Постановление о детронизации Николая I

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Детронизация Николая I польским сеймом

Постановле́ние о детрониза́ции Никола́я I — постановление, принятое польским Сеймом во время Восстания 1830 года, которое формально лишало российского императора Николая I прав на трон Царства Польского.

История[править | править код]

После манифестации в Варшаве и неудачной миссии пророссийского министра Ксаверия Друцкого-Любецкого в Санкт-Петербурге, 25 января 1831 Сейм принял постановление о детронизации императора.

Несмотря на то, что тон документа был умеренным, он означал крушение надежд на мирное разрешение проблемы. Польские историки считают, что именно со дня постановления конфликт сменился настоящей войной.

С точки зрения польской стороны, после оглашения «Постановления о детронизации» наследники Николая I не могли использовать титул короля Польши и, таким образом, дальнейшее их правление Польшей было незаконным, узурпаторским. С точки зрения русской стороны, этот документ был ничтожным (не имеющим юридической силы), поскольку конституция была дарована Царству Польскому в 1815 году монархом, и только он мог изменять её. После подавления польского восстания 1830—1831 годов конституция была заменена Органическим статутом 1832 года.

Текст постановления[править | править код]

Текст постановления

Оригинал[править | править код]

Najświętsze i najuroczystsze umowy o tyle są nienaruszalne, o ile wiernie są dotrzymywane przez obie strony. Długie cierpienia nasze znane są całemu światu. Przysięgą poręczone przez dwu panujących, a pogwałcone tylekroć swobody — nawzajem i naród polski od wierności wobec dzisiejszego panującego uwalniają. Wyrzeczone na koniec przez samego Mikołaja słowa, że pierwszy ze strony naszej wystrzał stanie się na zawsze hasłem zatracenia Polski, odejmując nam wszelką nadzieję sprostowania naszych krzywd, nie zostawiają jak rozpacz szlachetną.

Naród zatem polski, na sejmie zebrany, oświadcza: iż jest niepodległym ludem i że ma prawo temu koronę polską oddać, którego godnym jej uzna, po którym z pewnością będzie się mógł spodziewać, iż mu zaprzysiężonej wiary i zaprzysiężonych swobód święcie i bez uszczerbku dochowa.

Перевод[править | править код]

Самые святые и торжественные договоры только тогда являются нерушимыми, когда искренне соблюдаются обеими сторонами. Всему миру известно наше терпение. Обещанные под присягой двумя владыками и столь часто попираемые свободы освобождают обе стороны и польский народ от верности. Сказанные, наконец, самым Николаем слова, что первый же выстрел с нашей стороны всегда будет сигналом к гибели Польши, не оставили нам никакой надежды на исправление нанесенных обид, не оставили нам ничего, кроме благородного горя.

Таким образом народ польский, на сейме собранный, заявляет: он является независимой нацией и имеет право тому корону польскую отдать, кого её достойным сочтёт, на кого рассчитывать будет, кто приведённый к присяге веры твердо и без ущерба соблюдёт обещанные присягой свободы.

В литературе[править | править код]

Адам Мицкевич написал об этом в стихотворении Reduta Ordona (1832):

  • Mocarzu, jak Bóg silny, jak szatan złośliwy,
    Gdy Turków za Bałkanem twoje straszą spiże,
    Gdy poselstwo paryskie twoje stopy liże,
    — Warszawa jedna twojej mocy się urąga,
    Podnosi na cię rękę i koronę ściąga,
    Koronę Kazimierzów, Chrobrych z twojej głowy,
    Boś ją ukradł i skrwawił, synu Wasilowy!
  • Властитель, сильный как Бог, как сатана лукавый,
    Когда турок за Балканами твои пугают пушки,
    Когда парижское посольство лижет твои стопы,
    — Варшава лишь одна твою поносит силу,
    Подъемлет руку на тебя, венец срывает
    Корону Казимиров, Храбрых со твоей главы,
    Ведь ты её украл и омочил в крови, Василья сын!
    [1]

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. Употребление поэтом отчества «Василья сын» не вполне понятно: Мицкевич не мог не знать, что отцом Николая I был император Павел I. Несомненно, что это сделано ради рифмы (głowy — Wasilowy); однако можно также предположить, что «забывчивость» поэта носит нарочито презрительный оттенок. Возможно — намёк на Ивана IV Грозного, Ивана III Великого или Василия II Тёмного, жестоко подавлявших сепаратизм в Московской Руси

Ссылки[править | править код]