Пиранези, Джованни Баттиста

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Джованни Баттиста Пиранези
итал. Giovanni Battista Piranesi
Автопортрет
Автопортрет
Дата рождения 4 октября 1720(1720-10-04)
Место рождения Мольяно-Венето или Венеция
Дата смерти 9 ноября 1778(1778-11-09) (58 лет)
Место смерти Рим, Италия
Страна
Жанр графика
Награды
Логотип Викисклада Медиафайлы на Викискладе

Джованни Баттиста Пиранези (итал. Giovanni Battista Piranesi, или итал. Giambattista Piranesi; 4 октября 1720, Мольяно-Венето (Тревизо)[1] — 9 ноября 1778, Рим) — итальянский археолог, архитектор и выдающийся художник-гравёр, мастер офорта в редком жанре фантастических архитектурных пейзажей, исследователь и коллекционер римских древностей, издатель эстампов. Единственный в своём роде художник, составивший полную картину античных памятников, обнаруженных в его время, и творивший собственный фантастический мир архитектуры[2].

Оказал значительное влияние на последующие поколения художников неоклассицизма, позднее на романтиков и даже на сюрреалистов. Создал большое количество рисунков и чертежей, но за свою жизнь построил только одно здание: церковь Санта-Мария-дель-Приорато (Мальтийского ордена) и оформил площадь Пьяцца Кавальери ди Мальта (Piazza dei Cavalieri di Malta) на Авентинском холме в Риме (1764—1766). Поэтому с его именем связывают понятие «бумажная архитектура»[3].

Биография[править | править код]

Дж. Б. Пиранези. Триумфальная арка Тита. Офорт из серии «Виды Рима». 1746
Храм Юпитера Громогласного в Риме. Лист 11. Офорт из серии «Виды Рима». 1758
Проект оформления «Английского кафе» на Пьяцца ди Спанья в Риме. 1769. Офорт

Пиранези родился в семье Анджело и Лауры Луккези, крещён в Венеции, в церкви Сан-Моизе. Его отец, резчик по камню и мастер-строитель, и брат матери, архитектор Маттео Луккези направили его изучать архитектуру к Джованни Скальфаротто вместе с Томмазо Теманца (с которым Пиранези оставался в дружеских отношениях на протяжении всей жизни) в «Магистрат вод» (Magistrato delle Acque) Венеции, организацию, отвечающую за реставрацию исторических зданий. Будущий архитектор обучался основам латыни и классической литературы у своего старшего брата Анджело, монаха-картезианца, который передал художнику свою давнюю страсть к Титу Ливию, древнеримскому автору частично сохранившейся «Истории Рима от основания города». Возможно, он часто посещал мастерскую гравёра Джузеппе Карло Цукки (1721—1805). Как художник, испытал влияние искусства венецианских ведутистов (художников, детально изображающих городские пейзажи), но вся его жизнь и творчество связаны с Римом.

В 1740 году приехал в Рим и работал в качестве чертёжника для Марко Фоскарини, венецианского посла при папе Бенедикте XIV. Он проживал в Палаццо Венеция и обучался в мастерской выдающегося гравёра-ведутиста Джузеппе Вази, который познакомил его с искусством гравюры на металле и архитектурными памятниками города Рима. Возможно, учился перспективе у театрального декоратора Джованни Мария Галли Бибьена и гравюре у Андреа Цукки[4]. Пиранези сотрудничал с учениками Французской академии в Риме, многое почерпнул у знатока римских древностей Ш.-Л. Клериссо. В 17431747 годах жил в основном в Венеции, где, в числе прочего, работал вместе с Джованни Баттиста Тьеполо, ведущим художником Венеции того времени. Новое пространственное мышление Тьеполо, возможно, открыло для Пиранези новые возможности его собственных гравюр.

Затем он вернулся в Рим, где открыл собственную мастерскую на Виа дель Корсо. В последующие двадцать пять лет, до своей смерти, Пиранези жил в Риме; он создал огромное количество офортов, изображающих в основном архитектурные и археологические находки, связанные с древним Римом, и виды знаменитых мест того Рима, который окружал художника на протяжении его собственной жизни. Изучал работы М. Риччи и Дж. П. Панини. Его первой большой работой в Риме была серия офортов «Первая часть архитектурных набросков и перспектив, придуманных и награвированных Джованни Баттиста Пиранези, венецианским архитектором» (Prima parte di Architettura e Prospettive…, 1743), за которой последовала серия «Разные виды Рима античного и современного» (Varie Vedute di Roma Antica e Moderna, 1745).

Тем временем Пиранези занялся архитектурными обмерами многих древних зданий: это привело к публикации гравюр «Римские древности времен Первой республики и первых императоров» (Le Antichità Romane de' tempo della prima Repubblica e dei primi imperatori). В 1761 году он стал членом Академии Святого Луки и открыл собственную офортную мастерскую. В 1762 году была напечатана серия офортов «Марсово поле античного Рима» (Campo Marzio dell’antica Roma). В гравюрах этих серий уже можно увидеть основные признаки его индивидуального стиля: стремление к монументальности и трудно постигаемых глазом величественных зданий и пространств.

В 1767 году Пиранези стал рыцарем папского ордена Золотой шпоры, что позволило ему подписывать свои произведения: «Cav[aliere] Piranesi», при этом он никогда не забывал добавлять титул: «венецианский архитектор», или: «Изобрёл и вырезал Пиранези, архитектор в Риме». В 1769 году публикация серии оригинальных, а иногда и причудливых изображений, башен, дымоходов, ваз, предметов мебели утвердила его авторитет как разностороннего и находчивого изобретателя. В 1776 году Пиранези представил «Вазу Пиранези», созданную из античных обломков и скульптурных фрагментов, найденных им в 1769 году в руинах Виллы Адриана в Тиволи, с собственными дополнениями на «античную тему». В 1826 году «Ваза Пиранези» была приобретена для Царского Села, с 1850 года находится в петербургском Эрмитаже.

Дж. Анджелини. Надгробие Джованни Баттиста Пиранези. 1780. Церковь Санта-Мария-дель-Приорато. Рим

Интерес к античному миру проявился в занятиях художника археологией. Пиранези был избран почётным членом Общества антикваров Лондона. Архитектор посетил Помпеи. За год до смерти исследовал древнегреческие храмы в Пестуме, в то время почти неизвестные, и в 1777—1778 годах выпустил серию офортов «Руины построек Пестума» (Avanzi degli Edifici di Pesto).

Он умер в Риме в 1778 году после продолжительной болезни и был похоронен в церкви Санта-Мария дель Приорато, которую сам спроектировал. Его скульптурное надгробие в 1780 году создал Джузеппи Анджелини. После смерти художника его семья переехала в Париж, где в принадлежавшей им лавке продавались, среди прочего, и офорты Джованни Баттиста Пиранези. В Париж были перевезены и награвированные медные доски. Впоследствии, сменив нескольких владельцев, они были приобретены папой римским и в настоящее время находятся в Риме, в Государственной Калькографии (Romae ex Chalcographia) — собрании гравюр на меди.

При жизни и долгое время после смерти Пиранези называли «скиаграфом» (живописцем теней) и «Рембрандтом античных руин». Его офорты во Франции повторял архитектор и гравёр Пьер Патт. Сын художника Франческо Пиранези (1759—1810) — архитектор, рисовальщик и гравёр, с 1804 года работал в Париже. Значительное влияние творчество Пиранези оказало на французского живописца, пейзажиста античных руин Ю. Робера.

Творчество[править | править код]

Производительность Пиранези, как и его мастерство, непостижимы. Он задумывает и выполняет многотомное издание офортов под общим названием «Римские древности» (Antichità Romane), содержащее изображения архитектурных памятников древнего Рима, капителей колонн древних зданий, скульптурных фрагментов, саркофагов, каменных ваз, канделябров, плит для мощения дорог, надгробных надписей, планов зданий и городских ансамблей. Получив навыки в перспективном изображении архитектуры, Пиранези соединил их с традиционной для венецианской школы красочностью, экспрессией и претворил их в своеобразном живописном, с эффектами светотени, стиле штрихового офорта. Пиранези пришлось жить и творить на рубеже двух великих эпох: неоклассицизма и романтизма, а развитие его индивидуального стиля демонстрирует переход от экспресии римского барокко ранних композиций к романтической классичности поздних. Пиранези мастерски использовал приёмы угловой перспективы, добавив к ним низкий горизонт и небывалые контрасты масштабов, а техника штрихового офорта (с последовательным травлением штриха по планам) позволила ему создавать на пределе технических возможностей живописные контрасты освещённых и затенённых объёмов. Знаменитую триаду Витрувия (польза, прочность, красота) Пиранези трактовал по-своему: «техничность, пространственность, монументальность»[5].

В течение всей жизни работал над серией гравюр «Виды Рима» (Veduti di Roma). Это очень большие листы (в среднем около 40 см в высоту и 60—70 см в ширину), которые сохранили для нас облик Рима в XVIII веке. Восхищение древней цивилизацией Рима и понимание неизбежности её гибели, когда на руинах величественных зданий современные люди заняты своими скромными повседневными делами, — основная тема этих гравюр. На гравюрах Пиранези видно, «как на римском Форуме пасутся коровы, а обломки триумфальных арок заросли кустарником, в руинах притаились разбойники, а немногие чудаки, любители древности, бродят среди развалин; новая жизнь „прорастает“ из старой»[6].

В классическом мире его [Пиранези] не столько привлекало величие созидания, сколько величие разрушения. Его воображение было поражено не так делами рук человеческих, как прикосновением к ним руки времени. В зрелище Рима он видел только трагическую сторону вещей, и поэтому его Рим вышел даже более грандиозным, чем он был когда-либо в действительности

П. П. Муратов. Образы Италии
Дж. Б. Пиранези. Офорт из серии Темницы (Carceri). 1745—1749

Особое место в творчестве Пиранези занимает серия гравюр «Фантастические изображения тюрем» (Le Carceri d’Invenzione, 1745), более известная как просто «Темницы» (Carceri). Эти архитектурные фантазии были впервые изданы в 1749 году. Через десять лет Пиранези вернулся к этой работе и создал на тех же медных досках практически новые произведения. «Темницы» — это мрачные и пугающие своими размерами и отсутствием постижимой логики архитектурные построения, где пространства загадочны, как непонятно и предназначение этих лестниц, мостиков, переходов, блоков и цепей. Мощь каменных конструкций подавляет. Создавая второй вариант «Темниц», художник драматизировал первоначальные композиции: углубил тени, добавил множество деталей и человеческих фигур — то ли тюремщиков, то ли узников, привязанных к пыточным приспособлениям.

Последние десятилетия известность и слава Пиранези росли с каждым годом. Издавались всё новые монографии и альбомы с репродукциями величественных гравюр. С 2000 года на гальванических копиях офортных досок ограниченным тиражом печатали факсимиле офортов выдающегося мастера. Лучшие музеи мира устраивают выставки его работ. Пиранези, вероятно, самый знаменитый художник, который приобрёл такую известность лишь графикой, в отличие от других великих гравёров, которые были, кроме того, великими живописцами (Дюрер, Рембрандт, Гойя).

В сфере практической архитектуры деятельность Пиранези была весьма скромной. В XVIII веке эпоха монументального строительства в Риме уже закончилась и заказов было мало. В 1763 году папа Климент XIII поручил Пиранези постройку хоров в базилики Сан-Джованни в Латерано. Главной работой Пиранези в области реальной, «каменной» архитектуры стало оформление площади: «Пьяцца Кавальери ди Мальта» (Piazza dei Cavalieri di Malta) с эффектными стелами и обелисками на Авентинском холме с церковью Санта-Мария-дель-Приорато (Мальтийского ордена) (1764—1766)[7].

Вклад в иконографию Рима и теорию искусства[править | править код]

Пиранези был не только архитектором, рисовальщиком и гравёром, но и коллекционером римских древностей, библиофилом и издателем эстампов, исследователем античной архитектуры и теоретиком искусства. Это позволило ему внести существенный вклад в теорию романтического неоклассицизма, получившего распространение во многих странах Европы, в том числе в России, в середине и второй половине XVIII века. В своих гравюрах Пиранези составил полную картину античных памятников, известных в его время[8].

В Риме Пиранези изучал творчество А. Палладио, проводил обмеры древнеримских сооружений и составил собственный канон классических ордеров[9]. Свои гравюры, начиная с серии «Первая часть архитектурных и перспективных композиций…» (1743), Пиранези сопровождал подробными пояснительными текстами. В 1761 году Пиранези изложил свои идеи в трактате «О великолепии и архитектуре римлян» (Della Magnificenza e d’Architettura de’Romani), который вызвал общеевропейскую научную дискуссию. Пиранези был сторонником так называемой панримской теории, он считал архитектуру древних римлян непосредственным продолжением зодчества древних египтян, а не греков, и наивысшим достижением классического мира. С мнением Пиранези не согласился французский историк искусства и коллекционер П.-Ж. Мариэтт Младший в «Письме» 1764 года, опубликованном в «Бюллетене Европы», в котором назвал искусство этрусков и римлян вторичным и подражательным, а творчество греков оригинальным и непревзойдённым. Возражал и Марк-Антуан Ложье, который считал «антикизирующий классицизм итальянской архитектуры» ошибочным. Пиранези ответил «Диалогом об архитектуре» (1765), в котором подчеркнул техническое совершенство построек римлян и их творческий подход к традициям; не копирование, а переосмысление «нехудожественной целесообразности», сковывавшей воображение древних эллинов[10]. В собственных графических фантазиях Пиранези соединял традиции искусства венецианских архитекторов и ведутистов, римских классиков, новации барокко и новое романтическое мышление, что и подтверждал в теоретических сочинениях и полемических письмах. В серии гравюр «Римские древности» (Antichità Romane, 1756) он первым стал нарушать действительные пропорции вполне известных зданий, «руинировал» их, превращая античные постройки в катастрофические картины воображаемых разрушений.

Пиранези в европейском искусстве Нового времени стал одним из основоположников «помпеянского» и «египетского стилей». Изучая древности Геркуланума и Помпей, Пиранези сделал вывод, что римляне в своей архитектуре соединили всё лучшее из искусства египтян, этрусков и греков. В гравюре-фронтисписе к альбому «Римские древности» (1756) он изобразил улицу с фантасмагорическим нагромождением ваз, бюстов, рельефов, обелисков, пирамид и «осирических статуй» фараонов. Около 1760 года Пиранези приступил к проектированию «Английского кафе» на Площади Испании в Риме (сохранились только офорты). Оформление интерьера он задумал в «египетском стиле» согласно панримской теории. В сборниках офортов «Античные декоративные мотивы для применения их в современной архитектуре» (1769) и «Вазы, канделябры, саркофаги, треножники…» (1778) Пиранези продемонстрировал удивительную смесь помпейских, греческих, египетских, италийских, этрусских мотивов, преображённых его барочно-неоклассической фантазией. Тем самым он оказался у истоков европейской эклектики.

Фальсификация произведений Пиранези[править | править код]

Одной из самых успешных фальсификаций британского художника Эрика Хебборна стал рисунок под названием «Сцена из римской гавани» или «Часть большого великолепного порта, использовавшегося древними римлянами». Хебборн отталкивался от офорта, выполненного по рисунку Пиранези, и утверждал, что ему якобы удалось обнаружить оригинал. «Рисунок» был куплен Национальной галереей Дании в Копенгагене за 20000 долларов (в ценах 1969 года, уже к 2017 году цена была бы как минимум в 11 раз больше этой суммы). Ряд крупных международных экспертов, в том числе Эрик и Кристофер Фишер, посчитали рисунок подлинной работой Пиранези. Даже когда сам Хебборн сознался в фальсификации, сотрудники музея длительное время отказывались признавать работу подделкой[11][12].

Пиранези в русской культуре[править | править код]

Весьма показательно, что искусство Пиранези внесло весомый вклад одновременно в формирование екатерининского классицизма второй половины XVIII века и романтического направления в русском искусстве начала XIX столетия. Императрица Екатерина II в огромном количестве заказывала во Франции книги и гравюры по архитектуре, в том числе альбомы офортов Пиранези. «Я страстно увлекаюсь книгами по архитектуре, — писала она Гримму, — вся моя комната ими наполнена, и этого для меня недостаточно»[13]. Императрица указывала своим архитекторам гравюры из альбомов Ш.-Л. Клериссо и Дж. Б. Пиранези в качестве образцов, в том числе для сооружений в Царском Селе.

Удивительной личности Пиранези посвятил одну из новелл в сборнике философских эссе «Русские ночи» (1844) писатель-романтик, один из организаторов общества любомудров В. Ф. Одоевский. Он описал «проекты колоссальных зданий, из которых для построения каждого надобно бы миллионы людей, миллионы червонцев и столетия». Одоевский своим воображением воссоздал образ самого «Кавалера Джамбаттиста Пиранези», гений которого не может найти себе успокоения в реальной жизни и которого преследуют «духи-мучители» его собственной фантазии[14].

Галерея[править | править код]

Основные работы[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. В иных источниках местом рождения называется Венеция: Mario Bevilacqua — Dizionario Biografico degli Italiani — Volume 84 (2015) [1] Архивная копия от 30 марта 2022 на Wayback Machine
  2. Praz M. Giovanni Battista Piranezi. Veduti di Roma. — Milano: Arnoldo Mondadori Editore, 2000. — P. 7
  3. Власов В. Г. «Бумажная архитектура» // Новый энциклопедический словарь изобразительного искусства. В 10 т. — СПб.: Азбука-Классика. — Т. II, 2004. — С. 352—353
  4. Neues allgemeines Künstler-Lexicon; oder Nachrichten von dem Leben und den Werken der Maler, Bildhauer, Baumeister, Kupferstecher etc. Bearb. von Dr. G. K. Nagler. München, E.A. Fleischmann, 1835—1852
  5. Sedlmayr H. Verlust der Mitte. — Salzburg, 1948. — S. 18, 24, 26
  6. Власов В. Г. Пиранези, Джованни Баттиста // Стили в искусстве. В 3-х т. — СПб.: Кольна. Т. 3. — Словарь имён, 1997. — С. 167
  7. Pinelli O. R. Piranesi. — Firenze: Giunti, 1985. — P. 40 — 41
  8. Торопов С. А. Джованни Баттиста Пиранези. — М.: Изд-во Всесоюзной Академии архитектуры, 1939. — С. 4
  9. Дьяков Л. А. Джованни Баттиста Пиранези. — М.: Изобразительное искусство, 1980. — С. 21
  10. Власов В. Г.]]. Пиранези, Джованни Баттиста. — С. 167
  11. Reeve C. Putting the “Lie” in “Line”: Eric Hebborn’s Drawn to Trouble (англ.) // Biographical Studies. — 2018. — Vol. 33, no. 3. — P. 175—187. — ISSN 2468-2497. — doi:10.1080/08989575.2018.1389887.
  12. Scott D. A. Art: Authenticity, Restoration, Forgery. — Los Angeles: The Cotsen Institute of Archaeology Press, 2016. — С. 183—185. — 518 с. — ISBN 978-1-9387-7008-1.
  13. Грот Я. Екатерина II в переписке с Гриммом // Записки Императорской Академии наук. — СПб., 1879. —Т. 34. — Кн. 1, приложение. — С. 82, 83
  14. Одоевский В. Ф. Русские ночи. — Л.: Наука, 1975. — С. 32—33

Литература[править | править код]

  • Торопов С. А. Пиранези. — М.: Изд-во Всесоюзной Академии архитектуры, 1939.
  • Росси Ф. О влиянии Пиранези на работы Камерона в интерьерах Царского Села // Итальянский сборник. — СПб., № 5. — С. 107—120.
  • Дьяков Л. А. Джованни-Батиста Пиранези. М.: Изобразительное искусство, 1980. — 117 с.
  • Ипполитов А. «Тюрьмы» и власть. Миф Джованни Баттиста Пиранези. СПб.: Арка, 2013. — 368 с.
  • Кантор-Казовская Л. Современность древности: Пиранези и Рим. (Очерки визуальности). М.: НЛО, 2015. — 368 с.
  • Сорокина Н. И. Джованни Баттиста Пиранези. М.: БуксМарт. 2013. — 112 с.
  • Джованни Батиста Пиранези. Дворцы, руины и темницы. Из собрания Государственного Эрмитажа. Екатеринбург, 2012. — 96 с.
  • Лаврова О. И. Избранные офорты Джованни Баттиста Пиранези 1720—1778. ГМИИ. Каталог. М.: Советский художник. 1972. — 64 с.
  • Гравюры Джованни-Батиста и Франческо Пиранези в собрании Государственного музея истории Санкт-Петербурга. Альбом-каталог / Составитель М. Кондрашова. — СПб.: Государственный музей истории Санкт-Петербурга, 2008. — 224 с. — ISBN 978-5-902671-62-6
  • Wilton-Ely, J. Giovanni Battista Piranesi: The Complete Etchings — an Illustrated Catalogue. Vols. 1 & 2. San Francisco: Alan Wofsy Fine Arts publications, 1994.
  • Norbert Miller. Archäologie des Traums: Versuch über Giovanni Battista Piranesi. — München; Wien: Hanser, 1978.