Семён Летопроводец

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Семён Летопроводец
Семён Летопроводец
Посаженье на коня

(А. И. Манастырский. Козацкая школа)

Тип народно-христианский
Иначе Старого бабьего лета почин, Новолетие, Семёновы осенины, Засидки, «Весілля свічки» (укр.)
также Симеон Столпник (церк.)
Значение Вторая встреча осени
Установлен Вероятно имеет древние дохристианские корни
Отмечается восточными славянами
Дата 1 (14) сентября
Традиции справляли в деревнях новоселье, зажигали «новый» огонь, обряд «пострига», «похороны мух»
«Семёнов день» (укр. Свято Семена). Почтовая марка Украины

Семён Летопрово́дец — день преподобного Симеона Столпника, отмечаемый 1 (14) сентября преимущественно православными славянами[1]. В этот день совершались обряды, знаменующие приближение осени[2].

1 сентября с 1492 (7000 год от сотворения мира) по 1699 год (7207 год от сотворения мира) считалось на Руси, по примеру греческой церкви, днём «Новолетия» — накануне заканчивалось лето, а с этого дня начинался новый год[3].

Другие названия дня[править | править вики-текст]

рус. Летопроводец[1], Семёнов день[1], Семеин день[1], Старого бабьего лета почин[4], Новолетие[5], Семёновы осенины[4], Семён-день[6], Семён[7], Марфа[6], Первые осенины[7], Встреча осени[7], Пасеков день[7], Луков день[7], вологод. Засидки[8], Конец лета[7], Начало осени[7], Последний посев[7], костр. Семён-Именинник[9], костр., нижегор. Семён-Столпник[9], свердл. Семёны Осенние[9], курск. Семёнов день — Новый год[8], прикам. Семён-Гусепровод[8], костр. Мýхов день[8]; белор. Дзень Сямёна Стаўбуна[10], Сямён[1]; укр. Весілля свічки[11] — «Свадьба свечи», Свято свічки[11] — «Праздник свечи»; болг. Летни Симеоновден, Нова година[1]; серб. Симеон столпник[1]; церк. Симеон Столпник.

В церковном календаре[править | править вики-текст]

Начало индикта — церковное новолетие, которое установил император Константин Великий в 325 году (при Октавиане Августе индикт начинался 23 сентября).[неавторитетный источник? 288 дней]

В этот день Русская православная церковь почитает: преподобного Симеона Столпника (459) и матерь его Марфу (ок. 428); преподобномученицу Татиану; мученицу Наталию (1937); праведного Иисуса Навина (XVI до Р.Х.); мученика Аифала диакона, Персидского (380); мучениц 40 дев постниц и мученика Аммуна диакона, учителя их (IV); мученика Каллисту и братий её, мучеников Евода и Ермогена (309); Собор Пресвятой Богородицы в Миасинской обители (в память обретения её иконы) (864); Черниговской-Гефсиманскую (1869), Александрийскую, Августовскую (1914) и именуемой «Всеблаженная» (в Казани) иконы Божией Матери.

Черниговская-Гефсиманская икона Божьей Матери дарует исцеление страдающим параличом, при потере зрения. Перед иконой Божьей Матери «Всеблаженная» молятся о защите от предстоящих неприятностей, о счастье и мире в семье, об утешении в скорбных обстоятельствах[12].

Новоселье[править | править вики-текст]

Семёнов день считался счастливым для перехода в новый дом, поэтому именно в этот день в деревнях старались справить новоселье[13]. За сутки до переезда впускали в дом петуха и кошку. Они домовничали и выпроваживали из дома всякую нечисть[14]. Утром в день новоселья выгребала большуха все уголья, весь жар из печи старого дома в два чугуна: в один, маленький, и в другой — большой. Маленький чугунок предназначался для домового. Большой же старики с почестями и благословением переносили в новый дом.

Ставила большуха маленький чугунок с угольями в старом доме на стол и приговаривала: «Батюшка домовой, милости просим с нами на новое житье пойти, на новое место, к новой хлеб-соли». После чего брала чугунок и шла в новый дом. Там она ходила по углам и трясла чугунок, брякала крышкой, выпускала домового и давая ему право облюбовать себе угол.

Затем старики вносили в новый дом большой чугун с углями, заносили его в бабий кут, ставили на шесток. Невестки ставили на стол хлеб-соль, а большуха вытрясала на под уголья, подкладывала берёзовых дров так, чтобы поленья ложились крест накрест. Затем хозяин вносил домашние иконы, обходил с ними дом изнутри и выходил на крыльцо.

Засидки[править | править вики-текст]

На Украине с Семёна кончается «улица» и начинаются засидки, то есть работа в избах при огне[15]. В связи с наступлением осени, под Семён-день вечером гасят старый огонь, а под утро вытирают новый «живой огонь» из дерева и разносят по всей деревне. Также поступают и в околомосковских селениях. В некоторых местах этот обряд проводят на Осенние оспожинки 8 сентября или на Фёклу-зарёвницу 24 сентября.

Перед первыми осенними засидками с тлеющею головней в поле («на постать») ходят, — окуривают ниву в предохранение от всякого попущения, «от лиха, притки и призора»[16].

Возжигание огня[править | править вики-текст]

Раньше крестьяне Огонь называли «богом», «святым огнём»; при вздувании огня читали молитвы. В некоторых белорусских деревнях зажигали новый, живой огонь, добытый трением и его разносили по всем дворам. Множество обрядов связано с печью, с овином и со светцом. В Полесье бытовал обряд, связанный с первым зажиганием света (огня) на встречу осени, который назывался «Женитьба комина» (белор. жаніцьба коміна, жаніцьба лучніка, жаніцьба пасвета). Под «комином» (прикрепленной к потолку в доме большой трубе-дымоходу, сплетённой из лозы или сделанной из мешковины и обмазанной глиной) вешали пасвет (лучник) — обычную сковороду или металлическую решётку. На нем зажигали лучину, которая освещала дом. «Комин» белили, увивали спелым хмелем, цветами, освещёнными в церкви на Ивана Купала, лентами. «Чествовали» огонь на пасвете водкой, бросали кусочки сала, зерно, орехи и сладости. Присутствующие высказывали пожелания благополучия в семье и хозяйстве, чтобы ладилась работа. Женщины пели свадебную песню «жениху»[17]:

Ой, прыйшлі ж ночанькі доўгенькі,
Пасвяці ж нам, коміну беленькі.
Мы ж цябе кветкамі ўбіралі,
Бервяночкам, рутай аперазалі...

Из песни следовало, что молодые — это «Комін і Праца» (Дымоход и Работа) («Праца наша — дзеўка гарненька, Палюбіці Коміна радзенька»). В песне выражалась просьба, чтобы дымоход будил всех рано, давал свет для домашних работ, а также «кру́чу, ве́рчу і буры праганяў, дым і сажу нёс ворагам...»[17].

Спевши, девушки с приглашенными парнями начинали разудалые пляски, среди которых выделялась «Цярэшка»[18][19]. Этот танец состоит в том, что девушки с парнями делятся на пары и становятся в два ряда напротив друг друга. Первая пара, т. е. парень с девушкой, «пляшут бычка», затем прощаются друг с другом и девушка уходит от парня, который вслед за тем бросается ее ловить и, поймавши, снова становится с ней в ряд. То же самое проделывают все остальные пары. Во время этого танца поют старинные припевки (также см. Женитьба Цярэшки)[20]. Обряд проводился два раза в год: на Симона (в отдельных деревнях чуть раньше или позже), когда сокращался световой день и начинала рано темнеть, и весной на Фоминой неделе, когда основные крестьянские работы была в поле[17].

На Украине отмечали «Свадьбу свечи» (укр. Свiччине весiлля). В Киев в ночь с 1 на 2 сентября (по ст. стилю) на базарах ставились ёлки и украшались плодами нового урожая: фруктами, ягодами и проч. Также ставились напитки и кушанья. Празднество длилось всю ночь. Недалеко от г. Лубны, у священной криницы (источника) по окончании ярмарки посетители ночью зажигали множество свечей[21]. У киевских ремесленников бытовала поговорка: «Женить Семёна», что означало начинать работать при свечах с вечера Семёна дня[22].

Обряд пострига[править | править вики-текст]

Издревле справлялся «при переходе от младенчества» обряд «пострига» (белор. застрижки; укр. пострижчини, обстрижчини[23]) — посвящения в воинство и крестьянство детей, достигших возраста 2—3-х лет. Служился молебен, мальчику торжества выстригали на голове пучок волос — «гуменце» и сажали на коня. Считалось, что отныне его жизнь принадлежит родной земле. Коня под уздцы при объезде двора вёл крестный отец, у стремени шла божатушка со святым Образом. После «пострига» воспитание мальчика от женской передавалось в руки мужской половины дома, к отцу, к дядьям[4]. У донских казаков «на коня сажали» ещё в XIX веке. При этом обряде ребёнка «бичевали»: символически били плетью[24].

В XIX веке, по свидетельству А. Н. Трунова, у жителей Орловской губернии через год-два после рождения мальчика над ним совершаются так называемые «застрижки». Собравшиеся родные и близкие сажали младенца на стол, на подушку. По правую сторону от него клали на тарелке ножницы; крёстные отец и мать выстригали у малыша крестообразно волосы, а на тарелку клали деньги, после чего мальчика одевали в новую рубашку, заранее приготовленную крёстной[25].

По мнению А. К. Байбурина, основными действами пострига были посажение ребёнка на объект или рядом с объектом, символизирующим мужскую или женскую сферу жизнедеятельности (для мальчиков — конь, топор, соха, борона, сабля и др., для девочек — веретено, прялка, пряжа, кудель и др.); постриженье волос мальчику и заплетение косы девочке; переодевание в одежду, соответствующую полу (мальчику штаны или шапку, девочке юбку или платок); угощение всех участников обряда[23]. Для девочек обряд мог называться первое заплетение косы. На Гуцульщине девочке первый раз заплетали косу, когда ей исолнялось пять лет. Волосы заплетала приглашённая «сохтiвна жiнка», которая заплетала косы «у хрест»: брала спереди, с затылка, с правого уха, с левого и завязывала на середине. С этого дня девочку одевали в «женскую одежду». При аналогичном обряде у белорусов в десятилетнем возрасте, девочке прокалывали уши и вдевали серьги[26]. Обряд завершался обрядовым угощением. на Украине по случаю постижения пекли большой пирог, который разламывали над головой ребёнка с пожеланием счастья и доли[26].

Похороны мух[править | править вики-текст]

Существовал обычай Семенова дня — похороны мух[27] (в некоторых местах он проводился на Осенние оспожинки[28]). В народе верили, что если «злую муху закопать осенью в землю — прочие кусать не будут». Вместе с «похоронами мух» и лето уходило. Нарядные девушки делали гробики из тыкв, огурцов, редьки или репы, укладывали туда мух с притворным воплем и несли к выкопанной могиле. Похороны совершались по всем канонам этого обряда[29].

В Туле и Серпухове девушки хоронили мух и тараканов. Серпуховские девушки хоронили мух в морковных и свекловичных гробах. В это время выходили женихи смотреть невест. Тульские девушки хоронили мух в садах в репных гробах, а тараканов в щепках. Это поверье основано на том, что будто от такого погребения погибают мухи и тараканы. Матушки, приглашая красных девушек, родных и соседних, позабавиться со своими детками, приказывали чрез своих зватых объявить гостям: у нас, де, пироги напечены и мёд наварен. В старину богатые посадские люди ставили у ворот ушаты с брагой и пивом. Хороводники подходили к воротам, где хозяева угощали их[28].

С комплексом распространенных у славян представлений о душе в облике летающего насекомого тесно связан сказочный мотив о том, как комар и муха относят душу умершего на тот свет: комар-пискун и муха-говоруха прилетели к работнику, погибшему во время валки деревьев, и забрали его на небо. По преданию, комары перед осенью уносятся ветрами на тёплые моря и весною опять приносятся на Русь[30].

Предание о воробьях[править | править вики-текст]

У восточных славян существовало предание, будто в самую полночь на Семёнов день чёрт меряет воробьёв... «Сперва соберёт всех воробьёв в полу своей свитки, потом высыплет в четверик, после осиновым прутом счеркнёт тех, которые выше краёв его, а наконец оставшихся в четверике убивает; те воробьи, которых чёрт сбросит с четверика, улетают благополучно в гнёзда и заботятся о размножении своей породы»[31].

Поговорки и приметы[править | править вики-текст]

Первая встреча осени[32]. Время с Семёна дня до Рождества Пресвятой Богородицы называют бабьим летом[33]. Семён бабье лето наводит[34]. С бабьего лета — бабий праздник и бабьи работы[32]. Бабье лето ненастно — осень сухая[32]. Семён лето провожает, Семён бабье лето наводит[32]. На Семёна хоронят мух и тараканов (чтобы пропали)[32]. Переход в новый дом, на новоселье — счастливый[32]. На Семёна дитя постригай и на коня сажай и на ловлю в поле выезжай[35]. После Семёна журавли отлетают в тёплый край[36]. На Семёна Столпника ласточки ложатся вереницами в озёра и колодцы[32]. На Семён-день ужи выходят на берег, ходят по лугам на три версты[32]. В этот день чёрт меряет воробьёв меркою: сколько взять себе, а сколько выпустить; для этого воробьи все собираются к нему, и потому в Семён-день их нигде нельзя увидеть[36]. Первые засидки — новый огонь в избе[16]. Кто о бабьем лете жать-косить пойдет, того не то что мужики, а и бабы засмеют[37]. Счастливое новоселье — сухая осень, коли на Семена сухо[16]. Если много тенетника, дикие гуси садятся, а скворцы не отлетают — осень протяжная и сухая[32]. Много тенетника на бабье лето, к ясной осени и холодной зиме[32]. В Семен день с головней на постать (на полосу в поле) ходи[32]. Последний посев озимой ржи[33]. С Семёна дня севалка с плеч[33]. На Семён день до обеда паши, а после обеда пахаря вальком маши[32]. Когда Семён день, семена долой[38]. На Семёна грех хлеб сеять[34]. С Семёна дня до Гурия (15/28 ноября) — свадебные недели[39].

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. 1 2 3 4 5 6 7 Агапкина, Белова, 2009, с. 610
  2. ЛАРНГ, 2005, с. 132
  3. На 1-м Вселенском Никейском соборе в 325 году было принято решение перенести начало Нового лета (нового года) с 1 марта на 1 сентября. После крещения Руси церковь считала наступление нового года с 1 сентября. Однако официальным в государстве долгое время считался новый год с 1 марта. И только с 1492 года (7000 год от сотворения мира) официально было введено сентябрьское новолетие. Крестьяне же долгое время считали началом года весеннее равноденствие или Благовещенье (Самый большой у бога праздник. Каково Благовещенье проведёшь, таково и весь год).
  4. 1 2 3 Полуянов, 1998
  5. Коринфский, 1901, с. 392
  6. 1 2 Некрылова, 1991, с. 334
  7. 1 2 3 4 5 6 7 8 Стёпкина, 2009, с. 519
  8. 1 2 3 4 Атрошенко, 2013, с. 25
  9. 1 2 3 Атрошенко, 2013, с. 24
  10. Васілевіч, 1992
  11. 1 2 Воропай, 1958, с. 160
  12. Котович, Крук, 2010, с. 247
  13. Решетников, 2005, с. 201
  14. Адоньева, Овчинникова, 1993, с. 20
  15. Сапіга, 1993
  16. 1 2 3 Коринфский, 1901, с. 383
  17. 1 2 3 Лозка, 1989, с. 193–194
  18. Лозка, 2002, с. 176
  19. Кухаронак, 2001, с. 134
  20. Алексютович, 1978, с. 37
  21. Гальковский, 2000
  22. Гоголь, 1952, с. 424
  23. 1 2 Байбурин, 1993, с. 59
  24. Некрылова, 2007, с. 63
  25. Трунов, 1869
  26. 1 2 Байбурин, 1993, с. 60
  27. Тульцева, 2000, с. 203
  28. 1 2 Сахаров, 1895
  29. Терещенко, 1848, с. 147
  30. Гура, 1997, с. 441
  31. Агапкина, Топорков, 1989, с. 238-239
  32. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 Даль, 1861–1862
  33. 1 2 3 Лаврентьева, Смирнов, 2005, с. 172
  34. 1 2 Будур, 2005, с. 439
  35. Некрылова, 2007, с. 453
  36. 1 2 Баранова и др., 2001, с. 535
  37. Коринфский, 1901, с. 382
  38. Забылин, 1880, с. 103
  39. Будур, 2005, с. 541

Литература[править | править вики-текст]

  1. Агапкина Т. А., Белова О. В. Семенов день // Славянские древности: Этнолингвистический словарь / Под ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М.: Международные отношения, 2009. — Т. 4 П (Переправа через воду) – С (Сито). — С. 610–612. — ISBN 978-5-7133-1312-8.
  2. Агапкина Т. А., Топорков А. Л. Воробьиная (рябиновая) ночь в языке и поверьях восточных славян // Славянский и балканский фольклор. Реконструкция древней славянской духовной культуры: источники и методы / Отв. ред. Н. И. Толстой; Институт славяноведения и балканистики АН СССР. — М.: Наука, 1989. — С. 230—253. — ISBN 5-02-011351-4.
  3. Алексютович Л. К. Белорусские народные танцы, хороводы, игры / Под ред. М. Я. Гринблата. — Мн.: Вышейшая школа, 1978. — 528 с.
  4. Атрошенко О. В. Русская народная хрононимия: системно-функциональный и лексикографический аспекты // Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Уральский федеральный университет. — Екатеринбург, 2013.
  5. Байбурин А. К. Ритуал в традиционной культуре: структурно-семантический анализ восточнославянских обрядов. — СПб.: Наука, 1993. — 237 с. — ISBN 5-02-027354-6.
  6. Баранова О. Г., Зимина Т. А., Мадлевская Е. Л. и др. Русский праздник. Праздники и обряды народного земледельческого календаря. Иллюстрированная энциклопедия / Науч. ред. И. И. Шангина. — СПб.: Искусство-СПБ, 2001. — 668 с. — (История в зеркале быта). — ISBN 5-210-01497-5.
  7. Васілевіч Ул. А. Беларускі народны каляндар (белор.) // Паэзія беларускага земляробчага календара. Склад. Ліс А.С.. — Мн., 1992. — С. 554—612.
  8. Воропай О. Звичаї нашого народу. — Мюнхен: Українське видавництво, 1958. — Т. 2. — 289 с.  (укр.)
  9. Гальковский Н. М. Борьба христианства с остатками язычества в древней Руси. — М.: Индрик, 2000. — 703 с. — ISBN 5-85759-108-2.
  10. Гоголь Н. В. Полное собрание сочинений в 14 томах. — М.: Издательство Академии Наук СССР, 1952. — Т. 9.
  11. Гура А. В. Символика животных в славянской народной традиции. — М.: Индрик, 1997. — 912 с. — (Традиционная духовная культура славян. Современные исследования). — ISBN 5-85759-056-6.
  12. Даль В. И. Месяцеслов // Пословицы русского народа. — 1861–1862.
  13. Забылин М. Русский народ, его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия. — М.: Издание книгопродавца М. Березина, 1880. — 607 с.
  14. Золотые правила народной культуры / О. В. Котович, И. И. Крук. — Мн.: Адукацыя i выхаванне, 2010. — 592 с. — 3000 экз. — ISBN 978-985-471-335-9.
  15. Коринфский А. А. Народная Русь. — М.: Издание книгопродавца М. В. Клюкина, 1901. — 723 с.
  16. Лаврентьева Л., Смирнов Ю. РКультура русского народа. Обычаи, обряды, занятия, фольклор. — М.: Паритет, 2005. — 464 с. — ISBN 5-93437-117-7.
  17. Лексический атлас русских народных говоров / Редакторы: Игорь Попов, Татьяна Вендина. — СПб.: Наука. Ленинградское отделение, 2005. — 344 с. — (Филологические науки). — ISBN 5-02-027157-8.
  18. Лозка А. Ю. Беларускі народны каляндар. — Мн.: Полымя, 2002. — 238 с. — ISBN 98507-0298-2.  (белор.)
  19. Лозка А. Ю. Женіцьба коміна // Этнаграфiя Беларусi. Энцыклапедыя / Рэдкал.: І. П. Шамякін (гал. рэд.) і інш. — Мн.: БелСЭ, 1989. — С. 193–194. — ISBN 5-85700-014-9.  (белор.)
  20. Маскі ў каляндарнай абраднасці беларусаў / Т. І. Кухаронак. — Мн.: Ураджай, 2001. — 237 с. — ISBN 985-04-0476-0.  (белор.)
  21. Некрылова А. Ф. Круглый год. — М.: Правда, 1991. — 496 с. — ISBN 5-252-00598-6.
  22. Некрылова А. Ф. Русский традиционный календарь: на каждый день и для каждого дома. — СПб.: Азбука-классика, 2007. — 765 с. — ISBN 5352021408.
  23. Полуянов И. Д. Деревенские святцы / Научный редактор И. А. Кузьмин. — М.: Технологическая школа бизнеса, 1998.
  24. Решетников Н. И. Русский народный календарь: пословицы, поговорки, обычаи, обряды, имена. — М.: Олма-пресс, 2005. — 608 с. — ISBN 5-224-04295-X.
  25. Русский народный календарь / Авт.-сост. Н. Будур. — М.: Олма-пресс, 2005. — С. 198–199. — 608 с. — ISBN 5-224-05128-2.
  26. Сапіга В. К. Українські народні свята та звичаї. — К.: Т-во «Знання України», 1993. — 112 с. — ISBN 5-7770-0582-9.  (укр.)
  27. Сахаров И. П. Сказания русского народа. Народный дневник. Праздники и обычаи. — СПб.: Издательство МГУ, 1895. — 245 с.
  28. Терещенко А. В. Быт русского народа: забавы, игры, хороводы. — СПб.: Типография военно-учебных заведений, 1848. — Т. 5. Простонародные обряды: Первое марта. Встреча весны. Красная горка. Радуница. Запашка. Кукушка. — 181 с.
  29. Традиционная русская магия в записях конца ХХ века / Сост. С. Б. Адоньева, О. А. Овчинникова. — СПб.: Френдлих-Тафф, 1993. — 176 с.
  30. Трунов А. Н. Понятия крестьян Орловской губернии о природе физической и духовной. Записки Российского географического общества. — СПб., 1869.
  31. Тульцева Л. А. Календарные праздники и обряды (по материалам ХІХ–ХХ века) // Русские: народная культура (история и современность) / отв. ред. И. В. Власова. — М.: Институт этнологии и антропологии РАН, 2000. — Т. 4. Общественный быт. Праздничная культура. — С. 128–205. — ISBN 5-201-13720-2.