Религиозная эмиграция из России и СССР

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Открытие русского молитвенного дома в колонии Прата в Бразилии, около 1935

Религиозная эмиграция из России/СССР — выезд на постоянное место жительства в другие страны граждан России/СССР в результате давления государства и господствующей религиозной организации (РПЦ) на различные религиозные и этнические группы населения. Массовая (в отдельные годы насчитывавшая десятки тысяч человек) религиозная эмиграция имело место как в Российской империи, так и в СССР. В постсоветской истории массовая религиозная эмиграция наблюдалась в начале 1990-х годов.

До настоящего времени религиозная эмиграция из России/СССР остаётся мало изученным явлением. Существующие в настоящее время научные исследования, публицистические и художественные произведения затрагивают лишь отдельные составляющие этого явления.

Из Российской империи[править | править вики-текст]

Причины[править | править вики-текст]

Духоборы, сбежавшие от гонений в Канаду. 1902 год

По мнению ряда экспертов, в Российской империи религиозная нетерпимость была распространена гораздо больше, чем национальная, и она сохранялась дольше, чем в большинстве стран христианской культуры[1][2].

«Дореволюционная Россия представляла собой конфессиональное государство с присущим ему монопольным положением одного религиозного культа, иерархией вероисповеданий и ограничением их в правах, отрицанием возможности внеконфессионального состояния. Переход в православие допускался и даже поощрялся, а вот переход из православия в другую конфессию был категорически запрещен», — отмечают соавторы книги «Правовое противодействие расовой, национальной, религиозной дискриминации»[1].

Как пишут российские религиоведы Роман Лункин и Сергей Филатов, «после падения Византии Россия на протяжении многих веков вплоть до свержения монархии считала себя единственной страной истинной веры — православия. Самым ярким выражением этого самоощущения русской элиты в ХV-ХVII вв. стала теория „Москвы — третьего Рима“. Именно поэтому чувство национальной, государственной и религиозной избранности, до какой-то степени свойственное почти каждому народу, у православных русских намного ярче и мистичнее, чем, скажем, у испанцев-католиков. Прямым следствием убежденности в русском избранничестве стало представление (часто неосознанное) о том, что русские и их государство должны быть православными — другим здесь места нет»[2].

Доминирование православия обеспечивалось, в значительной степени, чисто полицейскими мерами. Так, «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных» от 1845 года (в царской России — аналог современного Уголовного кодекса) «преступлениям против веры» была посвящена целая глава, содержавшая 32 статьи. Например, распространение нехристианской веры наказывалось, согласно 190 статьи Уложения, плетьми с наложением клейм и каторжными работами в крепостях на срок 8—10 лет время от восьми до десяти лет. Последователям русских протестантских сект за распространение своей веры, согласно ст. 207, полагалась ссылка[3].

Государственное насилие и бесправное положение способствовали росту эмиграционных настроений неправославного населения Российской империи.

Потоки[править | править вики-текст]

Меннониты

В 1880-х годах из России в США выехало около 50 тысяч немецких и голландских колонистов, исповедующих меннонитство[4] (общее количество меннонитов в России в середине XIX века составляло примерно 100 тысяч человек[5]). Причиной стало признание меннонитов (являющихся пацифистами по вере) подлежащими воинской повинности (вопреки обещанию Екатерины Второй, которое она дала, приглашая немцев жить в Россию), а также преследования в связи с распространением своей веры среди русского населения.

Эти эмигранты поселились компактными общинами в штатах Оклахома, Канзас, Северная и Южная Дакота. Здесь они занялись, в основном, земледелием. Меннониты не забыли о России: в 1919 году, в период Гражданской войны, они отправили в страну помощь нуждающимся — денежные пожертвования и вещи на 75 тысяч долларов. Также они финансировали миссионерскую деятельность пресвитера Якова Винса, возглавившего в первой половине 1920-х годов Дальневосточный союз баптистов[4]. В дальнейшем эмиграция меннонитов (в первую очередь, немецкого происхождения) продолжалась и при царской власти, и при Советах, и в постперестроечный период.

Журнал русских баптистов-эмигрантов. 1919 год. Издавался в г. Филадельфия, Пенсильвания, США. На обложке фото здания Русского Библейского института в Филадельфии, где обучали проповедников и миссионеров.
Молокане-прыгуны

В 1864 году имел место массовый исход русских молокан-прыгунов в Азербайджан, в район города Ленкорань. Поход был связан с эсхатологическими ожиданиями. В 1900 году от молокан, осевших в Закавказье, была направлена делегация к царю. Молокане просили либо освободить их от воинской повинности, либо разрешить покинуть страну. В 1904 году они получили отказ. Тогда они стали эмигрировать без разрешения, выезжали партиями по 150 человек. Либо на пароходе по маршруту Батум-Марсель-Панама-Сан-Франциско, либо сначала поездом Тифлис-Гамбург и оттуда уже пароходом. Конечной точкой маршрута стал Лос-Анджелес.

Первые партии устраивались на новой родине на работу и благодаря кредитам работодателей финансировали выезд оставшихся. В общей сложности так выехало 3,5 тысячи человек. По прибытии эмигранты указывали причину смены страны жительства: царские гонения на веру и военная повинность. Исход закончился в 1911 году. По ходатайству верующих американское правительство освободило их от службы в армии США, — даже с началом Первой мировой войны их не призывали[6].

Духоборы
Духоборы-женщины тянут плуг в Манитобе (Канада)

В 1887 году в России была введена всеобщая воинская повинность. Это стало одной из причин волнений в среде духоборов. В 1895 году несколько тысяч духоборов из крупной фракции «постников», строго придерживавшейся христианского пацифизма, по совету их духовного лидера Петра Веригина заявили властям об отказе от военной службы. В Елизаветопольской и Тифлисской губерниях, а также в Карсской области в ночь с 28 на 29 июня они собрали всё имевшееся у них оружие, и сожгли его под пение псалмов.

На подавление волнений в сёлах Тифлисской губернии правительство выслало казаков. «Постники» подверглись избиениям, их имущество разграблялось и уничтожалось при постое войск, отмечались случаи изнасилования женщин и смерти людей от побоев[7]. Позже около 4300 духоборов было принудительно переселено в регионы с плохим климатом без права продажи недвижимости[8], около 330 военнообязанных было арестовано и отправлено в тюрьмы и дисциплинарные батальоны. Упорствующих в отказе от военной службы ссылали в Сибирь на 18 лет. Множество духоборов умерло в ссылках и заключении[7].

В 1896 году Веригин подал прошение о разрешении эмиграции духоборов в Канаду, но лишь в 1898 году Министерство внутренних дел России дало согласие[9].

Разрешением на эмиграцию духоборы во многом обязаны Л. Н. Толстому и толстовцам, которые оказывали им активное содействие. Поддержку переселению духоборов оказал также В. Д. Бонч-Бруевич. В 1898—1899 годах примерно 7500 духоборов эмигрировали в Канаду, в неосвоенные районы провинции Саскачеван. Чтобы использовать гонорар для финансирования переселения, Лев Толстой специально закончил ранее отложенный роман «Воскресение»[8].

Из СССР[править | править вики-текст]

Реэмиграция[править | править вики-текст]

Миссионеры[править | править вики-текст]

Пастор Иван Воронаев со своей семьей

Свержение монархии в России повлекло за собой поток религиозных реэмигрантов, которые ранее были высланы из страны или вынуждены уехать под давлением царских властей. Многие из них были не рядовыми верующими, а пасторами, проповедниками, миссионерами. Этот поток не был большим по численности (учитывая членов семей, возможно, речь шла о нескольких сотнях или тысячах человек), однако был весьма значимым по своему качественному составу, поскольку в Россию возвращались люди, желавшие проповедовать и, нередко, имевшие хорошую богословскую подготовку. Многие из них основывали новые церкви, создавали религиозные фонды, миссии, союзы.

Так, например, Иван Воронаев, вернувшийся в 1921 году после вынужденной эмиграции в США, фактически основал пятидесятническое движение в СССР. Уже к 1929 году созданный и возглавленный Воронаевым Союз христиан евангельской веры насчитывал 25 тысяч членов[10].

Яков Винс (вернувшийся в 1919 году), а затем и его сын Петр Винс (вернулся в 1926 году) по очереди руководили Дальневосточным союзом баптистов. Николай Пейсти, вернувшийся из Финляндии в 1918 году — возглавил баптистскую общину в Никольске-Уссурийском (ныне г. Уссурийск) и Богословский институт.

С ужесточением антирелигиозной политики в СССР некоторые миссионеры-реэмигранты были вынуждены вновь эмигрировать, например, Яков Винс (1928 год) и Николай Пейсти (1923 год).

Судьба оставшихся, как правило, складывалась трагично. Иван Воронаев был арестован и осуждён в 1930 году. Достоверной информации о его смерти в лагере нет. Предположительно, он был растерзан собаками конвоя после того как отстал от колонны заключённых по дороге с работы в концлагерь[10].

Петр Винс, отказавшийся несмотря на угрозы чекистов в 1929 году от канадского гражданства, был впервые арестован в 1930 году. Он отсидел три года, выпущен, затем в 1936 году вновь арестован. В начале 1937 года он был освобожден по решению суда в связи с отсутствием фактов контрреволюционной деятельности, но через несколько месяцев вновь арестован и расстрелян[11].

Алексей Петров, в годы эмиграции окончивший в США Библейский институт и вернувшийся в Россию в 1921 году, служил в общине баптистов Петрограда. В 1926 году он был арестован и отбыл 3,5 года в Соловецком лагере, после чего был отправлен в ссылку. В 1931 году он сумел бежать в Харбин, где организовал при местной баптистской общине приют для эмигрантских сирот, просуществовавший 19 лет (пока не был прикрыт коммунистическими властями Китая)[12].

Крестьяне[править | править вики-текст]

В начале 1920-х годов власти взяли курс на заселение "сектантами" свободных земель на Кавказе, в Сибири и других регионах. В 1921 году была создана комиссия по заселению свободных земель сектантами, которая должна была ведать вопросами переселения верующих на пустующие земли Сибири, Кавказа и других регионов[13]. В том числе земли предлагались и крестьянам-реэмигрантам.

Одной из масштабных акций стало предоставление нескольких десятков тысяч десятин земли на Северном Кавказе для поселения переезжавших в 1922-1926 годах из Уругвая, Турции, Грузии, Армении, Азербайджана верующих - молокан, новоизраильтян и духоборов[14]. Описаны факты подачи прошения о въезде в РСФСР 24 духоборческих коммун из Закавказья в 1921 году, и аналогичной просьбы со стороны 7-8 тыс. молокан из бывшей Карской области (тоже в 1921 году)[14].

Рассматривался вопрос о возвращении части канадских духоборцев. В ответ на их просьбу В. И. Ленин дал распоряжение "тотчас разрешить и ответить архилюбезно"[14]. В 1926 году в Сальский округ Донской области приехала первая партия (400 человек) реэмигрантов-новоизраильтян[15].

Причины[править | править вики-текст]

Подшивка советского антирелигиозного журнала «Безбожник», издававшегося в 1920—1930-х годах

Атеизм, как отрицающее религию мировоззрение, не будучи формально провозглашённым в СССР элементом государственной идеологии, активно поддерживался партийными и государственными органами до 1988 года, когда произошла политическая и идеологическая либерализация режима. Известно высказывание Ленина о борьбе с религией: «Мы должны бороться с религией. Это — азбука всего материализма и, следовательно, марксизма. Но марксизм не есть материализм, остановившийся на азбуке. Марксизм идет дальше. Он говорит: надо уметь бороться с религией, а для этого надо материалистически объяснить источник веры и религии у масс»[16].

Послереволюционный поток[править | править вики-текст]

Журнал «Путь Веры», апрель 1933 года. Журнал начал издаваться пастором Н. И. Пейсти в 1931 году в Харбине как печатный орган русских пятидесятников в Маньчжурии, однако уже в 1940—1960-е годы стал межконфессиональным журналом русских протестантов, находящихся в эмиграции по всему миру.

Революция 1917 года в России и последовавшая за ней Гражданская война вызвала всплеск эмиграции по религиозным причинам. Причём к «традиционным» эмигрантам из среды протестантов и иудеев впервые за много столетий добавился мощный поток представителей ранее господствовавшей Русской православной церкви, на которую оказывалось давление атеистов-большевиков.

В 1917—1927 годах РПЦ стала главной мишенью репрессий среди других религий страны. Во-первых, РПЦ рассматривалась большевиками как главный идеологический оплот царизма. Во-вторых, РПЦ была самой большой и самой богатой конфессией в царской России. Обилие материальных ценностей, принадлежащих РПЦ, спровоцировало государственную кампанию по их изъятию, сопровождавшуюся вспышками насилия в отношении духовенства. Наконец, представители РПЦ нередко открыто поддерживали противников большевиков во время гражданской войны.

В то же время распространённое мнение о том, что в первое десятилетие Советской власти протестанты якобы не подвергались гонениям большевиков, было многократно опровергнуто серьёзными исследователями[17].

Попытки эмиграции периода коллективизации[править | править вики-текст]

В 1928—1929 годах внутренняя политика СССР претерпела значительные изменения: произошла ликвидация НЭПа, на селе развернулась коллективизация, в печати стали публиковаться материалы показательных судебных процессов над «вредителями». В это же время произошло ужесточение антирелигиозной политики государства, в отношении верующих участились репрессии. В 1929 году вышло Постановление ВЦИК «О религиозных объединениях», ухудшавшее положение верующих, а также была изменена ст. 4 Конституции РСФСР: «свобода религиозной и антирелигиозной пропаганды» была заменена на «свободу религиозных исповеданий и антирелигиозной пропаганды».

К этому времени в 25 тысяч «сектантских» коммун в СССР входило порядка 6 миллионов человек[18]. Много их было на Северном Кавказе (около тысячи коммун, в основном, молоканских и духоборских) и на Украине. Благодаря трудолюбию и добросовестности верующих, а также использованию передовых сельскохозяйственных технологий, такие коммуны процветали. Во время коллективизации в газетах стали появляться материалы, что «сектанты», благодаря своим коммунам, уклоняются от налогов. Верующих заставляли либо записываться в индивидуальном порядке в общие колхозы, либо вовсе слили их коммуны с колхозами. Это вызвало недовольство протестантов, среди которых все чаще стали говорить об эмиграции.

Духоборы и молокане

Осенью 1929 года 10 тысяч крестьян-духоборов и 5 тысяч крестьян-молокан обратились во ВЦИК СССР с просьбой разрешить им эмиграцию[19]. Им ответили отказом. Молокане и духоборы ещё трижды (в 1930—1931 годах) вновь обращались с такой просьбой. В одном из обращений они писали: «Мы дошли до такого состояния, что вынуждены будем тронуться гужевым транспортом за границу… пусть стреляют в нас среди пути… Мы готовы помереть за веру и любовь к Богу»[20].

В 1934 году их лидеров осудили на 10 лет лагерей каждого, а идеологом движения за эмиграцию был «назначен» бывший царский генерал Масляников, работавший к тому времени бухгалтером[21].

Пятидесятники

Историк пятидесятнического движения Владимир Франчук описал скитания группы пятидесятников с Украины, спасавшихся от «трагедии и ужаса коллективизации». Пятидесятники медленно двигались на восток, иногда надолго останавливаясь в той или иной местности. Осенью 1928 года они остановились в Уральске и близких к нему деревнях, где к ним примкнуло несколько местных семей. Однако в 1929 году коллективизация началась и здесь. Тогда пятидесятники, потеряв арестованными несколько человек, разбились на группы и двинулись дальше — в Среднюю Азию. В 1931—1932 годах в районе приграничного города Жаркент (Казахстан) пятидесятники вброд переходили реку и попадали в Китай. Передвигаясь ночами (чтобы избежать встречи с китайскими пограничниками) добрались до города Кульджи, расположенного в Синьцзян-Уйгурского районе Китая.

После полуголодного существования в СССР жизнь в Китае казалась изобильной. Ко времени создания пятидесятнической общины в Кульдже уже существовали две церкви из русских эмигрантов, — православная и баптистская. До середины 1940-х годов пятидесятническая община чувствовала себя в Кульдже вполне уютно, пока до этого района не докатилась гражданская война. Среди жертв боев были и русские эмигранты.

В результате значительная часть общины выехала в центральные районы Китая, а оттуда — в различные страны мира. Участники этого исхода и их потомки живут сегодня в Австралии, Канаде, Соединённых Штатах, Бразилии, Аргентине, Эквадоре, Уругвае, Парагвае, Израиле… Но все они имели один общий перекрёсток в своей истории — церковь в Кульдже. Пришедший к власти китайский коммунистический режим вынудил остававшихся в Кульдже членов русских баптистской и пятидесятнической церквей получить советские паспорта и вернуться в СССР[22].

Послевоенная эмиграция[править | править вики-текст]

Пятидесятники

Несмотря на «Железный занавес», в послевоенном СССР возникло нелегальное религиозное эмиграционное движение, насчитывающее тысячи человек и состоящее преимущественно из пятидесятников (кроме них к движению примыкало небольшое количество баптистов[23]). В 1960—1980-е годы центром движения эмиграционников стал город Находка в Приморском крае.

Ядром этого движения стала община пятидесятников, много лет кочевавшая по стране. В 1940-х годах, когда Сталин ослабил гонения на религию, она нашла себе пристанище в городе Фрунзе (Киргизия). Последние годы сталинизма ознаменовались новым витком гонений, когда верующих вновь стали сажать, как «врагов народа» (стандартные сроки — 10 и 25 лет лагерей). Лишившись нескольких человек в репрессиях, община в 1950 году перебралась в Кемерово, затем в 1952 году — в Барнаул, а оттуда в 1957 году — в Находку[24].

Первоначально в Находку приехало около 300 человек[25]. Однако вскоре, спасаясь от гонений, сюда стали съезжать верующие-пятидесятники со всей страны. Многие из них услышали пророчества о том, что Находка станет местом, откуда они смогут эмигрировать. «Есть в Америке высокий утес, на котором покоится громадный белый ковчег. Скоро поднимется вода в море-океане, и ковчег сойдет со скалы. Он придет к берегам молодого города, заберёт все покаявшиеся души», — так пересказывали это пророчество авторы «антисектантстких» публикаций того времени[26]. Правда, по словам пресвитера находкинской общины пятидесятников Н. П. Горетого, они воспринимали это пророчество символически. В 1961 году Горетой составил списки находкинских пятидесятников, желающих эмигрировать из СССР. Вместе с детьми их численность превысила 1000 человек.

Гонения на общину начались в 1958—1959 годах — с началом хрущёвской антирелигиозной кампании. Основными методами стали запрет на проведение богослужений и какую-либо миссионерскую деятельность, увольнения с работы, отказ в прописке, натравливание детей пятидесятников на родителей в школе, использование карательной психиатрии для борьбы с лидерами, и, наконец, осуждение к исправительным лагерям.

Молитвенный дом пятидесятников подвергался набегам хулиганов, которые забрасывали окна камнями. После запрета на богослужения верующие разбились на несколько групп и стали проводить собрания на частных квартирах, постоянно меняя места сбора и руководителей групп, чтобы запутать КГБ.


В 1961—1963 годах пятидесятники подали в Находкинский горисполком 3 заявления со слезными просьбами прекратить преследование, разрешить собираться свободно и официально зарегистрировать общину. Положительного ответа они так и не получили. Председатель Находкинского горисполкома Н. Дубовка, отчитываясь перед краевым партийным начальством о своей реакции на эти заявления, сообщал, что «в вероучении этой секты имеются положения, исполнение которых приводит к психическому расстройству верующих»[27].

В 1961 году состоялся судебный процесс над Горетым, а также проповедниками общины Райляном и Бобарыкиным. Максимальный приговор получил Горетой — 6 лет лагерей и ещё 5 лет ссылки. (В 1970-х годах он будет осуждён повторно и проведет в общей сложности в лагерях 14 лет). В вину ему вменялось религиозное воспитание своих семерых детей, в также руководство «изуверской сектой». Кроме этого, в 1959-62 годах состоялось ещё два пропагандистско-показательных и три обычных судебных процесса над молодыми пятидесятниками, отказавшимися от службы в армии по религиозными убеждениям. Обычно за это приговаривали к 1-2 годам ИТЛ.

Одновременно с этим движение за эмиграцию вызревало в пятидесятнической общине города Черногорска Красноярского края, где в начале 1960-х годов были осуждены пастор Григорий Ващенко и ещё несколько членов церкви. Движение в Черногорске не было массовым, однако семерым верующим из этого города в результате многолетней борьбы удалось выехать в США после 5 лет добровольного заточения в подвале американского посольства в Москве. (См. статью Сибирская семёрка)

Между тем в Находке, несмотря на посадки верующих, движение не заглохло. В 1964 году двое пятидесятников, Федор Сиденко и Василий Патрушев, попытались передать списки желающих эмигрировать проживавшему во владивостокской гостинице японскому консулу, чтобы он в дальнейшем переправил их в ООН. Однако они были арестованы и приговорены к лишению свободы.

В 1970-х годах находкинским пятидесятникам удалось наладить связь с советскими политическими диссидентами (Сахаров, Щаранский, Алексеева и другие) и через них информировать о своих бедах мировое сообщество. Представители находкинских пятидесятников несколько раз выезжали в Москву, а один из их лидеров Борис Перчаткин даже провел подпольную пресс-конференцию для иностранных журналистов, приглашённых диссидентами.

К движению присоединялись верующие из других общин по всему СССР. К 1979 году число верующих, подавших на эмиграцию, достигло 20 тысяч[28]. Ещё одним центром движения стала пятидесятническая община в станице Старотитаровской Краснодарского края, которую возглавил Николай Горетой после своей первой отсидки. Лидеров движения (в том числе Перчаткина и Горетого) периодически сажали по обвинениям в «клевете на советский строй» либо по уголовным статьям.

Большим успехом движения за эмиграцию стал принятый Конгрессом США Закон об эмиграции в США по религиозным мотивам. Американский Конгресс принял его после выступления с докладом Бориса Перчаткина. Принятие закона совпало по времени с падением «железного занавеса», когда началась массовая эмиграция христиан-протестантов из СССР. 28 мая 2011 года в городе Сакраменто (Калифорния, США) в Славянской Миссионерской церкви «Вифания» был торжественно открыт музей истории славянской эмиграции Америки (МИСЭА). В основном экспонаты музея посвящены эмиграции по религиозным мотивам[29].

Итоги[править | править вики-текст]

Русская верующая молодежь в Миссионесе в Аргентине, 1930-е

Точных оценок количества христиан, эмигрировавших из бывшего СССР в постсоветский период, нет. По данным РОС ХВЕ, только в 1989—1995 годах и только пятидесятников эмигрировало более 25 тысяч[30]. По некоторым оценкам общее число христиан-эмигрантов только в США за весь постсоветский период составило 500 тысяч человек[31]. Так, например, Первая славянская баптистская церковь города Сакраменто (Калифорния, США) в 1988 году состоявшая из 18 членов к 2012 году выросла до 1200 членов, Вторая славянская баптисткая церковь г. Сакраменто, — до почти 1000 членов[32].

В то же время, массовая эмиграция верующих ослабила протестантское движение в СНГ. «1988 год стал годом „прорыва“ для благовестия в СССР. Повсеместно стали проводиться открытые массовые евангелизационные служения: впервые мы увидели лицом к лицу таких благовестников как Ярл Пейсти, Билли Грэм, Алексей Леонович, Сэмми Типпит и др. В то время нужны были люди, силы, средства для обширного повсеместного благовестия, однако, вместо этого, мы получили массовый исход верующих в США и другие страны. Однозначно можно сказать, что этот факт подорвал дело благовестия в СССР (а потом — и в странах СНГ)», — считает христианский блогер из Беларуси Василий Трубчик[33].

См. также[править | править вики-текст]

Эмиграция евреев из СССР

Примечания[править | править вики-текст]

  1. 1 2 Якунин В. И., Сулакшин С. С., Багдасарян В. Э., Бутко А. В., Вилисов М. В. — Правовое противодействие расовой, национальной, религиозной дискриминации. Центр проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования. Изд. Directmedia, 2013 ISBN 5912900541 С.28
  2. 1 2 Лункин Р. Н., Филатов С. Б. — Конец 90-х: возрождение религиозной нетерпимости. // Русский архипелаг.
  3. Портал «Богословие и жизнь» — Что полагалось за отступление от православия в царской России
  4. 1 2 Журнал «Другъ» (издатель: Русское миссионерское и просветительское общество, Филадельфия, Пенсильвания, США), № 5, 1919 год, C.37.
  5. В семье меннонитов нашли «недостающее генетическое звено» болезни Паркинсона
  6. Симкин, Лев — Американская мечта русского сектанта. М.: Зебра Е; 2012 — С.79, «Божественные изречения. Поход с Закавказья в Америку в убежище сектантов религии молокан духовных прыгунов по пророческому откровению. Начало похода 1904, конец 1911 г.» Лос-Анджелес, Дух и жизнь, 1928 С.748, 753, 750, 756
  7. 1 2 Толстой Л. Н., Бирюков П. И. Гонение на христиан в России в 1895 г. / подг. текста и комм. Голиненко О. А. — Litres, 2017. — 92 с. — ISBN 9785040381029.
  8. 1 2 Клибанов А. И. История религиозного сектантства в России (60-е годы ХIХ в. — 1917 г.). — Москва: Наука, 1965. — С. 108—113. — 348 с.
  9. Возникновение и формирование российской диаспоры за рубежом — Журнал «Отечественная история», 1996 г., № 1, С.53 — 65
  10. 1 2 Усач, Ткаченко, 2007, с. 261.
  11. Винс Г. П. — Тропою верности
  12. Шнайдер И. В. — «Евангельские общины в Актюбинской степи», Samenkorn, Steinhagen, 2006 год, С.154-155
  13. Никольская, 2009, с. 70.
  14. 1 2 3 Крапивин, 2003, с. 79.
  15. Крапивин, 2003, с. 80.
  16. Об отношении рабочей партии к религии (13 (26) мая 1909 г.) // Ленин В. И. Полное собрание сочинений. — 5-е изд. — М.: Издательство политической литературы, 1964—1981. — Т. 17. — С. 418.
  17. Дементьев Андрей — Враги Советской власти
  18. Крапивин М. Ю., Лейкин А. Я., Далгатов А. Г. — Судьбы христианского сектантства в России (1917—1930-х годов) — СПб., 2003. — С.64
  19. Поповский М. Русские мужики рассказывают. Последователи Л. Н. Толстого в Советском Союзе. 1918—1977. Overseas publications interchange LTD London, 1983 С.113
  20. Поповский М. Русские мужики рассказывают. Последователи Л. Н. Толстого в Советском Союзе. 1918—1977. Overseas publications interchange LTD London, 1983 С.209
  21. Белопольский Вадим — Жизнь и судьба генерала Масляникова // Relga, № 20 [50] 23.10.2000
  22. Франчук Владимир — Довоенный исход пятидесятников из СССР через Китай в Америку
  23. Симкин, Лев — Американская мечта русского сектанта. М.: Зебра Е; 2012 — С.156
  24. Дементьев А. «Авен-Езер: Евангельское движение в Приморье 1898—1990 годы». Владивосток. Русский остров. 2011. С. 198
  25. ГАПК (Государственный архив Приморского края) ф. П-68, оп.34, д.812, л.52
  26. Мячин Ф. — Мой разрыв с сектантами-трясунами. Приморское книгоиздательство, 1959 год
  27. ГАПК (Государственный архив Приморского края) ф. Р-1578 оп.1 д.47 л.12
  28. Симкин, Лев — Американская мечта русского сектанта. М.: Зебра Е; 2012 — С.135
  29. Музей истории славянской эмиграции Америки
  30. Российский объединенный Союз христиан веры евангельской (пятидесятников) — История
  31. Виталий Футорный — 25 лет эмиграции верующих по религиозным мотивам из стран бывшего СССР в Америку. Христианский информационно-аналитический портал «Мир Вам!»
  32. Николай Бугриев: «Против силы Иисуса Христа никто не сможет устоять» — www.slavicvoice.org
  33. Василий Трубчик — Массовая эмиграция христиан в США: Победа или поражение?журнал Христианский Мegapolis

Литература[править | править вики-текст]