Орлов, Николай Иванович (офицер ВСЮР)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Орлов; Орлов, Николай; Орлов, Николай Иванович.
Николай Иванович Орлов
Дата рождения около 1892
Место рождения
Дата смерти декабрь 1920
Место смерти
Принадлежность  Российская империя
 Белое движение
 Зелёные повстанцы
Род войск инфантерия
Звание капитан
Часть Замосцкий 60-й пехотный полк
Симферопольский офицерский полк
Командовал батальон
Сражения/войны
Награды и премии Орден Святого Георгия IV степени

Николай Иванович Орлов (около 1892, Симферопольдекабрь 1920, Таврическая губерния) — русский офицер, участник Белого движения, капитан ВСЮР, известен поднятым в январе 1920 года мятежом в тылу ВСЮР в Крыму[1].

Биография[править | править код]

Николай Иванович Орлов родился в Симферополе, дата рождения точно не известна, но по достоверным сведениям В. В. Альмендингера около 1892 года. Дом Орловых стоял на улице Толстого. Учился в Симферопольской мужской казённой гимназии, спортсмен, был исключён за плохое поведение и поступил в частную гимназию Волошенко, откуда выпустился в 1912 году. Поступил в Варшавский ветеринарный институт, который не окончил. Участник Первой мировой войны в рядах 60-го пехотного Замосцкого полка, был произведён в офицеры, в 1917 году штабс-капитан[2]. Георгиевский кавалер [3].

Во время Гражданской войны в России один из руководителей белого антибольшевистского сопротивления в Крыму в 1917—1919 годах[1].

Уже зимой 1917 приступил в формированию офицерских рот в подчинении Штаба Крымских войск. Отряд Орлова был послан в Ялту для прекращения грабежей матросов и люмпенов. 9 (22) января 1918 года на рейд Ялты подошёл эсминец «Гаджибей», начались упорные бои, с применением артиллерии и гидроавиации, по городу с кораблей было выпущено около 700 снарядов. 11 (24) января 1918 года на помощь «Гаджибею» подошли эсминцы «Керчь» и «Фидониси». В конце концов нападавшие, преимущественно матросы эсминцев «Керчь», «Гаджибей» и транспорта «Прут», взяли Ялту[4][5]. Офицерская рота и «эскадронцы» рассеялись, Орлов с группой офицеров скрылся в горах. Во времена красного террора он изредка нелегально появлялся в Симферополе[2].

Летом 1918 года Орлов во время немецкой оккупации председатель Общества взаимопомощи офицеров в Симферополе. С ноября 1918 года формировал 1-й Симферопольский офицерский батальон, во главе которого в январе 1919 года подавил большевистское восстание в каменоломнях в районе Евпатории, в дальнейшем командовал 1-м батальоном Симферопольского офицерского полка, входившего в состав 4-й пехотной дивизии, участвовал в боевых действиях зимой-весной 1919 года в Северной Таврии, далее отступал на Перекоп, Юшунь и до Ак-Манайских позиций (апрель 1919). После наступления белых в июле убыл с фронта у Каховки вызвавшись добровольцем в армию Колчака, указанная группа (т. н. Сибирский батальон) долго ожидала отправки в разных гарнизонах в тылах ВСЮР, в Таганроге, Новороссийске, но в Сибирь так и не попала[2].

Человек физически развитый, с большой силой, известный личной храбростью и при этом самолюбивый, Н. И. Орлов пользовался авторитетом в офицерской среде. Он не был удовлетворён своим местом в иерархии чинов Белого движения. Вторую половину 1919 года он провёл в тылу, где стал свидетелем фактического разложения штабов ВСЮР: пьянства, казнокрадства и спекуляций. К концу 1919 года Орлов оказался в Симферополе, где вокруг него сформировался кружок недовольных младших офицеров[1][6][3][7].

Мятеж особого отряда[править | править код]

Основная статья: Мятеж капитана Орлова

Предыстория[править | править код]

В последних числах декабря 1919 года Орлов получил предложение от нового заведующего корпусным тылом светлейшего князя капитана 2 ранга С. Г. Романовского, герцога Лейхтенбергского сформировать особый отряд защиты Крыма. Он приступил к формированию отряда (в некоторых источниках добровольческого полка) по оценкам Я. А. Слащёва численностью около 500 человек[8], причём уже во время формирования ходили слухи о его ненадёжности[1][3].

Захват Симферополя и городов Южного берега Крыма[править | править код]

После приказа остро нуждавшегося в резервах командира Крымского корпуса генерал-майора Я. А. Слащева-Крымского выступить на фронт против многократно превосходивших сил красных, он в ночь с 21 на 22 января 1920 года (по старому стилю) захватил власть в Симферополе и объявил себя самозванным начальником гарнизона. Кроме захвата телеграфа и выпуска ряда воззваний к офицерству, солдатам и даже к «рабочим и крестьянам» им были арестованы начальники гарнизона и контрразведки, губернатор Н. А. Татищев[3][9], а также оказавшиеся проездом на вокзале Симферополя генерал-майоры В. Ф. Субботин (после освобождения подал в отставку[10]) и В. В. Чернавин, которые возвращались из штаба Слащёва в Джанкое по делам снабжения. При этом он ссылался якобы на приказы Слащёва, на что лица, только что приехавшие из штаба самого Слащёва горячо возражали. Штаб Орлова разместился в гостинице «Европейской». Врангель утверждал также, что к Орлову присоединились уклоняющиеся от мобилизации крымские татары. Слащёв выдвинул ультиматум, который Орлов не принял, но в целом обмен телеграммами шёл пока относительно мягко на уровне устранения самоуправства. Слащёв также сообщал свои телеграммы газетчикам, рассчитывая переманить на свою сторону крымского обывателя. Против Орлова был выслан из Севастополя импровизированный отряд генерал-лейтенанта В. З. Май-Маевского[11], одновременно от Джанкоя грузился эшелон под командой самого Слащёва. Симферопольский гарнизон до этого примкнувший к Орлову отказался идти в бой, кавалерийская часть также уклонилась. Орлов с отрядом уже всего в 200—300 человек (по Оболенскому) или 150 (по Слащёву) вечером 22 января отступил из Симферополя и после стоянки в Саблах, когда силы Слащёва и мятежники не решились на бой, выдвинулся на южный берег Крыма, занял Алушту, а на следующий день без особого сопротивления Ялту, где между делом реквизировал кассу местного отделения Государственного банка. Всех в армии и в тылу возмущала бездарно проведённая Одесская эвакуация. Орлов выпустил воззвание о признании «нашим молодым вождем» П. Н. Врангеля вместо теряющего авторитет А. И. Деникина[12], причём Врангель который не занимал тогда должностей, от подрыва командования решительно отказался, о чём в телеграмме оповестил Орлова[13]. Все это время между Орловым и герцогом Лейхтенбергским с одной стороны и Слащевым и Шиллингом с другой продолжались переговоры, завершившиеся в итоге перемирием и помилованием при непременном условии отправки на фронт[1].

Оставление позиций и разгром[править | править код]

Слащёв простил мятежного капитана и тот поступил в его подчинение с обязательством выступить наконец на фронт в район села Воинка. Но вскоре после прибытия на позиции орловцы получили приказ Слащёва о расформировании и о явке Орлова в штаб генерала с отчётом по финансовой части, который отряд не выполнил, введённый в заблуждение Орловым и выступил 3 марта в сторону Симферополя. За отрядом Орлова была отправлена погоня, которая настигла и разгромила его в районе станции Сарабуз. Орлов с малой частью людей ушёл в горы, где скрывался, пользуясь поддержкой крымских татар, вплоть до занятия Крыма РККА в ноябре 1920 года, в это же время там находились красно-зелёные партизаны, которые его в свои ряды однако не приняли. После повторного мятежа Слащёв судил 16 пленных офицеров-орловцев и немедленно расстрелял их в Джанкое, не взирая при этом на старые заслуги. В декабре 1920 года Орлов явился в Симферополь в штаб 4-й армии РККА с предложением сформировать отряд по борьбе с бандитизмом, был немедленно арестован и расстрелян без суда в штабе ЧОН 4-й армии (четвёртого формирования) вместе с братом Борисом[6][1][3].

Источники и оценки[править | править код]

Сразу после завершения первой части выступления Орлова 13 февраля 1920 года (по новому стилю) приказом Деникина была создана комиссия с правами сенаторской ревизии для расследования дела Орлова, под руководством военного юриста генерал-лейтенанта А. С. Макаренко. Он и его ближайший помощник полковник Н. П. Украинцев по горячим следам провели тщательное расследование обстоятельств дела. Доклад был составлен Макаренко и Украинцевым в апреле 1920 года, уже после разгрома Орлова, и представлен новому главкому П. Н. Врангелю. Документы хранятся в фонде Р-5881 Государственного архива Российской Федерации[1].

Подробные мемуары оставил командир Орлова генерал Я. А. Слащёв. Слащёв охарактеризовал Орлова как «испуганного интеллигента», но следует помнить, что он и сам сильно выбивался по манере поведения из офицерской среды. Политическую платформу орловщины Слащёв формулировал так: «Генералы нас предают красным, они неспособны спасти положение. Долой их. Станем вместо них и поведём борьбу»[14][15].

Мятеж и подоплёка смены руководства ВСЮР также подробно упомянуты в мемуарах П. Н. Врангеля. Следует отметить, что Врангель указывает и причину произошедшего — глубокую деградацию фронта и тыла Белого движения к 1920 году[13].

Как гражданский наблюдатель подробнейшим образом события описывает председатель Земской управы Таврической губернии В. А. Оболенский. Он указывает и на атмосферу в стане белых. В конце 1919 года он получил письмо с фронта от своего сына, идейно пошедшего в Белую армию, полное горечи и разочарования[3].

Не думай, папа, что мы когда-нибудь говорим о задачах и целях войны, о единой России и тому подобном. Мы здесь других слов, кроме «грабнул» и «спекульнул», не слышим…

Наконец в эмиграции события описал В. В. Альмендингер — неофициальный историограф Симферопольского офицерского полка, который знал его с детства и служил с Орловым и хотя непосредственно во время мятежа был вне Крыма, участвуя в Бредовском походе, но в эмиграции общался с выжившими очевидцами и опубликовал работу Орловщина[2].

Мемуаристы и историки дают разные оценки выступления Орлова, но согласны в определении его как уникального для истории Гражданской войны в России. Младшие офицерские чины подняли бунт против командования (солдатские бунты были скорее нормой как у белых, так и у красных), обвинили его в развале тыла и измене целям добровольческого движения. Для орловщины характерна лёгкость, с которой были захвачены города Крыма, сочувствие местного населения; наличие определённой, хоть и весьма противоречивой идеологии, мягкое на протяжении долгого времени отношение к орловцам со стороны военного командования Крыма, из-за чего эпопея растянулась на несколько месяцев. Отмечается значение орловщины для окончательного падения авторитета главнокомандующего ВСЮР А. И. Деникина и передачи им власти П. Н. Врангелю[1].

Большевистское подполье в Севастополе под руководством В. В. Макарова готовило своё выступление, которое совпадало по времени с мятежом Орлова, но было разгромлено флотской контрразведкой ВСЮР, а его руководство казнено[16]. По материалам большевисткого подполья, опубликованным в СССР, известно, что большевики скупали оружие, расхищаемое в отряде Орлова во время формирования[17]. Оболенский полагает, что хотя сам Орлов и не переметнулся к большевикам, но «в штабе Орлова большевики уже свили себе прочное гнездо», а многие пассажи из его воззваний походили на большевистскую пропаганду[3].

Семья[2][править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 Григорьев, Сорокин, 2019.
  2. 1 2 3 4 5 Альмендингер, 1966.
  3. 1 2 3 4 5 6 7 Оболенский, 1924.
  4. Зарубины, 2008, с. 276.
  5. Соколов Д. В. Первые волны красного террора в Крыму (декабрь 1917 – март 1918 г.). Великая эпоха (5 сентября 2009). Дата обращения: 18 декабря 2012.
  6. 1 2 Орлов Николай Иванович 3. Офицеры РИА (2020).
  7. Волков С. В. Комментарии. — В кн.: Орлов Г. Дневник добровольца. — Москва: Посев, 2019. — Стр. 683.
  8. Слащов-Крымский Я. А. Глава VII. Орловщина, её причины и борьба с ней // Белый Крым, 1920 г.: Мемуары и документы. М., 1990.
  9. Причём подпись Татищева использовалась Орловым в воззваниях
  10. Владимир Фёдорович Субботин. hrono.ru.
  11. На тот момент он оставил действительную службу и находился в резерве ВСЮР
  12. Официально передача командования действительно произошла в апреле 1920 года
  13. 1 2 Врангель П. Н. Книга I. Глава V Развал // Записки. — 1923.
  14. Слащов-Крымский Я. А. Белый Крым, 1920 г.: Мемуары и документы. М., 1990.
  15. Слащов Я. А. Крым в 1920 году // Белое дело: Избранные произведения. В 16 кн. Кн. 11. Белый Крым. М., 2003.
  16. Алтабаева, 2004.
  17. Шафир, 1923.

Литература[править | править код]