Товарищество производства фарфоровых и фаянсовых изделий М. С. Кузнецова

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Товарищество производства фарфоровых, фаянсовых и майоликовых изделий М. С. Кузнецова
Moscow, Myasnitskaya 14C1,8-2,7C1 July 2008 02.JPG
Основание 1889
Упразднена 1917
Причина упразднения национализация
Преемник

Александр Матвеевич Кузнецов,

Георгий Матвеевич Кузнецов
Основатели Матвей Сидорович Кузнецов
Расположение Москва, Мясницкая улица, Златоустинский переулок
Отрасль фарфоровое производство
Продукция посуда из фарфора, фаянса и майолики
Оборот 19 млн. золотых рублей (1913)
Капитализация 5 млн. золотых рублей (1913)
Число сотрудников 12 500 (1913)
Бывшее правление «Товарищества М. С. Кузнецова» (Мясницкая улица, 8-2, архитектор Ф. О. Шехтель). Ныне магазин «Фарфор»

«Товарищество производства фарфоровых, фаянсовых и майоликовых изделий М. С. Кузнецова»[1] — одно из крупнейших фарфорово-фаянсовых производств Российской империи конца XIX — начала XX веков. Было основано в 1889 году российским промышленником и предпринимателем из рода Кузнецовых Матвеем Сидоровичем Кузнецовым и просуществовало до 1917 года, когда большинство предприятий было национализировано[2].

История[править | править код]

М. С. Кузнецов (фото 1911 года)

Прадедом М. С. Кузнецова был Яков Васильевич Кузнецов, который основал фарфоровое производство в районе Гжели в 1812 году. Сын Якова Васильевича Терентий Яковлевич Кузнецов продолжил династию российских промышленников. У него, в свою очередь, было три сына Сидор, Анисим и Емельян. Сидор Терентьевич основал в 1841 году Рижскую фарфоро-фаянсовую фабрику, которая после его смерти в 1872 году перешла к сыну Матвею Сидоровичу.

В 1887 году М. С. Кузнецов основал фаянсовый завод в селе Буды Харьковского уезда. В 1889 году появилось «Товарищество производства фарфоровых и фаянсовых изделий М. С. Кузнецова» с основным капиталом 3 млн руб., в который со временем вошло 7 российских заводов по производству фаянсовой и фарфоровой посуды. Правление «Товарищества» находилось в Москве на Мясницкой улице, 8/2.

В 1891 году Кузнецов купил фарфоровую фабрику Гарднера в подмосковном селе Вербилки, основанную около 1766 года обрусевшим английским купцом Францем Яковлевичем Гарднером. В 1892 году основана фарфоровая фабрика в Славянске Изюмского уезда, выпускавшая фаянс. В 1894 году Кузнецов купил фабрику в деревне Песочной Ярославской губернии, а в 1898 году он купил фабрику в селе Песочня Калужской губернии у Мальцовых.

К 1898 году «Товарищество» стало крупнейшим в Европе, а в начале XX века на фабриках «Товарищества» производилось около 2/3 российского фарфора. В 1902 году Кузнецову было пожаловано звание Поставщика Двора Его Императорского Величества. Кузнецовский фарфор сбывался не только в пределах России, но и в Персии, Румынии, Турции, Афганистане.

В 1903 году основной капитал товарищества составлял 3,9 млн руб., к 1913 году — был увеличен до 5 млн руб., баланс составлял почти 19 млн руб.. Общая численность рабочих на предприятиях достигла 12,5 тыс. человек.

В 1918 году после Октябрьской революции все предприятия «Товарищества», кроме Рижской фабрики, были национализированы.[2].

После установления в Латвии Советской власти в 1940 г. предприятие Кузнецовых было национализировано и там. В конце 1940 года директором фабрики назначили Г. Г. Круглова, бывшего кузнецовского химика. Предприятие стало подчиняться тресту силикатного промышленного Наркомата местной промышленности Латвийской ССР.

Потомки М. С. Кузнецова: разные судьбы[править | править код]

После Октябрьской революции Кузнецовы были вынуждены уехать в Ригу, так как их дальнейшее пребывание в Москве было небезопасным: в 1920 году был осужден ВЧК на 15 лет Николай Николаевич, внук Матвея Сидоровича. Под волну репрессий попали также Георгий Матвеевич с племянником Николаем Александровичем. Они были арестованы как «латвийские шпионы» за переписку с родственниками и сосланы в Сибирь. К Николаю Александровичу в ссылку в Тобольск приехала супруга Софья. В 1925 году они получили разрешение вернуться в Москву, а оттуда выехать в Ригу, где обосновались остальные члены семьи Кузнецовых.

В числе учредителей латвийского «Товарищества М. С. Кузнецова» были: Николай Матвеевич — главный директор, Георгий Матвеевич — коммерческий директор, Сергей Матвеевич — заведующий цехом, Михаил Матвеевич — директор фабрики шамотных изделий.

Старший сын М. С. Кузнецова Александр Матвеевич заведовал гончарным заводом, его дочь Елена (Люся) работала в живописном цехе, а её родной брат Ника (Николай Александрович), по приезду из России в 1925 году, заведовал отделением большого рижского фирменного магазина[3].

Коммерческий директор «Товарищества М. С. Кузнецова» Георгий Матвеевич Кузнецов, вместе с племянником Николаем Александровичем и дядей Николаем были высланы из Латвии и попали в лагерь Соликамска. Жена Г. М. Кузнецова Мария Ивановна 13 лет прожила на спецпоселении в Томской области и умерла в ссылке в 1954 году, детей у неё не было. Семья Н. А. Кузнецова была сослана в Нарым. В июле 1943 года Николаю Александровичу разрешили поселиться в с. Нарым Томской области, куда затем разрешили приехать и жене Софье Александровне с детьми Мариной и Кириллом. Однако здоровье Н. А. Кузнецова было подорвано лагерем, и 1 декабря 1943 года он скончался от паралича сердца и резкого истощения[3]. Софье Александровне с дочерью Мариной и внуком Вадимом разрешили вернуться в Ригу только в начале 1960-х годов. Её сын Кирилл остался в Москве.

В Великую Отечественную войну во время немецкой оккупации оставшиеся в Риге Кузнецовы уехали из Прибалтики на Запад, в Риге осталась только Наталья Тримайлова — падчерица Н. А. Кузнецова, дочь его жены Софьи Александровны от первого брака..

Единственная оставшаяся в живых правнучка Матвея Кузнецова, Татьяна Матвеевна по сей день живёт в Риге. Её родители были кузенами: отец Матвей владел всеми секретами рецептов фарфора и глазурей и работал на фабрике в Риге главным химиком, однако с женой Еленой он развелся, та вышла замуж за работника фабрики Петра Долгова. Матвей Кузнецов и Петр Долгов были арестованы 23 июня 1941 года, получили обвинение в диверсии, а 27 июня расстреляны во дворе Центральной тюрьмы. Елене Долговой с дочкой Татьяной удалось избежать репрессий. Обе ещё несколько лет работали на фабрике рисовальщицами. Елена умерла в 1979 году[3].

Заводы[править | править код]

Продукция[править | править код]

На фабриках «Товарищества» изготавливалась фарфоровая, фаянсовая, опаковая и полуфаянсовая посуда (столовая и чайная); майоликовые и терракотовые украшения для внутренней отделки, а также фасадов домов и церквей; майоликовые изразцы и детали для печей и каминов; терракотовые фигуры и вазы. Кроме этого, заводы Кузнецова выпускали фарфоровые телеграфные и телефонные изоляторы, предметы для электропроводки; фаянсовые сантехнические предметы (чашки, умывальные доски и ванны).

Фарфоровый завод Гарднера специализировался на чайных и столовых сервизах. Делались лампады, свечи, люстры и чаши; декоративные предметы к крупным юбилеям, включая посуду к 100-летие Бородинской битвы в 1912 году с изображением эпизодов Отечественной войны 1812 года и к 300-летию Дома Романовых в 1913 году с изображением русских барышень, барынь и бояр в одеждах XVI—XVII веков. Был налажен массовый выпуск небольших фигурок животных.

Дулёвский фарфоровый завод занимался массовым производством изделий из фарфора, которые успешно конкурировали на рынках многих азиатских стран с западноевропейским фарфором. Выпускались вазы, блюда, сервизы с декоративной росписью крупными цветовыми пятнами обычно красного, синего, зелёного цветов, а также декоративные скульптурные композиции, статуэтки и церковная утварь.

Тверская фабрика изготавливала фарфоровые чайные и кофейные сервизы и штучную посуду: блюдца, кукольные, чайные приборы, сахарницы, сливочницы, стаканы, чашки, чайники. Из фаянса делались блюда, икорницы, кружки, салатники, сухарницы, тарелки, фруктовницы, чашки. Из майолики делали скульптуру, пепельницы, кувшины, вазы, кружки, корзины для фруктов, цветочные горшки, сливочницы, зеркала, табуреты, бочонки, подсвечники, чернильницы, курительные приборы. Кроме этого, здесь производились камины, печи, киоты и иконостасы.

Ориентация на потребителя[править | править код]

Заводы выпускали ассортимент, позволявший войти в каждый дом: крестьянам предназначался товар дешевый, не очень броский, горожане скупали сервизы средней цены, но по росписи похожие на дорогие «дворянские». Нуворишам предложили посуду, покрытую изнутри сплошь золотом — «золотое нутро», или наполовину — «полунутро». Выпускалась посуда «трактирная», для ресторанов.

Только в «Прейскуранте готового товара фаянса конторы Будянской фабрики товарищества М. С. Кузнецова. 1903 год» указаны 73 позиции, среди них: тарелки — 119 сортов, горшки — 72 сорта, кувшины — 129 сортов. В прейскуранте присутствуют сведения даже о кукольных столовых и чайных сервизах.

С небьющейся посудой, которую мы узнали в начале 1990-х годов, Матвей Сидорович Кузнецов вышел на рынок ещё в 1910-м. Тогда впервые французская фирма «Фор» выпустила автоматы для формовки кофейных и чайных чашек с толстыми небьющимися стенками. Кузнецов тут же закупил партию этих автоматов и установил в Дулево, потом в Гжели. Но он прекрасно понимал — это дешевка, рассчитанная на массового непритязательного потребителя. Точно так же быстро перенял Кузнецов другую новинку — переводные картинки вместо рисунка на фарфоре. Он наладил производство собственных переводных картинок и наводнил посудой с ними полмира[4].

Секрет качества[править | править код]

Для высококачественных изделий у Кузнецова использовалась специальная обработка массы — секрет фирмы. Глину на протяжении целого года держали в подвалах, где она проходила «летование», то есть под атмосферным воздействием обретала пластичность. Другой секрет заключался в топливе. Сезон добычи торфа непременно следовало заканчивать до 20 июля. Тот, что брался позже, не успевал хорошо просохнуть и в дело не годился[4].

Стиль[править | править код]

При основании «Товарищества» перед Кузнецовым стояла нетривиальная задача: поднять рентабельность фарфорового производства, чтобы обеспечить конкурентоспособность своей продукции по отношению к высококачественному и недорогому европейскому фарфору, и одновременно не потерять старых клиентов купленных Кузнецовым заводов[5]. Поэтому Кузнецов сохранил все прежние торговые марки и старался поддерживать преемственность во внешнем виде изделий, одновременно внедряя в производственный процесс различные технические усовершенствования. Ассортимент тщательно подбирался в зависимости от нужд потребителей, на что Кузнецов обращал особое внимание.

Кузнецовский фарфор выпускался в безупречном техническом исполнении и с изысканным декором. К концу XIX века производство стало массовым, изображения стали делать штампами, трафаретами, отводкой и декалькоманией. Для украшения использовались сюжеты из росписей фарфора первой половины XIX века: романтические пейзажи, жанровые сцены, букеты цветов в обрамлении штампованного рисунка золотом или другой краской. Широко использовались модные в те годы тона: голубой, розовый, сиреневый и жёлтый. Кроме этого, использовался появившийся стиль модерн с изображениями нимф, наяд и русалок. Типичная посуда массового фарфора декорировалась плоской росписью с несложными растительными мотивами: розы, ромашки с непременным добавлением усиков и веточек (т. н. «рокачек»).

Значительная часть в продукции «Товарищества М. С. Кузнецова», собирательно именовавшаяся «восточный товар», ориентировалась на азиатские страны, такие как Персия, Монголия, страны Средней Азии. Это были пиалы, блюда для плова, кальяны. В этой продукции соблюдались три основных мотива: «китайская печать» (крытье узоров, выполняемое красным, жёлтым и зелёными цветами), «кашгарская печать» (сплошной печатный декор, наносимый на изделие на цветной фон, и ручная роспись) и «китайцы» (сюжетные картинки с изображениями китайцев).

Скульптуры делалась в основном из расписанного бисквита и представляли собой жанровые сцены. Фигурки отличались скрупулёзной проработкой всех деталей.

В целом к концу XIX века характерной особенностью кузнецовского фарфора стала стилевая эклектичность, перегруженность декоративными элементами, резкие цветовые сочетания, яркость, даже пестрота оформления. Особенно это заметно в продукции гарднеровской фабрики, где новая манера росписи применялась в сочетании с сохранившимися с былых времён формами. Для создания впечатления богатства и роскоши мастера нередко прибегали к сочетаниям резко различающихся стилей, манер, приёмов и элементов оформления. Например, использовались традиционные для начала XIX века мотивы, но при этом роспись делалась в современной (для времени изготовления) цветовой гамме. Нельзя сказать, чтобы это было следствием каких-то личных предпочтений владельцев заводов или мастеров, напротив, велась серьёзная работа по исследованию спроса, так что в определённой степени стилевые особенности кузнецовского фарфора отражают гамму вкусов и потребностей российского потребителя фарфора на рубеже XIX—XX веков.

Кузнецовский фарфор в истории российского декоративно-прикладного искусства[править | править код]

Отношение исследователей русского прикладного искусства к кузнецовскому фарфору менялось с течением времени. Изначально изделия «империи Кузнецова» не привлекали внимания исследователей просто в силу своей массовости и повсеместной распространённости. Сыграли свою роль и художественные особенности кузнецовского фарфора. Вышеупомянутая эклектичность, пестрота и яркость декора породили неодобрительную характеристику «кузнецовщина», применявшуюся как синоним «купеческого вкуса», пошлости, падкости на яркое, но безвкусное оформление.[5]

Исторические и модерновые мотивы в прикладном искусстве конца XIX — начала XX века изначально вообще рассматривались не как самостоятельное направление, а как ремесленничество, подражание образцам прошлого. Долгое время в исследованиях искусствоведов история русского фарфора рассматривалась до 1860—1870 года, причём особый интерес вызывали действительно любопытные в художественном отношении, но мелкие и бесприбыльные фабрики, чьё существование закончилось банкротством. Помимо прочего, в СССР изучать крупное, прибыльное дело Кузнецовых считалось «не совсем удобным», так как могло быть воспринято как восхваление капиталистического способа хозяйствования.

Лишь с 1970-х годов возник интерес к прикладному искусству времён историзма и модерна; тогда и появились первые публикации о кузнецовском фарфоре, как об одной из характерных черт этого периода. Были начаты исследования сохранившихся коллекций, в том числе — коллекций самих фабрик, входивших в «Товарищество Кузнецова».

Награды[править | править код]

На всероссийских промышленных выставках в Москве (1872) и Нижнем Новгороде (1896) за высокое качество изделий фирма была удостоена права изображения государственного герба, на международных выставках в Париже (1889, 1890) награждена золотыми медалями, на международных выставках в Реймсе (1903) и Льеже (1905) — Гран при.

В литературе[править | править код]

«В Кузнецовской пёстрой чашке
С золочёными краями,
Видно сахару не жалко —
Чай и сладок, и горяч.»

Георгий Иванов

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. История кузнецовского фарфора. Телеканал АИСТ (21 октября 2013). Проверено 9 февраля 2015.
  2. 1 2 Светлана Кузнецова. Фаянсовая пирамида. Журнал «Коммерсантъ Деньги» № 35, стр. 91 (10 сентября 2007). Проверено 12 февраля 2015.
  3. 1 2 3 Алла Березовская. «Фарфоровая» кровь. Русский мир. www.russkiymir.ru (октябрь 2008 года). Проверено 26 марта 2017.
  4. 1 2 Анжела Гаспарян. ФАРФОР: ХРУПКИЙ И ВЕЧНЫЙ (рус.) // Бизнес-Класс : журнал. — 2009. — Март (№ 3). — С. 50—57. — ISSN 1691-0362.
  5. 1 2 Русский фарфор

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]

Видео