Прогибиционизм

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Прогибиционизм (англ. Prohibitionism от лат. prohibition — запрет, «Запретительство») — правовая философия и политическая теория, часто используемая при лоббировании, который гласит, что граждане будут воздерживаться от действий, если действия классифицируются как незаконные (то есть запрещённые) и запреты исполняются правоохранительными органами[1].

Запреты в отношении алкогольных напитков[править | править вики-текст]

Запреты в отношении наркотиков[править | править вики-текст]

Применение прогибиционистских мер в контроле оборота наркотиков и психотропных веществ имеет многовековую историю. Пионерами в этой области выступили творцы шариата, включившие употребление опьяняющих веществ в список шести фиксированно наказуемых деяний. Под «опьяняющими веществами» в данном случае подразумевались алкогольные напитки, тогда как гашиш, бханг и опиум долгое время считались лекарствами. Первые антигашишные репрессии (Египет, XIV век) были направлены не столько против гашиша, сколько против суфиев, активно употреблявших этот препарат (с этой же целью в соседней Турции периодически проводились антикофейные кампании).

Первый официальный запрет на производство и продажу гашиша на всей территории Египта появился в 1800 году стараниями Наполеона I Бонапарта, однако его инициатива не нашла продолжения. Настоящая борьба с психотропными препаратами конопли развернулась только после 1925 года, когда гашиш по требованию правительства Египта был включён в «Опиумную конвенцию». Ограничение производства и оборота других препаратов конопли в мировом масштабе началось уже после 1961 года, в связи с Единой Конвенцией ООН.

Следует отметить, что Единая Конвенция не является запретительным документом: она лишь требует контроля, учёта и международной отчётности по производству и обороту веществ, включённых в списки. Тем не менее, прогибиционистски настроенные законодатели многих стран мира восприняли её как повод для уголовного преследования любых операций с марихуаной и гашишем, включая употребление и хранение для личных нужд. Аргументы, приводимые в обоснование столь строгих мер, обычно сводятся к следующему: препараты конопли не имеют однозначно подтверждённой медицинской ценности, наносят необратимый вред здоровью граждан и служат для вовлечения в употребление более опасных веществ. Вплоть до конца 1960-х годов усиленно пропагандировался тезис о том, что психотропные каннабиноиды способствуют повышению агрессивности и стимулируют антисоциальное поведение; однако впоследствии от этих утверждений пришлось отказаться[источник не указан 2059 дней] в связи с их полным несоответствием действительности[источник не указан 2059 дней].

Главной движущей силой «конопляного прогибиционизма» в настоящее время является Управление по борьбе с наркотиками[источник не указан 2059 дней], имеющее огромное влияние на международном уровне. Тем не менее, даже в Соединённых Штатах в последнее время прослеживаются отчётливые тенденции к декриминализации оборота препаратов конопли[2], а в Европе этот процесс уже охватил большинство стран Евросоюза[источник не указан 2059 дней].

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. C Canty, A Sutton. Strategies for community-based drug law enforcement: From prohibition to harm reduction; in T Stockwell, PJ Gruenewald, JW Toumbourou, WLoxley W, eds. Preventing Harmful Substance Use: The Evidence Base for Policy and Practice. New York: John Wiley & Sons, Ltd., 2005. pp. 225-236.
  2. «Почему я изменил своё мнение о марихуане.» — Нейрохирург Санджей Гупта (англ.)