Топонимические легенды

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Капитолийская волчица, вскармливающая братьев Ромула и Рема. Один из братьев, Ромул, впоследствии станет основателем Рима. Пожалуй одна из самых известных и наиболее древних топонимических легенд мира

Топонимические легенды — жанр устной народной несказочной прозы, изначально имеющий установку на достоверность, и объясняющий происхождение названий населённых пунктов или других географических объектов, а также храмов, монастырей и достопримечательностей[1][2]. Данный жанр является ярким примером «народной этимологии», благодаря чему имеет немалую популярность в среде людей, далёких от понимания основ ономастики и топонимики.

Происхождение легенд[править | править код]

Изначально топонимические легенды имели перед собой цель передачи познавательных знаний, что обусловлено, прежде всего, тем, что долгое время исторические и научные сведения, связанные с передачей знаний, умений и навыков, передавались устно, в связи с неграмотностью населения. Главной функцией данных легенд являлась именно познавательная функция, в отличие от функций сказки, выполняющей развлекательную роль.

На территории Русского Севера и в средней полосе современной России топонимические легенды возникали по причине расселения славян, которые на новых территориях сталкивались с различными оседлыми племенами, чаще всего, с финно-уграми. Данная местность уже имела своё, финно-угорское, местное, название. Среди русских и финно-угров проходила естественная ассимиляция, в связи с чем возникала необходимость адаптации непонятных для их потомков топонимов. При этом для новых поселенцев открывалась большая возможность для мифотворчества. В связи с этим местные жители «порождают» различные предания, наделяют своей трактовкой те или иные названия, для того чтобы объяснить непонятные иноязычные топонимы.

Распространение[править | править код]

Топонимические легенды распространены по всему миру и касаются, прежде всего, тех географических объектов, точное время, дата основания и топоним которых либо до конца не выяснены, либо объяснены уже в эпоху развития топонимической и исторической науки. Например на Руси известными топонимическими легендами являются предания о Ярославе Мудром и убитом им медведе, что, якобы, повлияло на название города Ярославль (элементы этой легенды официально присутствуют на гербе города в виде медведя с секирой на плече) и предание о братьях Кие, Щеке и Хориве и сестре их Лыбеди, как легендарных основателях Киева.

Кроме России, известной топонимической легендой является предание о Ромуле и Реме, вскорменных волчицей на холме, на котором и был основан впоследствии город, названный в честь одного из братьев Римом (лат. Roma).

Ценность для науки[править | править код]

Топонимические легенды часто прикреплены к определённым событиям или лицам, а тем самым и к историческим периодам, что позволяет отслеживать исторические события, поскольку, во многих случаях, они возникали именно в результате народного переосмысления тех или иных исторических событий. Например в древних русских преданиях есть рассказы о расселении славянских племен, об их названиях, об основании городов.

Несмотря на то, что топонимические легенды чаще всего представляют интерес только для фольклористов, не имея под собой никаких исторических оснований, в некоторых случаях они бывают полезны. Так, многочисленные топонимические легенды о панах — память о нашествиях поляков во времена Смутного времени в сочетании с топонимами Панские горы, Панские холмы, Панский ручей (болото, озеро), поле Панское и т. п. позволяют усомниться в довольно распространенной не только среди археологов, но и среди лингвистов версии, что русское диалектное пан, панок, имеющее богатую полисемию, в значении ‘курган’ связано с финским раnnа, вепсским panda ‘положить’ [см.: Ткаченко, 1985, 143, со ссылкой на Е. И. Горюнову, Ю. Мягистэ и В. Пименова]

Чаще всего топонимические легенды и предания являются ярчайшим примером «народной этимологии», которая, в свою очередь, является частью общеязыковой картины мира и формирует отношение человека к окружающей его действительности. В данных легендах отражается менталитет населения, проживающего в регионе, особенности местного географического пространства, отражение особенностей языка, спроецированных в коллективном и индивидуальном сознании. Наиболее важными факторами, организующими структуру данных легенд, являются бытийные ценности и хозяйственная деятельность, а также характер ландшафта.

Исследование топонимических преданий позволяет лучше изучить языковую картину мира, особенности жизни, быта первопоселенцев. Топонимические легенды, являясь продуктом народного сознания, отражают все стороны духовной и материальной жизни человека. Кроме того в данных легендах и преданиях, как и в других проявлениях духовной культуры человека, а именно в фольклоре, обрядах, заговорах, народных верованиях, отражается своеобразие народа и его менталитет.

Структура[править | править код]

Топонимические легенды, по своей структуре, представляют собой вид небольших «повестей» или рассказов с крайне неустойчивым (в отличие от сказок) текстом и свободной формой. Неустойчивость текста данных легенд обусловливает собой значительную импровизацию, которая, в свою очередь, ведет обратно к неустойчивости текста, делая эти явления взаимозависимыми. С этим связана и возможность наложения эпизодов и мотивов различных легенд. У легенд отсутствуют сказочные начальные и конечные «формулы»: «Жили-были…», «За тридевять земель…», «Жили долго и счастливо…», они рассказываются «своими» словами и имеют свободную, разговорную форму, являясь, по сути более сюжетным жанром, нежели сказки.

Свободная форма этих легенд прежде всего характеризуется тем, что эпизоды и мотивы, в отличие, например, от сказочного твердого порядка чередования, могут более раскрепощённо следовать друг за другом.

Однако сюжеты легенд не развернуты в сложное повествование, как в сказке, а малоэпизодны, часто даже одноэпизодны. В первом случае связь эпизодов образует развитие действия, во втором — в центре рассказа один эпизод. Сюжетность подчеркивается развязкой: «С тех пор так и пошло…», «Так и назвали…», после чего следует результат событий (топоним).

Достоверность[править | править код]

Событиям, о которых повествуется в легендах, приписывается достоверность. Рассказчик и слушатель обычно верили в действительность того, о чём рассказывалось.

Однако топонимические предания ни в коем случае нельзя рассматривать как сколько-нибудь достоверную информацию о происхождении того или иного названия. Первоначально топоним никак не связан с представлениями о сверхъестественном или фантастичном, однако интерпретация его внутренней формы приводит к появлению фольклорного топонимического предания, при этом соответствующая тополексема, инициировавшая фольклорное произведение, становится его структурным элементом.

Мотивы и группы легенд[править | править код]

Топонимические легенды по их характеру можно разделить на три группы:

  • Легенды, в которых значительное место занимает вымысел (в особо древних рассказах такого типа он имеет обычно фантастическую форму).
  • Легенды, основанные на присутствии в районе топонима реального исторического лица (лиц, народов, племён), однако основанные на вымышленном случае с ним.
  • Реалистично передающие сведения об исторических фактах, однако требующие подробной расшифровки историками, ономастами и топонимистами.

Легенды имеют вид коротких повестей и, чаще всего, строятся по нескольким моделям (с некоторыми вариациями).

  • Осмысление и дешифровка географического объекта приобретает определённые коннотации по фонетическому, ассоциативному признаку.
  • Мотив происхождения топонима выступает от имени (прозвища). Здесь также выступает фонетическая ассоциация.
  • Мотив легенды выводится из географических особенностей местности.

Также топонимические легенды можно разделить на циклы.

  • Первопоселенческий цикл, в котором можно выделить следующие мотивы:
    • Первые поселенцы прибывают на место будущего селения, и, увидев особенности данной местности, дают характеризующее название.
    • Название даётся по фамилии или имени помещика (боярина, князя), придуманное им самим или же данное в его честь потомками.
    • Название дали переселенцы из других городов и сёл.
    • Название дали разбойники. (ср. предание ниже о с. Ворзогоры Архангельской области)
  • Татаро-монгольский цикл (присутствует на территории средней полосы и юге, полностью отсутствует на севере европейской части)
    • Любовные, романтические предания, в которых фигурирует дочь хана, влюблённая в простого русского парня или же князя. Хан противится любви, дочь тонет в каком-либо водоёме, который в последующем называется в честь неё. К этому же мотиву можно отнести предания о просто утонувшей дочери хана (без любовной истории), которые, возможно, являются усечённой версией любовных преданий (с. Кучугуры, р. Усмань в Воронежской области).
    • Предания о проживании в населённом пункте собственно ханов, повлиявших на наименование топонима. (с. Верхний Мамон, Татарино, Кучугуры Воронежской области)
    • Предания, связанные с борьбой русичей против татаро-монголов (с. Сторожевое Воронежской области)
  • Церковный цикл

Персонажи[править | править код]

Персонажами данных легенд чаще всего выступают:

  • Некие вымышленные люди
  • Разбойники
  • Бурлаки
  • Реально проживающие в месте происхождения нарратива народы или племена, впоследствии слившиеся со славянским населением (например, чудь, весь, финно-угры)
  • Древнерусские князья, как реально существовавшие (к примеру, Игорь), так и некие «просто» князья. Иногда персонажем может служить «псевдореальная» личность, как в случае с названием реки Яхрома, название которой, по легенде, произошло от восклицания жены Юрия Долгорукого, переходившей реку вброд, уколовшей ногу и воскликнувшей «Я хрома!». «Псевдореальным» данный персонаж можно назвать, потому что жена у Долгорукого, бесспорно, была, однако в народном сознании она присутствует всё-таки как некая мифологическая личность.
  • Татаро-монголы и татаро-монгольские ханы
  • Степан Разин
  • Иван Грозный
  • Пётр I — пожалуй, наиболее часто встречающийся персонаж устных топонимических нарративов
  • Екатерина II
  • Емельян Пугачев

Наиболее известные легенды по регионам[править | править код]

Топонимические предания и легенды встречаются достаточно часто, поэтому нет смысла приводить их все в одном месте. Более подробные примеры собраны в литературе, посвящённой данной теме. Ниже, в качестве «иллюстраций» для наглядного примера указаны наиболее часто встречающиеся и широко известные примеры легенд по регионам России и некоторым странам бывшего СССР. Регионы указаны в алфавитном порядке, страны вынесены за алфавит.

Архангельская область[править | править код]

Соломбала — ныне район г. Архангельска. Ранее — деревня на берегу Северной Двины. Название родственно современным финским словам suo (болото) и lampi (лужа) и, в приблизительном переводе с финно-угорских языков, означает — «болотистое место»[3].

Нижеуказанные легенды упоминает детский писатель Евгений Степанович Коковин в своей книге «Детство в Соломбале»

Пётр I устроил бал в Соломбале, тогда ещё безымянной деревне. Однако, расстроенный своей ссорой с фавориткой Анной Монс, сидел в сторонке, грустил и, на вопросы придворных, почему он не танцует, воскликнул: «Ах! Солон мне этот бал». Отсюда и пошло название Соломбала.

Петр I устроил в безымянной деревне недалеко от Архангельска бал, по случаю постройки первых кораблей для русского флота. Но так как деревенька была маленькой и грязной, то в грязь накидали соломы, чтобы танцующие на балу не поскальзывались. Так и назвали деревню — Соломбала[4][5].

Деревня Ворзогоры — сельский населённый пункт в Онежском районе Архангельской области России. Объединяет в себе две деревни — Яковлевку и Кондратьевку. Название происходит от корня «ворзо» из языка коми — «нетронутый лес». Соответственно Ворзогоры — лес на холмах[6]. Легенды о топониме обыгрываются по созвучию слова из коми «ворзо» с русским словом «вор»:

В древние времена жили тут два вора — Яков и Кондрат, да однажды так разругались, что каждый построил себе дом на своём холме.

Во времена Смуты отряды польских и русских «воровских людей», разграбив Онегу по всему течению, устроили здесь зимовку. Это удобное, единственное возвышенное место в округе, окружённое болотами, идеально подходило для данной цели. Проплывающие мимо суда подвергались нападению, что и вызвало появление такого названия[7].

Данную легенду в своей книге «Священное пространство Поонежья и Онежского Поморья» описывает архангельский писатель и поэт Василий Николаевич Матонин[8][9].

У Петра I, во время посещения деревень Яковлевки и Кондратьевки, в то время называвшимися Загоры, украли стремена, и он воскликнул: «Какие же это За-Горы, Это Вор За Горы!»[10]

Белгородская область[править | править код]

Река Ворскла — гидроним (в несколько иной форме — Ворскол), упоминается ещё в летописях. Известный учёный-топонимист и ономаст В. А. Никонов высказывает предположение, что в названии присутствует иранско-осетинский корень -ворс- — белый. Окончание -ол или -кол встречается в названиях рек днепровско-донского междуречья (напр. Оскол). Происхождение названия от славянского въркати — издавать звук (то есть журчащая, ворчащая река) В. А. Никонов считает менее вероятным. В отличие от Никонова Макс Фасмер полностью ему противоположен.[11]

Со времен первого упоминания в Ипатьевской Летописи[12] название реки писалось неоднообразно и побывало в мужском и женском роде: Въръскла, Ворскола, Ворсклъ.

Существует мнение, что гидроним Ворскла образован от этнонима аорсы (от осет. ворс — белый), — так называли народ, входивший во II веке состав сарматских племён; позже (до XIV века) этот этноним был унаследован тюркоязычными кыпчаками. Второй элемент названия -кол- в тюркских, монгольских и тунгусо-маньчжурских языках обозначает «река, долина», то есть река получила название от тюрков по проживавшему на ней народу аорсы[13].

С данным гидронимом связана, прежде всего, легенда о названии, данном Петром I, в которой также обыгрывается созвучие с русским словом «вор» и «стекло (сткло)». Указанную легенду, к примеру, упоминает писатель Анатолий Пасхалов в своей книге «Удивительная этимология»[14]:

Второе название легенда связывает с именем Петра Первого. Глядя в подзорную трубу, царь уронил в воду линзу. Попытки найти «стекло» (скло) не увенчались успехом. С тех пор река и стала называться Ворскла («вор стекла»).

Вологодская область[править | править код]

Город Тотьма — административный центр Тотемского муниципального района Вологодской области. Название Тотьма, по утверждению известного слависта Уильяма Брумфилда, предположительно происходит от названия ближайшей реки, которое, в свою очередь, происходит от пермских слов, обозначающих «мокрое место, обросшее кустами и елями»[15][16]. По другой версии — «Тотьма» переводится как «город, колдующий воду», что объясняется тем, что река Сухона два раза в год меняет направление своего течения. Сухона берет начало в Кубенском озере, и, когда в половодье уровень воды в реке выше, чем в озере, в верховьях реки направление течения меняется на противоположное и, какое то время, река течёт в сторону озера, из которого вытекает.[17]

Нижеуказанную легенду описывает доктор философских наук, профессор Николай Михайлович Теребихин в своей книге «Петр I. Культурный герой и ономатет Русского Севера»

Петр I, побывав в Тотьме, воскликнул: «То тьма!», (возможно имеется в виду аналогия с Тмутараканью, в переносном смысле «далёким местом»).[18][19]

Город Вытегра — административный центр Вытегорского района. По преданию, название городу дал Петр I, похваливший жителей города за их нелегкий труд — «Вы — тигры!»[20].

Воронежская область[править | править код]

Цикл данных легенд упоминается в сборнике «Топонимические предания Воронежской области», выпущенном по решению Учёного совета филологического факультета ВГУ в 2001 году[21].

Село Кривая Поляна, Острогожского района Воронежской области

Пётр I проезжал как-то из Воронежа в село Алексеевку, что в Белгородской губернии. По дороге он вынужден был объехать холмистую местность, которую он с досады назвал «кривой поляной». С тех пор село, расположенное на этом месте, так и называется — Кривая Поляна.

Село Дивногорье, Острогожского района Воронежской области

Проезжая по этой местности, Пётр I воскликнул: «Какие дивные горы!»

Село Коротояк, Острогожского района Воронежской области

Петр Первый, будучи на территории современного села, глянув вниз, воскликнул, подлаживаясь под украинский говор: «Ух, круто як!» Вот и получился Коротояк.

Город Богучар Воронежской области

Царь, проплывал на своих кораблях по реке Дон, остановился у какого-то населённого пункта для того, чтобы пополнить запасы продовольствия, где со своими приближёнными устроил небольшую пирушку. Во время этого пира Петра хотели отравить и подали чарку вина с ядом. Но Петр, зная об этом, поднял чарку со словами: «А эту чарку я отдаю Богу!» и выплеснул её в реку. Поэтому люди прозвали приток Дона, на берегу которого находился этот населённый пункт, Богучаркой, а само это селение Богучаром.

Село Хреновое Бобровского района Воронежской области

Проезжал как-то Петр Первый по Воронежской губернии в поисках места для постройки своих кораблей. Дело было осенью и на дорогах было много непролазной грязи. Возле одного села карета Петра Первого застряла в дорожной грязи. Тогда решили позвать из этой деревни мужиков — карету вытащить. Собрались мужики, долго кряхтели, сопели, тащили, но ничего у них не вышло. Тут из кареты выходит сам Пётр Первый и говорит: «Хреновые у вас в селе мужики!». И сам один вытащил карету. После этого село стало называться Хреновым.

Пётр I проезжал здесь и обратил своё царское внимание на обилие хрена, растущего вдоль дорог и русла высохшей реки. Пётр воскликнул: «Вот какое хреновое место!» Эту фразу записал ехавший с ним писарь. Вскоре и на картах появилось это название.

Пётр I позвал мужиков рубить лес для верфей в том месте, где сейчас находится село. Однако мужики были ленивымии и, чтобы не трудиться, ответили Петру I: «Хреновый там лес!» Так, впоследствии, и стало называться село.

Ленинградская область[править | править код]

Большинство топонимических легенд и преданий Ленинградской области связаны с личностью императора Петра I Великого, что не удивительно, поскольку Пётр является основателем Санкт-Петербурга.

Деревня Большая Загвоздка — в Гатчинском муниципальном районе Ленинградской области. Впервые этот населённый пункт упоминается в Новгородской писцовой книге в 1499 году: «В Дягленском же погосте Великого Князя волости и села и деревни за детьми за боряскими в поместия значатся:… деревня Загоска на Хотчине». Сомнения в том, что упомянута именно современная Загвоздка исключены, поскольку летописец упоминает рядом с ней селения «Хотчино над озерком над Хотчиным» (ныне Гатчина) и «залесное Замостье» (ныне Замостье), а также другие деревни. В то время Загвоздка входила в состав Дягилинского погоста (центр — село «Дягилино» — ныне деревня Тяглино) и была приписана к церкви Рождества Пресвятой Богородицы.

Загвоздка также обозначена на старинных шведских картах XVII столетия. Так, на одной из карт 1676 года, рядом с названием «Hatsi tia», можно заметить населенный пункт «Sagoska». Под таким же названием Загвоздка фигурирует на некоторых картах Санкт-Петербургской губернии XVIII века (1727, 1746, 1779 г. и других).

В павловскую эпоху деревня Загоска неожиданно превращается в Загвоздку. С чем связано переименование, доподлинно неизвестно, возможно с более «благозвучным» звучанием. Вскоре название Загвоздка становится официальным. В начале девяностых годов XVIII столетия произошло разделение деревни на две неравные по размерам части: Большую и Малую Загвоздку. Впервые раздельно они упоминаются в 1794 году.[22]. С данным топонимом связана следующая легенда:

Пётр I проезжал мимо будущей деревни, царский тарантас напротив неё сломался, и Пётр в тот момент воскликнул: «Ах, какая загвоздка вышла!»[22].

Московская область[править | править код]

г. Подольск — административный центр Подольского района Московской области.

В основе названия города — апеллятив от слова «подол» — «склон горы, холма, возвышенности» (однокоренное с «долина, продольный, длинный») или «место под горой, холмом, возвышенностью», как правило, у реки. У восточных славян подол (и посад) — это место проживания городского населения в отличие от «вышгорода» — места пребывания знати и князей. Подолы были во многих древнерусских городах, в том числе и в Москве. Прежнее название Подольска — село Подол-Пахра и Подол, то есть селение, расположенное под возвышенностью у реки (река Пахра). Топонимы от апеллятива «подол» известны у западных и южных славян.[23]

В последующем, прежнее, древнерусское, значение слова «подол» стало забываться и нижеследующая легенда возникла на основе значения данного слова, как «подол (платья)».

Согласно местной легенде, город получил своё название из-за того, что, проезжая через село, императрица Екатерина II случайно намочила подол своего платья. От этого и пошло название Подол, а затем Подольск.[24]

Нижегородская область[править | править код]

Прежнее название Дзержинска — Растяпино — происходит, вероятно, от слова «тяпка» (топор)[25], «растяпывать» означает «рубить»[26].

По народной легенде, Пётр I во время проезда через Нижний Новгород в 1695 году обнаружил отличный корабельный сосновый лес в окрестностях села Чёрного. Воскликнув: «Какие же растяпы здесь живут!», велел немедленно заложить в этих местах судоверфь. С тех пор село стали именовать Растяпиным, сперва в шутку, а с 1927 по 1929 годы — официально.

Псковская область[править | править код]

У жителей Пскова и Псковской области кроме официального этнохоронима «псковитяне» существует полуофициальный — «скобари» (ср. москвичи и «москали», украинцы и «хохлы»), происхождение которого не до конца ясно, но которым, однако, жители Псковской области иногда даже гордятся.

Слово «скобарь» возможно появилось от слова «скопской» (искажённого «псковской») и зафиксировано ещё в начале XV века в виде: «Прииде местер (магистр) со всею силою немецкою и с литвою… и ходяче по Скопской волости неделю» (Пск. Лет.). «Скобарь» произошло от «скопского» жителя волости. В XVIII веке из Пскова было налажено снабжение строящегося Петербурга изделиями кузнечного дела: прутами, гвоздями, скобами… По некоторым версиям это и закрепило переход слова «скопские» в «скобари»[27].

О происхождении данного прозвища также имеется легенда:

По легенде данное прозвание псковичам дал царь Пётр, который не смог, хотя и обладал недюжинной силой, разогнуть скобу, выкованную псковскими кузнецами[28][29].

Ростовская область[править | править код]

Богатый колодезь — название родника на месте будущего Ростовa-на-Дону

Пётр I, испив воды из родника на месте будущего города Ростов-на-Дону, воскликнул «Богатый колодезь!». В честь этого восклицания так назвали и родник и населённый пункт около него, будущий Ростов-на-Дону[30][31].

Тульская область[править | править код]

село Велегож, Заокского района Тульской области.

Согласно легенде, своим названием Велегож обязан царю Петру I, отдыхавшему здесь когда-то и, будучи пораженным величием открывшейся перед ним картины, царь тогда воскликнул «Великая гожа!»[32][33]

Эстония[править | править код]

город Нарва-Йыэсуу в современной Эстонии, до 1922 года назывался Гунгербургом (нем. Голодный город)

В начале Северной войны Пётр I осматривал устье реки Наровы с целью постройки здесь инженерных сооружений и редутов. Проголодавшись, он попросил у местных жителей что-нибудь поесть, однако они были настолько бедны, что не смогли накормить царя. После чего Пётр I воскликнул: «Гунгербург», что в переводе с немецкого означает «голодный город»[34].

Легенды о постройках храмов[править | править код]

Церковь св. Алексия в Куртяево[править | править код]

Когда царь Петр Великий приказал казнить сына — царевича Алексея, то восплакала душа его и жены его. Огорчился царь Петр и, для облегчения страданий, заказал икону Алексея, человека Божьего, и послал её в Алексеевскую церковь под Нёноксой. На иконе был лик благой, а в нижней части был нарисован мученик царевич Алексей.[35].

Церковь Иоанна Воина на Якиманке[править | править код]

Петр I, проезжая по Якиманке, увидел, что церковь стоит в воде и прихожане к ней подъезжают на лодках. Узнав, что это храм Иоанна Войнственника, царь воскликнул: «Это же наш патрон! Скажите священнику, что я бы желал видеть храм каменный и на возвышении у самой Большой улицы, дам вкладу и пришлю план». Через два месяца он сам приехал с планом и, увидев, что начали уже завозить материал для строительства, похвалил священника. А в книге для вписания вкладов якобы написал: «Вклад даю триста рублей. Петр»[36]

Церковь Собора Пресвятой Богородицы (Строгановская) в Нижнем Новгороде[править | править код]

В храме находится икона «Спас Вседержитель». Существует предание, что в образе Христа мастер-иконописец изобразил заказчика храма и своего хозяина, Григория Строганова. Петр I, увидев этот образ, якобы гневно воскликнул: «Это что же?! Я должен поклоняться Гришке Строганову, холопу своему?! Да не бывать этому!» и в ярости выбежал их храма. Потому-то, говорят, церковь и простояла неосвященной столько времени[37]

Легенды других регионов мира[править | править код]

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. Кравцов Н. И., Лазутин С. Г. Топонимические предания. Легенды // Русское устное народное творчество. — М.: Высшая школа, 1983. — С. 124—125.
  2. Поспелов Е. М. Туристу о географических названиях. — М.: Профиздат, 1988.
  3. К. Вольский Соломбала Правда Севера, 27.05.2004 года
  4. Коковин Е. С. [fictionbook.ru/author/kokovin_evgeniyi_stepanovich/detstvo_v_1_detstvo_v_solombale/read_online.html?page=1 Детство в Соломбале]. — 1947.
  5. Вольский, Камилл. Соломбала // Правда Севера. — 27 мая 2004.
  6. Николай Телегин Архитектурные сокровища древней Онеги Архивная копия от 16 апреля 2011 на Wayback Machine Онежская библиотека
  7. Там же. (недоступная ссылка). Дата обращения 17 января 2011. Архивировано 16 апреля 2011 года.
  8. Матонин В. Н. — кандидат исторических наук, член Союза писателей России. Работает на кафедре культурологии и религиоведения Поморского государственного университета. Лауреат литературной премии им. Н. Рубцова.
  9. Матонин Василий Николаевич Большая биографическая энциклопедия
  10. В. Н. Матонин Священное пространство Поонежья и Онежского Поморья. //Буксайт.ру

    В другой топонимической легенде фигурирует Пётр Первый, приехавший в село «за горы» (за горой) в поисках места для строительства порта. Ночью у него украли стремена. Обнаружив пропажу, государь закричал: «Да это не Загоры — а Вор-Загоры!»

  11. Этимологический словарь русского языка Максимилиана Фасмера
  12. Географический указатель к Ипатьевской летописи
  13. Географические названия мира: Топонимический словарь Поспелов Е. М. М.: АСТ 2001
  14. Пасхалов, Анатолий. Глава 41 // Удивительная этимология. — М.: ЭНАС, 2008. — 176 с. — ISBN 978-5-93196-703-5.
  15. Уильям Крафт Брумфилд Памятники церковной архитектуры Тотемского района
  16. Кузнецов А. В. Дославянские топонимы тотемского края // Тотьма. Историко-литературный альманах. Под ред. [[Камкин, Александр Васильевич|А. В. Камкина]]. Вып.1 Вологда, 1995, с.48 (недоступная ссылка). Дата обращения 17 января 2011. Архивировано 31 октября 2007 года.
  17. Тотьма Электронное периодическое издание «Культура в Вологодской области». Св-во Эл № ФС77-32194 от 09 июня 2008 г. Учредитель: ГУК «Вологодский областной информационно-аналитический центр культуры»
  18. Тотьма Там же.
  19. Теребихин Н. М. Пётр I — культурный герой и ономатет Русского Севера // Живое слово. — Архангельск, 1998.

    Во время плавания по реке Сухоне флотилия петровских кораблей подошла к Тотьме: «Вот ехали. Ну, пообедать надо где. А там на средине реки большущий камень стоит, примерно как порядочный дом…<…>…Там и обедали со своей всей свитой. Пообедали, Петр посмотрел: — Какая, — говорит, — тут тьма!.. Ну, после этого и создалось, что Тотьма, присвоили»

  20. И. А. Криничная Предания русского Севера. Спб. 1991
  21. Названия дал Пётр Первый // Сост. Е. А. Орлова. Под ред. Т. Ф. Пуховой Топонимические предания Воронежской области : сб.. — Воронеж: ВГУ, 2001. — № 1. — С. 35—37. — ISBN 5-86937-044-2.
  22. 1 2 Бурлаков А. В., директор музея-усадьбы «Суйда». Загвоздка Большая и Малая. Гатчина — вчера, сегодня…. Дата обращения 25 декабря 2010.
  23. Топонимический словарь центральной России. — М: Армада-пресс, 2002. ISBN 5-309-00257-X
  24. Историческая справка о Подольске (недоступная ссылка). Подольский общественный журнал Podolsk.org. Дата обращения 1 ноября 2008. Архивировано 30 января 2010 года.
  25. Слово «топор» в словаре Даля.
  26. «Растяпывать» в словаре Даля.
  27. Геннадий Мокеев Плесковичи, псковичи и скобари. Исследование Архивная копия от 22 апреля 2017 на Wayback Machine Портал «Русское Воскресение»
  28. Фильм про историю слова «скобари» сняли в Пскове. Псковская лента новостей (8 сентября 2008). Дата обращения 25 декабря 2010.
  29. Валерий Кузовлев. Кузня милого // Курьеръ. Псков. Великие Луки. — 15 сентября 2010.
  30. Долженко, Геннадий. Начинался ли Ростов-на-Дону с «Богатого колодезя»? // Уполномочен заявить. — 17 ноября 2010. (недоступная ссылка)
  31. Кукушин В. С. Глава 5.2. Памятники инженерной мысли // История архитектуры Нижнего Дона и Приазовья. — Ростов-на-Дону: ГинГо, 1996. — 275 с. — ISBN 5-88616-027-2, ISBN 5-88616-027 (ошибоч.).
  32. Добро пожаловать в Велегож! Велегож.ру [неавторитетный источник?]
  33. В глубине веков. Велегож. Санаторий-курорт [неавторитетный источник?]
  34. Нарва-Йыэсуу Музей истории Кронштадта.
  35. Климов А. И., Романова А. А. Почитание Куртяевской иконы святого Алексия, человека Божия (комм. в свете веры) // Вестник церковной истории. — М.: ЦНЦ «Православная энциклопедия», 2006. — № 2. — С. 175—187.
  36. Горчаков Н. Церковь св. Иоанна Войнственника в Москве // Московские губернские ведомости. — 1841. — № 10. — С. 100. Архивировано 4 марта 2016 года. (по Российскому общеобразовательному порталу)
  37. Рождественская (Строгановская) церковь в Нижнем Новгороде Православные храмы России, церкви России. //russian-temples.ru [неавторитетный источник?]

Литература[править | править код]

  • Соколова В. К. Типы восточнославянских топонимических преданий. — М.: Славянский фольклор, 1972. — С. 202–233.
  • Ярневский И. З. Изобразительные средства топонимических преданий, записанных в Сибири. // Материалы докладов XII научно-теоретической и методологической конференции, организованной кафедрой русской литературы. — М., 1969. — С. 49–50.
  • Гордеева О. В. Народная топонимика и жанры несказочной прозы (по материалам экспедиции 1985 г. в Сивинский район Пермской области). // Итоги фольклорного года в Уральском регионе: тезисы докладов и сообщений межвузовской конференции. — Свердловск, 1985. — С. 11–12.
  • Касько В. К. Белорусские топонимические предания // Прозаические жанры фольклора народов СССР. — Минск, 1974. — С. 208.
  • Ковалёва Р. М. Современное состояние топонимических преданий белорусского Полесья. // Прозаические жанры фольклора народов СССР. — Минск, 1974. — С. 212–216.
  • Поспелов Е. М. Туристу о географических названиях. — М.: Профиздат, 1988.
  • Путилов Б. П. Петр Великий в преданиях, легендах, анекдотах, сказках, песнях. — СПб., 2000..
  • Балакина Н. А. Научное и ложноэтимологическое значение географических названий на примере топонимических преданий (на основе материалов архива ПГУ) // Центр изучения традиционной культуры Европейского Севера. Поморский государственный университет им. М.В. Ломоносова.
  • А. К. Матвеев. Собственно русская топонимия как источник сведений о древнем населении Севера европейской части России // Известия Уральского государственного университета. — Екатеринбург, 2004. - № 33. - С. 5-11.
  • Теребихин Н. М. Пётр I — культурный герой и ономатет Русского Севера // Живое слово. — Архангельск, 1998.
  • Названия дал Пётр Первый // Сост. Е. А. Орлова. Под ред. Т. Ф. Пуховой Топонимические предания Воронежской области : сб.. — Воронеж: ВГУ, 2001. — № 1. — С. 35—37. — ISBN 5-86937-044-2.
  • Топонимический словарь центральной России. — М:: Армада-пресс, 2002. — ISBN 5-309-00257-X.
  • Лазаревич К. С. Топонимика - язык земли // газета "Русский язык". — Первое сентября, 2001.
  • Бурлаков А. В. Там, где сломался царский тарантас // Легенды и были Старой Гатчины. — Гатчина: Типография «Латона», 2006. — С. 11—21. — 89 с. — 500 экз.
  • Кретов А. И. Предания о происхождении названий населённых пунктов Воронежской области (новые записи). — Вестник ВГУ. — Воронеж., 1996. — С. 136—144.