного соседа» было сделано Брокгаузом в Лейпциге; примечаниями были выделены авторские выпады против А. С. Шишкова и его последователей. В 1859 году было предпринято коммерческое издание Фердинанда Шнейдера в Берлине, которое так хорошо расходилось среди русской публики, что в 1871 и 1876 годах было повторено. Цензура в России не пропускала поэмы, даже в наиболее полное дореволюционное собрание сочинений В. Пушкина 1893 года под редакцией В. И. Саитова она не вошла[38]. В России текст поэмы в печатном виде был воспроизведён в «Обстоятельном библиографическом описании редких и замечательных книг» А. Е. Бурцева 1901 года. В 1913 году было выпущено некоммерческое издание В. Ф. Саводника (75 экз.) с введением и некоторыми комментариями[39].

Первое русское издание «Опасного соседа» появилось только в 1917 году — его напечатала в Петрограде «Библиотека вольного слова»[40], далее последовали московское и петроградское издания 1918 и 1922 годов. В двух последних были учтены поправки П. А. Вяземского в его экземпляре издания 1855 года[4]. В дальнейшем поэма без изъятий публиковалась в «Библиотеке поэта» (1971) и всех переизданиях сочинений В. Л. Пушкина. В 2011 году «Опасный сосед» вышел с факсимильным воспроизведением всех трёх первоизданий (1812, 1815 и 1855 годов) и очерками Н. И. Михайловой (впервые очерки вышли в свет в 2005 году). Издание было изобильно иллюстрировано Валерием и Александром Трауготами[41][42].

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 Минералов, 2007, с. 97.
  2. 1 2 Набоков, 1998, с. 418.
  3. Яков Александров. Поверх барьеров. Рецензия на книгу «Василий Лвович Пушкин. Опасният съсед: Поема / Перевод от руски и коментарен апарат — Людмил Димитров. — София: Диоген, 2008» // Литературная газета. — 2009. — 15 апреля (№ 16 (6220)).
  4. 1 2 Пушкин, 1971, с. 866.
  5. Пушкин, 1971, с. 668.
  6. Михайлова, 2012, с. 158.
  7. Михайлова, 2012, с. 159—160.
  8. 1 2 3 Купреянова, 1941, с. 141.
  9. 1 2 Михайлова, 2012, с. 162.
  10. Михайлова, 2012, с. 160.
  11. Михайлова, 2012, с. 160—161.
  12. Пушкин, 1971, с. 671.
  13. Михайлова, 2012, с. 161—162.
  14. Михайлова, 2012, с. 165.
  15. Михайлова, 2012, с. 163.
  16. Михайлова, 2012, с. 164.
  17. Михайлова, 2012, с. 166—167.
  18. Пушкин, 1971, Лотман Ю. М. Вступительная статья, с. 31.
  19. Михайлова, 2012, с. 167—168.
  20. Михайлова, 2012, с. 168.
  21. Пушкин, 1971, с. 661.
  22. Михайлова, 2012, с. 169.
  23. Михайлова, 2012, с. 174.
  24. Михайлова, 2012, с. 175.
  25. 1 2 Михайлова, 2012, с. 184—185.
  26. Пушкин, 1971, с. 669.
  27. Пушкин, 1971, А. А. Шаховской, с. 412.
  28. Михайлова, 2012, с. 182—184.
  29. Михайлова, 2012, с. 157.
  30. Набоков, 1998, с. 418—419.
  31. Михайлова, 2012, с. 188.
  32. Михайлова, 2012, с. 329—330.
  33. Михайлова, 2012, с. 328.
  34. Михайлова, 2012, с. 188—190.
  35. Михайлова, 2012, с. 192.
  36. Михайлова, 2012, с. 222.
  37. Смирнов-Сокольский, 1969, с. 410.
  38. Смирнов-Сокольский, 1969, с. 410—411.
  39. Смирнов-Сокольский, 1969, с. 411.
  40. Михайлова, 2012, с. 223.
  41. Татьяна Вольтская. «Опасный сосед» Василия Пушкина. Радио Свобода (1 сентября 2011). Дата обращения 22 февраля 2017.
  42. В. Л. Пушкин. ОПАСНЫЙ СОСЕД. Издательство «Вита Нова». Дата обращения 26 февраля 2017.

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]