Скалон, Владимир Евстафьевич

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Владимир Евстафьевич Скалон
Scalon Vlad.jpg
Художник Г. С. Верейский (1916)
Дата рождения 28 ноября 1872(1872-11-28)
Место рождения Могилёв,
Российская империя
Дата смерти 29 ноября 1917(1917-11-29) (45 лет)
Место смерти Брест-Литовск
Принадлежность Flag of Russia.svg Российская империя
Род войск Гвардия, Генштаб
Звание генерал-майор
Сражения/войны Первая мировая война
Награды и премии
Орден Святого Владимира III степени 3-й ст. Орден Святого Владимира IV степени 4-й ст. Орден Святой Анны III степени 3-й ст.
Орден Святого Станислава II степени 2-й ст. Орден Святого Станислава III степени 3-й ст.

Влади́мир Евста́фьевич Скало́н (28 ноября 1872 — 29 ноября 1917, Брест) — русский генерал, военный эксперт на мирных переговорах в Брест-Литовске. В ходе переговоров 29 ноября застрелился.

Биография[править | править код]

Православный. Из дворян Могилёвской губернии. Отец — эстляндский губернатор Евстафий Николаевич Скалон (1845—1902), мать — Александра Яковлевна Эйлер (1853—1911). Потомок знаменитого математика Леонарда Эйлера.

Окончил Пажеский корпус (1892, 1-й в выпуске, имя занесено на мраморные доски)[1], был выпущен подпоручиком в Семёновский лейб-гвардии полк, позднее окончил Николаевскую военную академию (1898, по 1-му разряду с отличием)[2].

Чины: подпоручик (1892), поручик (1896), штабс-капитан гвардии с переименованием в капитаны ГШ (1898), подполковник (1903), полковник (1907), генерал-майор (1916).

Состоял при Виленском и Петербургском военных округах. В 1899—1901 годах состоял старшим адъютантом штаба 23-й пехотной дивизии. В 1901 году был назначен помощником делопроизводителя, а в 1903 году — делопроизводителем генерал-квартирмейстера Главного Штаба. В 1903—1904 годах — столоначальник Главного Штаба.

Служил помощником начальника отделения Главного Штаба (1904—1905) и ГУГШ (1905—1906). 1 мая 1906 года назначен делопроизводителем ГУГШ. В 1909 году провёл экспертизу плана развёртывания германской армии, подброшенного германской разведкой для дезинформации и определил его фальшивость.

В 1914 году занял должность начальника 5-го делопроизводства управления генерал-квартирмейстера Штаба Верховного Главнокомандующего, с июля того же года — и.д. генерала для делопроизводства и поручений управления генерал-квартирмейстера при Верховном Главнокомандующем. 8 ноября 1917 сменил Дитерихса на посту генерал-квартирмейстера Ставки ВГК.

По политическим взглядам был монархист. Перешедший на сторону Советской власти генерал Бонч-Бруевич так описывал Скалона в своих мемуарах[3]:

Выбор мой мог показаться парадоксальным — офицер лейб-гвардии Семёновского полка Скалон был известен в Ставке как ярый, монархист. Но работал он в разведывательном управлении, был серьёзным и отлично знающим военное дело офицером и с этой точки зрения имел безупречную репутацию. К тому же мне казалось, что непримиримое его отношение ко всему, что хоть чуть-чуть было левее абсолютной монархии, должно было заставить его с особой остротой относиться к переговорам о перемирии и потому отлично выполнить моё поручение — подробно и тщательно осведомлять Ставку о ходе переговоров.

Самоубийство в Брест-Литовске[править | править код]

В ноябре 1917 года был назначен военным консультантом на мирных переговорах в Брест-Литовске, где должен был возглавить комиссию по перемирию[4]. Консультанты прибыли в город 29 ноября в час дня, и через несколько часов Скалон совершил самоубийство: во время частного совещания, которое началось в три часа дня, он вышел в отведённую ему комнату за картой и, встав перед зеркалом, застрелился[5].

По воспоминаниям ещё одного члена военной консультации подполковника Джона Гуговича Фокке, на столе была оставлена предсмертная записка: «Могилёв. Анне Львовне Скалон. Прощай, дорогая, ненаглядная Анюта, не суди меня, прости, я больше жить не могу, благословляю тебя и Надюшу. Твой до гроба Володя»[5].

Назначенное на 17 часов совещание было отменено. Немцы отнеслись к покойному с большим уважением. На следующий день генерал Гофман открыл переговоры, выразив соболезнования по поводу трагической гибели русского генерала. Возле гроба с телом покойного, установленного в Свято-Николаевском гарнизонном соборе, был выставлен почётный караул, а в Брест из Белостока экстренным поездом прибыли священник, диакон и церковный хор[5].

Были устроены торжественные, с воинскими почестями похороны, на которые пришёл почти весь германский штаб во главе с принцем Леопольдом Баварским, а также представители других договаривавшихся сторон. После выноса гроба принц Леопольд произнёс короткую траурную речь, а ландштурмисты произвели несколько салютных залпов[5].

Занявший место Скалона генерал Самойло, впоследствии — военспец, считал, что причиной самоубийства стало «развратное поведение жены Скалона», о котором тому якобы написал кто-то из знакомых[4]. В воспоминаниях Бонч-Бруевича высказывается другая версия: Скалон был поражён заносчивыми требованиями и наглым поведением немецких генералов[6].

По мнению Фокке, Скалон, как и другие русские офицеры, был подавлен из-за унизительного поражения, развала армии и падения страны[5]. Так же истолковали самоубийство и немцы: Самойло вспоминал, что на следующий день после трагедии генерал Гофман приветствовал его словами: «А! Значит, вы назначены замещать бедного Скалона, которого уходили ваши большевики! Не вынес, бедняга, позора своей страны! Крепитесь и вы!»[4] Эту же причину повторяют в своих мемуарах барон Будберг[7] и граф Игнатьев[8].

Советское правительство выразило соболезнования вдове генерала и назначило пенсию его малолетней дочери.

В 1939 году в эмигрантской газете «Наше дело» (выпуск от 25 февраля) было опубликовано ранее неизвестное письмо Скалона, которое, как утверждалось, было написано перед выездом в Брест-Литовск[9] (историки считают его фальшивкой[10]):

Семья[править | править код]

Незадолго до войны женился на княгине Анне Львовне Львовой (?—1952). Их дети:

  • Надежда, (1915—1977)
  • Нина (1918), умерла ребёнком

В литературе[править | править код]

  • Дмитрий Галковский посвятил Скалону статью «Подвиг Скалона», в которой утверждал, что «если бы победили белые, сейчас имя Скалона знал бы каждый русский школьник, его именем называли бы улицы и площади, ему поставили бы памятники. Ведь это и есть классический геройский поступок: сознательная гибель одиночки во имя торжества общей справедливости».

Киновоплощения[править | править код]

Награды[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. Выпускники Пажеского корпуса
  2. Выпускники Николаевской военной академии
  3. Бонч-Бруевич М. Д. Вся власть Советам! — М.: Воениздат, 1958.
  4. 1 2 3 Самойло А. А. Две жизни. / 2-е изд. — Л., 1963.
  5. 1 2 3 4 5 Фокке Д. Г. На сцене и за кулисами Брестской трагикомедии (мемуары участника Брест-Литовских мирных переговоров) // «Архив русской революции», XX, 1930.
  6. Но, судя по рассказам очевидцев, на Скалона произвели удручающее впечатление заносчивые требования, да и само поведение германского командования. Конечно, этот ещё недавно блестящий гвардеец не мог видеть за начавшимися переговорами того, ради чего Ленин пошёл на этот шаг. Ему, Скалону, как и всякому человеку его круга и мировоззрения, казалось невыносимым оказаться в зависимости от опьянённых лёгкой победой прусских милитаристов, и без того грубых и высокомерных. Как и многие, он считал, что Россия повержена в прах, и, не видя выхода, малодушно покончил с собой почти на глазах у членов комиссии по перемирию.
    Бонч-Бруевич М. Д. Вся власть Советам!
  7. В Бресте застрелился Скалон, принуждённый комиссарами отправиться туда в качестве председателя комиссии по заключению перемирия. Трудно себе представить, что пришлось ему пережить на своём скорбном крестном пути.
    Будберг А. П. Дневник белогвардейца
  8. Полковник Скалон, который руководил им, был офицером отважным, честным и верным; он доказал это, отказавшись подписывать мир в Брест-Литовске, и своей жизнью заплатил за верность Родине и союзникам.
    Игнатьев А. П. Моя миссия в Париже
  9. Кузнецов И. Н. Засекреченные трагедии советской истории. — Ростов-на-Дону: Феникс, 2008. — ISBN 978-5-222-14457-2.
  10. А. Ганин. «Я больше жить не могу…». Генерал Владимир Скалон застрелился в начале переговоров, на которых обсуждались условия Брестского мира

Ссылки[править | править код]