Самиздат

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
(перенаправлено с «Тамиздат»)
Перейти к навигации Перейти к поиску
Типичный машинописный самиздат и плёнки с фотокопиями рукописей (для передачи на Запад с целью их публикации за рубежом) на выставке в Москве (2017)

Самизда́т — способы неофициального и потому неподцензурного производства и распространения литературных произведений, религиозных и публицистических текстов в СССР. Наряду с применением «эзопова языка» и разнообразных иносказательных, междустрочных, относительно легальных форм выражения своей мысли в подцензурной публицистике,[1] самиздат являлся одной из нелегальных форм противодействия цензуре в СССР.

Копии текстов изготавливались автором или читателями без ведома и разрешения официальных органов власти, как правило машинописным, фотографическим или рукописным способами. Советские граждане шли на разные ухищрения, изготавливали самодельные машинки и печатные станки, собранные из похищенных, найденных или кустарно изготовленных деталей[2]. По мере развития техники стали использоваться ксерокопировальные аппараты ранних образцов, магнитофоны и другие устройства, а в годы перестройки — также ЭВМ. Полёт технической мысли советской интеллигенции в сфере распространения своих идей и поиска единомышленников находил своё выражение в самых причудливых формах.[⇨] Накануне краха советского строя, в 1989 году, к моменту своей частичной легализации и ослабевания репрессий самиздат представлял собой целые альтернативные СМИ, функционировавшие параллельно официальной пропаганде, только по данным ИАС было зарегистрировано 323 периодических самиздатских издания: 149 либерально-демократических, 54 марксистских, 33 молодёжных, 39 национальных, 4 пацифистских, 36 христианских, 4 экуменических, 2 кришнаитских и 1 толстовское издание[3].

Предшественники самиздата[править | править код]

Хотя само слово «самиздат» появилось лишь в середине XX века, с древнейших времен запрещённые произведения передавались друг другу рукописным способом. В XVIII веке именно так по России распространялись сатиры А. П. Сумарокова.

В первой половине XIX века, когда Россия буквально кишела тайными обществами, — воззвания будущих декабристов, а позже — и «народников». На следующий же день после смерти А. С. Пушкина, настигшей его 28 января (9 февраля) 1837 года, весь Петербург (а вслед за ним и Москва) читал ходившие по рукам многократно переписываемые строчки стихотворения М. Ю. Лермонтова «Смерть поэта». В то время это называлось «хождением в списках»: слово «список» обозначало рукописную копию. Так, «в списках», ходила комедия А. С. Грибоедова «Горе от ума», запрещённая цензурой на долгое время. Лишь после смерти автора (1829), в 1831 году была разрешена постановка полного текста комедии, без купюр, сначала в Петербурге, потом в Москве (вне столиц пьеса официально была запрещена до 6 июля 1863 года; первая публикация комедии без искажений появилась в Москве только в 1875 году[4]).

Во второй половине XIX столетия всю Россию наводнили листочки с едкими поэмами вологодского опального священника Василия Сиротина (более всего известного как автора песни «Улица, улица, ты, брат, пьяна»). Также в рукописных «изданиях» ходили произведения Н. А. Некрасова, И. С. Баркова (по причине их непристойности), а также непристойные тексты, приписываемые Баркову, но не имеющие к нему отношения.

Терминология[править | править код]

Название «самиздат» появилось в народе как естественная пародия на названия советских государственных издательских организаций вроде «Госкомиздат», «Политиздат» и т. п. Вероятно, первым близкое по смыслу и форме слово «самсебяиздат» употребил поэт Николай Глазков, уже в 1940‑е годы ставивший это слово на изготовленных им раскрашенных и переплетённых машинописных сборниках своих стихов[5].

Согласно Александру Даниэлю, самиздат — это специфический способ бытования общественно значимых неподцензурных текстов, состоящий в том, что их тиражирование происходит вне авторского контроля, в процессе их распространения в читательской среде[6]. Владимир Буковский в автобиографическом романе «И возвращается ветер…»[7] дал следующее определение «самиздату»: «Самиздат: сам сочиняю, сам редактирую, сам цензурирую, сам издаю, сам распространяю, сам и отсиживаю за него».

Слово «тамиздат» часто встречалось рядом со словом «самиздат»; иногда как противопоставление. «Тамиздатом» назывались запрещённые книги и журналы, изданные «там», то есть за рубежом[8]. В качестве примера можно привести :

Эти книги также копировались или переснимались, и «незаконно» распространялись.

Термины «самиздат» и «тамиздат» стали интернациональными[9][10], как и некоторые другие слова, пришедшие из СССР, например, «спутник», «КГБ», «перестройка», «гласность». В 1970‑х годах самиздат был столь широко распространён, что про него даже был сочинён анекдот: «Бабушка для внука перепечатывает на машинке „Войну и мир“ — внук ничего, кроме самиздата, не читает»[11].

Евгений Попов пытался, наряду с «сам-» и «тамиздатом», говорить о «здесьиздате» — неофициально и нелегально опубликовал в СССР альманах «Метрополь»[12].

Неофициальное распространение магнитофонных записей получило название «магнитиздат»[13] или «магиздат»[14].

Примеры самиздата[править | править код]

Одним из первых образцов советского самиздата был знаменитый доклад Н. С. Хрущёва «О культе личности Сталина». Доклад этот был закрытым и в официальной советской прессе в полном объёме опубликован только после начала перестройки, однако по стране ходило достаточно большое количество машинописных копий[15]. Другим ранним примером «самиздата» считается приключенческий роман Роберта Штильмарка «Наследник из Калькутты» (двусторонняя ксерокопия с единственного издания 1958‑го года).

В виде самиздатовских копий — «списков» — впервые получили хождение:


Книги, собранные из журнальных публикаций[править | править код]

Также самиздатом в 1970—1980‑х годах назывались самодельные книги, собранные из светокопий страниц журналов популярной литературы (из‑за малых тиражей не попадавших на прилавок), как то:

  • «Сильнее денег»,
  • «Свидетелей не будет»,
  • «Западня»,
  • «Сувенир из „Клуба мушкетёров“»,
  • «Весь мир в кармане»,
  • «Мёртвые молчат»,
  • «Двойная сдача»,
  • «Венок из лотоса»,
  • «Каменные джунгли».

Данный «самиздат» мог преследоваться не за содержание, а за «расхищение социалистической собственности», то есть бумаги, ресурса светокопира (были все только в госсобственности), материала переплёта (отсутствовал в свободной продаже).

Магнитофонные записи[править | править код]

«Самиздатом» распространялись магнитофонные записи (так называемые магнитоальбомы):

  • «Не губите молодость, ребятушки…»;
  • «Попрошу я Вас, маэстро, что-нибудь сыграть…»;
  • «А на дворе — чудесная погода…»;
и другие.

Самиздатовская периодика[править | править код]

Неполитический самиздат[править | править код]

Возникновение советского самиздата послесталинской эпохи было в значительной степени связано с художественной литературой, запрещённой в СССР не по диссидентским, а по эстетическим или мировоззренческим причинам. Так, Лилианна Лунгина вспоминает:

Поскольку книги величайших русских поэтов двадцатого столетия не переиздавались и их имена были вычеркнуты из истории культуры, Леонид Ефимович Пинский взял на себя инициативу разыскать старые книжки или заграничные факсимильные переиздания, чтобы сделать копии. Стихи Цветаевой, Мандельштама, Гумилёва, Ходасевича перепечатывали на машинке в четырёх экземплярах, а то и переписывали от руки, переплетали в маленькие брошюрки и их передавали друг другу. Многие из наших друзей последовали этому примеру[17].

По мнению искусствоведа Екатерины Дёготь, у бытования в СССР неполитического самиздата имелось и эстетически-культурологическое измерение:

Феномен книг, напечатанных на машинке в нескольких экземплярах, возник в СССР после Второй мировой войны, на волне распада тотальности и стихийной реставрации частного. Характерно, что самиздат не видел разницы между новыми текстами и переводами запрещённых авторов: перепечатывание было не механическим процессом, но родом личной апроприации, продиктованной неудовлетворённостью и страданием. Затем произошло очищение техники от этого ноюще личного характера — начали выходить самиздатовские журналы… После этого уже можно было осознать плохую «четвёртую копию» эстетически — как форму критики текста[18].

В дальнейшем наряду с откровенно диссидентскими трудами в самиздате распространялись и политически безобидные, но по тем или иным причинам не вошедшие в официальную «обойму» произведения, например переводы книг Туве Янссон и Джона Рональда Руэла Толкина[19].

В самиздате распространялись также:

Копировались и перекопировались топографические карты, переснимались порнографические материалы, модельные лекала и выкройки из западных журналов (например, «Плейбой», «Бурда-моден») и прочее.

Были достаточно широко известны также самиздатные материалы и труды (например, В. Г. Ажажи, Феликса Зигеля) по неприветствовавшейся и засекреченной тогда в СССР теме НЛО и уфологии.

Особняком в самиздате стоит фанфик — цикл романов, написанный неизвестными авторами по мотивам романов об Анжелике А. и С. Голон. Известно два произведения этого цикла (машинопись):

    • «Берберийская рабыня» (книга 4);
    • «Корона Плесси-Бельер» (книга 6).

Особая тема — рок-самиздат:[20] самодельные машинописные журналы «Рокси», «Ухо», «Зеркало» и другие, рассказывавшие об отечественной и зарубежной рок-музыке.

Бытовал мелкий коммерческий самиздат по продаже (особенно в поездах, электричках, на рынках) тех же рецептов, выкроек; а также календариков − например, с фотопортретами В. Высоцкого; опального Сталина, Брюса Ли; эротики, животных.

Технологии[править | править код]

Самодельный магнитофон на базе узлов м/ф «Тембр» (МАГ-59М), принадлежавший М. В. Крыжановскому

Изначально самиздат возник как дешёвая и доступная альтернатива массовой типографской печати и распространялся в рукописном варианте и в виде машинописных копий. Для ускорения процесса размножения использовалась копировальная бумага. При переписке вручную (шариковой ручкой) на газетной бумаге (50 г/м²) отчётливо получалось три копии, при использовании пишущей машинки — пять. На папиросной бумаге копий получалось больше, но ввиду её полупрозрачности можно было использовать только одну сторону листа.

В 1970‑х годах для размножения самиздата работники крупных советских институтов стали использовать принтеры (это были первые алфавитно-цифровые печатающие устройства (АЦПУ) больших вычислительных машин) и плоттеры, а также бумагу больших форматов. Для размножения машинописного самиздата в тех же институтах стало использоваться ксерокопирование. Одной из мер борьбы с подобным явлением со стороны властей и начальства являлся строгий учёт и контроль использования спецтехники со стороны так называемого «Первого отдела». Иллюстрации перед размножением фотографировались, печатались на фотобумаге как обычные фотографии и вклеивались вручную в готовое издание. Иногда фотографировалось (на стандартную 35‑мм плёнку) всё издание целиком. Негативы использовались для передачи материалов за рубеж и для размножения.

Начиная с конца 1970‑х годов, в период распространения ЕС ЭВМ и СМ ЭВМ — началось распространение самиздата в виде компьютерных файлов, переносимых от одного ВЦ к другому на магнитных лентах или, реже, дисках.

Методом самиздата распространялись не только литературные произведения, публицистика и изображения, но и музыка. Аудиопроизведения либо нарезались иглой самодельного фонографа на старых рентгеновских снимках («на костях»; 1950—1960‑е годы), либо записывались на магнитофон и впоследствии копировались друг у друга. В 1970—1980-е годы это породило феномен магнитоальбомов.

Репрессии против самиздата[править | править код]

Распространителей самиздата преследовали через прокуратуру и КГБ. Антология преследований (как и других репрессий) называлась «Хроника текущих событий» и тоже распространялась в самиздате. Распространение информации о репрессиях подавлялось особенно жестоко и тоже попадало в «хронику».

Преследование самиздата противоречило международным соглашениям, подписанным Советским Союзом в Хельсинки. Были организованы группы содействия выполнению Хельсинкских соглашений в СССР, см., например, Московская Хельсинкская группа. Документы Хельсинкских групп выходили как в «сам-», так и в «тамиздате». Изготовление и распространение этих документов преследовалось властями; участников Хельсинкских групп выгоняли с работы, арестовывали и подвергали принудительному лечению (карательная психиатрия)[22].

Несмотря на репрессии, поток самиздата ширился. Председатель КГБ Ю. Андропов в 1970 году в секретном сообщении ЦК отмечал: «За период с 1965 года появилось свыше 400 различных исследований и статей по экономическим, политическим и философским вопросам, в которых с разных сторон критикуется исторический опыт социалистического строительства в Советском Союзе, ревизуется внешняя и внутренняя политика КПСС, выдвигаются различного рода программы оппозиционной деятельности»[23].

Шрифт каждой печатной машинки столь же уникален и неповторим как узоры пальца руки. Это позволяло КГБ быстро устанавливать происхождение текстов и задерживать напечатавших
Номер «Хроники Литовской католической церкви», спрятанный в обложке от художественной литературы. Экспонат в Музее оккупаций и борьбы за свободу

Параллельно с технологиями самиздата развивались технологии органов госбезопасности по противодействию ему. Со сталинских времён каждая печатная машинка и каждый образец типографского оборудования, как уже имеющиеся с царского времени, так и вновь производимые промышленностью или ввозимые из-за рубежа, подлежали обязательной инвентаризации. С каждой такой единицы инвентаря ещё на заводе брался контрольный образец печати — листок бумаги с оттиском (для печатных станков) или напечатанными на нём всеми литерами и символами данного печатающего устройства, который затем передавался в соответствующее учётное подразделение КГБ, представлявшее собой картотеку с образцами печати всех проинвентаризованных печатных устройств на территории СССР. После того как советская промышленность стала производить пишущие машинки для индивидуального пользования, такой же листок отправлялся и из магазинов с ФИО покупателя индивидуальной пишущей машинки. Процедура забора контрольных образцов проводилась вплоть до краха коммунистического режима и распада СССР. Каждая печатная машинка и каждый типографский станок имеет свои, сугубо уникальные микроскопические элементы, неповторимые как узор человеческого пальца, позволяющие по образцу печати точно определить его происхождение. По попавшему в руки сотрудников КГБ самиздатовскому материалу экспертам-криминалистам методом сличения образцов с имеющимися в картотеке в течение суток удавалось установить абсолютно точно, на каком объекте (предприятии, учреждении, квартире) зарегистрировано печатное оборудование, на котором был отпечатан данный материал. В качестве референтных значений для этого в лаборатории измерялись в микрометрах величины горизонтальных отступов (интервал) между определёнными, наиболее часто употребляемыми сочетаниями символов с пробелами и без, — для каждой машинки (а так же типографских и матричных печатающих устройств) эти значения уникальны и не повторяются, — невооружённому глазу эти промежутки кажутся одинаковыми, но при использовании сравнительного криминалистического микроскопа с микрометровой шкалой или окулярным микрометром видимая разница между разными контрольными образцами колоссальна и легко замеряема: за реперные принимались геометрически серединные точки двух сопоставляемых оттисков — это позволяло нивелировать размазанные очертания контуров печатных символов, образующиеся в результате использования новой печатной ленты или нескольких слоёв копирки, поскольку эти значения постоянны и от нечёткости и тому подобных дефектов печати не зависят. Эта процедура, именуемая оценкой зависимости соотношения между печатными элементами и пробельными участками, путём замера двух и более сочетаний символов исключает возможность случайных совпадений, чтобы исключить ошибки субъективного порядка при сопоставлении. Также замерялись диагональные интервалы до запятых и точек, и вертикальные отступы — оборот каретки (похожая криминалистическая процедура сравнения референтных числовых параметров микроизмерений применяется при разоблачении фальшивомонетчиков).[24] Благодаря этим числовым значениям все имеющиеся в картотеке образцы было легко проиндексировать и каталогизировать в хорошо структурированную цифровую базу данных поисковой системы и обращаться к ним при необходимости. За существенное упрощение поискового процесса разработчики названных методик были представлены к государственным наградам и премиям. Широкое введение в делопроизводство перфокартных считывающих устройств ещё более ускорило процесс поиска по картотеке, ранее осуществлявшийся архивистами. Схожая процедура проводилась при почерковедческой экспертизе образцов рукописного текста[25]. Сложнее обстояло дело с иностранными, преимущественно восточногерманскими машинками, которые загранработникам удавалось тайно провезти в личном багаже в СССР. Но имевшиеся в картотеке образцы для сверки позволяли точно определить марку и модель машинки, что само по себе весьма сужало круг поиска и поимка неизвестного печатника становилась вопросом времени, — в таких случаях отрабатывался круг лиц, которые были за границей там, где производятся или продаются искомые иностранные печатные машинки, а также налажены связи с аналогичными органами в соцстранах для получения информации о покупателях иностранного печатного оборудования из числа советских граждан[26][27][28][29].

Отпечаток пальца на бумаге после обработки раствором нингидрина, что позволяет выявлять следы очень большой давности — до 30 лет[30]

Кроме того, поскольку материалы самиздата обыкновенно передавались из рук в руки, путём обработки бумаг нингидрином (до 1960-х в СССР для этих же целей применяли железный порошок различной дисперсности и быстро улетучивающиеся пары йода[31][32]) определяли всех причастных по проявленным отпечаткам пальцев, оставленным на конфискованных материалах,[33] — чтобы изготовить и передать самиздат при этом не оставив на нём своих следов необходимо было быть искушённым подпольщиком. В этих же целях власть всячески стимулировала юридическую безграмотность населения и неосведомлённость даже об элементарных розыскных приёмах, — для этих целей, многочисленная агентура влияния распространяла лживые слухи о том, что на бумаге «не остаётся» отпечатков пальцев, либо что они «быстро исчезают», что по машинописному тексту «невозможно отследить» напечатавшего, и тому подобную дезинформацию (такие профанные утверждения можно встретить в печати до сих пор[34]). Наконец, поскольку подавляющее большинство населения страны, включая интеллигенцию, жило в стеснённых условиях коммуналок и общежитий, где об уединении и какой-либо приватности можно было только мечтать, средством разоблачения инакомыслящих оставался донос соседей, сотрудников, соучеников и прочих окружающих. Эти и ряд других методов обеспечивали быструю поимку самодеятельных издателей. Кроме того, как стало известно уже после развала СССР, многие самиздатовские материалы были отпечатаны КГБ и распространены в диссидентской среде агентами-провокаторами для установления тех граждан, кто заинтересуется этими материалами, с последующим арестом незадачливых диссидентов, не знакомых с методами агентурно-провокационной работы КГБ (существовали и крайние точки зрения на эту проблему, так, по мнению Ванды Бронской-Пампух[de], немецкой коммунистки, проведшей 8 лет в сталинских лагерях, весь самиздат был не чем иным как хитрой провокацией КГБ,[35] подобного же мнения о подложности львиной доли материалов самиздата придерживался и известный британский писатель Джордж Оруэлл, сам в прошлом контрразведчик,[36] отразивший это в своём наиболее известном произведении). В целях конспирации, чтобы скрыть от любопытных взглядов окружающих содержимое самиздата, он оборачивался в обложки от всевозможных официальных изданий и художественной литературы. Опытные подпольщики прибегали к разным ухищрениям, так Сергей Медведев вспоминает, что в «джентльменский набор диссидентов» входил паяльник, чтобы переплавлять шрифт и таким образом сбивать КГБ со следа[26]. Как отмечается в книге «Филипп Бобков и пятое Управление КГБ», чтобы выявить как можно больше инакомыслящих, в погоне за показателями своей успешной деятельности, КГБ мог оставить на свободе того или иного задержанного, если тот соглашался на сотрудничество со следствием и выдавал всю цепочку известных ему читателей неподцензурного материала. После вскрытия всей цепочки от издателей до конечного читателя, все установленные лица задерживались, им устраивали допросы, очные ставки, чтобы заставить задержанных оговорить себя и друг-друга, получить признательные показания[37].

Перестройка и освобождение слова[править | править код]

В конце 1980‑х годов гонения на самиздат практически прекращаются, машинописная и рукописная его формы уходят в прошлое, а основным инструментом размножения становится алфавитно-цифровое печатающее устройство (АЦПУ) и матричный принтер. Тогда же в самиздат приходит коммерция: распечатанные на принтере «Штирлиц» П. Асса и Н. Бегемотова, а также подборки политических анекдотов распространяются по почте наложенным платежом, копируются на дискетах и распространяются по сети «Фидо».

С начала 1990‑х годов и до настоящего момента для изготовления первой копии издания используется лазерный принтер, а потом оно размножается на ксероксе или на ризографе. В связи с общедоступностью оргтехники и расходных материалов на лазерном принтере может быть распечатан и весь тираж издания (уже с середины 1980‑х на западе получили распространение так называемые «персональные издательства»). Машинописный самиздат сейчас практически не встречается, зато некоторые рукописные издания сами по себе являются художественными произведениями.

В середине 1990‑х годов в связи с массовым распространением персональных компьютеров и неразвитостью глобальных сетей были единичные попытки распространения самиздата на дискетах в виде интерактивных журналов с ASCII-картинками, однако электронная форма передачи быстро вытеснила как бумажные, так и магнитные носители.

Судьба термина[править | править код]

Во времена усиления «борьбы с пьянством и алкоголизмом», слова «самиздат» или «рукопись» были жаргонными названиями самогона[38].

В XXI веке слово «самиздат» иногда используется также в качестве обозначения зарегистрированных изданий, которые распространяются через Интернет и находятся в открытом доступе (соответственно, не являются «самиздатом» в исходном значении слова). Дискутируется вопрос, допустимо ли журналы, выходившие в последнее десятилетие XX века, да и любую не преследуемую издательскую деятельность, называть самиздатом[39].

Слово «самиздат» вошло в английский язык (англ. samizdat) как название неподконтрольной властям литературы в тоталитарных и авторитарных странах, включая Кубу и Китай[40].

Наследие самиздата[править | править код]

Одна из крупнейших архивных коллекций самиздата в зарубежье находится в центре «Христианская Россия[it]» (итал. «Russia Cristiana»)[41] в Сериате, Италия.

Культура самиздата детально отображена в нескольких художественных произведениях, включая роман Людмилы Улицкой «Зелёный шатёр» (2010).

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. См. например историю строк «Никто не забыт, ничто не забыто» опальной поэтессы Ольги Берггольц.
  2. Алексеева Л. История инакомыслия в СССР: новейший период. — М.: «Зацепа», 2001. — С. 49.
  3. Мяло К. Г. По страницам самиздата, 1990, с. 17.
  4. Театральная энциклопедия
  5. Самсебяиздат (недоступная ссылка). Дата обращения: 25 августа 2010. Архивировано 14 ноября 2010 года.
  6. Александр Даниэль. Истоки и смысл советского Самиздата. Антология самиздата
  7. Владимир Буковский «И возвращается ветер…». NY. Хроника. 1978. С. 126.
  8. Георгий Янс. «Сам- и тамиздат». Одинцовская неделя. 05.03.2007, 13:25.
  9. N. Cornwell. «Soviet Literature — Samisdat». Tamisdat and Gosizdat publishing. 1917‑1991. The Literaty encyclopedia.
  10. Linda Mastalir. «From Samizdat to Tamizdat: a Vienna meeting». Радио Прага, 19.09.2006.
  11. Согласно свидетельству современника, авторство принадлежит Н. Д. Вольпин. См.: Андреева О., Вишневецкая Ю., Идлис Ю., Мильчин К., Лейбин В, Тарасевич Г., Шпак В. Геном русской души // Журнал «Русский репортёр». — 7 февраля 2013. — № 5 (283).
  12. Александр Кабаков, Евгений Попов. «Аксёнов». Глава восьмая.
  13. Есть магнитофон системы «Яуза»… Сборник текстов магнитиздата / Сост. Алексей Уклеин. — Калуга: ПО «Полиграфист», 1991. — 254 с.
  14. Артемий Троицкий, «Back in the USSR»: «Самодеятельные рок-записи были окрещены ёмким и зловещим словом „магиздат“ — по аналогии с диссидентским литературным „самиздатом“».
  15. Хорошевский А. Ю. 100 знаменитых символов советской эпохи. Харьков: ФОЛИО, 2006. С. 412‑418.
  16. Йосиф Зисельс. «Если я только для себя…» главы из книги, josifkniga, 13-Sep-2002 (недоступная ссылка). Дата обращения: 21 мая 2007. Архивировано 20 февраля 2007 года.
  17. Подстрочник: Жизнь Лилианны Лунгиной, рассказанная ею в фильме Олега Дормана. — М.: Астрель, CORPUS, 2010. — С. 247.
  18. Е. Дёготь. «Русское искусство XX века». — М.: Трилистник, 2000. — С. 186.
  19. Игорь Халымбаджа. «Фантастический самиздат» // «Если». № 9, 1998
  20. Мяло К. Г. По страницам самиздата, 1990, с. 278.
  21. Цитирование по: Н. С. <Н. Солженицына.>. Роман «В круге первом». Самиздат // Александр Солженицын: Из-под глыб: Рукописи, документы, фотографии: К 95‑летию со дня рождения. — М.: Русский путь, 2013. — С. 253. — ISBN 978-5-85887-431-7.
  22. С. В. Калистратова. Заступница. Составитель Е. Печуро. «Звенья», 2003.
  23. Доклад Андропова о самиздате в ЦК КПСС Архивная копия от 12 ноября 2007 на Wayback Machine. Протокол от 21 декабря 1970 года.
  24. Курс криминалистики в 3-х тт.. / Под ред. О. Н. Коршуновой и А. А. Степанова. — СПб.: Юридический центр Пресс, 2004. — Т. 1 — С. 406-408.
  25. Более подробно о методах технико-криминалистического исследования печатных и рукописных документов см. [https://books.google.com/books?id=MC1tDwAAQBAJ&pg=PA114 Криминалистика. Исследование документов. / Под ред. М. В. Бобовкина и А. А. Проткина. — 2-е изд. — М.: Юрайт, 2018. — С. 113-118.
  26. 1 2 Медведев С. А. 200 ударов в минуту (электронное издание) Радио Свобода. 20 января 2016.
  27. Панков А. С. По скользкой дороге перемен. От стабильности Брежнева до наследства Ельцина (электронное издание). — М.: «Перо», 2017.
  28. Митюшёв В. П. Записки обыкновенного человека. — Т. 3 — С. 376—380.
  29. Блюм А. В. Цензура в Советском Союзе: 1917—1991: документы. — М.: РОССПЭН, 2004. — С. 452—541.
  30. Моисеева Т. О. Химические методы выявления ПЖС рук. Из книги: Комплексное криминалистическое исследование потожировых следов человека. — Науч. ред.: Майлис Н. П. — М.: Городец, 2000. — 223 c.
  31. Сорокин В. С. Усовершенствование способов фиксации следов пальцев рук. // Вопросы борьбы с преступностью. — М.: Юридическая литература, 1967. — № 5 — С. 152-153.
  32. С 1980-х гг. стали также применять пары цианоакрилата.
  33. Николаев Е. Б. Предавшие Гиппократа. — London: Overseas Publications Interchange Ltd, 1984. — С. 302.
  34. См., например: Росгазета от 3 февраля 2011 пытается представить применяемую с 1950-х годов методику за научно-техническую сенсацию: «По рукам: Новая аппаратура для Следственного комитета находит отпечатки пальцев даже на бумаге: Смогут ли эксперты «взять» след пальца? Сейчас правильный ответ таков: проблема решаема. Но для этого нужна новейшая (!) аппаратура. Она стоит дорого, но, как уверяют специалисты, того стоит». Также см.: «Пишмаш и криминалистика: зачем сотрудники КГБ снимали оттиски с пишущих машинок?» (электронный ресурс) mytypewriter.ru 09.04.2018.
  35. Амальрик А. А. Записки диссидента. — Анн Арбор: «Ардис», 1982. — С. 102.
  36. Hope, Warren. George Orwell. — L.: Greenwich Exchange, 2007. — P. 49.
  37. Макаревич Э. Ф. Филипп Бобков и пятое Управление КГБ: след в истории (электронное издание). — М.: «Литрес», 2017.
  38. Александр Никишин. Лекция 4. «Дешевые вина СССР и самогон».
  39. Linda Mastalir. Is there a twenty-first century samizdat? Radio Praga, 03-10-2006
  40. «China’s ruling families: Riches exposed. Communist Party leaders struggle to manage a tense transition» The Economist Nov 3rd 2012
  41. Samizdat russo

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]