Разгон Центральной рады

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Здание Центральной рады в Киеве в 1918 году

Разго́н Центра́льной ра́ды[1] (иногда называется роспуск Центральной рады) — прекращение деятельности Центральной рады Украинской Народной Республики германскими оккупационными войсками в апреле 1918 года, поводом к которому послужило похищение банкира членами правительства УНР. После этого Центральная рада более не собиралась, и впоследствии гетманом Скоропадским, ставшим авторитарным правителем Украинской державы, все изданные ею законы были отменены.

Предыстория события[править | править вики-текст]

Премьер-министр правительства УНР в марте 1918 года Всеволод Голубович
Герман фон Эйхгорн, командующий оккупационными германскими войсками на Украине
Украина История Украины
Lesser Coat of Arms of Ukraine.svg
Доисторический период

Трипольская культура

Ямная культура

Киммерийцы

Скифы

Сарматы

Зарубинецкая культура

Черняховская культура

Средневековая государственность (IXXIV века)

Племенные союзы восточных славян и Киевская Русь

Распад Киевской Руси: Киевское, Галицко-Волынское и другие княжества

Монгольское нашествие на Русь

Великое княжество Литовское

Казацкая эпоха

Запорожская Сечь (Войско Запорожское)

Речь Посполитая

Восстание Хмельницкого

Гетманщина

Переяславская рада

Руина

Правобережье

Левобережье

В составе империй (17211917)

Малая Русь

Слобожанщина

Волынь

Подолье

Новороссия

Таврия

Политические организации

Габсбургская монархия

Восточная Галиция

Буковина

Карпатская Русь

Политические организации

Народная Республика (19171921)

Революция и Гражданская война

Украинская революция

Украинская держава

ЗУНР

Акт Злуки

Советские республики

ВСЮР

Махновщина

Советская Республика (19191991)

Образование СССР

Голод на Украине (1932—1933)

Вторая мировая война

ОУН-УПА

Авария на Чернобыльской АЭС

Современный период1991)

Независимость

Ядерное разоружение

Принятие конституции

Оранжевая революция

Политический кризис на Украине (2013—2014)

Евромайдан

Крымский кризис

Вооружённый конфликт на востоке Украины


Наименования | Правители
Портал «Украина»

В ночь с 24 на 25 апреля 1918 года из собственной квартиры в Киеве неизвестными лицами был похищен миллионер, глава Русского для внешней торговли банка, член финансовой комиссии Центральной рады Абрам Добрый.

Впоследствии выяснилось, что похищением руководил Александр Осипов — чиновник особых поручений украинского Министерства внутренних дел, личный секретарь начальника политического департамента Украинской народной республики (УНР) Гаевского. Банкира увезли в автомобиле на вокзал Киева и доставили к вагону, стоявшему на запасных путях под охраной сечевых стрельцов, который был прицеплен к обычному пассажирскому поезду на Харьков. Как впоследствии рассказывал сам Добрый, Осипов предложил ему улучшение условий содержания, не исключая освобождение, в обмен на 100 тысяч рублей[2].

Похищенного было решено разместить в харьковской тюрьме, но директор Холодногорского централа отказался принимать Доброго без ордера на арест и соответствующих сопроводительных документов Министерства внутренних дел. Банкира отвезли в харьковский «Гранд-Отель» и заперли в номере. Там он по требованию вымогателей подписал чек на 100 тысяч рублей.

Германское командование посчитало Осипова исполнителем, а заказчиками преступления объявило министра внутренних дел Центральной рады Михаила Ткаченко, военного министра Центральной рады Александра Жуковского и премьер-министра украинского правительства Всеволода Голубовича. Похищение министрами Рады человека, через банк которого шли финансовые операции оккупационных войск с Рейхсбанком, вызвало возмущение немецкого командующего на Украине Германа фон Эйхгорна. 26 апреля он издал указ, согласно которому все уголовные преступления на территории Украины выборочно могли подлежать германскому военно-полевому суду при сохранении параллельной работы украинской правовой системы. Издание такого приказа вызвало обеспокоенность Голубовича, который через два дня после похищения сказал с трибуны Центральной рады следующее[3]:

Что такое, собственно, господин Добрый? Он, может быть, подданный Германии? Нет, он ни сват, ни кум — он совсем посторонний человек. И вот из-за того, что был похищен этот посторонний человек, который юридически ничем не связан с Германией, который не даёт никаких поводов к тому, чтобы сделать такого колоссального значения приказ, приказ был издан.

Вооружённый разгон заседания Центральной рады немецким патрулём[править | править вики-текст]

Здание Педагогического музея, в котором в 1918 году заседала Центральная рада УНР. Вид в 2000-е гг.

28 апреля 1918 года в зал киевского Педагогического музея, во время вечернего заседания Центральной рады, вошёл вооружённый немецкий патруль и приказал всем участникам заседания поднять руки вверх. Все арестованные были обысканы на предмет наличия оружия, а затем отправлены домой. После этого Рада больше не собиралась.

Участник этого заседания Центральной рады Алексей Гольденвейзер описал события следующим образом[4]:

Министерская ложа была в начале заседания полна, но постепенно большинство министров, в том числе Ткаченко и Жуковский, исчезли. Помню, как поразило меня в этот день осунувшееся лицо Ткаченко и лихорадочный блеск его глаз. Заседание всё продолжалось, приближалось время перерыва, мы начинали уже уставать и около 4 часов дня на трибуне появился Рафес…

Рафес ещё говорил заключительные фразы своей речи, когда с лестницы донёсся шум, дверь в зал растворилась, и на пороге появились немецкие солдаты. Несколько десятков солдат тотчас вошли в зал. Какой-то фельдфебель (потом выяснилось, что это был чин полевой тайной полиции) подскочил к председательскому креслу и на ломаном русском языке крикнул:

«По распоряжению германского командования, объявляю всех присутствующих арестованными. Руки вверх!»

Солдаты взяли ружья на прицел.

Все присутствующие встали с места и подняли руки… Грушевский, смертельно бледный, оставался сидеть на своём председательском месте и единственный во всей зале рук не поднял. Он по-украински говорил что-то немецкому фельдфебелю о неприкосновенности прав «парламе́нта», но тот еле его слушал.

Немец назвал несколько фамилий, в том числе Ткаченко и Жуковского, которые приглашались выступить вперед. Никого из названных в зале не оказалось.

Тогда всем депутатам было предложено перейти в соседнюю комнату; при этом в дверях залы заседания солдаты ощупывали нас, ища оружия.

Мы столпились в указанном нам помещении. Комизм положения невольно настроил всех юмористически. Обсуждали вопрос, что же с нами будет — поведут ли в тюрьму или, может быть, вышлют в концентрационный лагерь? … Наше сидение взаперти продолжалось не больше часу. Вдруг двери на лестницу раскрылись, и кто-то грубым и насмешливым тоном крикнул нам:

«Вон! Расходись по домам!»

Мы спустились по лестнице вниз. На улице, у входов в здание рады, стояли броневики и пулемёты. Толпа любопытных глазела на пикантное зрелище.

Мы разошлись по домам…

Председатель разогнанной немцами Центральной рады Михаил Грушевский в 1918 году, Киев

Журналист газеты «Киевская мысль» С. Сумский в своей книге «Одиннадцать переворотов» так описал это событие:[5]

В помещение рады, то есть высшего украинского законодательного учреждения, во время вечернего заседания, вошёл отряд немецких солдат с офицером во главе, крикнувшим на чистейшем русском языке: «Руки вверх!»

Перепуганные депутаты и министры подняли руки,… Так украинский парламент с поднятыми руками стоял до тех пор, пока немцы обыскивали министров и депутатов. Затем офицер заявил, что министры Ткаченко, Жуковский и ещё несколько лиц объявляются арестованными, остальные могут уходить. Ткаченко удалось скрыться, а Жуковский был увезён в тюрьму. Немедленно вслед за этим на улицах появились объявления о том, что, по сведениям немецкого командования, похищение Доброго произвели министры Ткаченко, Жуковский и некоторые другие должностные лица. Рядом с этим объявлением красовался новый приказ Эйхгорна, согласно которому лица, виновные в ряде преступлений (похищения, убийства, выступления против немецких войск и властей, нарушения общественного порядка и пр.) предаются немецкому военно-полевому суду. Все собрания без разрешения немецких властей запрещаются. Власти рады пришёл конец не только по существу, но и формально.

Лукьяновская тюрьма в Киеве, где содержались арестованные члены Центральной Рады

Во время заседания были арестованы пятеро членов Центральной рады: министр внутренних дел Ткаченко, военный министр Жуковский, министр иностранных дел Любинский, министр земледелия Ковалевский, директор департамента Министерства внутренних дел Гаевский[4]. Голубович и другие министры были осуждены немецким военно-полевым судом по обвинению в причастности к уголовному преступлению — похищению человека. Голубович до 16 декабря 1918 года находился в Лукьяновской тюрьме, откуда был освобождён петлюровцами после занятия ими Киева.

Историк И. Чериковер трактовал разгон Центральной рады как произведённый немцами 28 апреля 1918 года государственный переворот[1].

Профессор Александр Погодин, прибывший в этот период из Харькова в Киев и пытавшийся встретиться с уполномоченными лицами УНР для согласования хозяйственных вопросов, так описывал события после разгона вечернего заседания Центральной рады[6]:

Уже в понедельник, 29 апреля, не было приёма ни у премьер-министра Голубовича, ни у министра внутренних дел Ткаченко. Работа в департаментах ещё продолжалась кое-где, но в других уже был полный паралич.

Последствия[править | править вики-текст]

Карикатура «Провал Центральной Рады». С. Фазини, май 1918

См. статью Украинская держава

На следующий день после разгона Центральной рады, 29 апреля, в Киеве состоялся съезд хлеборобов, который провозгласил генерала Павла Скоропадского гетманом Украинской державы. Новоизбранный гетман Скоропадский издал грамоту, согласно которой Центральная и Малая рады считались распущенными, а изданные ими законы отменялись.

Политические оценки события[править | править вики-текст]

Очевидец событий, профессор антропологии, этнограф и общественно-политический деятель Н. М. Могилянский в своей работе «Трагедия Украины» одной из причин разгона Центральной рады называл то, что при сохранении в силе её универсала о социализации земли немцы могли не увидеть хлеба, поскольку крестьяне вместо того, чтобы пахать и сеять, стали бы делить землю. Немцам нужен был хлеб, но никак не социализация земли. Хлеб нужно было закупить и вывезти, но, по словам Могилянского, дезорганизация, внесённая Центральной радой и её министерством во все области управления, угрожала решению этой задачи для немцев. Далее он писал следующее[7]:

Наконец, — и это играло не меньшую роль в охлаждении немцев к сепаратистам-«самостийникам», — немцы, которым нельзя отказать в том, что они внимательно изучали общественную среду и обстановку, прозрели в Киеве расчёт «украинизации». В теории, дома, в концентрационных лагерях — это было одно, в Киеве, на реальной украинской почве — они нашли нечто совершенно другое; они увидели то, что их самих привело в немалое изумление. «Russland das verstehe ich, Ukraina das verstehe ich nicht» (Россия — это я понимаю, а Украина — этого я не понимаю), повторял убитый позже в Киеве фельдмаршал Эйхгорн

…Если ещё нужно беспристрастное свидетельство полного провала идей «украинизации» и «сепаратизма», то следует обратиться к вполне надёжному и беспристрастному свидетельству немцев, которые были заинтересованы углублением «украинизации» для успеха расчленения России. Через два месяца пребывания в Киеве немцы и австрийцы, занимавшие Одессу, посылали обстоятельный доклад в Берлин и Вену в совершенно тождественной редакции. … доклад красноречиво доказывал, что существующее правительство не в состоянии водворить в стране необходимый порядок, что из украинизации практически ничего не выходит, ибо население стремится к русской школе, и всякий украинец, поступающий на службу, хотя бы сторожем на железную дорогу, стремится и говорить, и читать по-русски, а не по-украински. Общий же вывод был тот, что желательно объявить открыто и легально оккупацию края немецкой военной силой. Это было в 20-х числах апреля 1918 года. Да и в практике своей немцы мало внимания и уважения уделили украинскому языку: объявления свои они печатали на русском языке, если учились, то учились русскому, а не украинскому языку и т. д. Пробежав вышеупомянутый документ, я понял, что дни Центральной рады и министерства Голубовича сочтены.

Политический деятель и историк Д. И. Дорошенко давал событиям такую оценку[8]:

Все думали, что… умудрённые несчастием и опытом деятели Центральной рады поймут положение, не будут допускать прежних ошибок, что теперь начнётся разумная государственная работа.. Всем этим чаяниям не суждено было сбыться. Возвратились знакомые лица: Голубович, Грушевский и запели свои старые песни. Они ничему не научились, ничего не забыли. К их обычным приёмам прибавилась только большая самоуверенность, они чувствовали себя победителями. Пошли один за другим нелепые распоряжения, недоразумения, скандалы, и дело закончилось так, как оно и должно было закончиться: строение украинского государства взяли в свои руки другие люди; не прошло и двух месяцев со времени возвращения Центральной рады в Киев…

Генерал А. И. Деникин писал, что «немцы разогнали раду… при обстановке почти анекдотической»[9].

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. 1 2 Чериковер И. Антисемитизм и погромы на Украине // Революция на Украине. Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев. /сост. С. А. Алексеев, ред. Н. Н. Попов, Гос. изд-во, М.-Л., 1930. Репринтное воспроизведение издания 1930 года. — Киев: Изд. полит. лит. Украины, 1990. — С. 138.
  2. А. Ю. Добрый о своем похищении // Последние новости. — 1918. — 8 мая. — С. 2.
  3. Бузина О. Рэкетиры из Центральной рады «Тайная история Украины-Руси»
  4. 1 2 А. А. Гольденвейзер. Из киевских воспоминаний (1917 — 1920 гг). — Архив русской революции издаваемый Г.В.Гессеном. — Берлин: Slowo-Verlag, 1922. — Т. VI. — С. 214—216. — 366 с.
  5. Сумский С. Одиннадцать переворотов // Революция на Украине. Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев. /сост. С. А. Алексеев, ред. Н. Н. Попов, Гос. изд-во, М.-Л., 1930. Репринтное воспроизведение издания 1930 года. — Киев: Изд. полит. лит. Украины, 1990. — С. 113.
  6. Зуб Э. Запоздалая монархия // Вечерний Харьков. — 31 августа 2007 года
  7. Могилянский Н. М. Трагедия Украины (Из пережитого в Киеве в 1918 году) // Революция на Украине. Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев. /сост. С. А. Алексеев, ред. Н. Н. Попов, Гос. изд-во, М.-Л., 1930. Репринтное воспроизведение издания 1930 года. — Киев: Изд. полит. лит. Украины, 1990. — С. 113., Электронная версия текста (неполная)
  8. Дорошенко Д. И. Война и революция на Украине // Революция на Украине. Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев. /сост. С. А. Алексеев, ред. Н. Н. Попов, Гос. изд-во, М.-Л., 1930. Репринтное воспроизведение издания 1930 года. — Киев: Изд. полит. лит. Украины, 1990. — С. 138.
  9. Деникин А. И. Гетманство и директория на Украине // Революция на Украине. Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев. /сост. С. А. Алексеев, ред. Н. Н. Попов, Гос. изд-во, М.-Л., 1930. Репринтное воспроизведение издания 1930 года. — Киев: Изд. полит. лит. Украины, 1990. — С. 138.