Суслова, Евгения Валерьевна

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Евгения Суслова
Дата рождения:

22 января 1986(1986-01-22) (32 года)

Место рождения:

Нижний Новгород, СССР

Гражданство:

Flag of Russia.svg Россия

Род деятельности:

поэт

Язык произведений:

русский

Евге́ния Вале́рьевна Су́слова (род. 22 января 1986, Нижний Новгород) — российский поэт, переводчик, филолог, литературный критик.

Творческая биография[править | править код]

Стихи и рецензии публиковались в альманахе «Транслит», журналах «Воздух», «TextOnly», «Новое литературное обозрение», «Новый берег», «Урал» и др. Участвовала в поэтических фестивалях «М-8» (Вологда, 2007), «Дебют-Саратов» (Саратов, 2007), «Стрелка» (Нижний Новгород, 2007), «ГолосА» (Чебоксары, 2009) и др. Участник рабочей группы Центра лингвистических исследований мировой поэзии[1] (Институт языкознания РАН), участник проектной группы «Нижегородская волна». Кандидат филологических наук (диссертация по теме «Рефлексивность в языке современной русской поэзии (субъективация и тавтологизация)», 2013). Соучредитель издательства «Красная ласточка» (Нижний Новгород).

Автор поэтических книг «Свод масштаба» (2013) и «Животное» (2016).

Награды и признание[править | править код]

Отзывы[править | править код]

« Наиболее заметная особенность стихотворений Сусловой — это странное сочетание герметичности, ораторского пафоса и постоянно возвращающегося мотива всеобщей травмированности (или болезненности) мироздания. Герметичность вызвана тем, что ни одно событие в её стихах не названо по имени, обо всем говорится уклончиво, с помощью многоступенчатых метафор. Однако при чтении становится понятно, что этих неназванных событий много и что с каждым из них героиня связана телесно. Более того, любое событие для того, кто говорит, может стать новым органом чувств.[5]
»
« Тексты Сусловой действительно «обводят закон», совершая «рыв мира». В каждом тексте последовательно разлагаются, расчленяются время, пространство, субъект, телесное, чувственное, словесное, в стихотворениях очень много крови, ран, насильственных телесных повреждений. Оргиастическое, экстатическое, неизменно присутствующие в каждом тексте, рождают ощущение творящегося на глазах читателя ритуала — жертвоприношения, но не совсем искупительного и понятого скорее вербально. Западноевропейская логика дает сбой, наталкиваясь на мощные пласты индуистской традиции. Речь также и не совсем об умирающем/воскресающем боге растительности (хотя образы зимней, высохшей природы из «Зимы с прощанием» вполне соотносятся с этой парадигмой). Весь ритуал организуется через мотив «вращения» (переворачивания, трансформации). Жертва, понятая здесь как сакральный, огненосный гироскоп, разрушающий и расчленяющий все и вся, встраивается при этом в своеобразный созидательный проект, начинает мерцать в пред-воссозданности.[6]
»
« Здесь читается так, что акцент с собственно-языкового смещается на выявление среды и проявление окружающих горизонтов. В этом случае невозможно говорить детально о том, что происходит в отдельных частях книги, в циклах и последовательностях стихотворений, как и невозможно искать в интонационных различиях сверхспособности этой речи, которая стремится стать не речью, но широтой. Многоголосья этих пространств, различных даже на уровне звуковом и композиционном, и что важнее — на уровне когнитивной организации отдельно взятых — помещают книгу в поле, свободное от репрессий чтения, времени, потому как те области, выразить которые подобные поэтические траектории позволяют, работают в меньшей степени с привычными именами «чтения» и «времени».[7]
»
« Дебютная книга молодого нижегородского поэта; сложность и новизна (доверчивость и воинственная стремительность) языка здесь неизбежны, потому что стихи написаны целиком «на стороне поэзии» (то есть изначально, видимо, — на стороне откуда-то пришедшей, составляющей сердцевину дарования, правды): многоуровневая самоотверженность и полная серьёзность при встрече с собой и всем вокруг здесь таковы, что «суммарный жест» получается очень чистым и каким-то необъятным — как будто один, без начала и конца, горячий ветер продувает все — очень прочные, составленные из строф-сгустков мысли и чувства — стихотворения. Это книга образцово «молодая», написанная с непритворной, не «головной», творческой тревогой и верой в возможность настоящего обновления, настоящей отмены прежних-мнимых границ. Именно в эту книгу, за последние годы одну из самых бескомпромиссных по сложности, хорошо бы заглянуть вообще всем, кто читает стихи.[8]
»

Книги[править | править код]

  • Свод масштаба. — [СПб.]: Транслит; Свобмарксизд, [2013]. — 67 с. — (Kraft).
  • Животное. — Нижний Новгород: Красная ласточка, 2016. — 144 с. — (Языковая драматургия).

Примечания[править | править код]

  1. Участники (рус.). Центр лингвистических исследований мировой поэзии. Проверено 31 октября 2015.
  2. Антон Нечаев. Новости. Лонг-лист премии ЛитератуРРентген 2007 (рус.). Фонд им. В. П. Астафьева (19.10.2007). Проверено 31 октября 2015.
  3. Короткий список 2014 года (рус.). Сайт поэтической премии Различие. Проверено 31 октября 2015.
  4. Короткий список премии Андрея Белого 2014 года (рус.). Сайт премии Андрея Белого. Проверено 31 октября 2015.
  5. Обратите внимание: Евгения Суслова, Екатерина Симонова. Илья Кукулин о Евгении Сусловой (рус.). Архив OpenSpace.ru на сайте Colta.ru (28.09.2011). Проверено 31 октября 2015.
  6. Иван Соколов. «Рыв мира» через «рубь меня». Рецензия на книгу: Суслова Е. Свод масштаба. — СПб.: Альманах «Транслит»; Свободное марксистское издательство, 2013. — 67 с. (Серия Kraft) (рус.). Новое литературное обозрение. 2013. № 6 (124). Проверено 31 октября 2015.
  7. Никита Сафонов. Из предисловия в книге «Свод масштаба» (рус.). Транслит. Литературно-критический альманах. Проверено 31 октября 2015.
  8. Василий Бородин. Хроника поэтического книгоиздания в аннотациях и цитатах. Август — декабрь 2013 (рус.). Воздух. 2014. №1. Проверено 31 октября 2015.

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]