Снегирёв, Гелий Иванович

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Евгений Снегирёв
Имя при рождении:

Гелий Иванович Снегирёв

Дата рождения:

14 октября 1927(1927-10-14)

Место рождения:

Харьков, Украинская ССР

Дата смерти:

28 декабря 1978(1978-12-28) (51 год)

Место смерти:

Киев, Украинская ССР

Гражданство:

Flag of the Soviet Union (1955-1980).svg СССР

Профессия:
Карьера:

1956—1977

Ге́лий Ива́нович Снегирё́в (псевдоним Евгений Снегирёв; 14 октября 1927 года, Харьков — 28 декабря 1978 года, Киев) — советский (украинский) кинорежиссёр, сценарист, писатель, публицист, журналист, диссидент.

Биография[править | править вики-текст]

Происходил из семьи литераторов. Отец — Иван Тимофеевич Снегирёв, украинский прозаик и драматург, член украинского Союза Писателей. Мать — Наталья Николаевна Собко, преподаватель украинского языка и литературы. Дядя — Вадим Николаевич Собко, популярный в послевоенные годы писатель-фронтовик.

Рос в среде литераторов и артистов. После окончания Харьковского театрального института работал в одном из харьковских театров, затем — сельским учителем. В середине 50-х переехал в Киев[1].

Был высок, статен, блондинист — женщины засматривались, никто не удивлялся, что он артист академического театра.

Григорий Кипнис[2]

После переезда непродолжительное время преподавал в ВУЗе, затем ушёл в литературу и журналистику. В 1956—1957 гг. заведовал отделом публицистики и художественной литературы в газете «Литературная Украина». Был принят в Союз Писателей Украины. В 1957 под редакцией Павла Загребельного выпустил сборник новелл на украинском языке «Літо вернеться» («Лето вернётся»), в это же время подружился с Виктором Некрасовым. Впоследствии выпустил ещё несколько сборников. Был принят в КПСС.

Работал главным редактором Украинской студии хроникально-документальных фильмов (Киевской студии Укркинохроники). Был принят в Союз кинематографистов Украины[3].

В 1966 году за участие в съемках не санкционированного советскими органами траурного митинга в день 25-летия трагедии в Бабьем Яру, на котором выступали В. Некрасов и В. Войнович, переведён из руководства студии в рядовые режиссёры.

Печатался в центральной прессе, писал сценарии. Как прозаик стал известен в СССР в 1967 году после публикации в «Новом мире» рассказа «Роди мне три сына»[4]. После этого стал публиковаться за рубежом.

В начале семидесятых пишет в соавторстве с Вадимом Скуратовским пьесу «Удалой добрый молодец» о русском революционере Германе Лопатине[5].

Узнав о судьбе матери, заинтересовался материалами довоенных процессов над украинскими националистами, написал исследование «Мама моя, мама… или Патроны для расстрела», быстро распространившееся в антисоветских кругах.

В 1974 году Гелий Снегирёв был исключён из КПСС и творческих союзов, что стало причиной нервного срыва и заболевания, приведшего к тромбозу сетчатки глаз. Получил вторую группу инвалидности.

До своего ареста 22 сентября 1977 года публиковался в диссидентской прессе, передавал тексты за рубеж для публикации («Обращение к вождю», «Письма к Дж. Картеру» и другие), часто упоминался в радиопередачах BBC, Голоса Америки и т. п. С 1974 года до ареста работал над автобиографической книгой «Роман-донос», рукопись которой многие годы считалась исчезнувшей.

…на допросах Снегирёв заявляет, что менять враждебные социалистическому строю взгляды и убеждения не намерен, упорно не желает сообщать, каким образом он переправлял антисоветские материалы на Запад, и назвать лиц, среди которых распространял их в СССР.

— Григорий Кипнис[2]

30 октября 1977 года объявил голодовку и был переведён на принудительное питание. Результатом голодовки стал паралич. После публикации в «Литературной газете» письма-отречения под заголовком «Стыжусь и осуждаю…» помилован. Многие из коллег-шестидесятников считают, что данное «отречение» написано без ведома «автора». К примеру, товарищ Снегирева режиссёр Лесь Танюк упоминал:

Це — брехня. Непристойна брехня. Тільки під наркозом чи у страшному сні він міг би так каятись. А коли наприкінці вривається коронна фраза про «жалкую кучку отщепенцев типа Некрасова и Григоренко», яких «засосало болото буржуазно-националистической и сионистской пропаганды»… Фальш, брехня, сморід…

— Вахтанг Кипиани, "Киевские Ведомости"[6]

Сергей Григорьянц рассказывает, что в тюрьме у Снегирёва начались сильнейшие раковые боли. Ему не давали лекарств и обезбаливания, требуя подписать уже готовое письмо-отречение. Он долго отказывался. Но после нескольких месяцев ужасных страданий согласился. После чего и был переведён в больницу для лечения.[7]

Летом 1978 года переведён из тюремной больницы в городскую Октябрьскую больницу. 28 декабря 1978 года скончался. В храме Христа Спасителя была отслужена панихида[8]. Похоронен на центральной аллее Байкового кладбища в Киеве.

Роль в диссидентском движении[править | править вики-текст]

Думаю, у Гелия, каким я его знал, и в мыслях не было того, что он потом делал и за что, собственно, пострадал. Он принадлежал к категории, пользуясь обычной терминологией, проституирующих советских интеллигентов, которые прекрасно все понимали и не имели иллюзий ни по отношению к собственному правительству, ни по ситуации с правами человека в собственной стране, но при этом совершенно цинично использовали свою профессию, чтобы зарабатывать деньги на хлеб себе и семье. Так жили в подавляющем большинстве все художники, писатели и прочие гуманитарии. Так жил и Гелий… Я думаю, что и Гелию было очень душно, потому что в Украине тогда зажали все, что только можно зажать. Дышать было нечем. Поскольку система уже работала даже не против слова, а против шепота. И в этой ситуации, когда перекрывают кислород, человек импульсивно начинает барахтаться и искать, где бы дыхнуть[9]. (правозащитник Семён Глузман)

В 1974 году сотрудники КГБ провели обыск на квартире Снегирёва и изъяли рукопись книги «Автопортрет 66». После обыска Гелий Снегирёв был исключен из коммунистической партии, что фактически означало запрет на работу в кино. В тот же год Снегирёв был уволен с киностудии хроникально-документальных фильмов.

Борцом он никогда не был, окружающую действительность осуждал не больше других (может, чуть громче, голос у него актёрский, хорошо поставленный), в диссиденты не лез, короткометражки его о доярках протеста у начальства не вызывали. И вдруг… «Мама моя, мама…», конечно же, особой радости властям доставить не могла. Но терпели. Терпець увiрвавсь — прекрасное украинское выражение — после «клеветнического» письма советскому правительству. Это уже ни в какие ворота не лезло. Наглость какая! Подождали немного, какая на это реакция будет, — потом пришли, порылись в книгах и увели.[10] (писатель Виктор Некрасов)

В 1977 году написал письмо Леониду Брежневу, в котором отказался от советского гражданства (став первым в СССР, публично отказавшимся от советского гражданства[11])

Настоящим заявлением я отказываюсь от советского гражданства. Такое решение я принял в те дни, когда вы проводите так называемое обсуждение проекта новой конституции. Газеты, радио, митинги орут о единодушном восторженном одобрении. В ближайшее время проект станет законом под всеобщее громкое «Ура!». Ваша конституция — ложь от начала до конца. Ложь, что ваше государство выражает волю и интересы народа… Ложь и позор ваша избирательная система, над которой потешается весь народ… Ложь и позор ваш герб, колосья для которого вы импортируете из Соединенных Штатов…

Владимир Лобас, журналист радиостанции «Свобода», в книге «Желтые короли» пишет:

«Даже здесь, в тихой заводи, живя в Нью-Йорке, в Вашингтоне или в Мюнхене, многие из нас, сотрудников вещавших на Союз станций, вели передачи под псевдонимами. Осторожность в отношениях с КГБ всегда разумна. Но этот человек, швырнувший им: „Не хочу быть гражданином СССР“, находился по ту сторону стены и за псевдонимом не прятался… Своё открытое письмо Советскому правительству он подписал полным именем и указал адрес. Он преодолел страх». Ещё вчера он был нуль, простой советский человек, которого можно сгноить в лагере или уничтожить в психушке — кто там хватится? Но Гелий как-то сразу чересчур широко шагнул. Изо дня в день его имя повторяли Би-би-си и «Немецкая волна», «Голос Америки» и «Свободная Европа». «Ваша конституция — ложь от начала до конца» — ни Солженицын, ни Сахаров, никто вообще не решался разговаривать с Системой так.

22 сентября 1977 году Гелия Снегирёва арестовали за антисоветскую деятельность. 28 декабря 1978 года Гелий Снегирёв умер.

Публикации[править | править вики-текст]

В 2001 году, посмертно, вышла книга Гелия Снегирёва «Роман-донос», в которой автор подробно описывает события своей диссидентской деятельности, начиная с визита к писателю Виктору Некрасову 18 января 1974 года, когда у Некрасова проводили обыск сотрудники КГБ. Данную книгу Гелий Иванович продиктовал перед самой смертью, доведенный до чудовищной болезни в следственной камере и полностью потеряв из-за неё зрение[12]. «Роман-донос» — документ значительной искренности и гражданского мужества, в который вошли многие документы того времени, стенограммы партсобраний, письма в ЦК и т. д. В книгу также вошли записи о событиях 1974 года, написанные поэтессой Катериной Квитницкой, которая в те годы была женой Гелия Снегирёва. Рукопись сохранилась в архивах КГБ и была опубликована при участии его сына Филиппа Снегирёва.

В том же году и том же издательстве была опубликована повесть Снегирёва «Автопортрет 66» с приложением ряда документов (письмо Солу Беллоу и др.).

Увековечение памяти[править | править вики-текст]

Литература[править | править вики-текст]

  • «Зеркало недели» № 35(359), 8—14 сентября 2001

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Снегирёв Гелий Иванович — официальная биография на сайте Сахаровского центра
  2. 1 2 О Гелии Снегирёве, напугавшем самого Андропова — «Зеркало недели» №18(31), 6-12 мая 1995
  3. Жизнь и смерть Гелия Снегирёва — воспоминания Юрия Чекалина
  4. Путь чести и правды — воспоминания Филиппа Снегирёва, «Зеркало недели» № 23(296) 10-16 июня 2000 г.
  5. Удалой добрый молодец — о пьесе
  6. Снегирев в бронзе
  7. YHRGKarelia. Это сильнее "Дневника Анны Франк" (8 марта 2016). Проверено 17 мая 2016.
  8. Виктор Кондырев. «Все на свете, кроме шила и гвоздя: Воспоминания о В. П. Некрасове. Киев—Париж. 1972—87 гг.» М.: АСТ, 2011 640 стр. ISBN 978-5-17-073243-2, 978-5-271-34487-9. С. 163.
  9. Регистрация доменов UA, управление доменами, редирект, DNS, почтовый ящик, хостинг | iName
  10. ПО ОБЕ СТОРОНЫ СТЕНЫ
  11. Став первым и единственным в СССР, кто публично (!) отказался от советского гражданства, киевлянин Гелий Снегирёв фактически подписал себе смертный приговор
  12. Виктор Кондырев. «Все на свете, кроме шила и гвоздя: Воспоминания о В. П. Некрасове. Киев—Париж. 1972—87 гг.» М.: АСТ, 2011 640 стр. ISBN 978-5-17-073243-2, 978-5-271-34487-9. С. 71.

Ссылки[править | править вики-текст]