Варбанец, Наталия Васильевна: различия между версиями

Перейти к навигации Перейти к поиску
 
=== «Иoганн Гутенберг и началo книгoпечатания в Еврoпе» ===
Крупнейший исследовательский проект Н. В. Варбанец, посвящённый [[Гутенберг, Иоганн|Иоганну Гутенбергу]], начинался под руководством [[Люблинский, Владимир Сергеевич|В. С. Люблинского]], который, несмотря на заболевание, успел прочитать черновой вариант диссертации и преподал последние советы. По мнению [[Беляков, Сергей Станиславович|С. Белякова]], опубликованная в 1980 году монография Варбанец в известной степени служила «зеркалом души» Наталии Васильевны. Почти половина первой главы была посвящена [[Ереси в христианстве|средневековым ересям]], а в финальной главе высказывалось предположение, что Гутенберг был неортодоксальным христианским просветителем, «монашествующим в миру». В этом, по-видимому, проявилось сильное воздействие В. Люблинского, в 1920-е годы состоявшего в религиозно-философском обществе медиевистов, в котором изучали и развивали мировоззрение средневековых [[Катаризм|катаров]], а также практиковали различные способы «гармонизации личности»{{sfn|Беляков|2013|с=280—281}}<ref>{{cite web|author=Новикова О. Г.|title=Майская песнь|url=http://gumilevica.kulichki.net/NOG/nog09.htm|publisher=Gumilevica|accessdate=2021-09-10}}</ref>. [[Немировский, Евгений Львович|Е. Немировский]], высоко оценивая труд Наталии Васильевны, сетовал, что книга лишена ссылочного аппарата (на то же сетовала уже в XXI веке И. Долгодрова). Это компенсировалось свободой исследователя от схем и стереотипов западного гутенберговедения; монография Н. Варбанец представляла по-настоящему независимый «взгляд со стороны»{{sfn|Немировский|1989|с=18}}<ref>{{публикация|статья|автор=Долгодрова Т. А.|заглавие=Историография западноевропейской книги XV века в России во второй половине XX века|издание=Известия высших учебных заведений. Проблемы полиграфии и издательского дела|issn=2072-6775|страницы=80—87|год=2012|номер=1|ссылка=https://www.elibrary.ru/item.asp?id=18572689|комментарий=«К сожалению, книга Н. В. Варбанец не документирована, в ней отсутствуют библиографические отсылки, но очень живой и образный стиль изложения делает книгу интересной не только для специалистов, но и для массового читателя»}}</ref>. В то же время Н. Варбанец не была свободна от слишком прямолинейных предположений или модернизации: переносила на XV век современные представления об авторских правах и патентном праве{{sfn|Немировский|1989|с=111—112}}. В рецензии [[Баренбаум, Иосиф Евсеевич|И. Е. Баренбаума]] на статью Н. В. Варбанец о состоянии гутенберговского вопроса, утверждается, что Наталия Васильевна в основу своей методологии положила идею Маркса, что книгопечатание было ремесленным изобретением, которое обсусловило качественный сдвиг в истории мировой культуры{{sfn|Баренбаум|1971|с=245}}
 
Рецензию на книгу о Гутенберге опубликовал писатель [[Медведев, Юрий Михайлович|Юрий Медведев]], исходя из взглядов и интересов обычного интеллигентного читателя и сотрудника библиотеки. Он обратил внимание, что Н. Варбанец не стала пересказывать общеизвестных сведений о Гутенберге, оправдывая подзаголовок «Опыт нового прочтения материала». Далее анализируется вопрос, почему печатную книгу породила средневековая эпоха, ассоциируемая с варварством и безграмотностью, а, например, не Римская империя, и не Италия с её городами-республиками. Напротив, эпохальное изобретение было совершено в раздробленной между княжествами Германии (в дальнейшем этот тезис критиковал Е. Немировский{{sfn|Немировский|1989|с=104}}). Рецензент отметил, что Н. В. Варбанец во всей сложнейшей совокупности политических и социокультурных причин ни одну из них не посчитала второстепенной, особо выделяя два магистральных направления письменной культуры XV века: «университетски-цензурную» и «сектантско-еретическую», которые имели как минимум двухвековой опыт развития, включая даже инфраструктуру — [[Скрипторий|скриптории]] разных уровней и типов и международную торговлю книгами и писчим материалом. Печатной продукции предшествовал и длительный процесс выработки и типизации начертания шрифтов, а также переход на [[Бумага|бумагу]]. Н. Варбанец сравнивала труд писцов с деятельностью средневековых ювелиров: характер труда обеих профессий был одновременно и искусством, и ремеслом. Оформление рукописных изданий XV века подготавливало облик [[Макет издания|макета]] печатных книг, тем более, что труд переписчика текста к тому времени отделился от художника-оформителя или [[Миниатюра|миниатюриста]]{{sfn|Медведев|1982|с=52}}. Ю. Медведев считал важнейшим выводом Н. Варбанец то, что техническая сторона книгопечатания коренилась «во внекнижных сферах средневековой культуры». В частности, [[ксилография]] практически повторяла процесс переписки, и была крайне неэкономичной. Изобрести собственно печатный процесс, сердцевиной которого было разложение текста на стандартные элементы — литеры — мог только ювелир, грамотный, культурный человек, знающий свойства металлов и сплавов, владеющий техникой тонкой работы по металлу{{sfn|Медведев|1982|с=53}}.
Ю. Медведев отдельно останавливался на доказательствах Н. Варбанец относительно характера деятельности И. Гутенберга. Основываясь на немногих документах эпохи (в том числе поручении французских властей [[Жансон, Николя|Н. Жансону]] узнать секреты технологии в Майнце у её изобретателя) и на шрифтологическом анализе [[42-строчная Библия|42-строчной Библии]], Н. Варбанец заявила, что Гутенберг был вовлечён в идеологическую борьбу своего времени. Его задачей было заинтересовать современников возможностью тиражирования наиболее насущных текстов, а необходимость производить тексты во многих экземплярах по определению делала его не книжником, а просветителем. Гутенберг мог принадлежать к тайным [[Гуситы|гуситам]], которые готовили широкие массы к чтению [[Священное Писание|Священного писания]], а его деятельность была приемлемой для всех духовных структур, которые считали переписывание книг служением человеческому спасению. Это объясняет и разорение Гутенберга, который всё своё и заёмное состояние вложил в бесприбыльное дело. Н. Варбанец объявила Гутенберга борцом против монополии церкви на духовное знание, который достиг своей цели, и это было осознано современниками{{sfn|Медведев|1982|с=54}}.
 
В рецензии С.  Б.  Люблинского подчёркивался факт того, что монография Н. Варбанец была завершением большого исследования, а также его обусловленность советами и работами В. С. Люблинского. Из девяти глав книги особо выделялась первая, посвящённая общей характеристики духовной жизни Средневековья и обоснованию социокультурной необходимости изобретения книгопечатания{{sfn|Люблинский|1982|с=209—210}}. Для атрибуции гутенберговских изданий исследователю приходилось обращаться к особенностям шрифтов, поскольку Гутенберг почти не помещал в продукцию своей типографии [[Колофон (часть книги)|колофоны]]. Н. Варбанец обосновала новую дату изобретения наборного шрифта и выделила новую группу изданий Гутенберга. Из этого логически вытекала проблема анонимности изданий Гутенберга, этим проблемам посвящены пятая и шестая главы{{sfn|Люблинский|1982|с=211—212}}. Рецензент особо отмечал эстетическое совершенство издания, для которого издательство «Книга» задействовало все свои возможности{{sfn|Люблинский|1982|с=213}}. Новаторство историографического подхода Н. Варбанец отмечается и в публикациях XXI века{{sfn|Куприянова|2015|с=11—12}}.
 
== Частная жизнь ==

Навигация