Эта статья входит в число добротных статей

Фастовское дело

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Часть серии статей об
Yellowbadge logo.svg

История · Хронология
Арабы и антисемитизм
Христианство и антисемитизм
Ислам и антисемитизм
Новый антисемитизм
Расовый антисемитизм
Религиозный антисемитизм
Антисемитизм без евреев

Категории:

История еврейского народа

Антисемитизм · Евреи
История иудаизма

Фастовское дело — дело об убийстве еврейского мальчика Йосселя Пашкова в ноябре 1913 года. Несмотря на то, что свидетели опознали убийцу — ранее неоднократно судимого Ивана Гончарука — киевская прокуратура попыталась инсценировать ритуальное убийство, утверждая, что был убит христианский мальчик, а убийцы — евреи. И лишь после смены руководства окружной судебной палаты невиновные были оправданы, а убийца осуждён.

Ход событий[править | править код]

Тело убитого подростка было найдено 27 ноября 1913 года на территории лесного склада недалеко от Киева. На шее убитого оказалось 13 колотых ран. Было установлено, что убийцей является 10-кратно судимый за разные преступления Иван Гончарук, а убитый — 12-летний Иоссель Пашков (он же Пасиков), родители которого, портной Фроим Пашков с женой, проживали в местечке Фастов[1][2]. Экспертиза показала, что мальчик был убит примерно тремя неделями ранее[3].

Убийство произошло буквально через несколько дней после окончания знаменитого дела Бейлиса и ряд чиновников и черносотенцев вновь попытались совершить кровавый навет — представить это дело как убийство христианского ребёнка евреями.

Подозрение о новой инсценировке ритуального дела высказал известный журналист Семён Ан-ский, который сам отправился в Фастов и опубликовал свои впечатления. Он предположил, что убийца намеренно нанёс мальчику именно такие раны, но по ошибке убил еврейского ребёнка[1]. На рынках распространялись слухи, что убийство Йосселя Пашкова — месть за убийство Андрюши Ющинского (жертвы в деле Бейлиса)[4].

Исполняющий обязанности прокурора Киевской судебной палаты товарищ прокурора Володкович организовал фальсификацию дела: ребёнок был представлен как ранее пропавший христианский мальчик, а отец убитого Фроим Пашков и его приказчик Гутгарц арестованы по подозрению в убийстве. Правые газеты писали, что якобы Йоссель Пашков уехал за границу вместе с Бейлисом. Сразу три русские семьи уверяли, что опознали в убитом своего пропавшего ребёнка[5][2].

После смены 15 февраля 1914 года руководства Киевской судебной палаты начавшаяся фальсификация дела была прекращена. Новый прокурор Николай Чебышёв, хотя и не отличался любовью к евреям, но имел репутацию «законника» и честного человека. Чебышёв обеспечил объективное расследование дела. После того как были найдены живыми якобы пропавшие христианские дети, которых лжесвидетели поочерёдно «признавали» в убитом, обвинение против Фроима Пашкова и его приказчика было снято, а дело с обвинением против Гончарука передано в суд[6]. Христианин М. Кобзаренко дал показания, что полиция пыталась подкупить его с целью лжесвидетельства против Фроима Пашкова[7].

22 ноября 1914 года по докладу члена судебной палаты Каменцева арестованные ранее Фроим Пашков и его приказчик был освобождены, а Иван Гончарук 28 февраля 1915 года признан присяжными заседателями виновным в убийстве и осуждён на 12 лет каторги[8][2]. Жалоба Гончарука была отклонена Сенатом 2 июля 1915 года[9].

Оценки[править | править код]

Семён Ан-ский первым высказал подозрение в инсценировке ритуального убийства

Александр Тагер отмечает целый ряд совпадений действий властей с их поведением при инсценировке ритуального убийства в деле Бейлиса — вплоть до привлечения тех же лиц к фальсификации дела.

Так, первоначальное вскрытие тела убитого не дало оснований для выводов о ритуальном характере убийства — и для повторного вскрытия был приглашён тот же прозектор Туфанов, что фальсифицировал выводы в пользу ритуальной версии в деле Бейлиса. Становой пристав Малицкий, нашедший реального убийцу, был отстранён от дела, а оно по распоряжению министра юстиции Ивана Щегловитова первым заместителем начальника департамента Александром Лядовым было передано другому следователю, который занялся разработкой ритуальной версии. И Щегловитов, и Лядов точно так же распоряжались по делу Бейлиса[10].

Правая пресса — точно так же как и ранее — развернула погромную антиеврейскую агитацию. Эксперт по делу Бейлиса Иван Сикорский дал интервью, в котором заявил, что «фактическое убийство совершено как ритуальное». А для «опознания» в убитом христианского ребёнка привлекались люди, прямо связанные с киевскими черносотенцами, ранее обеспечивавшими лжесвидетельства по делу Бейлиса[11].

Тагер отмечает также возможную роль в фастовском деле прокурора Георгия Чаплинского, который возглавлял расследование по делу Бейлиса. Чаплинский к тому времени хотя и не возглавлял уже окружную палату, но обладал большим влиянием и по сообщению прессы делал даже доклад по фастовскому делу приехавшему в Киев Щегловитову[12].

Тагер делает вывод, что фастовское дело было неудавшейся попыткой правых «отыграться» за провал в деле Бейлиса[13].

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 Тагер, 1934, с. 287.
  2. 1 2 3 Safran, 2011, с. 211.
  3. Клугер, 2000.
  4. Petrovsky Y. Lost Chapters of Russian Judaica: Abraham Harkavy and Shlomo Ansky (англ.) // Серия препринтов и репринтов. — Еврейское наследие, 1997. — Iss. 54.
  5. Тагер, 1934, с. 289-290.
  6. Тагер, 1934, с. 291-293.
  7. Review of the Year (1914-1915) // American Jewish Year Book / Edited by Cyeus Adlee. — The Jewish Publication Society of America. — Т. 16. — P. 209-210. — 581 p.
  8. Тагер, 1934, с. 292.
  9. Review of the Year (1915-1916) // American Jewish Year Book / Edited by Cyeus Adlee. — The Jewish Publication Society of America. — Т. 17. — P. 154. — 559 p.
  10. Тагер, 1934, с. 288.
  11. Тагер, 1934, с. 288-290.
  12. Тагер, 1934, с. 290.
  13. Тагер, 1934, с. 286.

Литература[править | править код]