Тайна исповеди

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Та́йна и́споведи — самостоятельный вид охраняемых законом тайн, одна из гарантий свободы вероисповедания. Исповедью в христианстве принято называть покаяние в грехах перед священником как представителем Бога.[1] (недоступная ссылка с 28-02-2017 [1122 дня])

История становления тайны исповеди[править | править код]

В первые века становления христианства исповедь представляла собой не тайную, а публичную процедуру, что подразумевало обличение грехов не только перед священником, но перед всеми членами общины, составляющими в совокупности Тело Христово — Церковь. Открытость процедуры исповеди повлекла снижение числа обращающихся в церковь за покаянием. Ввиду падения интереса прихожан к исповеди, Церкви приняли решение утвердить тайный формат исповеди. Пересмотр характера исповеди требовал установления особого доверительного отношения между священнослужителями и паствой, что диктовало проявление уважения к сакральному смыслу процедуры исповеди со стороны государства[2].

Внешний регламент: тайна исповеди и российское законодательство[править | править код]

Доверительность отношений между священнослужителем и верующей личности на покаянии диктует необходимость юридического сопровождения конфиденциального формата, как неотъемлемой характеристики Таинства. Гарантированное право на сохранение тайны исповеди влечет за собой обязательства неразглашения полученных в ходе доверительной и строго конфиденциальной беседы информации[3].

Юридическое закрепление принципа сохранения тайны исповеди отражено в следующих правовых источниках:

  • Федеральный закон от 26 сентября 1997 г. N 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях»: пункт 7 ст. 3 постулирует законодательное сопровождение охраны тайны исповеди и ограничение к привлечению к уголовной ответственности священнослужителей за отказ от дачи показаний по сведениям, полученным в рамках Таинства Исповеди («Тайна исповеди охраняется законом. Священнослужитель не может быть привлечен к ответственности за отказ от дачи показаний по обстоятельствам, которые стали известны ему из исповеди»[4]);
  • Уголовно-процессуальный кодекс РФ: пункт 4 ч. 3 ст. 56 включает священнослужителя в список лиц, не подлежащих допросу в качестве свидетелей по обстоятельствам, известным в ходе исповеди («Не подлежат допросу в качестве свидетелей: 4) священнослужитель — об обстоятельствах, ставших ему известными из исповеди»[5]);
  • Гражданско-процессуальный кодекс РФ: пункт 3 ч. 3 ст. 69 («Не подлежат допросу в качестве свидетелей: 3) священнослужители религиозных организаций, прошедших государственную регистрацию, — об обстоятельствах, которые стали им известны из исповеди»[6]).

Внутренний регламент: Канонические предписания Христианской Церкви[править | править код]

Регламент функционирования самих религиозных объединений, в частности, внутренние установления и канонические нормы права, в отдельных своих постулатах выступают дополнительным гарантом сохранения тайны исповеди. Внутренний регламент обязывает священнослужителей избегать намеренных и непреднамеренных действий, злоупотребляющих доверием прихожан, ввиду несовместимости с предписанным духовным статусом[3].

Православная Церковь[править | править код]

Гарантия таины исповеди закреплена следующими внутренними документами:

  • Номоканон, издание 1639 г.: ст.120 запрещает православному священнику разглашать сведения, полученные в ходе исповеди, вне зависимости от обстоятельств; санкционной мерой в данном случае служит отстранение от служения на 3 года с обязательным ежедневным поклонением («Духовныи отец, аще кому грех исповесть исповедавшагося. имать епитемию, три лета да есть празден, токмо да причащается в месяц единою, и да творит на всяк день поклонов сто. гражданскии же закон глаголет. ископати язык сзади сицевому»[7]);
  • Основы социальной политики Русской Православной Церкви: раздел X.2 определяет содействие правоохранительным органам как недостаточное основание для нарушения тайны исповеди («Даже в целях помощи правоохранительным органам священнослужитель не может нарушать тайну исповеди или иную охраняемую законом тайну (например, тайну усыновления). В своем душепопечении о заблудших и осужденных пастыри, через покаяние узнав сокрытое от следствия и правосудия, руководствуются тайной исповеди»[8]).

Католическая церковь[править | править код]

Кабинка для исповеди. Собор Св. Павла, Ватикан

Гарантия Таинства Исповеди закреплена следующими внутренними документами:

  • Кодекс канонического права 1983 года, действительный только для Католической церкви латинского обряда:
    • Канон 983 закрепляет нерушимость тайны исповеди и предписывают соблюдать тайну как священнику, так и переводчику, в случае его наличия («Тайна исповеди нерушима; поэтому духовнику строжайшим образом запрещается выдавать кающегося словами или каким-либо иным способом и по какой бы то ни было причине…»[9]);
    • Канон 984 запрещает использование полученных в рамках исповеди сведений как для священнослужителей, так и для лиц, облеченных властью («Духовнику категорически запрещается пользоваться полученными на исповеди сведениями…»[9]).

Нарушения принципа тайны исповеди[править | править код]

Правило соблюдения тайны исповеди вплоть до эпохи Петра I. В рамках реализации Церковной реформы, направленной на изменение системы управления Православной Российской Церковью с целью подчинения Церкви государству, роль Церкви ограничивалась нравственным воспитанием паствы. Документальное оформление новых правил и положений, определяющих положение Православной Церкви, содержалось в Духовном Регламенте, изданном в 1721 году исполнительным сподвижником Петра Феофаном Прокоповичем[2].

Духовный Регламент Петра I, 1721 год

Идеологической основой нового свода правил стала концепция протестантского понимания о верховенстве светской власти в духовной сфере, получившая широкое распространение в Западной Европе. В соответствии с новыми требованиями, священнослужители привлекались к обязательному содействию государству в полицейском надзоре за населением. Несмотря на закрепление принципа тайны исповеди, Духовный Регламент оговаривал допущения: в частности, информация, полученная в ходе исповеди, подлежала разглашению, в случае, если сведения касались потенциального совершения государственного преступления — намерение совершить измену государю, бунт или покушение на честь и здравие Государя и его семьи[3]. Данные сведения подлежали передаче в соответствующие органы — Тайную канцелярию и Преображенский приказ. Согласно Полному православному богословскому энциклопедическому словарю начала XX в. «ныне все сказанное на исповеди сохраняется в тайне, за исключением таких случаев, когда сокрытие грозит опасностью монарху, императорскому дому или государству»[10]. Помимо преступления против государства, к допущениям из соблюдения тайны исповеди относились признания о намеренном введении общественности в заблуждение путём компиляции или подтасовки фактов: священники должны были доносить на тех, кто «вымыслив… или притворно учинив, разгласит ложное чудо, которое от простаго, и малоразсуднаго народа приемлется за истину», дабы «такая лжа была пресечена»[2].

Несмотря на оговорку об обязательности разглашения конфиденциальных сведений в исключительном случае, если исповедующийся не проявлял раскаяния и, вопреки убеждениям священнослужителя, продолжал придерживаться идеи совершения злодеяния, данное нововведение было резко воспринято как общественностью, так и духовенством. Вопреки ожиданиям власти, доносы на паству не приобрели характер массового явления[2].

Тайна исповеди сегодня: внутренние допущения конфессии[править | править код]

Православная церковь[править | править код]

Проблема соблюдения принципа тайны истины становится всё более актуальной в условиях роста уровня совершения преступлений тяжкого и особо тяжкого характера против личности и общественной безопасности. Противоречие между моральным долгом священнослужителя в рамках предотвращения совершения готовящегося злодеяния или содействие правосудию по делу раскрытия уже совершенного преступления с действующим законодательством не подлежит урегулированию путём налагания юридической ответственности. В связи с этим, данный внутренний конфликт регламентируется внутренними каноническими установлениями и этическими нормами религиозных институтов.[3].

Таким образом, в Основах социальной концепции Русской Православной Церкви закреплены подробные комментарии относительно надлежащей модели поведения священнослужителя в подобных ситуациях. С одной стороны, документ подчеркивает недопустимость разглашения конфиденциальных сведений, полученных в ходе свершения таинства исповеди, вне зависимости от обстоятельств: Раздел IX предписывает, что «Даже в целях помощи правоохранительным органам священнослужитель не может нарушать тайну исповеди»[8]. С другой стороны, регламент оговаривает допущения — в частности, сведения о готовящемся преступлении против человечества путём совершения террористического акта или исполнения преступного приказа в ходе военных действий. В соответствии с разделом IX, регламент предписывает наставления кающегося с возможностью обращения к епархиальному архиерию в случае невозможности повлиять на намерения исповедующегося: «должен призвать исповедуемого к истинному покаянию, то есть к отречению от злого намерения. Если этот призыв не возымеет действия, пастырь может, заботясь о сохранности тайны имени исповедовавшегося и других обстоятельств, способных открыть его личность, — предупредить тех, чьей жизни угрожает опасность. В трудных случаях священнослужителю надлежит обращаться к епархиальному архиерею»[8].

Католическая церковь[править | править код]

По закону католической Церкви "Духовник, прямо нарушающий тайну исповеди, подлежит отлучению по заранее вынесенному судебному решению, сохраняемому за Апостольским Престолом; если же он нарушает её лишь косвенно, то его следует наказать в зависимости от тяжести преступления." Канон 1388

Критика тайны исповеди[править | править код]

В связи с актуализацией дискуссий вокруг допущений к разглашению сведений, полученных католическим духовенством в ходе исповеди, о фактах совершения сексуального насилия над детьми католическими священниками, в 2012 году, австралийский сенатор Ник Ксенофон дал публичный комментарий, в котором назвал соблюдение тайны исповеди «средневековым законом, который нужно менять».

Заявление поддержал бывший викарный епископ Сиднейской епархии Джеффри Робинсон, подвергнув жёсткой критике позицию священноначалия Католической Церкви и подчеркнул, что допускает «совершение большего добра» путём сообщения о преступлении в компетентные органы.

Отец Боб Магуайр, также не согласный с официальной позицией Римско-католической церкви, в свою очередь подержал возможность допущения разглашения сведений о совершении преступления сексуального характера.[11]

Примечания[править | править код]

Литература[править | править код]

  • Nolan R. S. Law of the Seal of Confession // Catholic Encyclopedia, 1913
  • Sekretariat der Deutschen Bischofskonferenz (Hrsg.): Zeugenaussage, Zeugnisverweigerungsrecht und Schweigepflicht. Ein juristischer Leitfaden für Seelsorger zum Schutz des Beicht- und Seelsorgegeheimnisses (= Sekretariat der Deutschen Bischofskonferenz. Arbeitshilfen 222). Sekretariat der Deutschen Bischofskonferenz, Bonn 2008 (PDF; 150 kB).
  • Walter Fischedick: Die Zeugnisverweigerungsrechte von Geistlichen und kirchlichen Mitarbeitern (= Schriften zum Staatskirchenrecht. Bd. 30). Lang, Frankfurt am Main u. a. 2006, ISBN 3-631-54053-1 (Zugleich: Frankfurt am Main, Universität, Dissertation, 2004/2005).
  • Nikolaus Knopp: Der katholische Seelsorger als Zeuge vor Gericht. Eine kirchenrechtlich-pastoralistische Abhandlung. Manz, Regensburg 1849.