Хамсе

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Миниатюра из рукописи Хамсе, датированная 1494 г., изображающая восхождение Пророка Мухаммеда на Бураке из Мекки на небеса (Мирадж), а также многокрылого архангела Гавриила (справа)

«Хамсе́» или иначе «Пятери́ца» — памятник персидской литературы[1], пять поэм, объединённых общим названием «Пандж Гандж», что переводится с персидского, как «Пять драгоценностей». Основное произведение классика персидской литературы Низами Гянджеви (1141—1209). «Хамсе» — персидское произношение арабского слова «хамса» (араб. خمسة ‎). Все пять поэм написаны в стихотворной форме маснави (двустиший), мастером которой являлся Низами.

Первая из поэм — «Сокровищница тайн» («Махсан аль-Асрар»), — была написана под влиянием монументальной поэмы Санаи (умер в 1131 г.) «Сад правды»[2]. В основе поэм «Хосров и Ширин», «Семь красавиц» («Хафт пейкар») и «Искандер-наме», лежат средневековые рыцарские истории. Хосров и Ширин, Бахрам Гур и Александр Великий (которые появляются в отдельных эпизодах в поэме «Шах-намэ» Фирдоуси) в поэмах Низами помещены в центр сюжета и стали главными героями трёх его поэм. Поэма «Лейли и Меджнун» написана на основе арабских легенд. Во всех пяти поэмах Низами значительно переработал материал использованных источников.

Следует отметить, что в поэмах Низами содержатся уникальные данные, которые сохранились до наших дней именно благодаря его описаниям. Так например, одним из предметов очарования «Хамсе» являются детальные описания музыкантов, что сделало поэмы Низами главным источником современных знаний о персидском музыкальном творчестве и музыкальных инструментах XII века[3]. Несмотря на интерес Низами к обычным людям, Низами не отрицал институт монархической формы правления и считал, что он является интегральной, духовной и священной частью персидского образа жизни[4]. Хотя Низами избегал участия в придворной жизни, каждую из своих поэм он посвятил отдельному правителю, что было распространенной традицией в его время.

«Хамсе» Низами Гянджеви оказала огромное влияние на развитие не только персидской, но и восточной поэзии вообще. Под влиянием Хамсе создавались произведения в азербайджанской литературе. «Пятерица», темы которой выбрал из истории и фольклора Низами, стала именем нарицательным и основой подражания таких выдающихся поэтов, как Алишер Навои, Мухаммед Физули, Абдурахман Джами, Амир Хосров Дехлеви и других, которые писали те же пять поэм на те же самые темы. Низами выступает в своих поэмах не просто поэтом и лириком, но и обличителем невежества, деспотизма и ханжества правителей. Он воспевает человека, его любовь, трудолюбие, мир и дружбу.

Сюжеты поэм Низами предоставили персидской миниатюрной живописи обилие творческого материала: его «Хамсе» вместе с «Шахнаме» Фирдоуси, являлось наиболее часто иллюстрируемом литературным произведением[5].

«Сокровищница тайн»[править | править код]

Миниатюра тебризской школы XVI века «Султан Санджар и старуха» Султана Мухаммеда

Поэма Махсан аль-Асрар (перс. مخزن الاسرار ‎) «Сокровищница тайн» написана в 1163 году, но некоторые исследователи датируют её 1176 годом. Эта этико-философская поэма, состоящая из 2.250 персидских двустиший, была посвящена правителю Эрзинджана Фахр ад-Дину Бахрамшаху. Поэма раскрывает эзотерические, философские и теологические темы и написана в русле суфийской традиции, в связи с чем служила образцом для всех поэтов, впоследствии писавших в этом жанре.

Поэма разделена на двадцать глав, каждая из которых является отдельным трактатом, который посвящён религиозным и этическим темам. Каждая глава завершается апострофой (обращением) к самому поэту, содержащим его литературный псевдоним[6]. Содержание стихов указывается в заглавии каждой главы и написано в типичном гомилетическом стиле[6]. Истории, которые обсуждают духовные и практические вопросы, проповедуют справедливость царей, исключение лицемерия, предупреждают о суетности этого мира и необходимости готовиться к жизни после смерти. Низами проповедует идеальный образ жизни, привлекая внимание к своему читателю людей высшего социального положения среди творений Божьих, а также пишет о том, что человек должен думать о своем духовном предназначении[6]. В нескольких главах Низами обращается к обязанностям царей, но в целом он скорее обращается ко всему человечеству[6], чем к своему царственному покровителю.

«Сокровищница тайн» начинается главой «Речь о превосходстве слова»:

«Весь предел естества захватили при помощи слова.
Письмена шариата скрепили при помощи слова.
»
« В том саду, над которым предвечные звезды повисли,

Что острее, чем слово толкующих тонкие мысли?
И хоть светлое слово не явит благой красоты
Почитателям праха, чьи праздные мысли пусты, -
Мы лишь в слове живем. Нас объемлет великое слово:

В нем бесследно сгореть наше сердце всечасно готово.
»

Для Низами слово — это не только слово поэта, но и слово пророка, что соответствует суфийской традиции, так как для суфия поэзия — это то же религиозное пророческое служение:

«Стихотворные речи — возвышенной тайны завеса
— тень речений пророческих. Вникни! Полны они веса.
»
«В том великом пространстве, где веет дыханье Творца,
светлый путь для пророка, а далее — он для певца.
»

Основную часть «Сокровищницы тайн» занимают двадцать «Речей». Речь первая — о сотворении мира и человека. Основанием для сотворения мира, по Низами, служила любовь:

«До поры, как любовь не явила дыханье своё,
в бездне небытия не могло засиять бытие.
»

Речь вторая — «Наставление шаху о справедливости». Низами призывает к правосудию и заботе о благе подданных, угрожает карами за угнетение и насилие. Третья речь — о свойстве мира; четвёртая — о благожелательном отношении шаха к подданным; пятая — о старости; шестая — о свойствах сотворенного; седьмая — о превосходстве человека над животными и т. д. Темы речей подтверждаются притчами.

Написанная в высоко риторическом стиле поэма «Сокровищница тайн» не является романтической эпической поэмой, её цель — переступить ограничения придворной светской литературы[6]. Этим произведением Низами продолжил направление, которое открыл в персидской поэзии Санаи, и, которое было продолжено многими персидскими поэтами, ведущим среди которых является Аттар[6].

«Хосров и Ширин»[править | править код]

Хосров и Ширин

Под воздействием переживаний по поводу смерти его любимой жены и под впечатлением от поэмы Гургани «Виc и Рамин» Низами написал поэму «Хосров и Ширин» — его первый шедевр [7]. Поэма «Хосров и Ширин» (перс. خسرو و شیرین ‎), которая была написана в течение 16 лунных лет между 1175/1176 и 1191 г.[8], стала поворотной точкой в литературе не только для Низами, но и для всей персидской поэзии. Более того, это была первая поэма в персидской литературе, которая достигла полного структурного и артистического единства[9].

Поэма посвящена сельджукскому Султану Тогрулу II, Атабеку Азербайджана Мухаммаду ибн Элдигизу Джахан Пахлавану и его брату Кызыл-Арслану. В поэме содержится 6150 двустиший, разделенных на 100 глав, в издании Тарватьян (Тегеран, 1987—1988 гг.). Поэма имеет сложную структуру, в которой переплетено несколько различных жанров одновременно[2].

По сути это — также суфийское произведение, аллегорически изображающее стремление души к Богу; но чувства изображены настолько живо, что неподготовленный читатель даже не замечает аллегории, воспринимая поэму как романтическое любовное произведение:

«Все ложь, одна любовь указ беспрекословный,
и в мире все игра, что вне игры любовной…
Кто станет без любви, да внемлет укоризне:
он мертв, хотя б стократ он был исполнен жизни.
»

История о Хосрове и Ширин имеет персидское происхождение и взята Низами из эпико-исторической поэмы Фирдоуси «Шахнамэ». В её основе лежит правдивая история и герои являются историческими личностями, которые действительно существовали[10].

Поэму «Хосров и Ширин» Низами Гянджеви не следует путать с «Фархад и Ширин» Алишера Навои.

Краткое описание сюжета[править | править код]

Сложный сюжет, описывающий множество приключений, кратко можно свести к следующему: герой — Хосров, сасанидский царевич, затем шах Ирана Хосров II Парвиз (590—628 гг.)[11], любит прекрасную Ширин, армянскую[12][13] принцессу из Барды[14], племянницу (дочь брата) Шемиры, которую иначе звали Мехин Бану — могучей правительницы христианского Аррана[15]. Ширин также любит Хосрова, но политические соображения заставляют Хосрова жениться на византийской принцессе, Ширин же отвергает внебрачную близость, храня целомудрие. Движимый ревностью Хосров посылает влюблённому в Ширин зодчему Фархаду весть о смерти Ширин, из-за чего Фархад кончает с собой[16]. Таким образом, мы видим душу, погрязшую в грехах, которые не дают ей, при всем желании, соединиться с Богом. Лишь в конце Хосров отвергает земную тщету и соединяется с Ширин; но он гибнет от руки своего коварного сына, а Ширин, чтобы не достаться убийце, пронзает себя кинжалом над его телом[17].

«Лейли и Меджнун»[править | править код]

Лейли и Меджнун

Поэма «Лейли и Меджнун» (перс. لیلی و مجنون ‎) написана в 1188 году. В её основе сюжет старинной арабской легенды «Лейли и Меджнун» о несчастной любви юноши Кайса, прозванного «Меджнун» («Безумец»), к красавице Лейли. Поэма посвящена ширваншаху Ахситану I, по чьему заказу и была написана[18][19][20][21]. Эта поэма считается самым известным персидским изложением сказания о Лейли и Меджнуне[20]. В поэме 4600 строф[22]. Эта романтическая поэма относится к жанру «удри» (иначе «одри»). Сюжет поэм этого жанра — удри, прост и вращается вокруг безответной любви. Герои удри являются полувымышленными-полуисторическими персонажами и их поступки похожи на поступки персонажей других романтических поэм этого жанра[23]. Низами персифицировал арабскую-бедуинскую легенду, представив героев в качестве персидских аристократов. Он также перенес развитие сюжета в городскую среду и добавил несколько персидских мотивов, украсив повествование также описаниями природы[24].

Поэма была опубликована в различных странах в различных версиях текста. Однако иранский учёный Вахид Дастгерди в 1934 г. осуществил публикацию критического издания поэмы, составив её текст из 66 глав и 3657 строф, опустив 1007 куплетов, определив их как более поздние интерполяции (искажения, добавленные в текст), хотя он допускал, что некоторые из них могли быть добавлены самим Низами[25].

Краткое описание сюжета[править | править код]

Сюжет легенды таков: поэт Кейс влюбился в свою двоюродную сестру Лейлу, но Лейлу выдали за другого, а Кейс сошёл с ума и удалился в пустыню, где слагал стихи, посвящённые возлюбленной; и только после смерти возлюбленные соединились в одной могиле. Низами несколько видоизменил сюжет: у него Кейс сходит с ума от любви, и именно поэтому родители Лейлы отказывают ему. Лейла, насильно выданная замуж, умирает от любви к Кейсу; узнав об этом, Кейс приходит на её могилу и умирает там:

«Уснули двое рядом навсегда.
Уснули вплоть до страшного суда.
»

Автор задаётся вопросом: что получили влюблённые за свои земные страдания, где их место в загробном мире? В коде пересказывается сон, по которому влюбленные соединились в раю, где они живут как царь и царица[26]. Общий смысл поэмы — безграничная любовь, находящая выход лишь в высокой поэзии и ведущая к духовному слиянию любящих.

«Семь красавиц»[править | править код]

«Семь красавиц» («Хафт пейкар») (перс. هفت پیکر ‎) написана в 1197 году. Поэма посвящена правителю Мараги Ала Ал-дин Кёрпе Арслану ибн Аг-Сонгору. Название поэмы дословно можно перевести, как «семь портретов», возможно перевести, как «семь красавиц», что отображает метафорическое значение. Безусловно, Низами намеренно дал поэме такое двусмысленное название, чтобы воспользоваться игрой слов[27].

Сюжет поэмы основан на событиях персидской истории и легенде о Бахраме Гуре (Бахрам V), сасанидском шахе, отец которого Йездигерд I двадцать лет оставался бездетным и заимел сына только после того, как обратился с мольбами дать ему ребёнка к Ахура Мазде.

Краткое описание сюжета[править | править код]

После долгожданного рождения Бахрама по совету мудрецов его отправляют на воспитание к арабскому царю Номану. По приказу Номана был построен прекрасный новый дворец — Карнак. Однажды в одной из комнат дворца Бахрам находит портреты семи принцесс из семи разных стран, в которых он влюбляется[28]. После смерти отца, Бахрам возвращается в Персию и восходит на престол. Став царем, Бахрам предпринимает поиски семи принцесс и женится на них. Он приказывает архитектору построить семь величественных зданий для каждой из своих новых жён[29]. Архитектор рассказывает Бахраму, что согласно астрологии, каждой страной правит одна из семи планет, и даёт совет Бахраму украсить каждый из дворцов для жен Бахрама в оттенках цвета, с которым ассоциируется планета, правящая страной, откуда прибыла каждая из красавиц[30]. Вначале Бахрам относился скептически к предложению архитектора, но потом даёт согласие на такое оформление дворцов для своих жен. После завершения строительства принцессы поселяются в своих дворцах. Бахрам посещает каждую принцессу в определённый день недели: в субботу — индийскую принцессу, которой правит Сатурн, в чёрном дворце, в воскресенье — греческую принцессу, которой правит солнце, в жёлтом дворце, и т. д. Интересно, что в красном дворце живёт русская княжна. Каждая из принцесс рассказывает царю свою историю, которая соответствует определённому настроению и её соответствующему цвету[31]. Сюжет каждой новеллы — любовное переживание, причём, в соответствии с переходом от чёрного цвета к белому, грубая чувственность сменяется духовно просветлённой любовью.

Вторая тематическая линия поэмы — превращение Бахрама Гура из легкомысленного царевича в справедливого и умного правителя, борющегося с произволом и насилием. Проходят годы. Пока царь был занят своими женами, один из его визирей захватил власть в стране. Неожиданно Бахрам обнаруживает, что дела в его царстве в беспорядке, казна пуста, а соседние правители собираются на него напасть. Расследовав деяния министра, Бахрам приходит к выводу, что тот виновен в бедах, постигших царство. Он приговаривает злодея-министра к смертной казни и восстанавливает справедливость и порядок в своей стране. После этого Бахрам приказывает превратить семь дворцов своих жён в семь зороастрийских храмов для поклонения Богу, а сам Бахрам отправляется на охоту и исчезает в глубокой пещере. Пытаясь найти дикого осла (gūr), Бахрам находит свою могилу (gūr)[32].

«Искандер-наме»[править | править код]

Искандер на охоте

Поэма Низами «Искандер-наме», что переводится как «Книга Александра» (перс. اسکندرنامه ‎) написана между 1194 и 1202 гг. Низами считал эту поэму итогом своего творчества, по сравнению с другими поэмами «Хамсы» она отличается некоторой философской усложнённостью. Поэма является творческой переработкой Низами различных сюжетов и легенд об Искандере — Александре Македонском, образ которого Низами расположил в центре поэмы. С самого начала он выступает как идеальный государь, воюющий только во имя защиты справедливости. Поэма состоит из двух формально независимых частей, написанных рифмованными куплетами и согласно метру «мотакареб» (аруз), которым написана поэма «Шах-наме»: «Шараф-наме» («Книга славы») и «Икбал-наме» или иначе «Кераб-наме» («книга судьбы»). «Шараф-наме» описывает (на основе восточных легенд) жизнь и подвиги Искандера. «Икбал-наме» композиционно делится на два больших раздела, которые можно озаглавить как «Искандер-мудрец» и «Искандер-пророк»[33].

Долгое время вызывало сомнения время создания поэмы и очередность её расположения внутри сборника «Хамса». Однако в начале «Шараф-наме» Низами сказал, что ко времени написания тех строк уже он создал «три жемчужины» перед тем, как начать «новый орнамент», что подтвердило время создания. Кроме того, Низами оплакивает смерть Ширваншаха Аксатана, которому Низами посвятил поэму «Лейли и Маджнун», и адресует свои наставления его преемнику. Ко времени завершения поэмы власть династии Ширваншахов в Гяндже ослабла, поэтому Низами посвятил поэму малеку Ахара Носрат-аль-Дин Бискин бин Мохаммаду, которого Низами упоминает во введении к «Шараф-наме» [34].

Краткое описание сюжета[править | править код]

Тайный голос сообщает Искандеру, что он избран для возвещения истины всему миру, и приказывает объехать всю землю. Отправляясь в путь, Искандер берёт «книги мудрости» Аристотеля, Платона и Сократа. Далее следуют описания четырёх путешествий Искандера, его встреч и диспутов с индийскими и греческими мудрецами, различные философские новеллы. Во время четвёртого путешествия (на север) он приходит в страну, где нет ни властей, ни притеснителей, ни богатых, ни бедных, ни преступлений, ни казней, где не знают лжи и несправедливости. Таким образом, во второй части поэмы Искандер предстает просветленным идеальным властителем, познавшим тщету земных устремлений. Поэма кончается описанием смерти Искандера и смерти самого Низами, очевидно написанным или по крайней мере дописанным кем-то другим.

Основные эпизоды легенды об Александре, которые известны в мусульманской традиции, собраны в «Шараф-наме»: рождение Александра, его наследование македонского трона, война против чернокожих, которые захватили Египет, война с персами, закончившаяся поражением и смертью Дара (Дария III) и женитьба Александра на дочери Дария и паломничество в Мекку[35]. Далее Низами рассказывает о пребывании Александра на Кавказе и его визите к царице Нусабе из Барды — городе, который располагался в непосредственной близости от родного города Низами Гянджи, и её амазонках. Оттуда Александр направляется в Индию и Китай. В его отсутствие русы нападают на Кавказ и захватывают Барду, что они фактически сделали за двести лет до Низами, и берут в плен Нусабу[36]. Узнав об этом, Александр воюет с русами и одерживает победу. Шараф-наме завершается рассказом о неудачных поисках Александром воды вечной жизни[37].

В «Икбал-наме» Александр — бесспорный властитель мира, показан уже не как воин, но как мудрец и пророк. Он дискуссирует с греческими и индийскими философами, и значительную часть текста составляют беседы, в которых семь греческих мудрецов рассказывают о своих идеях о сотворении мира[38]. Не менее существенную часть составляют притчи, не имеющие прямого отношения к истории Александра. В завершение Низами рассказывает о конце жизни Александра и обстоятельствах смерти каждого из семи мудрецов. В этой части добавлена интерполяция о смерти самого Низами[39]. В то время как «Шараф-наме» относится к традиции персидской эпической поэзии, в «Икбал-наме» Низами продемонстрировал свои таланты дидактического поэта, рассказчика анекдотов и миниатюриста[40].

«Хамсе» в Азербайджане[править | править код]

Изображение Ширин из «Хосров и Ширин» в интерьере Дома Шекихановых в Шеки[41]

Портретами героев «Хамсе» (изображения на мотивы поэм «Лейли и Меджнун», «Хосров и Ширин», «Семь красавиц» и др.)[42] украшены стены центрального зала второго этажа дома Шекихановых XVIII века в Шеки[43]. Азербайджанский художник Газанфар Халыков выполнил акварельные рисункы к поэмам «Хосров и Ширин» (1940) и «Искандер-наме» (1953) из «Хамсе», при создании которых использовал композиционные приёмы средневековых миниатюристов[44].

«Пятерице» Низами Гянджеви посвящены мозаичные рисунки на стенах бакинской станции метро «Низами Гянджеви», выполненные художником Микаилом Абдуллаевым. В 1959 году в Баку появился памятник Бахрам-Гуру — персонажу поэмы «Семь красавиц». Это был первый в Азербайджане скульптурный памятник литературному герою одной из поэм Низами Гянджеви. На родине поэта — во втором по величине городе Азербайджана — Гяндже, где поэт прожил всю свою жизнь, воздвигнута монументальная скульптура, посвящённая знаменитой «Пятерице».

В начале 1940-х годов азербайджанский композитор Узеир Гаджибеков написал два романса на стихи Низами Гянджеви соответственно образам семи героинь из поэмы «Семь красавиц» — «Сенсиз» («Без тебя», 1941) и «Севгили джанан» («Возлюбленная», 1943)[45][46]. В 1949 году Кара Караев пишет сюиту «Семь красавиц», а в 1952 году по мотивам поэмы — одноимённый балет (авторы либретто — Исмаил Идаятзаде, Юрий Слонимский и Сабит Рахман)[47]. Этот балет был впервые поставлен на сцене Азербайджанского театра оперы и балета[48] в Баку 7 ноября 1952 года. В 1942 году азербайджанским композитором Ниязи Тагизаде-Гаджибековым по мотивам поэмы «Хосров и Ширин» была написана опера «Хосров и Ширин»[49].

Сцена из постановки балета «Семь красавиц» Кара Караева

По мотивам поэмы «Лейли и Меджнун» азербайджанский композитор Кара Караев написал симфоническую поэму «Лейли и Меджнун» (первое исполнение в Баку 29 сентября 1947 года на торжественном вечере в честь 800-летия Низами Гянджеви)[50] и одноактный балет «Лейли и Меджнун». В 1961 году по мотивам поэмы «Лейли и Меджнун» на киностудии «Азербайджанфильм» был снят одноимённый фильм (роль Меджнуна исполнял Нодар Шашик-оглы)[51].

Искандер и Нушабе («Искандернаме»). Барельеф на постаменте памятника Низами Гянджеви в Баку

На памятнике Низами Гянджеви, установленному в 1949 году в Баку, высечено семь барельефов, изображающих героев поэм из «Хамсе». Среди них — Нушериван, слушающий беседу сов («Сокровищница тайн»), Фархад, прокладывающий дорогу через гору Биситун («Хосров и Ширин»), Лейли и Меджнун, учащиеся в школе («Лейли и Меджнун»), убивающий дракона Бахрам Гур («Семь красавиц»), Искандер на приёме у царицы Нушабе («Искандернаме») и др. Барельефы исполнены скульптором А. Хрюновым по эскизам художника Газанфара Халыкова[52] и расположены на семи гранях, по бокам от бронзовой доски с именем поэта.

В начале 2008 года в Национальной Библиотеке Австрии была обнаружена старинная рукопись «Хамсе — Пятерицы». После окончания восстановительных работ электронная копия Пятерицы была передана в дар Министерству Культуры и Туризма Азербайджана. А 23 апреля 2008 года, в Вене в Национальной Библиотеке Австрии состоялся вечер азербайджанской литературы. На вечере прошла презентация электронного диска (CD) со сборником поэм «Хемсе» и книги Низами Гянджеви. В мероприятии принимали участие заместитель министра культуры Азербайджана Адалет Велиев, главный директор Национальной Библиотеки Австрии Йохана Рахингер, представители посольства Азербайджана в Вене и другие официальные лица[53][54].

См. также[править | править код]

  • «Райские сады. „Хамсе“, или „Пятерица“ Низами. Персидская рукопись из Исфахана», фильм Алена Жобера[fr] из цикла «Палитры» (Франция, 1997).

Примечания[править | править код]

  1. Juan Eduardo Campo. Encyclopedia of Islam. — Infobase Publishing, 2009. — P. 551.

    Another noteworthy work of Persian literature was the Khamsa (Quintet) of Nizami (1141—1209), which retold some of the heroic and romantic stories of the Shahnamah, the Arabic romance of Majnun and Layla, and incorporated poetic reflections on philosophical and religious themes. Nizami had a great influence on the subsequent development of Persian poetry.

  2. 1 2 Charles-Henri de Fouchécour. Iran: Classical Persian Literature (англ.). Encyclopædia Iranica (December 15, 2006). Проверено 7 октября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    The first of his five (see below) ‘Treasures’ was influenced by Sanāʾi of Ghazna’s (d. 1131) monumental Garden of Truth (Ḥadiqa al-ḥadiq wa šariʿa al-ṭariqa; q.v.).

  3. Peter J. Chelkowski. Mirror of the Invisible World. — New York: Metropolitan Museum of Art, 1975. — 4 с.

    The details with which Nizami describes musicians are one of the delights of the Khamseh and make it a principal source of our present knowledge of the twelfth-century Persian musical composition and instruments.

  4. Peter J. Chelkowski. Mirror of the Invisible World. — New York: Metropolitan Museum of Art, 1975. — 4 с.

    However, in spite of his interest in commoners, Nizami did not reject the institution of kingship; he always believed it was an integral and sacred part of the Persian way of life.

  5. Ḵamsa of Neẓāmi — статья из Encyclopædia Iranica. Domenico Parrello
  6. 1 2 3 4 5 6 JTP de Bruijn. Persian Sufi Poetry, An Introduction to the Mystical — Taylor and Francis(Routledge) 1997 pp 97-98
  7. Paola Orsatti. ḴOSROW O ŠIRIN (англ.). Iranica (August 15, 2006). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    Ḵosrow o Širin… The death of his beloved wife, and the perusal of Gorgāni’s Vis o Rāmin, inspired Neẓāmi’s second major narrative poem: Ḵosrow and Širin (1181), his first masterpiece. It has a complex structure with several genres exploited simultaneously; and contains many verbal exchanges and letters, all imbued with lyrical intensity. Širin, an Armenian princess, is of the same proud and aristocratic mettle as Vis, both ardently faithful to their declared love and daring enough to force the hand of Fate, a Destiny that plays, in the case of Širin, upon the weaknesses and youthful foibles of her lover, Ḵosrow Parviz, grandson of Ḵosrow I.

  8. Paola Orsatti. ḴOSROW O ŠIRIN (англ.). Iranica (August 15, 2006). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    Ḵosrow o Širin… The poem was composed over a period of about 16 lunar years, between 571/1175-6 and 587/1191 (cf. de Blois, pp. 440, 446; Zarrinkub, p. 25ff.).

  9. Peter Chelkowski. "Mirror of the Invisible World". — New York: Metropolitan Museum of Art, 1975. — С. 6. — 117 с.

    «Khosrow and Shirin» proved to be a literary turning point not only for Nizami but for all of Persian poetry. Furthermore it was the first poem in Persian literature to achieve complete structural and artistic unity"

  10. Paola Orsatti. ḴOSROWO ŠIRIN AND ITS IMITATIONS (англ.). Iranica (August 15, 2006). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.
  11. Paola Orsatti. ḴOSROW O ŠIRIN (англ.). Iranica (August 15, 2006). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    Ḵosrow o Širin, the second poem of Neẓāmi’s Ḵamsa, recounts the amorous relationship between the Sasanian king Ḵosrow II Parviz (590—628 CE), and the beautiful princess Širin.

  12. Энциклопедия Ираника, статья — ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ:

    The Eskandar-nāma also has a lot of local color in the episodes set in the Caucasus, which must have appealed to the poet’s intended audience, and perhaps the most attractive character in the poem, Queen Nūšāba, belongs to that area, as does the Armenian princess who is the heroine of Ḵosrow o Šīrīn. Indeed, a striking feature in all three of the mentioned poems is the prominence of strong female characters.

  13. Энциклопедия Ираника, статья — FARHĀD (1):

    FARHĀD, a romantic figure in Persian legend and literature, best known from the poetry of Neẓāmī Ganjavī (q.v.) as a rival with the Sasanian king Ḵosrow II Parvēz (r. 591—628) for the love of the beautiful Armenian princess Šīrīn.

  14. Низамий // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.

    2) «Хосров и Ширина», напис. в 1180 г. Любовь сасанидского царя Первиза к бардинской княжне Ширине должна аллегорически изображать стремление души человеческой к Богу; но эта поэма (как и последующие) так живо рисует человеческие характеры и страсти, что не предупреждённый читатель не может даже подозревать здесь аллегории. Изд. в Тебризе (без года), в Лагоре (1871); нем. пер. Гаммера (Лпц., 1809).

  15. Пересказ содержания «Хосров и Ширин»

    Друг Хосрова Шапур, изъездивший мир от Магриба до Лахора, соперник Мани в живописи и победитель Евклида в черчении, повествует о чудесах, увиденных на берегу Дербентского моря. Там правит грозная царица Шемира, именуемая также Мехин Бану. Она повелевает Арраном вплоть до Армении, а лязг оружия её войска слышен в Исфахане.

    Хосров, восхищенный рассказом друга, лишается сна, думает лишь о неведомой пери. Наконец он посылает Шапура в Барду за Ширин. Шапур мчится в горах, где лазурные скалы облачены в желтые и красные одежды цветов.

  16. FARHĀD (1)
  17. http://www.iranica.com/articles/kosrow-o-sirin ḴOSROW O ŠIRIN
  18. Низами Гянджеви. Лейли и Меджнун. К 840-летию Низами Гянджеви. Перевод с фарси, предисловие и комментарии Рустама Алиева. / Редактор А. В. Старостин. — Б.: Элм, 1981. — С. 8. — 388 с. — 4000 экз.
  19. Сара Ашурбейли. Государство Ширваншахов (VI-XVI вв.). — Б.: Элм, 1983. — С. 143-144. — 341 с.

    В это же время большую известность на всем Ближнем Востоке получил другой гениальный поэт Низами, написавший в 1188 г. по заказу Ахситана поэму «Лейли и Меджнун».

  20. 1 2 Yuriko Yamanaka. The Desert as a Realm of Unbound Passion: Love and Madness in the Tale of Layla and Majnun // Cultural change in the Arab world / Edited by Tetsuo Nishio. — Kokuritsu Minzokugaku Hakubutsukan (National Ethnology Museum), 2001. — № 55. — С. 149.

    The most famous Persian rendering of this tale is the epic romance Layla va Majnun by Nizami Ganjavi (1141—1209 A.D.). His Layla and Majnun (1188 A.D.) is the third work in his Khamza (Quintet, a collection of five great epic poems), and was written by the order of Akhsatan, a king of the Shirvan-shah dynasty.

  21. Michiko Suzuki. Oral Tradition of Epic and Folktales. — Music culture in West Asia. — National Museum of Ethnology, 1980. — С. 103. — 155 с.

    Its popularization was accelerated by Layli Majnun, a romantic epic of about 4,000 verses, composed in 1188 by Nizami, at the request of Akhsatan I of Azerbaijan.

  22. A. A. Seyed-Gohrab. LEYLI O MAJNUN (англ.). Iranica (July 15, 2009). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    LEYLI O MAJNUN, a narrative poem of approximately 4,600 lines composed in 584/1188 by the famous poet Neẓāmi of Ganja.

  23. A. A. Seyed-Gohrab. LEYLI O MAJNUN (англ.). Iranica (July 15, 2009). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    LEYLI O MAJNUN … The romance belongs to the ʿUḏri (ʿOḏri) genre. The plot ofʿUḏri stories is simple and revolves around unrequited love; the characters are semi-historical and their actions are similar to, and easily interchangeable with, those of characters from otherʿUḏri romances.

  24. A. A. Seyed-Gohrab. LEYLI O MAJNUN (англ.). Iranica (July 15, 2009). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    LEYLI O MAJNUN … Persian verse romances are commonly about princes, and characters are usually related to courtly circles. Likewise, Neẓāmi portrays the lovers as aristocrats. He also urbanizes the Bedouin legend: Majnun does not meet Leyli in the desert amongst the camels, but at school with other children. Other Persian motifs added to the story are the childless king, who desires an heir; nature poetry, especially about gardens in spring and autumn, and sunset and sunrise; the story of an ascetic living in a cave; the account of the king of Marv and his dogs; the Zeyd and Zeynab episode; Majnun’s supplication to the heavenly bodies and God; his kingship over animals, and his didactic conversations with several characters.

  25. A. A. Seyed-Gohrab. LEYLI O MAJNUN (англ.). Iranica (July 15, 2009). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    LEYLI O MAJNUN. There are numerous editions of the romance from many countries, in a variety of forms. An enormous body of lithographed publications appeared in India, and these need to be examined not only for their texts but also for their illustrations. Critical editions of the romance appeared at the beginning of the twentieth century in Persia. The Persian scholar Waḥid Dastgerdi made a critical edition containing 66 chapters and 3,657 lines: he omits 1,007 couplets as interpolations, but he admits that some of these are by Neẓāmi. According to Dastgerdi, the interpolations must have taken place between 780/1349 and 800/1398. Under the supervision of Evgeniĭ E`duardovich Bertel’s, A. A. Alizada prepared another edition (Moscow, 1965) which consists of 66 chapters and 4,559 couplets. Behruz Ṯarvatiān’s edition has 63 chapters and 4, 553 verses, while the most recent critical edition of the poem, edited by Barāt Zanjāni, has 67 chapters and 4,583 verses.

  26. A. A. Seyed-Gohrab. LEYLI O MAJNUN (англ.). Iranica (July 15, 2009). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    LEYLI O MAJNUN … Leyli dies out of grief and is buried in her bridal dress. Hearing this news, Majnun rushes to her grave where he instantly dies. They are buried side by side and their graves become a site of pilgrimage. In the coda, someone dreams that they are united in Paradise, living as a king and queen.

  27. François de Blois. HAFT PEYKAR (англ.). Iranica (December 15, 2002). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    HAFT PEYKAR, a famous romantic epic by Nezami of Ganja (Neẓāmi Ganjavi) from the last decade of the 6th/12th century. The title can be translated literally as "seven portraits, " but also with the figurative meaning of «seven beauties.» Both translations are meaningful and the poet doubtless exploited intentionally the ambiguity of the words.

  28. François de Blois. HAFT PEYKAR (англ.). Iranica (December 15, 2002). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    After the customary long introductory sections, the poet gives an account of the birth of Bahrām, the often-told story of his upbringing at the court of the Arab king Noʿmān (here, as often, mislocated in the Yemen instead of al-Ḥira) and the construction of Noʿmān’s fabled palace, Ḵᵛarnaq. Reared in the desert, Bahrām becomes a formidable huntsman. Wandering through the palace, Bahrām discovers a locked room containing the portraits of seven princesses, one from each of the seven climes, with whom he immediately falls in love.

  29. François de Blois. HAFT PEYKAR (англ.). Iranica (December 15, 2002). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    Bahrām’s father Yazdjerd (i.e. Yazdegerd I) dies, and Bahrām returns to Persia to claim his throne from a pretender. After much palaver he is recognized as king. He rescues his people from a famine. Next Nezami picks up the story of Bah-rām’s hunting expedition with the loose-tongued slave-girl Feṭna, but alters the version known from the Šāh-nāma considerably; here the girl is not put to death, but eventually pardoned, and the king learns a lesson in clemency. The king sets out in search of the seven princesses and wins them as his brides. He orders his architect to construct seven domes to house his new wives.

  30. François de Blois. HAFT PEYKAR (англ.). Iranica (December 15, 2002). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    The craftsman tells him that each of the climes is ruled by one of the seven planets and advises him to assure his good fortune by adorning each dome with the color associated with the clime and planet of its occupant.

  31. François de Blois. HAFT PEYKAR (англ.). Iranica (December 15, 2002). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    The king is at first skeptical but eventually lets the architect have his way. The princesses take up residence in the splendid pavilions. The king visits each princess on successive days of the week: on Saturday the Indian princess, who is governed by Saturn, in the black dome, on Sunday the Greek princess, who is governed by the sun, in the yellow dome, and so on. Each princess regales the king with a story matching the mood of her respective color. These seven beautifully constructed, highly sensuous stories occupy about half of the whole poem.

  32. François de Blois. HAFT PEYKAR (англ.). Iranica (December 15, 2002). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    Years pass. While the king is busy with his wives an evil minister seizes power in the realm. Eventually Bahrām discovers that the affairs of the kingdom are in disarray, the treasury is empty and the neighboring rulers poised for invasion. To clear his mind, he goes hunting in the steppe. Returning from the hunt he comes across a herdsman who has suspended his dog from a tree. He asks him why. The shepherd tells the story of how the once faithful watchdog had betrayed his flock to a she-wolf in return for sexual favors. The king realizes that his own watchdog (the evil minister) is the cause of his misfortune. He investigates the minister. From the multitude of complainants he selects seven, who tell him of the injustices that they have suffered (the stories of the seven victims are the somber counterweight to the stories of the seven princesses). The minister is put to death. The king restores justice, and orders the seven pleasure-domes to be converted into fire temples for the worship of God. Bahrām goes hunting one last time and disappears mysteriously into a cavern. He seeks the wild ass (gūr) but finds his tomb (gūr).

  33. François de Blois. ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ (англ.). Iranica (December 15, 1998). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ, the poetical version of the life of Alexander by the great 12th century narrative poet Neẓāmī Ganjavī (535—605/1141-1209). It consists of two formally independent works, both in rhymed couplets and in the motaqāreb meter (see ʿARŪŻ) of the Šāh-nāma. The first part is generally known as Šaraf-nāma, the second as Eqbāl-nāma or Ḵerad-nāma, but there is no strong evidence that the author used these names to distinguish the two parts, and in quite a few manuscripts the name Šaraf-nāma is in fact applied to the second of the two poems. In India they are also known as Eskandar-(or Sekandar-) nāma-ye barrī and baḥrī respectively. Together they form one of the five constituent parts of the Ḵamsa, the posthumous collection of Neẓāmī’s major poems, and in most, though not all, of the manuscripts they are the last constituent.

  34. François de Blois. ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ (англ.). Iranica (December 15, 1998). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ… But earlier in the same poem (Šaraf-nāma, chap. 9, vv. 49-51) Neẓāmī says that he has already created «three pearls» before undertaking this "new ornament, " strengthening the suspicion that the mention of a fourth title in chapter 13 is an interpolation. Moreover, in Šaraf-nāma, chap. 41, vv. 3-23, the author laments the death of the Šarvānšāh Aḵsatān (the dedicatee of Leylī o Majnūn) and addresses words of advice to his (unnamed) successor. This suggests that Neẓāmī originally planned to dedicate the Eskandar-nāma, like Leylī o Majnūn, to one of the kings of Šarvān. But that dynasty evidently lost power over Ganja by the time the poems were completed, and in their final form they are dedicated to the malek of Ahar, Noṣrat-al-Dīn Bīškīn b. Moḥammad. This ruler is mentioned in the introduction to Šaraf-nāma, chap. 10, vv. 11-12, where the poet makes a pun on his name Bīškīn («whose hatred is more»), though some of the manuscripts have a superscription claiming (wrongly) that the verses evoke Bīškīn’s overlord, the atabeg Noṣrat-al-Dīn Abū Bakr.

  35. François de Blois. ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ (англ.). Iranica (December 15, 1998). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ… The principal episodes of the legend of Alexander, as known to the Muslim tradition, are elaborated in the Šaraf-nāma: the birth of Alexander, his succession to the Macedonian throne, his war against the Negroes who had invaded Egypt, the war with the Persians, ending with the defeat and death of Dārā (see DARIUS III) and Alexander’s marriage to Dārā’s daughter, his pilgrimage to Mecca.

  36. François de Blois. ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ (англ.). Iranica (December 15, 1998). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ… Neẓāmī then dwells at some length on Alexander’s stay in the Caucasus and his visit to Queen Nūšāba of Bardaʿa (q.v.; in the immediate neighborhood of Neẓāmī’s home town, Ganja) and her court of Amazons; this lady takes over the role of Candace in earlier versions of the Alexander saga. Alexander then goes to India and China. During his absence the Rūs (i.e., the Russian Vikings) invade the Caucasus and capture Bardaʿa (as they in fact did some two centuries before Neẓāmī’s time) and take Nūšāba prisoner.

  37. François de Blois. ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ (англ.). Iranica (December 15, 1998). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ… Alexander’s wars with the Rūs, which are depicted at considerable length, end with his victory and his magnanimous treatment of the defeated army. The Šaraf-nāma concludes with the account of Alexander’s unsuccessful search for the water of immortal life.

  38. François de Blois. ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ (англ.). Iranica (December 15, 1998). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ… In the Eqbāl-nāma Alexander, the undisputed ruler of the world, is depicted no longer as a warrior, but as a sage and a prophet. He debates with Greek and Indian philosophers, and a sizeable part of the text is occupied by the discourses in which the seven Greek sages elaborate their ideas about the creation.

  39. François de Blois. ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ (англ.). Iranica (December 15, 1998). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ… But we find also a number of extended parables, of only tangential connection with the Alexander story but exceptionally well told. The poet then tells of Alexander’s end and adds an account of the circumstances of the death of each of the seven sages. It is at this point that an interpolator has added the already mentioned account of Neẓāmī’s own death.

  40. François de Blois. ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ (англ.). Iranica (December 15, 1998). Проверено 16 сентября 2010. Архивировано 28 августа 2011 года.

    ESKANDAR-NĀMA OF NEŻĀMĪ… Whereas the Šaraf-nāma clearly belongs to the tradition of Persian epic poetry — though Neẓāmī makes no attempt to emulate the style and manner of the Šāh-nāma — in the Eqbāl-nāma he shows his talents as a didactic poet, an anecdotist and a miniaturist.

  41. Наталья Михайловна Миклашевская / Вступительная статья: доктор искусствоведения проф. К. Керимов. Составители: ст. науч. сотрудник, искусствовед Т. Исмаилова, мл. науч. сотрудник С. Дадашева. Редактор: народный художник Азерб. ССР, лауреат Гос. премии СССР, Кязим-заде К. М.. — Б., 1979.
  42. Город Нуха. Дом Шекихановых // Азербайджан (Исторические и достопримечательные места) / Под общей редакцией М. А. Казиева.. — Б.: Издательство АН Азербайджанской ССР, 1960. — С. 113.
  43. Шәкихановларын еви / Под ред. Дж. Кулиева. — Азербайджанская советская энциклопедия: Главная редакция Азербайджанской советской энциклопедии, 1987. — Т. 10. — С. 505.
  44. Халыков Газанфар Алекпер оглы // Популярная художественная энциклопедия / Под ред. Полевого В. М.. — М.: Советская энциклопедия, 1986.
  45. Сафарова З. Узеир Гаджибеков. — Баку: Язычы, 1985. — С. 61. — 64 с.
  46. Романс-газелла, Электронная библиотека Узеира Гаджибекова. Проверено 18 июня 2010.
  47. Абасова Э. А., Касимов К. А. Очерки музыкального искусства Советского Азербайджана 1920-1956. — Б.: Элм, 1970. — С. 131. — 178 с.
  48. Абасова Э. А. Караев К. А. // Музыкальная энциклопедия / Под ред. Ю. В. Келдыша. — М.: Советская энциклопедия, Советский композитор, 1973—1982.
  49. Ниязи // Большая биографическая энциклопедия. — 2009.
  50. Официальный сайт, посвящённый Кара Караеву
  51. Официальный сайт Фильм Бюро Азербайджана
  52. Н. Габибов, М. Наджафов. Искусство Советского Азербайджана. — М.: Искусство, 1960. — С. 132. — 198 с.
  53. В Вене состоялся вечер азербайджанской литературы
  54. В Азербайджан доставлен электронный вариант рукописи «Хамсе» великого азербайджанского поэта и мыслителя Низами Гянджеви (азерб.)

Ссылки[править | править код]