Украина-Русь

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Домонгольская Русь
«Червонная Русь, Подолье, Волынь и Украина». Карта Якоба фон Зандрарта, 1687

«Украина-Русь», иногда «Русь-Украина» — искусственный гибридный термин[Комм. 1][2], распространяемый идеологами украинства для отождествления Украины с Русью и обозначения претензии на исключительную преемственность между обоими названиями.

Происхождение термина и его развитие[править | править код]

Первым, у кого встречается данный термин, был поляк-украинофил Паулин Свенцицкий, употреблявший его в своём польскоязычном львовском журнале «Село» (польск. Sioło) в 1866 году в контексте распространения псевдонаучных идеологем поляка Франциска Духинского, согласно которым Россия не имеет отношения к культуре и наследию Руси. Из-за отсутствия стабильного финансирования журнал вскоре прекратил существование.

В более широкое обращение термин был введён историком Михаилом Грушевским, вынесшим его в заглавие своего фундаментального труда «История Украины-Руси», явившимся апогеем национализации украинской истории[3]. Целью данного термина являлось подчёркивание преемственности распространяемого приверженцами украинства нового этнотопонима Украина от традиционного названия Русь[4]. Как свидетельствовал Александр Барвинский, выбор такой словесной конструкции Грушевскому порекомендовал его учитель Владимир Антонович по конъюнктурным соображениям текущего политического момента, в связи с тем, что в среде галицких русин, которым адресовались его работы[Комм. 2], в обиходе были термины «Русь» и «русский», а понятие «Украина» популярностью не пользовалось. Для утверждения идеи слияния Восточной Галиции с Малороссией (Поднепровской Украиной) в единую «соборную Украину» два названия были объединены в одно — «Украина-Русь» и активно популяризированы А. Г. Барвинским и М. С. Грушевским[5][4]. При создании нарратива украинской истории, для конкурентоспособности с историями других народов, значительное внимание было уделено её продолжительности (удревнению), что по мнению Грушевского и его последователей должно было способствовать и признанию самостоятельной (отдельно от российской и даже старше[6][Комм. 3]) украинской истории за рубежом[8][9].

Несмотря на наличие серьёзной критики и обвинения в тенденциозности[10], фундаментальный труд Грушевского значительно повлиял на появившиеся в начале 20-х годов XX века первые синтетические обзоры украинской историографии[10] и стал популярен прежде всего в украинской националистической историографии.

После обретения независимости термин «Украина-Русь» популяризировался на Украине с новой силой, поскольку в интересах строительства нации стало доминировать учение об обособленности украинской истории, ставшее новой ортодоксией[11]. Термин «Украина-Русь» широко используется современной украинской историографией, включая образование[1]. Наряду с термином «Киевская Русь-Украина» его продвигал президент Виктор Ющенко, по инициативе которого был учреждён праздник День крещения Киевской Руси — Украины. Академик Пётр Толочко назвал оформление этого праздника на Украине попыткой вбросить в прошлое современную национально-государственную номенклатуру[12] для обособления и сужения географии событий, имеющих принципиальное и объединяющее значение для всего восточнославянского мира.

Примечания[править | править код]

Комментарии
  1. Государства или топонимического названия края «Украина-Русь» не существовало и как определение таковых в мировой историографии как Средних веков, так и Нового времени не использовался[1].
  2. О распространении работ Грушевского в границах современной Украины на тот момент речи не шло, поскольку этому препятствовала царская цензура, охват доступной читательской аудитории ограничивался восточными территориями в составе Австро-Венгрии, на которых и проживали русины
  3. Радикальные сторонники «украинского первенства» тщательно стараются избегать использование терминов «Русь», «Русская земля», «русский», применяя именно — «Украина-Русь»[7].
Ссылки на источники
  1. 1 2 Бондаренко Д. Я. Украинская Центральная Рада как объект мифов современной украинской историографии // Россия XXI. — М., 2008. — № 6. — С. 142—143. — ISSN 0869-8503.
  2. Горизонтов Л. Е. На путях становления украинской и белорусской наций: факторы, механизмы, соотнесения. Российская академия наук, Институт славяноведения, 2004, С. 82.
  3. Kasianov, Ther, 2009, Kasianov G. V. «Nationalized» History: Past Continuous, Present Perfect, Future…, P. 7.
  4. 1 2 Михутина, 2003, с. 48—50.
  5. Чорновол I. П. Політичний реалізм Олександра Барвінського (укр.) // Сучасність. — Киев, 1998. — № 1. — С. 103. — ISSN 0585-8364.
  6. Wilson, 2015, pp. 2, 109—110.
  7. Тяпин И. Н. Нравственный императив национальной идеи в эпоху антиморали. — М.: Наука и политика. Весь, 2015. — С. 152. — ISBN 978-5-906673-25-1.
  8. Kasianov, Ther, 2009, Tolochko O. P. Fellows and Travelers: Thinking about Ukrainian History in the Early Nineteenth Century, P. 149.
  9. Wilson, 2015, p. 225.
  10. 1 2 Владыга О.Н. Археографическая деятельность Михаила Грушевского в оценке историографии первой трети XX века // Известия Гомельского государственного университета им. Ф. Скорины. — Гомель: ГГУ им. Ф.Скорины, 2014. — № 4 (85). — С. 22—27. — ISSN 1609-9672.
  11. Kubicek, 2008, p. 184.
  12. Анна Хрусталёва. Как в Киеве будут праздновать 1025-летие Крещения Руси?. УНИАН. Дата обращения: 21 августа 2013.

Литература[править | править код]