Сражение под Уманью

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Битва под Уманью
Основной конфликт: Великая Отечественная война
Invasion1941.jpg
Июль — сентябрь 1941
Дата

июль 1941 — 10 августа 1941 года

Место

Умань

Итог

разгром в котле частей Красной Армии

Противники
Командующие
Силы сторон

6-я армия, 12-я армия, отдельные части 26-й армии и 18-й армии

1-я танковая группа
17-я армия

Потери

В окружение попали около 65 тыс. человек, 242 танка. С 1 по 8 августа из окружения вышло до 11 000 человек и 1015 автомашин с боевым имуществом[1]
По немецким[2] данным захвачено 103 тыс. пленных, 317 танков и 858 единиц артиллерии.

На основании 10-дневных донесений о собственных потерях немцы потеряли (17А, 1ТА) за 20 июля — 10 августа 1941:
Убито: 4610
Санитарные потери: 15 458
Пленные/пропало без вести: 785
Общие потери: 20 853[3]

 
Операция «Барбаросса»

Сраже́ние под У́манью произошло в конце июля — начале августа 1941 года, в ходе наступления группы армий «Юг» вермахта на территории СССР. Привело к окружению (так называемый "Уманский котёл") и последующей гибели войск 6-й и 12-й армий Юго-Западного фронта и отдельных частей Южного фронта Красной армии.

Предшествующие события[править | править вики-текст]

В первые недели операции «Барбаросса» группа армий «Юг», продвигаясь на восток, заняла города: Львов (30 июня), Тернополь и Житомир (10 июля). В ходе сражения под Луцком — Ровно — Бродами были разбиты части 4-го, 8-го и 15-го , а также 9-го, 19-го и 22-го механизированных корпусов Красной Армии, из состава Юго-Западного фронта. По количеству бронетехники столкновение было сравнимо лишь с танковой битвой под Курском и аналогично битве под Сенно. К 29 июня сражение было завершено и германские войска продолжили наступление[4].

10 июля Ставка ВГК передала общее командование частями Красной Армии, действовавшими на Юго-Западном направлении, маршалу Будённому. Его задачей была координация действий двух фронтов. Таким образом, под командой Будённого находились войска общей численностью около 1,5 млн человек, расположенных на пространстве от Полесских болот до Черного моря. К этому времени между 5-й и 6-й армиями Юго-Западного фронта вклинилась 1-я танковая группа, под командованием Клейста, заняв Житомир и Бердичев и создав угрозу Киеву. Таким образом, части Клейста нависали над правым флангом отступавших из львовского выступа войск 6-й и 12-й армий. В то же время с фронта и с левого фланга эти армии испытывали непрерывное давление 17-й армии вермахта (командующий — генерал Штюльпнагель). Кроме того, с юга, от границы с Румынией, наступала 11-я армия под командованием генерала фон Шоберта.[источник не указан 88 дней]

Действия сторон[править | править вики-текст]

Несостоявшееся окружение под Винницей[править | править вики-текст]

С 16 июля 48-й моторизованный корпус вермахта, отразив контратаки «Бердичевской группы» под командованием А. Д. Соколова, возобновил наступление. 16-я танковая дивизия сломила сопротивление советских войск и овладела городом Казатин (~25 км от Бердичева). 11-я танковая дивизия, наступавшая левее, оказалась в промежутке между 6-й и 26-й армиями, благодаря чему в первый же день совершила глубокий прорыв на 70 км к юго-востоку. К 18 июля дивизия продвинулась еще на 50 км, форсировала реку Рось и овладела населенным пунктом Ставище. 16-я танковая дивизия, вынужденная отбивать контратаки войск 6-й армии (37-й стрелковый корпус и группа Соколова), продвигалась медленнее, но к 17 июля ее передовые подразделения овладели станцией Рось (~65 км от Бердичева). На следующий день, контратакой сводного батальона 16-го механизированного корпуса, при поддержке 3-й противотанковой бригады, станция была очищена от немецких войск. Однако основной удар корпуса закончился неудачей, части 15-й танковой дивизии (РККА) потеряли 90% танкового парка[5].

В это же время, прорвав фронт 12-й армии на рубеже Летичев-Бар, командование 17-й армии попыталось окружить и уничтожить войска Понеделина в районе Винницы. Уже 17 июля с юга к городу подошли части 1-й горно-егерской дивизии 49-го (горного) корпуса и взяли под обстрел переправы через Южный Буг. В это же время 4-я горно-егерская дивизия с запада осуществляла фронтальный натиск на отходившие части, а 24-я пд должна была ударом с севера завершить окружение. После этого оставалось лишь уничтожить прижатые к реке войска, которые оценивались немцами в 50 тыс. человек. Однако части РККА перегруппировались и нанесли контрудар силами 45-й танковой и 99-й стрелковой дивизий. Кроме того, в полосу 12-й армии успели перебросить свежую 60-ю горнострелковую дивизию с Южного фронта. Благодаря этому войска 12-й армии избежали окружения, до 20 июля сдерживали атаки на Винницу и к утру 21 июля в основном завершили переправу через Южный Буг.[источник не указан 88 дней]

Отход производился согласно Директиве Ставки ВГК № 00411. Еще в ночь на 18 июля главком Юго-Западного направления Буденный в своем донесении точно охарактеризовал складывающуюся обстановку: противник окончательно прорвал фронт 12-й армии, разделил ее и создал угрозу тылу 6-й армии; в свою очередь, разрыв 6-й армии с соседом справа у г. Белая Церковь (26-й армией) составляет 90 км и «постепенно заполняется противником». Общий вывод был следующим:

1. Восстановить положение, бывшее до начала основного прорыва, с наличными силами фронта не представляется возможным.
2. Дальнейшее сопротивление 6 и 12 армий на занимаемых рубежах может повлечь в ближайшие 1–2 дня к их окружению и уничтожению по частям.
Изложенная обстановка вынуждает меня просить Ставку разрешить командующему Юго-Западным фронтом произвести отвод 6 и 12 армий на фронт Белая Церковь, Тетиев, Китай-Город. В соответствии с этим правый фланг Южного фронта отвести на рубеж (иск.) Китай-Город, Тростянец, Каменка

— Архив ЦАМО. Ф. 251. Оп. 4063. Д. 22. Л. 48

В 16-00 18 июля Ставка согласовала отступление, указав промежуточные рубежи. Отход должен был быть произведен в течение трех ночей с 19 по 21 июля, под прикрытием арьергардов и авиации, с темпом 30-40 км в сутки[6]. Одновременно Ставка требовала организовать удар тремя стрелковым корпусами во фланг противнику, действующему против 6-й армии (1-я танковая группа).[источник не указан 88 дней]

Противнику удалось 18 июля перехватить приказ штаба 26-й армии и подготовиться к отражению этого удара. В ходе боев, которые продолжались до 22 июля, советские войска понесли большие потери и не добились существенного продвижения вперед. Таким образом, линия, намеченная 18 июля для отступления 6-й и 12-й армией, уже была прорвана противником, а к 20 июля немецкие части находились на 60 км восточнее этой линии (г. Тараща). Однако, пока немецкие подвижные соединения отражали удары советских войск южнее Киева, они не могли завершить окружение войск Музыченко и Понеделина.[источник не указан 88 дней]

Несостоявшееся окружение западнее Умани[править | править вики-текст]

В директиве ОКВ № 33 от 18 июля было указано, что «Важнейшая задача — концентрическим наступлением западнее Днепра уничтожить 12-ю и 6-ю армии противника, не допуская их отхода за реку». Но начальник генерального штаба Гальдер уже сомневался, что для этого достаточно будет нанести удар в направлении Умани. По его мнению (поддержанному командованием группы армий «Юг») 1-я танковая группа должна была наступать на юго-восток в направлении Кривого Рога, направив на Умань лишь часть сил правого фланга. Тем самым была ослаблена северная охватывающая группировка немецких войск. На юге немцам остро не хватало мощных подвижных соединений, и охват совершали в основном пехотные подразделения 17-й и 11-й армий. После возникновения кризиса под Винницей советское командование спешно перебросило на это направление 18-й механизированный корпус, который прикрыл разрыв между 12-й армией Юго-Западного фронта и 18-й армией Южного фронта и обеспечил их отход. В район севернее Умани из полосы Южного фронта был выдвинут 2-й механизированный корпус под командованием Ю. В. Новосельского.[источник не указан 88 дней]

Вечером 21 июля войска 6-й и 12-й армий нанесли в районе Оратова-Животова удар по растянутой 16-й танковой дивизии немцев. Другие подразделения 1-й танковой группы были скованы активными действиями советских войск и не сумели создать плотного заслона на пути отхода двух армий. Немецкие данные подтверждают успех ночного наступления:

Благодаря превосходству сил им [войскам 6-й армии] удалось осуществить прорыв на 15 км в ширину, обороняющиеся были разбиты и разбросаны, штаб отступил, остатки без руководства не представляли, где находились собственные позиции, куда им следует прорываться. [...] 16 разведывательный батальон и 16 мотоциклетный полк были заново сформированы в Бреслау

Werthen W. Geschichte der 16. Panzer-Division 1939–1945, s.53-54

В последующие дни войска двух армий продолжали пробиваться на восток, вступив в бой еще и с 16-й моторизованной дивизии вермахта, находившейся во втором эшелоне 48-го корпуса. 37-й и 49-й стрелковые корпуса 6-й армии продвинулись в общей сложности на 20 км. Южнее 24-й механизированный корпус (почти без танков) 12-й армии, при поддержке 2-й противотанковой артиллерийской бригады, выбил части 16-й тд из Монастырище, восстановив тем самым железнодорожное сообщение. При этом на западе советские войска продолжали сдерживать натиск пехотных дивизий 17-й армии. Удар в районе Оратов-Животов-Монастырище имел лишь частичный успех — сомкнуть фронт с 26-й армией не удалось, но 16-я тд и 16-я мд 48-го корпуса были втянуты в жестокие бои и не смогли продолжить движение в сторону Умани. Однако 11-я танковая дивизия, которая успела продвинуться дальше на восток, не подвергалась ударам 6-й и 12-й армий, и могла продолжать двигаться на юг, замыкая окружение. Положение спас контрудар 2-го механизированного корпуса. Соединение на 20 июля имело более 400 танков, в том числе 10 КВ и 46 Т-34. Основную часть танкового парка составляли БТ, однако лишь малая часть их была на ходу (20 из 120 в 11-й тд, 75 из 161 в 15-й мд). 22 июля 2-й механизированный корпус атаковал 11-ю танковую дивизию вермахта и 23 июля оттеснил ее севернее линии железной дороги, соединявшей Христиновку и Тальное. 15-я мд корпуса атаковала также 16-ю тд вермахта, что содействовало успеху 24-го мехкорпуса у Монастырище. 24-25 июля 2-й мехкорпус продолжал атаки, но существенного продвижения не добился, поставленная задача — соединиться с войсками 26-й армии и восстановить сплошную линию фронта — осталась невыполненной. Тем не менее, наступление 48-го моторизованного корпуса на Умань было сорвано, войска 6-й и 12-й армии продолжили отход, обходя перешедшие к обороне немецкие подвижные части.[источник не указан 88 дней]

Образование «котла»[править | править вики-текст]

К 25 июля на северном фасе потенциального «котла» ситуация стабилизировалась. Ни та, ни другая сторона, не могли добиться значительного продвижения вперед. Однако с запада постепенно подтягивались пехотные дивизии вермахта. Они сменяли подвижные части, которые, благодаря не закрытому разрыву с 26-й армией, получали возможность сместить направление удара восточнее. 25 июля было намечено произвести смену 16-й мд вермахта 68-й пехотной дивизией. В свою очередь, 16 мд должна была высвободить 16-ю танковую дивизию 48-го (моторизованного) корпуса, задачей которой было перегруппироваться, нанести удар в направлении Умани и перерезать, наконец, пути отхода группы Понеделина. Однако активные действия советских частей сорвали планомерную перегруппировку[7]. В конечном итоге именно 16-я моторизованная дивизия была переброшена на левый фланг корпуса с задачей наступать на Тальное и Новоархангельск, а 16-ю танковую дивизию вывели в резерв, к большой досаде командования 48-го корпуса. 25 июля в полосу 48-го корпуса прибыла также бригада СС «Лейбштандарт». Она заполнила разрыв между 16-й и 11-й танковыми дивизиями и впоследствии пыталась вместе с ними атаковать в направлении Умани. Несмотря на ряд местных успехов, наступление бригады, как и остальных подразделений корпуса, было остановлено, и в течение 25-28 июля фронт севернее Умани оставался в целом стабилен.[источник не указан 88 дней]

Однако в полосе 49-го (горного) корпуса вермахта, осуществлявшего фронтальный нажим на войска 12-й армии, произошли события, имевшие катастрофические последствия. Командование ввело в бой свежую 125-ю пехотную дивизию, которая в кровопролитном бою выбила советские части из город Гайсин. Это были преимущественно соединения 18-го механизированного корпуса 18-й армии, который после этого поражения был расчленен на части, не смог восстановить положение и после боев 26-27 июля фактически перестал существовать как полноценная боевая единица. После занятия Гайсина 125-я дивизия продолжила наступать в направлении Ивангород—Умань, но встретила ожесточенное сопротивление и продвигалась медленно, с трудом отражая контратаки. В бою за Краснополку 28 июля 421-й полк дивизии потерял 115 человек убитыми и 235 ранеными[8]. Более успешным и стремительным оказался удар 1-й горно-егерской дивизии 49-го корпуса, которая воспользовалась успехом 125-й пд в бою за Гайсин. Командование дивизии сформировало группу "Ланг", снабженную автотранспортом, которая за один день 26 июля совершила рывок на 70 километров в юго-восточном направлении, продвинувшись от Гайсина до села Теплик и оказавшись глубоко в тылу советских войск. Вслед за передовой группой "Ланг" вскоре двинулись другие подразделения дивизии, а затем и 4-я горно-егерская дивизия. На протяжении нескольких дней этот прорыв был по сути не замечен советским командованием.[источник не указан 88 дней]

25-27 июля управление советскими войсками в районе Умани оказалось дезорганизовано. В связи с тем, что разрыв фронта с 26-й армией закрыть не удавалось, 6-я и 12-я армия оказались оторваны от основных сил фронта. 25 июля военный совет Юго-Западного фронта выступил с инициативой передать 6-ю и 12-ю армии в состав Южного фронта. Это должно было облегчить снабжение и управление, а также обеспечить более плотную связь армий с правым крылом Южного фронта. Данное предложение было сочтено обоснованным, и с 20-00 25 июля, согласно Директиве Ставки ВГК № 00509, 6-я и 12-я армии передавались в состав Южного фронта и должны были отступить на рубеж ЗвенигородкаТальноеХристиновка. Однако при этом с командования Юго-Западным фронтом не снималась ответственность за судьбу армий, левое крыло 26-й армии должно было ударом на Жашков, Тальное обеспечить связь между двумя фронтами[9]. После отвода 6-й и 12-й армий 18-я армия должна была занять рубеж Христиновка—КодымаРашков, (причем два последних пункта уже были захвачены немцами). Приказ командующего Южным фронтом предписывал вывести из боя 12-ю армию и занять оборону фронтом на север по линии «ст. Звенигородка, Соколовочка, (иск.) ст. Поташ, Зеленков, Павловка», а также подготовить отсечную позицию на восточном берегу реки Синюха. 6-я армия должны была оборонять рубеж «(иск.) Поташ, Добра, Христиновка, Умань». Разграничительной линией слева устанавливались населенные пункты «(иск.) Китай-Город, Ивангород, Краснополье, Ново-Украинка». Также предписывалось вывести из боя в резерв фронта 2-й механизированный корпус и сосредоточить его в районе Новоархангельск, Подвысокое, Тишковка[10]. Командование Южного фронта получило достоверные сведения о состоянии армий только во второй половине дня 27 июля, на протяжении почти трех суток войсками 6-й и 12-й армий фактически никто не руководил[11]. Дело усугублялось тем, что 6-я и 12-я армии в результате передачи в состав Южного фронта оказались лишены авиационной поддержки: прикрывавшие их ранее 44-я и 64-я авиадивизии остались в составе Юго-Западного фронта и с 30 июля даже формально вышли из подчинения Музыченко, переключившись на поддержку 26-й армии. В свою очередь, новых авиасоединений взамен убывших передано не было, а авиация Южного фронта оказывала помощь лишь эпизодически, преимущественно на стыке с 18-й армией[12].

29 июля 1-я горно-егерская дивизия заняла село Ладыжинка (около 20 км на юг от Умани), перерезав шоссе Умань-Одесса. Командир дивизии Ланц предлагал продолжить наступление до Новоархангельска, что позволяло завершить окружение группы Понеделина, но командование 49-го корпуса не решилось на такой шаг. Дивизия остановилась, подтягивая отставшие части и отражая атаки советских войск с юга (18-я армия). 125-я пд 29 июля возобновила наступление и добилась крупного успеха, овладев Ивангород и станцией Христиновка (~20 км северо-западнее Умань). Действовавшая левее 295-я пд поспешно выдвигалась в направлении Христиновки на помощь 125-й дивизии. 4-я горно-егерская дивизия выдвигалась между 125-й пехотной и 1-й горно-егерской дивизиями, ее задачей на 30 июля было продвинуться от Теплика до Россоши и далее на Умань. Советское командование не отреагировало своевременно на захват ст. Христиновка[13].

29 июля наконец начался отвод подразделений 2-го механизированного корпуса с фронта 48-го (моторизованного) корпуса немцев. Командование Южного фронта требовало вывести корпус в резерв еще 25 июля, затем 28 июля повторило приказ, изменив место дислокации. Теперь корпус должен был сосредоточиться не в районе Новоархангельска, а южнее Умани, в районе Островец – Ладыжинка – Краснополье (т.е. там, где 29 июля уже действовали горные егеря). Однако корпус был задействован в отражении немецких атак и медлил с отходом, поскольку измученные подразделения 6-й и 12-й армий, также вовлеченные в бои, не успевали надежно занять новые позиции. Отход корпуса 29 июля нарушил целостность советской обороны севернее Умани. При этом корпус не получил задачи атаковать противника (1-ю горно-егерскую дивизию) южнее Умани и, по сути, бездействовал. Смена дислокации корпуса также позволяла подразделениям 1-й танковой группы немцев беспрепятственно продвигаться в направлении Новоархангельска[14].

29 июля началось новое наступление 48-го корпуса. На этот раз главной целью была не Умань. а Новоархангельск. В этот день 16-я мд 48-го корпуса, действуя на левом фланге, захватила Тальное. 11-я тд также успешно продвигалась, преодолев линию железной дороги между Тальное и Христиновка. Неудачей завершились лишь атаки «Лейбштандарта» на правом фланге корпуса.[источник не указан 88 дней]

Немецкое командование также принимало неудачные решения, одним из них стал поворот 1-й горно-егерской дивизии на юг. Вместо того, чтобы продолжать движение в направлении села Подвысокое (что позволяло по кратчайшему маршруту соединиться с 48-м (мот.) корпусом, двигавшимся к Новоархангельску), дивизия получила задачу наступать на Голованевск. Ее место должна была занять 4-я горно-егерская дивизия, но ее выдвижение запаздывало[15]. Тем самым для группы Понеделина, объединившей войска 6-й и 12-й армий, а также 2-го мк, оставалась возможность избежать окружения.[источник не указан 88 дней]

30 июля пехотные дивизии 49-го (горного) корпуса возобновили наступление на Умань с запада, но не добились крупных успехов. В свою очередь, контратаки советских войск, стремившихся отбросить противника и вернуть, в том числе, станцию Христиновка, также не увенчались успехом. Под прикрытием контратак начался спешный отвод войск 6-й и 12-й армий через Умань на юг и восток.[источник не указан 88 дней]

Командование 12-й армии планировало 30 июля нанести удар в северо-восточном направлени. Подразделения «Лейбштандарта» и 11-й танковой дивизии в ожесточенных боях отбили все атаки ослабленных советских частей, однако не смогли развить наступление и запаздывали с перегруппировкой своих пехотных подразделений. Крупного успеха добилась 16-я моторизованная дивизия, которая обошла основные силы советских войск и в течение 30 июля продвинулась от Тального до Новоархангельска, заняв оборону на 30-ти километровом фронте. Немецкое командование планировало нанести удар дальше на Первоймайск (еще на 70 км южнее), но сильные атаки на позиции 16-й мд, отбитые только полным напряжением всех сил, заставили временно отказаться от этого плана.[источник не указан 88 дней]

В ходе боев 30-31 июля 1-я горно-егерская дивизия захватила Голованевск и отбила все контратаки советских войск. Севернее 4-я горно-егерская дивизия 31 июля захватила село Дубово в 20 км юго-восточнее Умани, отрезав еще один из возможных путей отхода. Таким образом, фронт советских войск был разорван и его восстановление по намеченной советским командованием линии Умань-Голованевск стало невозможным. К вечеру 31 июля командование 17-й армии наконец отказалось от попыток окружить основные силы 18-й армии, 1-я горно-егерская дивизия получила приказ наступать от Голованевска в восточном направлении и завершить окружение группы Понеделина. В это время 125-я дивизия вышла на ближние подступы к Умани и готовилась к штурму города.[источник не указан 88 дней]

Командование Южного фронта 31 июля приказало группе Понеделина очистить от противника район Тальное— Новоархангельск и соединиться с 212-й дивизией 26-й армией у Звенигородки. Однако немецкие войска отбили большинство атак. Более того, подход пехотных дивизий позволил им постепенно освобождать подвижные соединения на северном фасе уже почти сформированного «котла». К вечеру 31 июля 11-я танковая дивизия овладела селами Легедзино и Тальянки (~25 км северо-восточнее Умани). 16-я мд продолжала удерживать линию Тальное-Новоархангельск, хотя и вынуждена была оставить позиции у села Каменечье под ударами 60-й гсд. Постепенно на это направление подтягивались дополнительные силы - полк «Вестланд» дивизии СС «Викинг», а также 9-я танковая дивизия 14-го моторизованного корпуса, которая к вечеру 31 июля достигла Ольшанки (~20 км восточнее Новоархангельска), образовав внешнее кольцо окружения группы Понеделина.[источник не указан 88 дней]

К 1 августа единственный не занятый войсками противника участок будущего «котла» находился на юго-востоке. На юге действовал относительно слабый заслон из двух горно-егерских дивизий. Однако командование Южного фронта, вместо срочного вывода группы Понеделина, не теряло надежды восстановить положение и даже совместным ударом с 26-й армией разгромить прорвавшегося противника, который, по их мнению, двигался к Днепру. Задачей 12-й армии было прорвать кольцо окружения и соединиться с деблокирующими частями. 6-я армия должна была препятствовать сжатию «котла». В итоге армии должны были занять оборону по восточному берегу реки Синюха. С юга должен был нанести удар 17-й стрелковый корпус 18-й армии. Однако в ходе боев 1-го августа его атаки были остановлены у Голованевска, с запада наступали войска 52-го корпуса, а также 8-й венгерский корпус, и командующий 18-й армией принял решение отступать к Первомайску. 1-я горно-егерская дивизия не только отразила наступление 17-го корпуса, но и продвинулась на восток, перерезав шоссе Покотилово-Новосёлка (один из последних возможных путей отхода группы Понеделина в южном направлении). 1 августа 125-я пд, не встретив серьезного сопротивления, овладела городом Умань. Наступление 4-й горно-егерской дивизии на Подвысокое было остановлено войсками 6-й армии, однако действия горных егерей помешали советским войскам нанести удар навстречу 18-й армии.[источник не указан 88 дней]

На фронте Легедзино-Тальное-Свердликово 1 августа немецкие войска с большим трудом отражали удары 12-й армии, но в целом удержали свои позиции. Однако из Новоархангельска части 16-й мд были выбиты ударами 44-й гсд и группы генерала В.В. Владимирова. Для восстановления положения командование 48-го (мот.) корпуса было вынуждено задействовать бригаду «Лейбштандарт». После смены пехотными частями бригада выдвигалась к Новоархангельску с задачей захватить село Терновка (еще на 15 км южнее), что фактически означало полное окружение группы Понеделина. Вместо этого эсэсовцы вступили в бой за Новоархангельск и к вечеру выбили советские войска, однако от дальнейшего продвижения вынуждены были отказаться.[источник не указан 88 дней]

По итогам боев 1-го августа руководство 6-й и 12-й армий пришло к выводу, что прорыв в северо-восточном и восточном направлениях невозможен. В 00-20 2 августа генерал Музыченко запросил у командования Южного фронта разрешение на самостоятельный прорыв в юго-восточном направлении через Терновку—Покотилово, поскольку «промедление истощит армию и приведет к катастрофе». Не дожидаясь ответа он стал стягивать войска армии в район предлагаемого прорыва. Командарм-12 Понеделин, в свою очередь, использовал разрыв в позициях немцев для обхода укрепившихся в Новоархангельске частей «Лейбштандарта». Ударом 211-й воздушно-десантной бригады Терновка была очищена от передовых подразделений противника. Благодаря этому удобному плацдарму через реку Синюха переправились части 10-й дивизии НКВД и 49-й танковой дивизии. Кроме того, в течение 2-3 августа через Терновку удалось выйти части тылов окруженных армий. Однако командование Южного фронта расценило донесение Музыченко как паническое и не санкционировало общий прорыв в этом направлении, повторив приказ прорываться на восток, где в это время уже сосредотачивались основные силы 48-го и 14-го моторизованных корпусов. Все атаки в этом направлении были отбиты, хотя в ряде случаев с большим трудом. Так, один из батальонов 16-й мд за день потерял 61 человека убитыми и 42 ранеными.[источник не указан 88 дней]

4-я горно-егерская дивизия, не сумев прорвать оборону 189-й сд и 21-го кавполка НКВД на реке Ятрань, начала переброску в южном направлении, чтобы укрепить позиции 1-й горно-егерской дивизии на направлении вероятного прорыва. Однако у села Полонистое немцы неожиданно обнаружили неохраняемые мосты. Был быстро захвачен плацдарм и егеря начали продвижение к селам Копеньковатое и Подвысокое, но на подступах к этим пунктам столкнулись с колоннами отступавших советских войск. Начались ожесточенные бои, продолжавшиеся несколько дней.[источник не указан 88 дней]

Тем временем, в течение дня 2 августа 1-я горно-егерская дивизия прорвалась на 15 км на восток от села Троянка до села Корытно на берегу Синюхи. В это время на противоположном берегу появились передовые части 9-й танковой дивизии 14-го (мот.) корпуса, которая продвигалась восточнее частей 48-го корпуса, не подвергаясь атакам группы Понеделина. Таким образом, полное окружение группы было завершено, хотя кольцо еще оставалось неплотным, фактически немцы могли перекрыть только некоторые основные направления. Однако с севера постепенно подходили освободившиеся подразделения 11-й и 16-й танковых дивизий, а на южный фас «котла» подтягивались пехотные дивизии 17-й армии.[источник не указан 88 дней]

Бои в окружении и попытки прорыва[править | править вики-текст]

В окружении восточнее Умани оказались следующие соединения (данные на 30.07-01.08.1941):[источник не указан 89 дней]

12 армия:

  • 8-й стрелковый корпус (72-я и 192-я горнострелковые дивизии)
  • 13-й стрелковый корпус (10-я дивизия НКВД, 99-я сд, 60-я гсд)
  • 24-й механизированный корпус (почти без танков, остатки 45-й и 49-й танковых дивизий, 216-я моторизованная дивизия, 58-я гсд)
  • 44-я гсд (резерв командующего).

6-я армия:

  • 49-й стрелковый корпус (140-я и 190-я сд)
  • 37-й стрелковый корпус (80, 139-я сд)
  • 16-й механизированный корпус (остатки 39-й танковой и 240-й моторизованной дивизий, всего 1 Т-28, 29 Т-26 и БТ, 26 бронемашин; 15-я тд выведена на переформирование, подчинены отряды из 141-й и 173-й сд,)
  • 189-я и 197-я сд, 211-я воздушно-десантная бригада (резерв командующего)
  • 3-я артиллерийская бригада противотанковой обороны

2-й механизированный корпус:

  • 11-я танковая дивизия (1 КВ, 18 Т-34, 15 БТ, 5 Т-26, 43 бронемашины, 22 орудия калибром 76,2 мм и выше)
  • 16-я танковая дивизия (9 БТ, 26 Т-26, 2 огнеметных, 48 бронемашин, 49 орудий калибром 76,2 мм и выше)
  • 15-я моторизованная дивизия (60 БТ, 27 плавающих Т-37, 42 бронемашины, 36 орудий калибром 76,2 мм и выше)
Images.png Внешние изображения
Image-silk.png Окружение под Уманью в начале августа, карта (на немецком)

Площадь малого кольца окружения восточнее Умани первоначально составляла 40 на 40 км[16]. Общая численность окруженных по различным оценкам составляла до 127 тысяч человек[17], из них «активных штыков» около 35-40 тысяч[18].

3 августа 16-я танковая дивизия овладела Первомайском и на следующий день соединилась с венгерскими частями, при этом в окружении оказалась и часть 18-й армии. 11-я танковая дивизия выдвигалась, чтобы сменить 9-ю тд на стыке с 49-м (горным) корпусом. 297-я пехотная дивизия сменяла подразделения 16-й мд, уплотняя внутренний фронт окружения. Советские войска продолжали попытки прорыва, но их атаки ослабевали, начинал остро сказываться недостаток боеприпасов. Еще 2 августа Понеделин докладывал «Снаряды не поступают. Осталось по два-три выстрела». К 3 августа командование Юго-Западного направления, осознав бесперспективность попыток прорыва на восток, отдало приказ об отходе на юг, на соединение с 18-й армией. Но командующий Южным фронтом продолжал требовать от группы Понеделина прорыва в восточном направлении, приказав 4 августа наступать в направлении Новоукраинка (~60 км восточнее Терновки).[источник не указан 88 дней] При этом командование Южного фронта дало совершенно уничижительную характеристику свои подчиненным:

Группа Понеделина продолжает оставаться в прежнем положении, причем совершенно непонятна медлительность в выполнении неоднократного приказа о выводе его частей на р. Синюха... От Понеделина получена радиограмма панического содержания, что организованный выход из боя без уничтожения своей материальной части или без немедленной помощи извне якобы невозможен. Эта оценка положения Понеделиным неверна, и сплошного фронта нет. Имеются промежутки до 10 и более километров. Топтание на месте Понеделина другим иначе объяснено быть не может, как только растерянностью, нераспорядительностью, неэнергичностью.

— Сборник боевых документов Великой Отечественной войны. Вып. 9. С. 172.

4 августа ударом 9-й и 11-й тд, «Лейбштандарта» а также 1-й горно-егерской дивизии, был ликвидирован плацдарм у села Терновка на восточном берегу реки Синюха, где действовала группа генерала Н.И. Прошкина (части 44, 58-й гсд, 45, 49-й тд, 211-й воздушно-десантной бригады, всего 3,4 тысячи активных штыков, 30 орудий, 2-3 боеспособных танка). Группа пыталась атаковать на восток в направлении Тишковка, но потерпела поражение во встречном бою с немецкими танковыми дивизиями, была отброшена к Терновке, прижата к реке и атакована с тыла 1-й горно-егерской дивизией. Результатом стал полный разгром группы, генерал-майор Прошкин (командир 58-й гсд) попал в плен. Разгромлена была и 44-я гсд, к утру 5 августа немцы полностью заняли восточный берег реки Синюха, уничтожив успевшие ранее переправиться советские войска.[источник не указан 88 дней]

В Ставке в это время уже больше думали о создании нового оборонительного рубежа, чем о судьбе окруженных армий, хотя командование Юго-Западного направления еще требовало организовать удар на Умань и Звенигородку. По этому поводу И. В. Сталин сказал генералу Кирпоносу: «Считаю директиву Буденного своевременной и полезной для общего дела. Однако главное — выработка предложений по новой линии обороны»[19].

На 5 августа командованием 6-й и 12-й армий было намечено новое наступление. В этот раз основной удар наносился в южном направлении (хотя 8-му стрелковому корпусу ставилась задача отбить Терновку и подвигаться на юго-восток). Общим направлением указывалось Первомайск, где предполагалось соединиться с 18-й армией, которая еще 3 августа была выбита из города. Командование 49-го (горного) корпуса вермахта, в свою очередь, планировало в этот день концентрическим наступлением сломить сопротивление окруженных войск. Весь день шел ожесточенный встречный бой, обе стороны не добились своих целей, но части 49-го (горного) корпуса полностью удержали свои позиции, продвинулись вперед и даже вышли на ближние подступы к селу Подвысокое, атаковав уже непосредственно штаб группы Понеделина. В отражении атаки приняли участие работники штаба, при этом погиб начальник 1-го отделения оперотдела 6-й армии полковник Б.К. Андреенко.[источник не указан 88 дней]

К 5 августа территория, еще удерживаемая окруженными, составляла всего 10 на 10 км, она полностью простреливалась противником, отсутствовали запасы горючего, боеприпасов и продовольствия. Единственным выходом был немедленный прорыв из окружения и в ночь с 5 на 6 августа была предпринята наиболее решительная попытка. Основной удар наносили подразделения 6-й армии, а также единственное боеспособное соединение 12-й армии, 8-й стрелковый корпус. Были сформированы транспортные колонны, артподготовка не производилась. Достигнув оборонительных позиций противника, бойцы спешивались, прорывали оборону, вновь грузились на машины и продолжали двигаться вперед. Генерал Музыченко с частью штаба двигался на танках в «колонне особого назначения», которая после прорыва первой полосы обороны должна была самостоятельно двигаться на соединение с 18-й армией. Критической ошибкой стала недооценка ширины обороны противника, которую необходимо было преодолеть. По мнению командира 16-го мехкорпуса комдива Соколова она составляла 5-10 км, командование 6-й армии считало, что им противостоит только 4-я горно-егерская дивизия, а севернее Первомайска уже находятся советские войска. Командование Южного фронта не поставило своих подчиненных в известность о том, что город уже давно потерян.[источник не указан 88 дней]

В 4 часа утра 6 августа советские войска обрушились на позиции 1-й и 4-й горно-егерских дивизий. Командование дивизий утратило управление войсками и не смогло остановить прорыв, красноармейцы шли вперед, не считаясь с потерями и раз за разом сминая заслоны на своем пути. Оборона 49-го корпуса была прорвана на всю глубину, под удар попали тыловые подразделения и позиции дальнобойной артиллерии. Захваченные орудия немедленно использовались для поддержки ударных групп. В ходе прорыва советские войска захватили Голованевск и село Емиловка, таким образом, продвинувшись почти на 20 км и выполнив поставленную задачу. Однако вместо частей 18-й армии здесь они столкнулись с дивизиями 52-го армейского корпуса немцев и были в основном остановлены. В ходе движения идущие на прорыв колонны попадали под обстрел, делились на части, застревали на переправах и в бездорожье. С рассветом они оказались под ударами артиллерии и авиации, в результате чего транспортные средства были окончательно уничтожены. Красноармейцы продолжали прорываться в пешем порядке, однако это удалось сделать лишь некоторым мелким группам. Большую роль в срыве попытки прорыва сыграли подразделения ПВО немцев, которые прикрывали тылы и переправы, имели на вооружении мощные огневые средства и имели возможность расстреливать выходящие из окружения колонны.[источник не указан 88 дней]

К полудню 6 августа управление горно-егерскими дивизиями было восстановлено и немецкое командование вновь попыталось завершить разгром окруженной группировки. В результате действий 125-й пд, 97-й легкопехотной, 1-й и 4-й горно-егерских дивизий 49-го (горного) корпуса, а также 24-й и 297-й пд 44-го армейского корпуса, при поддержке «Лейбштандарта», оборона советских частей распалась на изолированные очаги. Однако попытка штурма села Подвысокое была сорвана, село Копенковатое переходило из рук в руки. Основным укрытием для окруженных стали прилегающие лесные массивы, в том числе Зелёная брама, но они не могли спасти от огня тяжелой артиллерии немцев.[источник не указан 88 дней]

В ночь на 7 августа окруженные войска предприняли последнюю централизованную попытку прорыва. Направление удара вновь было изменено. 12-я армия в основном прорывалась от Подвысокого в восточном направлении, к реке Синюха, через позиции 1-й горно-егерской и 297-й пехотной дивизий. Штаб армии был распущен, начштаба генерал Б.И. Арушанян разрешил подчиненным выбираться самостоятельно. 2-й мехкорпус с частью стрелковых соединений (остатки 140-й и 197-й дивизий) сосредотачивался на северной опушке Зеленой Брамы, готовясь нанести удар на северо-восток, чрез позиции 24-й и 125-й пд. Генерал Новосельский также распустил штаб, однако отправил работников в идущие на прорыв стрелковые цепи, и сам поступил так же. В это время остатки ударных групп 6-й армии еще держались в районе Емиловки, готовясь ночью продолжать прорыв, однако «колонна особого назначения» вечером 6 августа была разгромлена, генерал Музыченко и ряд других командиров попали в плен.[источник не указан 88 дней]

Бойцам 12-й армии ночной атакой удалось смять оборону противника и отдельными группами прорваться к реке Синюха, однако там их встретили 11-я танковая дивизия и эсэсовцы «Лейбштандарта», попытка прорыва закончилась полной неудачей. Относительно успешно прорвался лишь отряд 99-й сд под командованием начарта дивизии полковника И. Д. Романова. Танк, на котором прорывался генерал Понеделин, был подбит и он был взят в плен вместе с командиром 13-го стрелкового корпуса Н. К. Кирилловым. Удалось прорваться и выйти к своим начарту 12-й армии генералу Н.В. Гавриленко и начштаба Арушаняну.[источник не указан 88 дней]

Более успешным оказался прорыв в северо-восточном направлении. Несколько групп пробились сквозь боевые порядки 125-й дивизии. В полосе 24-й пд, по мнению командования 44-го корпуса, также состоялся крупный прорыв, для его парирования спешно были возвращены на свои старые позиции по восточному берегу Синюхи 16-я мд, полк СС «Вестланд» и разведбат «Лейбштандарта», тем самым была сорвана их перегруппировка. Однако прорвавшиеся красноармейцы разделились на мелкие группы и выходили из окружения, не ввязываясь в бои. Командир и комиссар 2-го мехкорпуса успешно вышли к своим, но только через несколько месяцев.[источник не указан 88 дней]

Сводная группа из остатка отрядов прорыва 6-й армии, объединившаяся под началом комдива Соколова, в ночь на 7 августа пробилась от Емиловки до Новосёлки, едва не разгромив штаб 466-го полка 257-й пд и уничтожив батарею 155-мм орудий. Группа Соколова была окончательно разгромлена лишь на восточном берегу Синюхи силами 9-й танковой дивизии, сам комдив попал в плен тяжело раненым и вскоре скончался. Однако его начальнику штаба генерал-майору М.К. Ноздрунову с группой бойцов удалось оторваться от преследования и выйти к своим. Удалось прорваться и группе 190-й сд с примкнувшими бойцами других соединений. Вышел из окружения командир 45-й дивизии комбриг М.Д. Соломатин. Хотя в целом попытка прорыва в южном направлении в ночь на 6 августа окончилась неудачей, она показала, что если бы группа Понеделина прорывалась в этом направлении 1-2 августа, до отхода 18-й армии, сдержать такой удар немцы бы не смогли.[источник не указан 88 дней]

Днем 7 августа, приведя в порядок свои части после ночного боя, немцы начали новое наступление. На этот раз, наученное горьким опытом предшествующих дней, командование 49-го корпуса не ставило своим подчиненным решительных задач. Однако сопротивление оказалось неожиданно слабым, большие массы красноармейцев начали сдаваться в плен. Сказалась как деморализация от общей безнадежности ситуации, так и уход в прорыв большей части командования и наиболее решительно настроенных бойцов. В течение 7 августа были окончательно очищены села Подвысокое и Копенковатое, началось прочесывание лесных массивов. Последняя организованная группа собралась вокруг командира 49-го стрелкового корпуса С.Я. Огурцова, однако тот не смог поставить подчиненным никаких задач, группа распалась, а сам он попал в плен 9 августа. Отдельные группы красноармейцев продолжали сопротивление и попытки пробраться из окружения вплоть до 13-15 августа.[источник не указан 88 дней]

Последствия[править | править вики-текст]

В результате ошибок командования (в первую очередь, Южного фронта), были окружены 6-я и 12-я армии, а также 2-й мк. Советские войска не смогли ни восстановить связь с 26-й армией Юго-Западного фронта, ни своевременно выйти из окружения на соединение с 18-й армией. Однако их длительная и упорная борьба в условиях обхода и окружения надолго сковала силы 1-й танковой группы и 17-й армии, не позволив реализовать планы по окружению остальных сил Южного фронта. Борьба на пространстве от Бердичева и Новоархангельска (220 км) продолжалась месяц, это облегчило оборону Киева и позволило эвакуировать промышленность Криворожья.[источник не указан 88 дней]

Потери[править | править вики-текст]

Вопрос о потерях является дискуссионным. Известно, что по состоянию на 20 июля 6-я и 12-я армии насчитывали около 129,5 тыс. человек, а 2-й мк — 28,4 тысячи (всего 157,9 тысяч). Количество вышедших из окружения в полосах обороны Южного и Юго-Западного фронтов по данным комбрига Н.П. Иванова (бывшего начальника штаба 6-й армии, который прорвался из окружения и вел учет 11-15 августа) составило всего 5 тыс. бойцов и командиров. Командующий Южным фронтом Тюленев, пытаясь преуменьшить масштаб поражения, первоначально в ходе переговоров со Ставкой оценил число вышедших из окружения как 10-15 тысяч человек и 2 тысячи автомашин. Однако после запроса точных данных (которых, как оказалось, не было) число вышедших в полосе Южного фронта было определено как 10 961 человек, 1015 автомашин и два орудия. При этом количество избежавших окружения было искусственным образом завышено (в их число включили всех задержанных заградотрядами, численность батальонов связи указана в два раза больше штатной и т.п.). Также около 3 тыс. человек из состава 190-й сд еще 24 июля оказались вне кольца окружения. На Южном фронте из тылов 11-й танковой дивизии был сформирован отряд в 1000 человек, а из тылов 6-й и 12-й армий - батальон. Кроме того, было вывезено 3620 раненых. Однако данные от начала августа не полны — окруженные продолжали выходить к своим на протяжении всего августа и начала сентября, некоторые ушли в партизаны. По оценке О. И. Нуждина, общее число избежавших окружения и в конечном итоге вырвавшихся из него можно оценить в 15 тысяч человек.[источник не указан 88 дней]

Согласно немецкой статистике, к 8 августа были взяты в плен 52,8 тыс. человек частями 17-й армии и 45,5 тыс. человек частями 1-й танковой группы (всего 98 307), однако в итоговом отчете 49-го (горного) корпуса 17-й армии указано число пленных 64 911 человек, что в сумме с данными по 1-й танковой группе дает 110 418. Также было обнаружено 18,5 тысяч погибших бойцов и командиров Красной армии. Таким образом, большая часть военнослужащих 6,12-й армий и 2-го мк, принявших участие в сражении под Уманью, погибли либо попали в плен.[источник не указан 88 дней]

В плен попали:[источник не указан 89 дней]

Командующие армиями

Командующие корпусами

  • командир 49-го стрелкового корпуса генерал-майор С. Я. Огурцов (и его предшественник генерал-майор И. А. Корнилов)
  • командир 13-го стрелкового корпуса генерал-майор Н. К. Кириллов
  • командир 8-го стрелкового корпуса генерал-майор М. Г. Снегов
  • командир 16-го механизированного корпуса комдив А. Д. Соколов (тяжело ранен, скончался 12 августа)

Командующие дивизиями

Прочие (неполный список)

  • начальник штаба 192-й горно-стрелковой дивизии, подполковник В. И. Свечников
  • командир 15-го отдельного зенитного артиллерийского дивизиона 15 танковой дивизии, майор А. Т. Морозов (плен с 18.8.41 по 3.5.45)

Погибли:[источник не указан 89 дней]

Командующие корпусами

  • командир 24-го механизированного корпуса генерал-майор В. И. Чистяков
  • командир 37-го стрелкового корпуса комбриг С. П. Зыбин

Командующие дивизиями

  • командир 8-й танковой дивизии (на момент гибели - командир «группы Фотченкова») полковник П. С. Фотченков
  • командир 49-й танковой дивизии полковник К. Ф. Швецов
  • командир 16-й танковой дивизии полковник М. И. Мындро
  • командир 15-й моторизованной дивизии генерал-майор Н. Н. Белов
  • командир 216-й моторизованной дивизии полковник А. С. Саркисян
  • командир 173-й стрелковой дивизии генерал-майор С. В. Верзин
  • командир 197-й стрелковой дивизии полковник С. Д. Губин
  • командир 60-й горнострелковой дивизии полковник Б. А. Сорокин

Из командиров корпусов вышел из окружения лишь генерал-лейтенант Ю. В. Новосельский (2-й мк).[источник не указан 89 дней]

Из командиров дивизий вышли из окружения: полковник Г. И. Кузьмин (11-я тд), полковник Н. В. Старков (39-я тд), генерал-майор М. Д. Соломатин (45-я тд), полковник И. В. Горбенко (240-я мд, попал в плен, но вскоре бежал), полковник П. П. Опякин (99-я сд, попал в плен, но вскоре бежал),[источник не указан 88 дней], полковник А. Г. Басанец (140-я сд, ушел в партизаны, перешел линию фронта в январе 1943 г.[20]) полковник Г. А. Зверев (190-я сд, попал в плен, но выдал себя за украинца, был отпущен и уже 6 сентября перешёл линию фронта), генерал-майор П. Ф. Привалов (192-я гсд), полковник И. С. Могилянцев (10-я сд НКВД, в ходе прорыва был ранен, укрыт местными жителями, после выздоровления перешел линию фронта). Кроме того, вышли из окружения полковник Д. И. Турбин (3-я бригада ПТО), полковник В. А. Глазков (211-я воздушно-десантная бригада).[источник не указан 88 дней]

Советских военнопленных поместили в созданный на территории карьера около города Умань концлагерь, неофициально названный «уманская яма» (на фото). В нём из-за плохих условий содержания многие погибли. В местах боёв и в лагере немцы и пособники расстреливали военнопленных евреев, комиссаров, «политбойцов», раненых и ослабевших[21].

«Уманская яма»
«Уманская яма»

Примечания[править | править вики-текст]

Литература[править | править вики-текст]

на русском языке
на других языках

Ссылки[править | править вики-текст]

Документы[править | править вики-текст]

См. также[править | править вики-текст]