57°32′11″ с. ш. 39°44′31″ в. д.HGЯO

Тимерёвский археологический комплекс

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Тимерёвский археологический комплекс
57°32′11″ с. ш. 39°44′31″ в. д.HGЯO
Тип бывший населённый пункт[вд] и археологический памятник
Страна
Местоположение Большое Темерево
Статус Объект культурного наследия народов РФ федерального значения Объект культурного наследия народов РФ федерального значения. Рег. № 761440102570006 (ЕГРОКН). Объект № 7610255000 (БД Викигида)

Тимерёвский археологи́ческий ко́мплекс — полиэтничный археологический комплекс последней трети IX — середины XI века в Верхнем Поволжье под Ярославлем вблизи бывшей деревни Большое Тимерёво (Карабихское сельское поселение) на берегу реки Сечка (сейчас почти исчезнувшей), притоке реки Которосль[1]. Состоит из двух неукреплённых поселений общей площадью более 11 га, курганного могильника, на котором раскопано не менее 472 насыпей[2] и трёх кладов монет арабских правителей начиная с испанских Омейядов VIII века и первых Идрисидов. Самоназвание поселения неизвестно.

Тимерёвское поселение было торгово-административным и военным центром, тесно связанным с Волжским торговым путём. Основными занятиями жителей были торговля (связи с Южной Балтикой, Скандинавией, Востоком и Византией), ремёсла и военное дело, вместе с тем, население занималось сельским хозяйством, охотой, рыболовством, различными промыслами. Расцвет поселения приходится на X век и совпадает с расцветом восточной торговли. С середины X века наблюдаются свидетельства расслоения населения (отдельные «усадьбы» на поселении, богатые дружинные захоронения, в том числе в деревянных камерах и срубных могилах, богатые захоронения женщин и детей)[3].

Этнический состав населения включал финно-угров (их было большинство, преимущественно меря), славян (ильменских словен и кривичей) и скандинавов, игравших ведущую роль в военной организации поселения. В X веке количество скандинавских захоронений уменьшается, при этом количество и разнообразие привозных северных вещей увеличивается, что указывает на размывание этнических границ; с конца этого века скандинавские захоронения уже не прослеживаются. Славянское население начинает встречаться с середины X века.

Были обнаружены кресты, вырезанные из монет, и другие свидетельства проникновения христианства — наиболее ранние из находок предметов христианского личного благочестия на территории Руси (середина — третья четверть X века[4]).

Захоронения в камерных могилах из Тимерёва, Гнёздова, Шестовиц и Старой Ладоги тяготеют, в отличие от Скандинавии, к границам могильников или к краям рядов курганов. Следы бересты, покрывавшей дно могилы, зафиксированы в Тимерёве, Старой Ладоге, Гнёздове и Пскове. В погребальных камерах Тимерёва, Чернигова, Шестовиц и Старой Ладоги обнаружены следы сгоревших деревянных перекрытий. В ряде случаев в Тимерёве, Киеве (на Старокиевской горе), Гнёздове, Шестовицах и Чернигове исследователями отмечено существование камер отличной и от срубной, и от столбовой конструкций[5]. И. П. Шаскольский считал, что 38 % тимерёвских погребений являются финскими, 15 % — славянскими, 4 % — скандинавскими. Л. С. Клейн этнически неопределимыми в Тимерёво считает 43 % погребений. Из остальных в X веке к финским относит 75 % погребений, к славянским — 12 %, к скандинавским — 13 %, в начале XI века финскими являются 72,5 % погребений, славянскими — 24 %, скандинавскими — 3,5 %[6][7]. В некоторых захоронениях знати, совершённых в языческих некрополях X века в специальных деревянных «камерах», углублённых в землю, были найдены свечи[8].

Проводивший здесь в 1972—1977 годах раскопки И. В. Дубов полагал, что Тимерёвское поселение исчезло, не выдержав конкуренции с основанным неподалёку укреплённым Ярославлем[9].

В ходе раскопок 2012—2016 гг. была осуществлена съёмка топографического плана и проведены исследования по выявлению границ распространения культурного слоя: бурение 1184 скважин, шурфовка, сбор подъемного материала на территории в 2300 м². на 23 участках площадью по 100 м² каждый. Установлено, что культурный слоя поселенческой части комплекса охватывает площадь в 11 га (9,5 — поселение, 1,5 — селище). Наибольшая концентрация памятников IX—XI вв. выявлена на площади 4,25 га. Был сделан вывод, что площадь поселения IX—XI вв. близка к 6 га[10].

Археологическое исследование тимерёвских могильников начал в конце XIX века И. А. Тихомиров. Тимерёвский археологический комплекс за более чем сто лет исследован достаточно хорошо. Его материалы активно используются при решении историко-археологических проблем, связанных с освоением славянами лесной полосы Восточной Европы, роли в этом скандинавов, взаимодействием с местным финно-угорским населением.

Хотя Тимерёвский курганный могильник исследуется уже более 130 лет, он по-прежнему остаётся перспективным, тем более что ряд раскопок имели непрофессиональный и даже грабительский характер. И. В. Дубов не исключал, что наиболее древние слои поселения ещё предстоит открыть.

  • Торговый инвентарь: весы и гирьки.
  • Оружие: мечи, боевые топоры, копья, стрелы, наконечники ножен, обрывок кольчуги.
  • Снаряжение всадника и верхового коня: удила, псалии, шумящая плеть.
  • Костяные изделия: гребни, копоушки, проколки, иглы, костяные острия, пуговицы.
  • Поясные металлические накладки различных типов.
  • Фибулы различных типов.
  • Фрагменты шерстяных и шелковых тканей.
  • Украшения: золотный позумент, ирландская подвеска, щитообразная серебряная подвеска, браслетообразные височные кольца, шумящие украшения, разнообразные бусы, железные гривны с молоточками Тора.
  • Женский нож с серебряной проволокой на рукояти, деревянные чаши с серебряными оковками, бронзовый сосуд.
  • Три клада арабских серебряных монет IX века, в том числе крупнейший в Восточной Европе, с руническими граффити.
  • Инструменты.
  • Шахматные фигуры с руническими надписями.

Примечания

[править | править код]
  1. Зозуля, 2024.
  2. Русь в IX—X веках: археологическая панорама. М.; Вологда. 2012. С. 179—181.
  3. Михайлов К. А. Древнерусские камерные погребения в Гнёздово // Археологический сборник. Гнёздово. 125 лет исследования памятника. М., 2001 (Тр. ГИМ;Вып. 124)
  4. Мусин А. Е. О распространении христианства в древней Руси IX—XIV веков на основе данных археологии и письменных источников // Исторический вестник. — 2000. — № 6. — С. 4—17.
  5. Михайлов К. А. Древнерусские элитарные погребения X — начала XI вв., 2005 Архивная копия от 14 февраля 2020 на Wayback Machine
  6. А. А. Фетисов, А. С Щавелев. Викинги. Между Скандинавией и Русью, 2009.
  7. Дубов И. В., Седых В. Н. Камерные и срубные гробницы Ярославского Поволжья // Историческая этнография. 1993 Выпуск 4. СПб. С. 143—152.
  8. Недошивина Н. Г., Фехнер М. В. Погребальный обряд Тимерёвского могильника // Советская археология. — 1985. — № 2. — С. 111.
  9. Дубов И. В. Северо-Восточная Русь в эпоху раннего средневековья: историко-археологические очерки. Л., 1982. С. 71-78.
  10. Захаров С. Д., Зозуля С. С. Тимерево. Итоги нового этапа полевых исследований // V (XXI) Всероссийский археологический съезд : сб. науч. тр. / АлтГУ ; отв. ред.: А. П. Деревянко, А. А. Тишкин. — Барнаул : АлтГУ, 2017. — С. 396—397.

Литература

[править | править код]