Операция «Зимнее волшебство»

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Операция «Зимнее волшебство», «Зимние чары» (нем. Operation Winterzauber) — карательная антипартизанская операция, проведённая латышскими полицейскими батальонами при поддержке СД, литовского и украинского полицейских батальонов в период с 15 февраля до начала апреля 1943 года в треугольнике Себеж — Освея — Полоцк[1] на севере Белоруссии (Дриссенский, Освейский, Полоцкий, Россонский районы) и в Себежском районе Псковской области; в СССР события получили название «Освейская трагедия»[2][3]. По словам российского МИДа, ФРГ квалифицировала операцию «Зимнее волшебство» как преступление против человечности[3].

Задачи и цели операции[править | править код]

Целью операции было создание нейтральной зоны отчуждения без жителей и населённых пунктов шириной 30-40 км между Дриссой на юге, Зилупе и Свольной на севере и охватывало район Освея — Дрисса — Полоцк — Себеж — Россоны (Белоруссия, Россия). Эта полоса земли без населения должна была лишить партизан их опорных пунктов.[3][4]

Сама постановка задачи предполагала массовое уничтожение находившихся в зоне операции деревень и значительной части местных жителей. Это осознавали как руководители операции, так и её исполнители. «Все русские деревни на границе с Латвией, которые в первую очередь образуют опорные пункты для нападений со стороны бандитов, следует полностью сжечь», — указывалось в приказе № 363 командирам групп Шредеру и Кнехту.

Силы карателей[править | править код]

Руководил операцией лично высший начальник СС и полиции в Остландии обергруппенфюрер СС Фридрих Еккельн[4]. На совещании 4 февраля 1943 г. он принял решение создать из латышских полицейских батальонов две оперативные группы под командованием бригадефюрера СС и генерал-майора полиции Шредера и полковника охранной полиции Кнехта. Для руководства особыми командами полиции безопасности были закреплены офицеры СС: за группой Шредера — штурмбаннфюрер СС Ланге, за группой Кнехта — гауптштурмфюрер СС Кауфман[5].

В первую группу под командованием Шредера вошли:

Во вторую группу под командованием Кнехта вошли:

  • 276-й Кулдигский латышский полицейский батальон (19 офицеров и 330 солдат),
  • 277-й Сигулдский латышский полицейский батальон (18 офицеров и 403 солдата),
  • 278-й Добельский латышский полицейский батальон (18 офицеров и 403 солдата),
  • 271-й Айзпутский латышский полицейский батальон (20 офицеров и 354 солдата).

В операции также участвовали подразделения, первоначально не включённые в состав боевых групп и составлявшие, таким образом, своеобразный резерв командования[5]:

  • 50-й[1] украинский полицейский батальон;
  • полицейская рота СС;
  • немецкие зенитные части;
  • немецкая полубатарея артиллерийского дивизиона;
  • два немецких взвода связи;
  • 2-я[1] авиагруппа особого назначения.

В ходе операции к её проведению привлекались новые формирования:

Общая численность айнзатцкоманд полиции безопасности и СД составляла 210 человек.

Общая численность сил, принимавших участие в карательной операции, составляла примерно 4000 чел.[3][4]

Со временем состав боевых групп несколько изменился: в них были включены подразделения украинского и литовского полицейского батальонов, немецкая полицейская рота СС, немецкий моторизированный взвод жандармерии и приданы айнзатцкоманды полиции безопасности и СД.

Так, например, в состав боевой группы «Берта»[6] входили подразделения[7]:

3-й танковой армии;
• 201-й охранной дивизии;
• 281-й охранной дивизии;
• 391-й учебно-полевой дивизии.

Cилы партизан[править | править код]

На стороне партизан действовали различные бригады и отряды, силы которых, из-за нерегулярного состава, трудно оценить. Однако четыре граничащие с Латвией района Белоруссии и России (Дриссенский, Освейский, Россонский и Себежский) к началу 1943 г. плотно контролировали советские партизаны, образовавшие т. н. Россонско-Освейскую партизанскую зону. Агентура абвера оценивала численность латышского партизанского отряда в 80 человек, белорусских — в 500[8]. Однако реальная численность партизан была в десять раз больше.

В начальной стадии сопротивление карателям оказали две белорусские (Дриссенская и Освейская) бригады и 11-я Калининская бригада. 26 февраля 1943 года в бои включилась Сиротинская бригада и 4-я Калининская бригада, однако силы казались недостаточными, и в тот же день на заседании Центрального штаба партизанского движения приказом заместителя его начальника генерал-полковника Сергея Бельченко партизанские отряды были подчинены единому руководству под командованием начальника Калининского штаба партизанского движения Алексея Штрахова[5]. По его приказу партизанские силы были разделены на две группы — северную и южную. Задачей первой было остановить противника на линии Церковно — Микулино и обойти его позиции в районе Освея—Великое Село, задачей второй — сдерживать противника на направлении Новоселье — Задежье.

В северную группу входили:

  • Бригада «И. В. Сталин» (Россоны);
  • 1-я Калининская бригада в составе 7 рот под командованием Фёдора Болдина;
  • 3-я Калининская бригада в составе 8 рот под командованием Алексея Гаврилова;
  • 4-я Калининская бригада в составе 5 рот (534 человека) под командованием чекиста Василия Лисовского;
  • 10-я Калининская бригада в составе 4 рот майора Николая Вараксова;
  • 11-я Калининская бригада в составе 5 рот под командованием Семёна Буторина.

В южную группу входили:

  • Бригада «За Советскую Белоруссию» (Россоны);
  • Дриссенская бригада под командованием Филиппа Герасимова;
  • Бешенковичская бригада;
  • Сиротинская бригада.

Одновременно отдельно работали Освейская бригада им. М. В. Фрунзе, отряды С. Ф. Бубина, В. С. Нового, латышский отряд Вилиса Самсонса и часть 11-й Калининской партизанской бригады[5]. Общая численность советских партизан в Россонско-Освейской партизанской зоне в начале 1943 г. превышала 8000 человек[5].

Ход операции и жертвы[править | править код]

Наступление карателей[править | править код]

Операция разворачивалась по алгоритму, описанному в датируемом летом 1943 года письме генерального комиссара Риги О. Дрехслера[9]. Войдя в деревню, полицейские и приданные им части расстреливали всех, кого можно было подозревать в принадлежности к партизанам (таковыми считались практически все жители-мужчины в возрасте от 16 до 50 лет), а также стариков и инвалидов, которым был не по силам долгий пеший марш. Остальные — в основном женщины с детьми — направлялись пешком к месту так называемого «второго шлюзования». Тех, кто обессилел в пути, расстреливали[3][4]. Из сборных лагерей людей направляли в другие лагеря, например в Саласпилсский концлагерь под Ригой, где женщин отделяли от их детей и направляли на работу в Германию[3][4].

Так 16−18 февраля 1943 года каратели уничтожили деревню Росица. Несмотря на то, что данные немецкой разведки представляли Росицу как опорный пункт партизан, их там не оказалось. Тем не менее, 206 жителей села были уничтожены оперативной группой СД. Затем в Росицу в течение нескольких дней пригоняли жителей соседних деревень для «вторичной фильтрации». Более молодых и сильных людей отправили на станцию Бигосово, где их грузили в вагоны и везли в концлагерь Саласпилс и на работы в Германию. Остальные жители были сожжены в домах, большая группа людей была загнана в коровник, который затем подожгли. Среди убитых были католические священники Юрий Кашира и Антоний Лещевич, один из которых был сожжён с другими жителями, а второй — застрелен за настойчивые просьбы спасти детей (по другим данным, также сожжён). В 1999 году папа римский Иоанн Павел II причислил убитых священнослужителей к лику блаженных[1]. В общей сложности в Росице было уничтожено 1528 человек[5].

Распоряжением командира одной из боевых групп предписывалось: «В случаях, когда из-за отсутствия в непосредственной близости СД расстрелы необходимо проводить при помощи войск, экзекуции должны проходить в домах. Трупы следует покрывать соломой или сеном и там же сжигать»[9]. В донесении 278-го латышского полицейского батальона отмечается, что уже в первый же день операции, 16 февраля, «продвигаясь через д. Лимовку и дальше, рота ликвидировала около 100 бандитов и бандитских пособников, сожгла указанную деревню, так как в это время СД действовала в другом населённом пункте»[9].

Каратели практиковали «метод разминирования дорог и полей с помощью местного населения» — людей под дулами автоматов гнали на мины[10].

Сопротивление партизан[править | править код]

Нехватка боеприпасов и трудности координации приводили к неудачам в сопротивлении партизан. 25 февраля каратели заняли Кохановичи, 26 — Освею. Партизаны попытались предпринять контратаку, разгромив гарнизон в деревне Гаи, но попытка зайти в тыл к карателям в обход Освейского озера и штурм Кохановичей потерпели неудачу. К 7 марта противник приостановил наступление, на линии соприкосновения установилось затишье, однако уничтожение деревень продолжалось: лётчики, доставлявшие партизанам боеприпасы, докладывали о пожарищах вокруг Освеи.

Положение партизан отягощалось заботами о десятках тысяч беженцев, женщин и детей, искавших у них спасения от карателей[5].

Остававшийся командиром объединённых сил до 10 марта А. И. Штрахов неверно оценил установившееся 7 марта затишье в боях и отдал приказ об отводе калининских бригад в места постоянной дислокации, однако перегруппировавшие силы каратели 9-10 марта нанесли бомбовые удары по лесному массиву и деревням Ардавские, Доброплесы, Миловиды, Моторино, Ровное Поле и др., а затем заняли лесной массив в районе Лисно—Освея—Задежье и после форсирования реки Свольны захватили населённые пункты Лисно, Реуты, Доброплесы, Миловиды, Моторино, Морачково, Долгое, Быки, Юзефово.

Уполномоченный Белорусского штаба партизанского движения А. Ф. Бардадын, который с 11 марта принял на себя руководство сопротивлением, поставил задачу не допустить дальнейшего продвижения противника. 11-12 марта партизаны заняли оборону по фронту длиной около 30 км, а 14 марта с помощью доставленных самолётами боеприпасов произвели огневой налёт на карателей в деревнях Реуты, Доброплесы, Миловиды, Моторино, Морачково, Быки, Юзефово. Выбить их из деревень не удалось, но и продвижение противника остановилось. Не добившись результата, он начал отвод частей с территории Белоруссии 21 марта, продолжая боевые действия в Себежском районе.

30 марта Ф.Еккельн издал приказ о завершении операции[5].

Издевательства карателей[править | править код]

Составленные после карательной акции акты партизан зафиксировали факты не только убийств, но и изощрённых издевательств над жертвами, которые далеко выходят за рамки выполнения преступных приказов гитлеровского командования.

Так, в деревнях Мозолевщина, Скрипчино, Рагелево были расстреляны и сожжены 371 человек, в том числе малолетние дети от 3 месяцев до 15 лет. Зверски была растерзана семья Юхневича из деревни Беляны: восьмилетнему Виктору вырезали звезды на груди, на спине и бросили в огонь, 7-летнюю Веру зарезали ножом, полуторагодовалому Жене разбили голову[5].В Освейском районе при экзекуциях детей всех возрастов бросали живых в огонь, живым людям на спинах вырезали ремни и звёзды, выламывали руки.

Жертвы карательной операции[править | править код]

Количество жертв в разных источниках приводится от 3500[11] за всю карательную акцию до 11 383 только в Освейском районе[3].

Германские и советские данные о гибели мирных жителей[править | править код]

В донесении об операции «Зимнее волшебство» военный командующий в рейхскомиссариате «Остланд» генерал В. Бремер от 20 марта 1943 г. доложил: по предварительным данным, расстреляно 3629 жителей по подозрению в связи с партизанами, выслано на принудительные работы 6370 человек. Добыто 2250 голов крупного рогатого скота, 408 лошадей, 158 свиней, 2490 овец, 2154 голов другой живности. Через четыре дня генерал добавил, что карателями расстреляно по «подозрению в бандитизме» 275 человек, забрано на работы 905. Добыто также 415 голов крупного рогатого скота, 122 овцы, 1 свинья.

При сложении этих цифр получается, что в ходе операции «Зимнее волшебство» были убиты 3904 мирных жителя, 7275 были угнаны на принудительные работы. Уточнённые подсчёты, сделанные при анализе собранных в архивах России, Белоруссии, Германии и Латвии источников, показывают: результатом карательной акции стали 439 сожжённых населённых пунктов, 10—12 тысяч уничтоженных мирных граждан, более 7 тысяч угнанных на принудительные работы в тыл германских войск (несколько тысяч из которых впоследствии погибло)[5]. Из протокола допроса начальника дирекции хозяйства генерального округа Латвии А. Хартманиса явствует: «оставшихся в живых граждан впоследствии доставили в Саласпилсский лагерь. Мужей разделяли от жён, затем всех направили на принудительный рабский труд в Германию, детей насильно отнимали от родителей и часть из них распределили между населением Латвии, однако дети были в таком истощённом состоянии, что большинство из них умерло от болезней»[5].

Расхождения в данных донесений карательных оперативных групп и общих потерь гражданского населения связаны с тем, что экзекуции проводили не только каратели из полицейских батальонов, но и оперативные группы СД. Кроме того, данные об убитых немцы подсчитывали на глазок (например, в донесении об уничтожении Хатыни было указано об убийстве 90 жителей, а на деле их было 149, они установлены поимённо). А вот угнанных считали ресурсом и учитывали по головам, поэтому данные об их количестве в немецких источниках точны.

При составлении списка уничтоженных деревнь и погибших мирных жителей Россонского, Освейского, Дриссенского и Себежского районов установлено, что в ходе карательной акции погибли 13677 человек. В советских источниках не исключены ошибки, так как к убитым иногда причисляли тех, кто на деле был угнан на принудительные работы, но даже с учётом поправок следует признать, что количество погибших во время «Зимнего волшебства» мирных жителей значительно превышает «официальные» германские данные и составляет не менее 10—12 тысяч человек[5].

Германские и советские данные о потерях партизан[править | править код]

В донесении генерала В. Бремера от 20 марта 1943 г. указывалось, что в бою погибло 193 партизана, к которым он затем добавил ещё 28 бойцов, всего 221 партизан.

По партизанским источникам, боевые потери были меньше подсчитанных гитлеровцами: белорусские отряды потеряли 49 убитыми и 111 ранеными, калининские, по неточным данным, с 16 февраля по 11 марта 21 бойца убитыми и 41 был ранен. Таким образом, существенного урона партизанскому движению карательная акция не принесла, однако полоса земли в 15 км стала мёртвой зоной[5].

Латышские эмигрантские историки признают, что «Освейская акция фактически никакой пользы не принесла — террористические угрозы не уменьшились»[12].

Память о жертвах[править | править код]

В Белоруссии проводятся мероприятия, посвящённые памяти жертв.

В феврале 2008 года в Верхнедвинском районном доме культуры прошла литературно-музыкальная композиция «Жалобныя званы Асвеі». На вечере звучали стихи белорусских поэтов, очевидцы событий делились воспоминаниями. В населённом пункте Освея возле Кургана Бессмертия состоялось собрание ветеранов, молодёжи и общественности, на котором выступили политики, священник и бывший малолетний узник Саласпилса. Мероприятия проходят и в других населённых пунктах[13][14].

В деревне Росице дважды в году, в середине февраля и в середине августа, проводятся поминальные службы. В 2009 году службу посетили несколько выживших жителей, которые поделились своими воспоминаниями. Валентина Марцинкевич, которой было тогда десять лет, вспоминала[15]:

«Нас собрали и повели по дороге. Перешли речку, а там на танках эсэсовцы и собак полно. Окружили нас и дальше погнали в деревню Кулаково. Женщин с детьми поместили в местной школе, мужчин рядом в сарае. <…> потом переводчик показывает на нас и ещё две семьи, которые рядом сидели, и приказывает выйти. У крыльца сани. Сели мы в них, отъехали метров тридцать, и тут загорелась школа. Её сначала облили бензином, а потом обстреляли зажигательными пулями. Сарай с мужчинами тоже подожгли. Кто пытался выбраться через окна или крышу, в тех стреляли из автоматов. Женщины стали кричать, а полицай взял плетку, стал бить изо всех сил и кричать, чтобы замолчали, а то всех поубивает.»

По её воспоминаниям, их несколько дней везли на поезде в Саласпилс, не давая еды и воды. В пути умирали маленькие дети, те, у кого были силы, на остановке в Даугавпилсе просили прохожих бросить в окно снег[15].

Ответственность стран за военные преступления своих граждан[править | править код]

Германия[править | править код]

Объединение «KONTAKTE—КОНТАКТЫ» направило 200 спасшимся жителям сожженных деревень Верхнедвинского района письмо с признанием ответственности за совершенные во время войны преступления против мирных жителей за подписями председателя правления Готтфрида Эберле, члена правления Эберхарда Радзувайта и куратора проекта Дмитрия Стратиевского[5].

Латвия[править | править код]

Согласно опубликованным отчетам командования латышских полицейских батальонов № 276, 277, 278 и 279, с 16 февраля по 24 марта 1943 года включительно эти подразделения самостоятельно расстреляли в Белоруссии[16] 875 «бандитов и их пособников», передали СС 1389 человек. При этом в бою было убито 77 партизан и 9 захвачено в плен.

Каратели из Латвии уничтожили 107 деревень и 6 хуторов, а именно[16]:

  • Жерносеки, Жерновка, Хмельники и Зеленка (19 февраля);
  • Бандели, Кривосельцы и Межелево (20 февраля);
  • Липовка (21 февраля);
  • Дубники, Кривосельцы, Бандели, Межелево, Шилово, Пески, Борки, Андины, Шакалево, Замбарово, Возново, Булы, Заборовцы, Трибисы, Липовки, Каменка, Заломы, Колбовщина, Калюты, Аниськово, Барсуки, Медведево, юго-восточная Березовка, Веснино и Савкели (на 23 февраля);
  • Давыденки (24 февраля);
  • Бучаново, Борково, Сухоруково, Добраники, Рубаны, Салино, Луни, Пасеки, Микулино, Шлыки, Жеребцово, Затлейщина, Демидово, Дуброво, Осетки, Попелушево, Кураши, Червонцы и 6 хуторов (26 февраля), из переданных СД мирных жителей расстреляны 204. В тот же день другими подразделениями (Группа Берта) были переданы СД и этой службой расстреляны: в Мозалевщине 108 чел., в Будах 45 чел., в Церковно 96 чел. 92 человека угнаны в трудовое рабство. Сожжены деревни Дедино, Марково, Рагелево, Мозалевщина, Радьково и Бартоши;
  • Марково, Борташи и Сафайчино сожжены 1 марта, деревни Дамбовка и Поляны стерты с лица земли;
  • Стрелки (2 марта). «Для разминирования минных полей в настоящее время нет местного населения», — докладывает в этот день Илтис;
  • Городиловичи, Нижнее Любасно (3 марта);
  • Игналино-Освеица и Красово, Орехово, Чернаки, Байдаково сожжены 277-м батальоном (6 марта);
  • Остров и Сукали сожжены 279-м батальоном (7 марта);
  • Кобыльница, Белая, Свольно, Малашково, Загрязно, Дубное (9 марта);
  • Изубрица, Ардавское и Мокуты (10 марта);
  • Кураши, в деревне «захвачено 39 подозрительных лиц, в том числе женщины и дети» (11 марта);
  • Мокуты (12 марта);
  • 14 марта деревни Белая, Малинники, Волынцы и Дубное (возле Белого озера), ранее частично сожженные и покинутые жителями, полностью уничтожены;
  • Борхово, Изубрица (18 марта);
  • Гнильцы, Доброплесы, Чернооки, Реуты, Лисно, Залучье (22 марта);
  • Липно (23 марта).
Судьба угнанных на работы[править | править код]

Латвийская республика не предоставила гражданских прав 155 тысячам постоянных жителей страны, которые в 1942—1943 годах из временно оккупированных Белоруссии и разных областей России были пригнаны на работы в Латвию германскими нацистами и их пособниками из латышских полицейских батальонов. Для многих из них жизнь в Латвии началась с концлагеря Саласпилс, через который прошли 20-40 тысяч выходцев из Белоруссии и России[17]. По закону о предоставлении льгот политически репрессированным начала 1990-х годов, жертвы нацизма получили такой статус, однако в новой редакции закона от апреля 1995 года на статус политически репрессированного смогли претендовать только граждане Латвийской республики[18]. Поскольку людям, пригнанным принудительно во время войны в Латвию, гражданства не предоставили, они были лишены и льгот как политически репрессированные[19]. Попытки исправить эту ситуацию предпринимались неоднократно с 2006 года объединениями «Центр согласия» и «За права человека в единой Латвии» (ЗаПЧЕЛ): предлагалось исключить из закона обязательное почти во всех случаях наличие гражданства Латвии, ограничение в отношении времени высылки (только 1942 и 1943 годы) и места (только Германия), без упоминания оккупированных Германией государств. Представляя поправки, депутат Сейма Яков Плинер отметил, что «противоестественное преимущество, предоставляемое нацизму по сравнению с коммунизмом, ясно проглядывается в различных законах. Получить статус политически репрессированного лица, которое пострадало от коммунистического режима, намного легче, чем стать признанным жертвой нацизма». Он также напомнил, что количество людей, пострадавших во время советских депортаций и затем вернувшихся на родину, во много раз меньше количества жертв нацизма, большинство из которых было уничтожено физически[19].

Государственная ответственность[править | править код]

Как отметила автор книги о росицкой трагедии «Да будет воля твоя» Ирина Жерносек, «лично я не могу понять, как можно было добровольно записываться в каратели, жечь и убивать». По её мнению, «руководителям современной Латвии стоит извиниться перед белорусским народом»[15].

Доктор гуманитарных наук из Белоруссии Алесь Белый (белор.) в марте 2009 года отметил: «нам хотелось бы видеть на месте паломничества в этой деревне официальных представителей Латвии с тем, чтобы они могли показать, что они стоят на стороне жертв террора, а не поддерживают нацистов»[20].

Следствие по фактам реабилитации нацизма[править | править код]

26 сентября 2019 года Главное следственное управление Следственного комитета России сообщило о возбуждении уголовного дела о реабилитации нацизма (ст. 354, часть1 УК РФ) против гражданина Латвийской Республики, бывшего легионера СС Висвалдиса Лациса, в 2017 году переиздавшего в Риге книгу «Латышский легион в свете истины». В ней ветеран легиона одобряет карательные операции латвийских военнослужащих, проводившиеся во время Великой Отечественной войны на оккупированных немецко-фашистскими захватчиками территориях Белорусской ССР, Псковской, Ленинградской и Новгородской областей. По мнению следствия, автор книги попытался сформировать в обществе представление о непричастности латвийских военнослужащих и полицейских к военным преступлениям, достоверно подтвержденным историческими документами и показаниями свидетелей. Приговором Международного военного трибунала организация СС признана преступной, поскольку активно и во всех своих подразделениях участвовала в преступлениях против человечности, массовых убийствах гражданского населения и карательных акциях — таких, как «Зимнее волшебство» и «Праздник весны» в 1943 и 1944 годах на оккупированной территории СССР. Латышские полицейские батальоны уничтожили сотни деревень и тысячи мирных жителей, что в соответствии со ст. 6 Устава Международного Военного трибунала квалифицируется как военные преступления и преступления против человечности[21].

Исторические исследования[править | править код]

«Зимнее волшебство» долгое время было забытой темой. К ней обращались германский исследователь Кристиан Герлах, канадский историк Рут Беттина Бирн, белорусский историк Алексей Литвин и член Комиссии историков при президенте Латвии Карлис Кангерис. Однако опубликованные документы из архивов Германии, Латвии и Беларуси так и не сложились в детальную историю этой карательной акции. Этот пробел постарался заполнить фонд «Историческая память», в 2013 году подготовивший обширный сборник документов об операции в книге «„Зимнее волшебство“. Нацистская карательная операция в белорусско-латвийском пограничье, февраль — март 1943 г.» в рамках международного проекта «Повышение статуса спасшихся жителей сожженных белорусских деревень», направленного на закрепление статуса этих людей как отдельной категории пострадавших от нацизма. Проект был начат в октябре 2010 г. Белорусским фондом мира и Национальным архивом Республики Беларусь при поддержке германского фонда «Память, ответственность и будущее».

В сборник вошли 226 документов, в том числе 167 документов из Национального архива Республики Беларусь, 7 — из Государственного архива Витебской области, 12 — из Российского государственного архива социально-политической истории, 14 — из Государственного архива Российской Федерации, 8 — из Тверского центра документации новейшей истории, 14 — из Государственного исторического архива Латвии и 3 из Центрального архива ФСБ России.

Более полно и развёрнуто трагедия белорусских деревень была отражена в одноимённом сборнике документов, опубликованном в 2011 году[16].

Выставка «Угнанное детство»[править | править код]

По результатам сбора свидетельств очевидцев и участников событий из 7 архивов Белоруссии, России, Германии и Латвии была подготовлена выставка «Угнанное детство. Малолетние жертвы нацистских карательных операций на северо-западе СССР, 1942—1944 гг.», которая прошла в Москве (Государственный центральный музей современной истории России, январь — февраль 2012 г.) и в Минске (Историческая мастерская Минского международного образовательного центра имени Йоханнеса Рау, ноябрь 2012 — январь 2013 гг.). Выставка должна была пройти и в Латвии в 2012 году, в Доме Москвы в Риге, однако министр иностранных дел ЛР Эдгар Ринкевич 2 марта своим приказом включил авторов исследования — директора фонда «Историческая память» Александра Дюкова и руководителя исследовательских программ фонда Владимира Симиндея в «черный список» персон нон грата, а директор Дома Москвы Юрий Силов был вызван в МИД, где ему сообщили о нежелательности проведения выставки «Угнанное детство»[19].

В январе 2015 года Латвия использовала своё председательство в Евросоюзе, чтобы заблокировать проведение в парижской штаб-квартире ЮНЕСКО выставки «Угнанное детство. Жертвы холокоста глазами малолетних узников нацистского концлагеря Саласпилс» под предлогом того, что она может повредить имиджу страны. Согласно правилам ЮНЕСКО, разрешение Латвии было необходимо для проведения выставки, так как ее содержание напрямую связано с событиями, случившимися на территории страны. Выставка, приуроченная к 70-летию освобождения Освенцима и Международному дню памяти жертв Холокоста, в Париже всё-таки прошла, на площадке Русского духовно-культурного центра.

Таким образом, власти Латвии открыто выступили против актуальных исторических исследований, открывающих трагические страницы её истории в период нацистской оккупации с 1941 по 1945 год[19].

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 3 4 Ватолин И. Они приняли смерть в огне… // Электронный архив Ежедневной газеты Латвии «Час» (www.chas-daily.com), 3 марта 2009. (недоступная ссылка). Дата обращения 11 августа 2012. Архивировано 4 мая 2009 года.
  2. Бествицкий Ю. Латышский Легион смерти: свастика вместо совести // Газета Совета министров республики Беларусь «Рэспубліка», 17.11.2007 — № 216 (4395).
  3. 1 2 3 4 5 6 7 Об участии латышского легиона СС в военных преступлениях в 1941−1945 гг. и попытках пересмотра в Латвии приговора Нюрнбергского трибунала (справочная информация) (недоступная ссылка). // Официальный сайт МИД РФ (Док. 290-12-02-2004). Дата обращения 23 июля 2009. Архивировано 22 февраля 2012 года.
  4. 1 2 3 4 5 Алов, Г.Г. Палачи (из неназванного секретного немецкого сообщения) // Военно-исторический журнал. — Красная Звезда, 1990. — № 6. — С. 32—33. — ISSN 0321-0626.
  5. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 Александр Дюков, Наталья Кириллова, Вячеслав Селеменев. «Зимнее волшебство»: нацистская карательная операция в белорусско-латвийском приграничье, февраль — март 1943 г. / А.Дюков. — Документы и материалы. — Минск--Москва: Фонд "Историческая память", 2013. — 512 с. — ISBN 978-5-9990-0020-0.
  6. Дюков А. Р., 2011, Гл. Кровавые итоги — С. 13.
  7. Зімовае чараўніцтва // Энцыклапедыя гісторыі Беларусі: У 6 т. Т. 3. Гімназіі — Кадэнцыя / БелЭн; / Рэдкал.: Г.П.Пашкоў (гал. рэд.) і інш.; Маст. Э.Э.Жакевіч.. — Мн.: БелЭн, 1996. — С. 448. — 527 с. — ISBN 985-11-0041-2. (белор.)
  8. Доклад Абвера о силах партизан и их деятельности в районе Освея с 01.01.1943 по 21.01.1943 // Антинацистские партизаны в Латвии, 1942— 1945. : Сборник документов. — 2008. — С. 319—321.
  9. 1 2 3 Операция «Зимнее волшебство» (свидетельства очевидцев, фото и видео) | STENA.ee. www.stena.ee. Дата обращения 21 февраля 2019.
  10. Сергей Чуев. Проклятые солдаты / Ю.Морозова. — Документальное исследование. — Москва: Яуза, Эксмо, 2004. — С. 413—432. — 576 с. — ISBN 5-699-05970-9.
  11. Литвин А. Под кодовым названием «Рига». // Сайт газеты «Советская Белоруссия» (www.sb.by) (30 апреля 2005).
  12. Osvalds Freivalds un Oskars Caunītis. Латышский солдат во время Второй мировой войны = Latviešu kaŗavīrs Otrā pasaules kaŗa laikā / Agnis Balodis. — Daugavas Vanagu Centrālās valdes izdevums. — 1972. — 399 с.
  13. 65 лет Освейской трагедии Архивная копия от 31 января 2013 на Wayback Machine (Проверено 31 января 2013) // Официальный сайт Верхнедвинского районного исполнительного комитета (verkhnedvinsk.vitebsk-region.gov.by), 2008.
  14. Освейская трагедия (недоступная ссылка) Архивировано 12 июля 2012. (Проверено 31 января 2013) // Сайт Витебской областной организации Белорусского республиканского союза молодёжи (brsm.vitebsk.by), 2008.
  15. 1 2 3 Слюсарева Е. Кровавые следы // «Вести» : Еженедельник. — Рига, 12 марта 2009. — № 11. Архивировано 19 марта 2009 года.; Сайт «Ves точка lv» (www.ves.lv)  (Проверено 5 апреля 2013) (недоступная ссылка)
  16. 1 2 3 Н..В. Кириллова, В.Д. Селеменев и др. Дневные сообщения командования боевых групп Берта и Илтиса об участии 276-го, 277-го, 278-го и 279-го латышских полицейских батальонов в карательной операции «Зимнее волшебство» за период с 16 февраля по 25 марта 1943 года // Трагедия белорусских деревень, 1941–1944 / В.И. Адамушко и др.. — Сборник документов с комментариями. — Минск - Москва: Департамент по архивам и делопроизводству Министерства юстиции Республики Беларусь, Национальный архив Республики Беларусь, Белорусский государственный архив кинофотофонодокументов, фонд «Историческая память», 2011. — С. 93—127. — 536 с. — ISBN 9-785-9990-0014-9.
  17. Приговоренные нацизмом. Концлагерь Саласпилс: забытая история / Составитель Богов Владимир Алексеевич. — Сборник документальных свидетельств о злодеяниях немецких нацистов и их пособников в годы германской оккупации Латвии в 1941–1944 гг.. — Рига: Фонд «Историческая память», Общество «Riga CV», 2011. — С. 45. — 288 с. — ISBN 978-9984-49-253-7.
  18. Par politiski represētās personas statusa noteikšanu komunistiskajā un nacistiskajā režīmā cietušajiem. Об установлении статуса политически репрессированного пострадавшим от коммунистического и нацистского режима (латыш.). Законы ЛР. LIKUMI.LV (26 апреля 1996). Дата обращения 24 сентября 2019.
  19. 1 2 3 4 Гущин, Виктор Иванович. Латвии не нужна правда. Стратегия России. www.russkije.lv (2015, март). Дата обращения 24 сентября 2019.
  20. Белорусский историк: Латышские полицаи активно участвовали в карательных операциях в Белоруссии // Сайт ИА «REGNUM» (www.regnum.ru), 12 марта 2009.
  21. Возбуждено уголовное дело в отношении ветерана «Латышского легиона СС», подозреваемого в реабилитации нацизма. sledcom.ru. Следственный комитет Российской Федерации (26 сентября 2019). Дата обращения 27 сентября 2019.

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]