Сага о Ньяле

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Njáls saga
Источник вызывает доверие
Brennu-Njáls saga, Сага о Ньяле
Möðruvallabók f13r.jpg
Страница рукописи Саги о Ньяле
Автор(ы) неизвестен
Дата написания ~ конец XIII века
Язык оригинала Древнеисландский
Описывает 960—1020
Жанр хроника
Содержание о кровавых междоусобных войнах в Исландии;
о крещении Исландии
Оригинал неизвестен
FlagRibbon Iceland.svg
Электронный текст произведения

Сага о Ньяле (исл. Njáls saga, Brennu-Njáls saga, Njála) — самая известная и длинная из так называемых саг об исландцах. Одна из двух саг этой группы, связанных с южным побережьем Исландии. Описанные в ней события происходили в 980-х — 1010-х годах.

Источники и проблемы авторства[править | править код]

Многочисленными были попытки установить источники «Саги о Ньяле». Бесспорно, что у нее были какие-то устные источники. Считалось, что ее источниками были две саги: «Сага о Гуннаре» и в собственном смысле «Сага о Ньяле». Но с тех пор как стало принято подчеркивать книжный характер сагового искусства, устные источники саг никогда не называются «сагами». Согласно Э. Свейнссону, «Сага о Ньяле» — цельное произведение, написанное одним автором. Однако неоднократные попытки установить этого автора не привели к сколько-нибудь убедительным результатам. Предпринимались попытки истолковывать «Сагу о Ньяле» как роман с ключом, то есть изображение различных людей XIIXIII веков, известных по «Саге о Стурлунгах», под видом героев «эпохи саг», то есть X–XI веков (Ваrdi Gudmundsson. Höfundur Njálu, Reykjavík, 1958). Считается, что в «Саге о Ньяле» есть две вставки из письменных источников. Во-первых, в главах C–CV использован какой-то письменный рассказ о принятии христианства в Исландии. Эти главы заметно отличаются по стилю от остальной саги. Во-вторых, в главах CLIV (от слов «Ярл Сигурд пригласил к себе на рождество…» до слов «…как было написано раньше»), CLV (от слов «…тогда конунг Сигтрюгг рассказал…»), CLVI и CLVII (до слов «Флоси и ярл много говорили об этом сне») использована письменная сага, в которой рассказывалось, в частности, о том, как верховный ирландский король Бриан Бору 23 апреля 1014 года в битве при Клонтарфе, под Дублином, одержал победу над викингскими вождями — дублинским конунгом Сигтрюггом и оркнейским ярлом Сигурдом, но погиб сам. Эти главы тоже заметно отличаются по стилю от остальной саги, и для них характерно нагромождение чудес.

Сюжет[править | править код]

В начале саги главными героями являются сводные братья Хёскульд сын Колля из Долин и Хрут сын Херьольва, богатые и знатные люди, живущие в Долинах Широкого Фьорда. Хрут женился на Унн, дочери хёвдинга Мёрда Скрипицы, но этот брак оказался неудачным и быстро распался по инициативе Унн. У Хёскульда выросла красавица дочь, Халльгерд Длинноногая, отличавшаяся, правда, плохим характером и неумением вести домашнее хозяйство. Она побудила одного из своих домочадцев убить её первого мужа, Торвальда сына Освивра. Потом Халльгерд вышла за Глума сына Олейва Рукоятки, и её второй муж погиб от той же руки, но уже против воли жены. Халльгерд отослала убийцу к своему дяде Хруту, зная, что тот отомстит. Так и произошло.

Третьим мужем Халльгерд стал Гуннар сын Хамунда, идеальный герой саги: благородный человек и прекрасный воин. Его верным другом был Ньяль, мудрый человек и большой знаток законов, к которому Гуннар часто приходил за советом. Гибель сначала одного из них, а потом другого – две трагические вершины этой саги, которая, после тяжбы о сожжении Ньяля и грандиозной мести за его сожжение, кончается примирением оставшихся в живых участников распри.

Центральные персонажи[править | править код]

Обстоятельства создания и хронологии[править | править код]

Автор саги, а также точное время её написания неизвестно. В настоящее время считается, что она была написана в конце XIII века, то есть позднее других «саг об исландцах». Сохранилось около 60 рукописей с текстом саги, 19 из которых датируются XIVXVI веками, что, по мнению исследователей, свидетельствует об её большой популярности в Средние века. Только о важнейших событиях «Саги о Ньяле» есть упоминания в других древнеисландских памятниках. Эти события — гибель Гуннара (990 или 992 г.), принятие христианства в Исландии (1000 г.), учреждение пятого суда (1004 г.), сожжение Ньяля1010 или 1011 гг.), сражение на альтинге (1011 или 1012 г.), битва при Клонтарве (1014 г.).

Хронологическую канву событий, описываемых в саге, удается установить главным образом благодаря тому, что в саге упоминаются иноземные правители, царствование которых известно. Эти правители — норвежские короли Харальд II Серая Шкура (ок. 960- ок. 965 гг.), Хакон Добрый (ок. 945 — ок. 960 гг.), и Олав Трюггвасон (995-1000 гг.), норвежские ярл Хакон Могучий (970995 гг.) и его сын Эйрик (10001015 гг.), датские короли Харальд Синезубый (ок. 940- ок. 985 гг.) и Свен Вилобородый (ок. 985-1014 гг.). Однако в последовательности событии в саге есть некоторые неувязки. Есть в саге и явные анахронизмы например, упоминается «каменная палата» матери норвежского короля (однако каменные здания появились в Норвегии только в XII веке), говорится о щитах с изображениями льва и оленя (щиты с такими геральдическими знаками стали модными в XIIXIII веках. Есть анахронизмы и в описываемых в саге процессах на альтинге. По-видимому, правовые установления разных эпох наслоились в саге.

Мир сверхъестественного в саге[править | править код]

В основе саги лежат реальные исторические события, но вместе с тем она буквально пронизана сверхъестественными мотивами и образами, каковые бывают двух родов: магия человеческая и запредельная. В "Саге о Ньяле" примером первого являются чары королевы Гуннхильд, карающей любовника, козни колдуна Свана, насылающего туман, и др. Наиболее ярким примером запредельного становятся появления духов — двойников людей и животных как знак скорой гибели героя (всадник с пылающей головней, призрачный пожар, кровь на всем в доме и другие видения, предвещающие гибель Ньяля и его семьи). Изредка появляются магические предметы (копье Гуннара звенит перед нанесением смертельного удара, на нем сама собой выступает кровь) и откровенные чудеса (Амунди прозревает, чтобы убить врага, и потом слепнет вновь). Гуннару и Ньялю снятся вещие сны; Ньяль не только мудрейший человек и искусный толкователь законов, но и провидец (хотя последнее может быть объяснено и чисто человеческой наблюдательностью). Наконец, высший уровень проявления сверхъестественного — это вмешательство в человеческую жизнь мира богов и воплощение в ней архетипа ситуаций эддических сказаний: подобно тому, как пировал в кургане мертвый эддический Хельги веселится в своем кургане убитый Гуннар, курган раскрывается и мертвый герой призывает своего сына и сына Ньяля Скарпхедина отомстить за него; вслед за мстителями летяг два ворона, в которых легко узнать вестников Одина; когда героев одолевают злые видения, одному из них являются валькирии, поющие свой смертоносный гимн. Отношение ко всей этой фантастике в сагах — абсолютно будничное. Показателен вопрос одного из убийц Ньяля: "Живой или мертвый сказал Скарпхедин эту вису?" — то есть допускались оба варианта.

Особенности родовых саг и «Саги о Ньяле»[править | править код]

Для саги характерен захватывающий драматизм действия. Кроме того, исследователи отмечают правдивость изображённых в ней действующих лиц. Популярности «Саги о Ньяле» в Исландии, вероятно, способствовало то, что, хотя как и во всех «сагах об исландцах», действие в ней связано с определенной местностью, в ней чаще, чем в других «сагах об исландцах», упоминается о поездках на альтинг и действие происходит на альтинге, что придает саге общеисландский характер. В ней упоминается свыше четырехсот географических названий. Ошибки в географии Исландии, обнаруженные в «Саге о Ньяле», очень незначительны (кое-где преуменьшено или преувеличено расстояние, неверно указано направление и т. п.). Больше ошибок в «Саге о Ньяле» в отношении географии Норвегии и других стран.

Неясно, в какой мере висы (стихотворные строфы), которые цитируются в «Саге о Ньяле», подлинны, то есть сочинены теми, кому они в ней приписываются. Что касается так называемой «Песни валькирий», то считается, что она была сочинена в начале XI века на Оркнейских островах. Песнь эта в противоположность большинству вис в «сагах об исландцах» относится не к скальддической, а к эддической поэзии, то есть по стилю и содержанию аналогична песням «Старшей Эдды». Прообразом для этой песни послужили, видимо, рабочие песни женщин, исполняемые над ткацким станком. В песне рассказывается о том, как валькирии ткут боевой стяг, который должен принести тому, кто его несет, победу, но вместе с тем смерть. На таком стяге был обычно изображен ворон. В песне этой отразилось то глубокое впечатление, которое оставила в народе кровопролитная Брианова битва, то есть битва при Клонтарве.

Если в «сагах об исландцах» иногда и сообщаются какие-то сведения о ландшафте, на фоне которого что-то происходит, то это только для объяснения событий, описываемых в саге. Так, например, когда в «Саге о Ньяле» сообщается, что «на тропе у брода лежали плоские камни», то это только для того, чтобы объяснить, почему подъехавшие к броду не могли ускакать от Гуннара. Трижды в саге упоминаются длинные волосы жены Гуннара Халльгерд — но лишь потому, что она отказалась отрезать их прядь на тетиву мужу во время его последнего боя. Все детали, как правило, «работают». Оружие редко упоминается, если далее оно не будет пущено в ход, и так же все остальное. Только для объяснения событий, описываемых в саге, сообщаются сведения о том, что происходило в определенный момент в природе (морозило или таяло, выпал снег или шел дождь, зашло солнце или взошла луна и т. п.).

Хотя из фактов, сообщаемых в «Саге о Ньяле» (гл. ХХХІІІ), очевидна влюбленность Гуннара в Халльгерд, брак Гуннара с ней расценивается как «безрассудный брак по страсти» (буквально «из похоти»). Брак по любви казался людям того времени просто безрассудством, глупостью. Напротив, разумным казалось заключать брак так, как это делают Скарпхедин. Хельги и Грим, сыновья Ньяля, которым Ньяль сам подбирает подходящих жен (гл. XXV и XXVI). «Любовью» называются в «сагах об исландцах», как правило, только отношения, устанавливающиеся между супругами спустя некоторое, иногда даже долгое время после брака. Слово «любовь», очевидно, имело совсем не тот смысл, что в романической литературе.

Эмоциональные состояния в сагах изображаются не так, как в современной литературе, не путем аналитического описания внутреннего мира и психологических состояний героев, а опять-таки «симптоматически», через поступки, слова людей, изменения в их лицах, смех и т. д. Из этих симптомов переживания становятся очевидными. Когда Бергтора, жена Ньяля, передает сыновьям, что их назвали «навознобородыми», а их отца «безбородым», Скарпхедин отвечает: «Нашей старухе нравится подстрекать нас», и ухмыляется, «но на лбу у него выступил пот, а щеки покрылись красными пятнами. Это было необычно». Ночью же Ньяль услышал звон снимаемой со стены секиры и увидел, что щитов нет на обычном месте, где они висели. Слова о том, что сыновья Ньяля были вне себя, разгневались, пылали жаждой мести и т. п., уже излишни. Пастух рассказал Гуннару, что враг поносит его и утверждает, будто Гуннар плакал, когда тот наехал на него. «Не стоит обижаться на слова, — сказал пастуху Гуннар. — Но с этих пор ты будешь делать только такую работу, какую захочешь». Гуннар седлает коня, берет щит, меч, копье и надевает на голову шлем. Копье громко зазвенело, это услышала мать Гуннара и сказала: «Сын, ты в сильном гневе. Таким я тебя еще не видела». «Гуннар вышел, воткнул копье в землю, вскочил в седло и ускакал». Переживания, чувства и намерения Гуннара совершенно ясны и подтверждаются схваткой с врагами, которая описывается далее.

Узы между «своими» были практически нерасторжимы (во всяком случае, среди родственников); сородичи были обязаны оказывать друг другу всяческую помощь, защищать и мстить за родственника, убитого или понесшего ущерб от чужих. Внутри круга «своих» граница личности диффузна. Внутри этого круга не действует закон мести — мстить своему нельзя, и мысль о невозможности отмщения непереносима. Ньяль с сыновьями погибают в огне вследствие того, что Скарпхедин и братья нарушили запрет на пролитие крови внутри группы «своих», убив Хёскульда, взятого Ньялем на попечение. Язык саги — разговорный. По мнению А.Я.Гуревича, сага в исландской культуре составляла противовес скальдической поэзии с ее максимально усложненным языком: язык саги — максимально упрощен, но столь же искусственен.

Факты и значение саги[править | править код]

  • «Сага о Ньяле»  — самая большая из «caг об исландцах», самая знаменитая из исландских саг вообще и рассматривается как одно из значительнейших прозаических произведений мировой литературы.
  • Значительное место отводится описанию народного собрания — альтинга на котором решаются все тяжбы, таким образом сага становится бесценным документом по истории средневекового права.  В «Саге о Ньяле» использованы письменные судебники. Иногда источник списан так дословно, что приведенное в нем перечисление возможных причин смерти («рана мозга, или внутренностей, или костей, которая оказалась смертельной…» и др.) не заменено конкретным фактом, то есть указанием на то, какая именно рана нанесена ответчиком, а приведенное в источнике имя свидетеля или судьи не заменено именем, нужным в данном конкретном случае.
  • В основе сюжетов саг лежат реальные события из жизни крупных землевладельцев и правителей X—XI веков, причем каждый значимый герой дан в саге на фоне его генеалогии, а нередко и генеалогии родственников, что делает саги чрезвычайно важным источником по истории Исландии и Норвегии. Так, приводятся данные о том упоминается ли данное действующее лицо в других произведениях, верна ли его генеалогия, приводимая в саге, нет ли ошибки в сведениях, сообщаемых о данном лице и т. п. Предполагается, что в саге использованы, кроме того, старые письменные генеалогии.
  • Важной чертой характеров героев саги является презрение к смерти (причем это равно касается и воинов, и миролюбивых земледельцев). Так, храбрец Гуннар бьется без шлема, хотя видел вещий сон о своей гибели; Ньяль и его сыновья не убирают стог от дома, хотя им предсказано, что этот стог подожгут, когда придут убивать их; Ньялю и его жене предлагают выйти из горящего дома, но они отказываются; его сын Скарпхедин говорит: "В угоду отцу я охотно сгорю с ним вместе, потому что не боюсь смерти". Героям саги, как и героям "Эдды", честь важнее жизни: слуга Ньяля не хочет спасать свою жизнь, но просит, чтобы за него была уплачена вира как за свободного, а не раба; воины страшатся не смерти, а насмешек, не отступая втроем перед тридцатью.
  • Упоминаются территории посещаемые исландцами и норвежцами: Оркнейские острова, Ирландия, а также восточной Европы: Гардарики (Русь), Бьярмаланд (Беломорье); описывается плавание в Аустрвег (по "Восточному пути") в земли ревалов и эстов: на Эйсюслу (о. Сааремаа) и в Адальсюслу (область в Эйстланде); упоминается гардская ("русская") шапка.
  • В саге заметно влияние других «саг об исландцах» (особенно «Саги о людях из Лососьей Долины»), а также «саг о древних временах» (особенно в описаниях викингских походов и битв с викингами).

В популярной культуре[править | править код]

  • В 1966 году сюжет саги был пересказан в книге «Горящий Ньял» британского писателя Генри Триса
  • В «Летающем цирке Монти Пайтона» эпизод № 27 имеет название «Сага о Ньяле», при этом у шоу нет ничего общего с сагой, кроме имён действующих лиц.
  • Короткометражный исландский фильм «Сага о сгоревшем Ньяле»

Этой саге посвящено множество работ, одной из самых капитальных считается исследование Эйнара Оле Свенсона[1].

Примечания[править | править код]

  1. Einar Ól. Sveinsson. Á Njáls búð, bók urn mikið listaverk. — Reykjavík, 1943.

Публикации на русском языке[править | править код]

  • Сага о Ньяле // Исландские саги / Перевод С. Д. Кацнельсона (гл. I–XXXVIII), В. П. Беркова (гл. XXXIX–CXXIV и CXXXI–CLIX), М. И. Стеблин-Каменского (гл. CXXV–CXXX). Стихи в переводе О. А. Смирницкой и А. И. Корсуна. — М., 1956.

Литература[править | править код]

  • Гуревич А.Я. "Эдда" и сага. М., 1979.
  • Стеблин-Каменский М.И. Мир саги. Л., 1971;
  • Сага о Ньяле / Перевод С.Д. Кацнельсона (гл. I-XXXVIII), В.П. Беркова (гл. XXXIX-CXXIV и CXXXI-CLIX), М.И. Стеблин-Каменского (гл. CXXV-CXXX). Новая редакция перевода В.П. Беркова // Исландские саги / Под общей редакцией О.А. Смирницкой. СПб., 1999. Т. II. С. 47-370.

Ссылки[править | править код]