Петров, Сергей Порфирьевич

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Петров Сергей Порфирьевич
Флаг
1-й секретарь Чувашского обкома ВКП(б)
1926 — 1937
 
Рождение: 4 (16) октября 1889(1889-10-16)
Аттиково, Чебоксарский уезд, Казанская губерния
Смерть: 15 февраля 1942(1942-02-15) (52 года)
Долинка, Казахская ССР
Партия: ВКП(б)
 
Награды:
орден Ленина

Петро́в Серге́й Порфи́рьевич (04(16) октября 1889, Аттиково, Чебоксарский уезд, Казанская губерния — 15 февраля 1942, Долинка, Казахская ССР) — советский партийный деятель. В 1926—1937 гг. 1-й секретарь Чувашского обкома ВКП(б). Входил в состав особой тройки НКВД СССР.

Биография[править | править код]

Происхождение[править | править код]

Родился в бедной чувашской крестьянской семье. В своей автобиографии он писал: «В 1903 году, когда мне было 13 лет, я получил свидетельство об окончании земского начального училища и осенью, в последние дни навигации, тихонько от родителей убежал в Казань. Так я порвал с деревней». Скитался по городам, работал посудником в чайных и ресторанах, сортировщиком яиц в купеческих перевалочных базах, продавцом в трактирах и постоялых дворах.

В конце 1907 г. С. Петров переезжает в г. Самару к дяде, музыканту, играющему на гуслях. С его помощью он выучивается игре на гармонике и рояле и устраивается работать трактирным музыкантом, выступает в ресторанах. В 1913 г. Сергей Порфирьевич заканчивает счетоводные курсы, а в 1914 г. выучивается на вагоновожатого[1]. Работает кондуктором и вагоновожатым.

В 1916 году С. П. Петров был мобилизован в российскую армию.

Участие в революциях[править | править код]

В 1917 г. С. П. Петров в составе одного из полков участвовал в Февральской и Октябрьской революциях в Петрограде. В августе 1917 г. вступает в ряды РСДРП(б). Из армии возвращается в Самару, где работал в революционном трибунале, секретарем профсоюза железнодорожников. Осенью 1918 г. Самарский губернский комитет РКП(б) посылает его на работу в Главное управление Самаро-Златоустовской железной дороги.

Служба в Красной Армии[править | править код]

В апреле 1919 г. С. П. Петров по партийной мобилизации вступил в красную Армию, где участвовал в формировании продовольственного полка. А затем стал его политическим комиссаром. В августе-ноябре 1919 г. возглавляет политотдел 20-й отдельной стрелковой бригады. В последующие годы он служил политработником в 13-й, 60-й, 147-й отдельных стрелковых бригадах, с мая по сентябрь 1921 г. был военком и начальник политотдела 145-й стрелковой бригады.

Партийная деятельность[править | править код]

В конце 1923 г. Петрова отозвали на партийную работу: работал секретарем Центрального райкома г. Самара, заместителем заведующего организационным отделом Самарского губкома партии, а с ноября 1925 г. по июль 1926 г. — секретарем Бугуруслановского укома партии.

Летом 1926 г. секретарь ЦК ВКП(б) С. В. Косиор предложил С. П. Петрову работу в Чувашском обкоме, где большинство членов партии не обладало достаточной политической грамотностью, среди руководящих работников возникали группировки, часто менялись секретари обкома и другие должностные лица. Косиору было известно, что Бугуруслан тоже отличался «междоусобицами», Петрову удалось там за короткое время «прекратить выяснение отношений», поднять дисциплину, сплотить актив. Теперь ему предлагалось «оздоровить чувашскую парторганизацию»[2]. В то время С. П. Петров учился на курсах партийных работников в Москве.

В Чебоксары С. П. Петров прибыл в конце лета 1926 года. Здесь его с ходу выдвинули делегатом на XV конференцию ВКП(б), в октябре 1926 г. его ввели в состав обкома, а в декабре на организационном пленуме объединенном пленуме обкома и ОКК по рекомендации ЦК избрали ответственным секретарем Чувашского обкома партии.

Процессы над «врагами народа»[править | править код]

В 1935 г. С. П. Петров направил все усилия на то, чтобы оказывать всемерную помощь судебным органам в проведении процессов над «врагами народа».

В июле 1936 г. было разослано очередное письмо обкома ВКП(б), на этот раз «О террористической деятельности троцкистско-зиновьевского контрреволюционного блока по Чувашской областной парторганизации». В августе того же года было принято постановление «О мероприятиях по усилению партийной бдительности в учебных заведениях», в октябре — «О работе первичных парторганизаций при Канашском и Цивильском педтехникумах». В том же году в Чувашии начались аресты и привлечение к ответственности за «контрреволюционную деятельность».

В соответствии с решением Политбюро ЦК ВКП(б) П51/187 от 09.07.37 и приказом НКВД № 00447 от 30.07.37 в состав «тройки» по Чувашской АССР вошли нарком внутренних дел Розанов А. М. (председатель тройки), 1-й секретарь обкома Петров С. П., прокурор республики Элифанов С. И.[3]

Пик террора пришелся на 1937 год. Он затронул все слои населения. Больше всего пострадали работники партийно-государственного и хозяйственного аппарата. Подверглись репрессии работники образования, деятели литературы и искусства, печати и руководство обкома ВЛКСМ[4].

Арест и гибель[править | править код]

Посланные из Москвы в Чебоксары в 1936 году уполномоченный Комиссии партийного контроля при ЦК ВКП(б) М. М. Сахьянова и инструктор ЦК ВЛКСМ О. П. Мишакова пришли к выводу, что С. П. Петров не внушает доверия, что Чувашия стала антипартийным, антисоветским, вражески-шпионским гнездом.

Сахьянова М. М. потребовала массового разоблачения врагов Советской власти, «оказавшихся в партийных, советских, профсоюзных и хозяйственных аппаратах Чувашской АССР», Мишакова О. П. разоблачала «врагов народа» в аппарате обкома ВЛКСМ.

В октябре—ноябре 1937 года прошёл судебный процесс над тринадцатью бывшими руководящими работниками республики. На скамье подсудимых оказались первый секретарь обкома С. П. Петров, председатель СНК республики В. И. Токсин, второй секретарь обкома Я. А. Андреев, зам. председателя СНК А. Я. Яковлев, секретарь ЦИК ЧАССР А. Х. Харитонов, председатель Госплана республики Г. И. Иванов, заведующий отделом обкома И. Д. Кузнецов, нарком просвещения Е. С. Чернов, секретарь областного комитета ВЛКСМ А. С. Сымокин, секретарь Чебоксарского горкома партии Ф. М. Зефиров, нарком торговли Д. С. Чернов, председатель совета Осоавиахима Чувашии М. Т. Ермаков, военком республики Т. П. Хрисанфов. Пятеро из названной группы — Петров, Андреев, Токсин, Иванов и Ермаков, будто бы возглавлявшие организацию, были приговорены к расстрелу, остальные — к лишению свободы от десяти до двадцати лет[4].

28 декабря 1938 г. Сергей Порфирьевич был арестован Челябинским УНКВД[5]. После ареста была собрана вся информация о нём и их след привёл на его сестру учащуюся студенткой некого колледжа. В момента ареста, Петрова Елизавета Петровна рожала ребёнка. Так что дальше военные заходить не стали. Петрова Елизавета Петровна родила еще несколько детей, все умерли. Осталась её дочурка лиза, которая позже стала женой знаменитого живописца Леонтьева Валерия Александровича. Позже у них родились дети, дочка Инга, ставшей бухгалтером, брат живописец и певец группы Necrolatreia, которая в последнее время не котируется.

13 февраля 1941 года после пересмотра дела военный трибунал ПРИВО приговоры к расстрелу заменил десятью годами содержания в лагерях, сократил сроки наказания И. Д. Кузнецову и Е. С. Чернову[4].

Петров С. П. умер в заключении в посёлке Долинское Казахской ССР 15 февраля 1942 (по другим данным скончался 10 марта 1942 г. в селе Доменское Карагандинской области Казахской ССР[5]).

Решением КПК при ЦК КПСС от 24 марта 1956 г. Петров Сергей Порфирьевич посмертно реабилитирован.

Борьба С. П. Петрова с «националистами»[править | править код]

Летом 1928 года руководство Чувашской АССР начало кампанию против бывшего руководителя Чувашской автономии Д. С. Эльменя. 2 декабря 1930 года на заседании партийного бюро Нижегородского коммунистического института Д. С. Эльмень был исключён из коммунистической партии. Д. С. Эльмень считал, что все это — «дело рук С. П. Петрова»[6], ставшего ответственным секретарем чувашского обкома партии в 1926 году и видевшего в Д. С. Эльмене конкурента.

Первыми, кто попал под критику С. П. Петрова, оказались делегаты первого Всечувашского краеведческого съезда и участники празднования 60-летия Симбирской чувашской школы и 80-летия её основателя И. Я. Яковлева, состоявшихся в 1928 г. В начале 30-х гг. они были обвинены в том, что являлись проводниками «националистической, кулацкой точки зрения».

Созданное в 1921 г. при участии Д. С. Эльменя Общество изучения местного края, ставшее массовым научно-культурным движением, фактически было разогнано.

Борьба с «националистами» развернулась и в области чувашского языкознания. Ряд представителей интеллигенции (Д. П. Юман, Ф. Т. Тимофеев, Г. И. Вантер) в 1932 г. подверглись критике за использование «старых, выходящих из употребления чувашских слов в своей литературной практике». К «кулацко-националистическому творчеству» была отнесена серия произведений П. П. Хузангая, якобы «густо насыщенных восточными словами, совершенно непонятными для читающей массы».

Критике подверглись работы русского языковеда, создателя чувашского словаря Н. И. Ашмарина, обозначенного представителем «миссионерской националистической идеологии в области чувашского научного языковедения». Выступая на научной конференции по совершенствованию терминологии и орфографии чувашского языка (15—17 июля 1935), С. П. Петров заявил: в словаре Ашмарина «не только порнографии много, но там есть прямая контрреволюция». Критикуя установки «старых специалистов в области языкознания», он требовал, как писать по-чувашски (например, слово «коллективизация»): «Начали толковать. Но слово стало международным. Почему его не принять как „коллективизация“. Или возьмите слово „кислород“ или „капитал“. Их не надо переделывать… Ведь родной язык нужен для того, чтобы на основе родного языка люди как можно скорее усвоили сумму знаний и пройденный путь пролетариата… Он нужен для обеспечения мировой пролетарской революции … разящей врага, организующей массы на борьбу за социализм».

В середине 30-х годов была ликвидирована Комиссия по реализации чувашского языка, созданная при ЦИК Чувашской АССР[4]. Процесс форсирования нивелировки национально-языковых различий в Чувашии и оттеснения языка титульного этноса на второй план усилился после решения бюро обкома ВКП(б) от 13 января 1936 г. о введении преподавания в 8—10 классах всех дисциплин на русском языке.

В эти же годы была постепенно свернута политика коренизации, благодаря которой чувашей на 1 января 1935 г. среди работников наркоматов и республиканских учреждений было 67,7 % (в 1924 г. — 40 %), в районных учреждениях представители коренного населения составляли 90—100 %. Но во второй половине 30-х гг. многие руководящие работники, а также представители национальной интеллигенции были репрессированы. После «изъятия» национальных кадров основные посты в руководящих органах автономии заняли русские: обком ВКП(б) возглавляли секретари А. А. Волков, потом И. М. Чарыков, председателем Совнаркома стал А. В. Сомов, первым секретарем обкома ВЛКСМ — Д. Т. Пароятников (бывший инструктор ЦК ВЛКСМ) и др.

Была ликвидирована существовавшая вплоть до 30-х гг. широкая сеть чувашских представительств при центральных органах в Москве: Представительство Чувашской АССР при ВЦИК, чувашские секции при отделах ЦК ВКП(б) и ЦК ВЛКСМ, чувашские отделы Наркомпроса РСФСР и Центрального издательства народов Востока и т. п. Прекратили свою деятельность Московское общество изучения чувашской культуры, было приостановлено издание в Москве центральной массовой газеты на чувашском языке «Коммунар».

К середине 30-х гг. из всех официальных решений и документов партийных и советских органов автономии практически исчезает упоминание о наличии в других регионах страны диаспорных групп чувашей-соплеменников. Был нивелирован опыт учета интересов всех этнотерриториальных групп чувашей, освоенный в конце XIX—начале XX вв. И. Я. Яковлевым и основанной им в Симбирске чувашской учительской школой[7].

Награды[править | править код]

В июне 1935 г. «За выдающиеся заслуги в деле проведения в течение ряда лет основных сельскохозяйственных работ, культурного строительства и по выполнению обязательств перед государством» С. П. Петров был награждён Орденом Ленина.

Совместным постановлением бюро Чувашского обкома КПСС, Президиума Верховного Совета и Совета Министров Чувашской АССР от 04 сентября 1979 г. «За долголетнюю и плодотворную работу, большой вклад в развитие экономики и культуры Чувашской Республики» и в связи с 90-летием со дня рождения Петров занесен (посмертно) в Почётную Книгу Трудовой Славы и Героизма Чувашской АССР.

Архивные материалы[править | править код]

В 1956 г. Комитет государственной безопасности Чувашской АССР передал в партийный архив Чувашского обкома КПСС (ныне РГУ «Госархив современной истории Чувашской Республики») документы, принадлежавшие С. П. Петрову, которые и образовали его личный фонд.

Примечания[править | править код]

  1. Петров Сергей Порфирьевич
  2. История Чувашии новейшего времени. Книга I. — Чебоксары, 2001. С. 112.
  3. Приложение 2. Составы троек НКВД—УНКВД 1937—1938 гг., созданных для рассмотрения дел арестованных в ходе массовой операции по приказу НКВД СССР № 00447 от 30 июля 1937 г.
  4. 1 2 3 4 Иванов М. И. Даниил Эльмень: острые грани судьбы. — Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 2009. — С. 215.
  5. 1 2 Петров Сергей Порфирьевич.
  6. Иванов М. И. Даниил Эльмень: острые грани судьбы. — Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 2009. — С. 20.
  7. Большой террор.

Литература[править | править код]

  • Иванов М. И. Даниил Эльмень: острые грани судьбы. — Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 2009. — 255 с. ISBN 978-5-7670-1733-1
  • Николаев В. Н., Лялина Л. В. Д. С. Эльмень (Семенов). Его роль в становлении и развитии Чувашской национальной государственности. Чебоксары, 2008.

Ссылки[править | править код]