Терапия принятия и ответственности

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску


Терапия принятия и ответственности, или ТПО (acceptance and commitment therapy, или ACT), — метод психотерапии. У неё есть разные формы, например, сокращённая версия FACT (focused acceptance and commitment therapy).

В отличие от традиционной когнитивно-поведенческой терапии, ACT учит не изменять или контролировать свои мысли, переживания, чувства, а замечать их и принимать, даже если они неприятны, заняв позицию наблюдателя[1].

Принципы[править | править код]

ACT основана на шести принципах. Каждый принцип может реализоваться разными методами[1].

  1. Разделение. В отличие от классической когнитивно-поведенческой терапии, в ACT практикуется иное отношение к негативным мыслям и переживаниям. Проходящий терапию проводит «разделение» со своими негативными мыслями, как бы смотря на них со стороны. Иногда для этого психотерапевт предлагает представить разум как автобус, наполненный пассажирами — мыслями, которые пытаются указать водителю, куда ехать. Другое упражнение — повторение навязчивой мысли про себя снова и снова, пока она не станет больше похожей на набор звуков[2].
  2. Принятие. Это принятие и исследование неприятного переживания, позволяющее прочувствовать его и, например, успокоиться при тревоге. При этом переживание исследуется, замечается его сила, то, как оно ощущается в теле, как проживается эмоционально. Во время этого не делаются попытки его сдержать или остановить.
  3. Контакт с настоящим моментом. Фокусировка на настоящем моменте, на ощущениях из внешнего мира. Сродни понятию осознаваемости. Одно из упражнений на контакт заключается во внимательном поедании изюма с наиболее полным переживанием его вкуса и фактуры[2].
  4. Позиция наблюдателя. Занятие позиции наблюдателя позволяет ощутить течение мыслей, чувств, переживаний и понять, что личность не отождествляется с ними, а также легче переживать неприятные состояния.
  5. Ценности. Имеются в виду выбираемые самим человеком ценности, то, что на самом деле для него значимо. В ACT рекомендуется действовать в соответствии со своими ценностями, даже если психологическое состояние оказывается неблагоприятным.
  6. Проактивность. Это действия человека, основанные на ценностях.

Стивен Хайес (англ.) делит техники ACT на три категории: техники осознанности, техники принятия и техники, связанные с ценностями[2].

История[править | править код]

ACT относится к терапии третьей волны. Это психотерапевтический подход, который разработан вместе со своей исследовательской программой, теорией реляционных фреймов (англ.) (relational frame theory, RFT)[3][4].

Ещё в 1982 Стивен Хайес опубликовал руководство по «комплексному дистанцированию» (comprehensive distancing).

Бек подчёркивал необходимость клиентов быть способными к «дистанцированию» себя от своих убеждений, другими словами, быть способным наблюдать своё собственное вербальное поведение с позиции слушателя. С течением времени, правила своей жизни часто не рассматриваются человеком критически. Обычное поведение слушателя в социальном взаимодействии (то есть исследование авторитетности высказывания и говорящего; понимание того, что реальность и её описание могут отличаться и т. д.) может быть исподволь приостановлено в пользу самоуправления. У этого много деструктивных эффектов. Например, функции встраивания могут срабатывать автоматически — в некотором роде, человек-как-слушатель может без нужды вложиться эмоционально в конкретный взгляд на вещи. Похожим образом, очевидные impure tacts (Tact (psychology)) или интравербалы могут быть признаны тактами одними людьми и не признаны другими. Дистанцирование позволяет рассматривать правила поведения человека как поведение организма, а не как саму реальность или сам организм.

В 1985 году он вместе с Браунштейном представил первый обзор RFT на собрании Ассоциации (англ.) поведенческого анализа (Association for Behavior Analysis). ACT основана в 1986 году Стивеном Хайесом. Первое задокументированное использование этого термина относится к 1991 году[6].

По мнению Роберта Зеттле, отличие ACT от «комплексного дистанцирования» главным образом концептуальные, а не технические, и были нужны в том числе для того, чтобы дистанцироваться от радикальных представлений Скиннера[6].

Своим использованием осознанности ACT родственна другим методикам психотерапии «третьей волны», таким как MBCT (англ.), DBT и FAP[7].

Исследования[править | править код]

Обзор 2017 года, обобщающий результаты 36 рандомизированных контролируемых испытаний показал, что ACT эффективна для лечения тревоги и депрессии, при этом её эффективность приблизительно равна эффективности классических методов КПТ[8].

Мета-анализ 2017 года показал, что ACT может быть эффективна для преодоления страданий от хронической боли (было замечено значимое увеличение принятия боли и психологической гибкости, которую развивают практики ACT)[9].

Обзор литературы 2014 года показал, что, скорее всего, ACT эффективна для борьбы с никотиновой, алкогольной и наркотической зависимостью[10].

Также обзор 2006 года показал, что психологическая гибкость, развиваемая при помощи ACT, положительно коррелирует с психическим здоровьем[11].

По мета-анализу 2008 года, на тот момент эмпирические основания ACT были недостаточны по сравнению с исследованиями классической КПТ в те же годы. Вместе с тем это исследование отмечает умеренный эффект от ACT[7].

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 Харрис Р. Принимая собственных демонов: обзор терапии принятия и ответственности. Часть 2. Эрос и Космос. Дата обращения: 3 июля 2019. Архивировано 29 июня 2019 года.
  2. 1 2 3 Хайес С., Смит С. Перезагрузи мозг. Решение внутренних конфликтов. — СПб.: Питер, 2014.
  3. Харрис Р. Принимая собственных демонов: обзор терапии принятия и ответственности. Часть 1. Эрос и Космос. Дата обращения: 3 июля 2019. Архивировано 1 июля 2019 года.
  4. Harris, R. Embracing your demons: an overview of acceptance and commitment therapy (англ.) // Psychotherapy in Australia : journal. — 2006. — Vol. 12, no. 4. Архивировано 1 июля 2019 года.
  5. Zettle, Robert D.; Hayes, Steven C. Rule-Governed Behavior: A Potential Theoretical Framework for Cognitive–Behavioral Therapy (англ.) // Advances in Cognitive–Behavioral Research and Therapy. — 1982. — P. 73—118. — ISBN 9780120106011. — doi:10.1016/B978-0-12-010601-1.50008-5. [исправить]
  6. 1 2 Zettle, Robert D. The Evolution of a Contextual Approach to Therapy: From Comprehensive Distancing to ACT (англ.) // International Journal of Behavioral Consultation and Therapy. — 2005. — Spr (vol. 1, no. 2). — ISSN ISSN-1555-7855. Архивировано 18 июня 2021 года.
  7. 1 2 Öst, Lars-Göran. Efficacy of the third wave of behavioral therapies: A systematic review and meta-analysis (англ.) // Behaviour Research and Therapy (англ.) : journal. — 2008. — Vol. 46, no. 3. — P. 296—321. — doi:10.1016/j.brat.2007.12.005. — PMID 18258216.
  8. Twohig Michael P., Levin Michael E. Acceptance and Commitment Therapy as a Treatment for Anxiety and Depression (англ.) // Psychiatric Clinics of North America. — 2017. — December (vol. 40, no. 4). — P. 751—770. — ISSN 0193-953X. — doi:10.1016/j.psc.2017.08.009. [исправить]
  9. Hughes Laura S., Clark Jodi, Colclough Janette A., Dale Elizabeth, McMillan Dean. Acceptance and Commitment Therapy (ACT) for Chronic Pain (англ.) // The Clinical Journal of Pain. — 2017. — June (vol. 33, no. 6). — P. 552—568. — ISSN 0749-8047. — doi:10.1097/AJP.0000000000000425. [исправить]
  10. Acceptance and commitment therapy (ACT) en verslaving: een literatuuroverzicht (нид.) // Tijdschrift voor psychiatrie. — 2014. — Bd. 56, nr. 9. — P. 577—585. Архивировано 29 июня 2019 года.
  11. Hayes Steven C., Luoma Jason B., Bond Frank W., Masuda Akihiko, Lillis Jason. Acceptance and Commitment Therapy: Model, processes and outcomes (англ.) // Behaviour Research and Therapy. — 2006. — January (vol. 44, no. 1). — P. 1—25. — ISSN 0005-7967. — doi:10.1016/j.brat.2005.06.006. [исправить]