Словообразовательная метафора

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Словообразовательные метафоры - производные слова, реализующие только переносное значение. Переносное значение таких слов а) возникает в деривационном акте при изменении морфологической структуры слова (подноготная, чугунеть, разлапистый) и б) наследуется от производящего слова или фразеологизма (обезьянничать, очковтиратель).

Само понятие «метафора» разрабатывалось прежде всего в рамках лексикологии. «Мостик» в словообразование «перекинул» еще В.Г. Гак, выделив особый тип метафоры – частичную, когда «перенос значения сопровождается изменением в форме слова». Сейчас в науке уже считается утвердившимся мнение о существовании метафоры словообразовательной: «Если в лексике метафора – явление семантическое (одна и та же обслуживает разное содержание), то в словообразовании она сопровождает рождение нового слова, которое является единственным носителем этого метафорического смысла». О.Н. Лагута также указывает на то, что «в метафорообразовании могут участвовать структурные единицы разных уровней», в частности, она выделяет «основы словоизменительные и словообразовательные: твердолобый, мягкотелый» .

Словообразовательная метафора (далее – СМ) обладает основными свойствами метафоры лексической – образностью и двуплановостью.

Двуплановость предполагает наличие следующих элементов в знаковой структуре метафоры: 1) в плане выражения: слово-параметр, указывающее на основной субъект сравнения, и слово-аргумент (микроконтекст) – « к смысловой интерпретации слова-параметра» , указывающее на вспомогательный субъект сравнения. Например, Среди единообразной зеленой ботвы странно выделялись фиолетовая грядка свеклы да высокие желтые раскидистые зонтики созревшего укропа (Ю.Поляков, Грибной царь) – словом-параметром является существительное зонтик (т.е. с ним сравниваются соцветия укропа), а словом-аргументом – укроп (он указывает на то, что слово зонтик употреблено в переносном смысле); 2) в плане содержания: аспект сравнения, задающий область сходства субъектов метафоры, и общий признак основного и вспомогательного субъектов . В приведенном нами примере аспектом сравнения выступает форма, а общий признак между ними – ‘расходящиеся лучами’ (спицы – у зонтика и цветки – у укропа).

Двуплановость словообразовательной метафоры проявляется в том, что в качестве основного субъекта выступает производное слово, а в качестве вспомогательного – производящее. Например, в основу значения производного змеиться ‘тянуться извилистой линией; виться, извиваться’ (← змея ‘пресмыкающееся с длинным извивающимся телом без ног’) кладется сема ‘извиваться’ (общий признак), указывающая на способ передвижения (аспект сравнения). Все остальные семы нейтрализуются.

Именно способ передвижения и является основой для с р а в н е н и я движения змеи и любого другого предмета, который может быть сопоставлен по этому признаку : дорога змеится, косы змеятся, ручей змеится. Ср. также: Теперь, судя по змеящейся очереди в кассу… (Л.Гурский); Тусклые красноватые язычки змеились по окраске (М.Веллер); Ветры змеились снежными жгутами и бросались к её ногам (Т.Толстая); На асфальте в черной слякоти змеились шланги (Д.Рубина). Следовательно, любой из субъектов действия (ручей, дорога, шланг и т.д.) может выступать в качестве слова-аргумента. При этом для словообразовательной метафоры, а точнее для выражения метафорического значения производного слова, лексический контекст не обязателен. Минимальным контекстом являются аффиксы, сигнализирующие о метафорическом характере корневой морфемы и как следствие – всего слова в целом. Таким образом, образный характер словообразовательной метафоры понятен и вне лексического окружения, служащего лишь конкретизатором значения производного, и в этом еще одно её отличие от метафоры лексической, которая «вне синтаксического оформления не существует» .

Наличие двуплановости предполагает возможность использования метафоры в буквальном значении. Прием буквализации еще одно доказательство её существования, в этом случае производное слово будет мотивироваться прямым значением производящего. Это достигается помещением в контекст: а) производящего: Здесь усыпальница бессердечного Шопена. Бессердечного в том смысле, что композитор был похоронен без сердца, увезенного за тысячу километров отсюда (Б.Акунин); б) синонимичного производного той же словообразовательной структуры: Каждый, кому 24 октября 1917 года доводилось нюхать кокаин на безлюдных и бесчеловечных петроградских проспектах, знает, что человек вовсе не царь природы (В.Пелевин); в) совмещением прямого и переносного значений: Доносчиков не уважал и доносы принимал только за обедом, после второго блюда в предвкушении десерта (Э.Кочергин).

Словообразовательная метафора может быть охарактеризована с точки зрения языковых функций, свойственных метафоре лексической. Она может выполнять: а) номинативную функцию: волнолом, змеевик, небоскреб, громоотвод, цепенеть; б) образную функцию, «служащую развитию фигуральных значений и синонимических средств языка» : сердцеед ‘покоритель женских сердец, ловелас’, лизоблюд ‘подхалим’, обезьянничать ‘кривляться’ и др.; в) экспрессивную функцию: раздраконить, очуметь, собачиться – в этом случае «метафорический перенос осуществляется ради создания субъективного фактора. Экспрессивная метафора апеллирует к чувствам человека, вызывает переживания и, следовательно, создает экспрессивный эффект» .

Еще один аргумент в поддержку словообразовательной метафоры – возможность компаративной развертки, только она, в отличие от лексической метафоры, осуществляется включением в компаративную конструкцию не того же слова в прямом значении (обезьяна ‘некрасивый человек <похожий на обезьяну, напоминающий внешним видом обезьяну>’), а своего производящего: вуалировать ‘намеренно делать что-либо неясным <как будто скрывать вуалью>’, ребячиться ‘вести себя несерьезно, шалить <как ребенок>’; змеевик ‘трубка, изогнутая в виде спирали <и напоминающая по форме змею>’.

Кроме указанных выше свойств, СМ характеризуется обязательной фразеологичностью семантики, когда словообразовательное и лексическое значения не совпадают: значение СМ не может быть раскрыто через сумму значений её составляющих: ср.: безногий ‘не имеющий ног’ и безмозглый ‘очень глупый, бестолковый’. В первом примере значение производного полностью выводится из его структуры, во втором примере мы видим только указание – посредством префикса без- – на отсутствие чего-либо. Корневой элемент -мозг- выступает в данном случае атрибутом ума, однако в структуре слова прямого указания на это нет. Кроме того, приставка без- также выступает не в «полном» значении, поскольку производное обозначает не абсолютное отсутствие ума, а незначительную степень его «присутствия».

Таким образом, словообразовательная метафора, являясь – формально – принадлежностью системы словообразовательной, обладает всеми системными и функциональными (хотя проявляющимися и по-иному) свойствами метафоры лексической, поэтому её можно выделить как особую подсистему в метафорической системе языка.

Литература[править | править код]