Хороший парень

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Хороший парень — неформальный термин для (часто молодого) взрослого мужчины, который обладает такими характеристиками, как мягкость характера (англ.), сочувствие, чувствительность и уязвимость.[1] Термин имеет как положительный смысл, так и отрицательный.[2] В положительном смысле он подразумевает мужчину, который ставит потребности других выше своих, избегает конфронтаций, делает одолжения, оказывает эмоциональную поддержку, пытается держаться подальше от неприятностей, и в целом действует положительно по отношению к другим.[3] В контексте отношений это может также относиться к чертам честности, лояльности, романтизма, вежливости и уважения. В отрицательном смысле термин «хороший парень» подразумевает мужчину, который не проявляет настойчивости, не выражает своих истинных чувств и, в контексте отношений с женщинами (в котором часто и используется термин), бесчестно использует мнимую дружбу и базовый социальный этикет с неявной целью перехода к романтическим или сексуальным отношениям.[4][5]

Исследования предпочтений у женщин[править | править код]

Результаты исследования романтического восприятия «хороших парней» неоднозначны и часто противоречивы. Герольд и Мильхаузен заключают: «Ответ на вопрос: „Всегда ли хорошие парни проигрывают?“ сложен тем, что на него влияют как используемые измерительные инструменты, так и характеристики объекта».

В исследованиях, в которых явно используется термин «хороший парень», иногда приводятся ссылки на исследования, в которых этот термин не используется напрямую, а лишь затрагивается поведение, часто ассоциируемое с неискренней «любезностью».

Конструкция «хороший парень»[править | править код]

В изучении феномена «хорошего парня» есть трудность, связанная с неоднозначностью конструкции «хороший парень». Участники исследований имеют различное понимание того, кто такой «хороший парень».

В своем качественном анализе Герольд и Милхаузен обнаружили, что женщины ассоциируют разные качества с ярлыком «хороший парень»: «Одни женщины предлагали лестные интерпретации „хорошего парня“, характеризуя его как преданного, заботливого и уважительного к женщинам. Другие женщины, однако, подчеркнули более негативные аспекты, считая „хорошего парня“ скучным, неуверенным и непривлекательным». «Подонки» также были разделены на две категории: «либо уверенные, привлекательные, сексуальные и захватывающие, либо манипулятивные, неверные, неуважительные к женщинам и заинтересованные только в сексе».

Хорошие парни иногда предполагаются властными или не имеющими видения и амбиций. Эти мнения предлагают считать уверенность в себе ключевым моментом и возможностью развития.

Исследователи таким образом по-разному опернационализировали конструкции «хороший парень» и «подонок». Далее приведены некоторые варианты.[1]

Результаты исследований[править | править код]

Имеются несколько различных исследований, которые явно пытаются выяснить успешность или неуспешность «хороших парней» в отношениях с женщинами.[1][6][7]

Дженсен-Кэмпбелл и др. (1995) оперировали «любезностью» как просоциальным поведением, которое включало в себя соглашаемость (англ.) и альтруизм . Они обнаружили, что женское влечение было взаимным результатом как доминирования, так и просоциальной тенденции. Они предполагают, что альтруизм может быть привлекательным для женщин, когда он воспринимается как форма субъектностного поведения.

Хорошие парни обычно выглядят вдвое более привлекательными, чем мужчины, которые предпочитают демонстрировать себя нейтральными, и в восемь раз привлекательнее, чем «подонки» в профилах служб знакомств. Социальное доминирование усиливает женское влечение к мужчине, который проявил в отношениях доброту и теплоту, которые ищут женщины, стремящиеся к долгосрочным отношениям, и занижает значение статуса и физической привлекательности.[8]

Спречер и Реган (2002) считают доброту и тепло, выразительность, открытость и юмор наиболее желаемыми чертами долгосрочного партнера, и в меньшей степени такие показатели социального статуса, как потенциал к будущему заработку (богатству). Участники предположили, чтобы они хотели бы больше юмора, выразительности и теплоты от своего партнера, чем выражают их друзья.[9]

Херольд и Мильхаузен (1998) задавали следующий вопрос студенткам: "Вы встречаете двух мужчин. Один, Джон, приятный, но несколько застенчивый. У него не было никакого сексуального опыта. Другой, Майк, привлекателен, очень весел и имел секс с десятком женщин. Оба хотят с вами встречаться. Кого вы выбирете? " 54 % сообщили, что предпочитают «Джона», 18 % предпочитают «Майка», а остальные не имеют никаких предпочтений.

Урбаниак и Киллман (2003) создали виньетки четырёх гипотетических участников шоу знакомств: «Хороший Тодд», «Нейтральный Тодд», «Подонок Тодд» и «Майкл», который был создан как контрольный. «Хороший Тодд» описывал «настоящего мужчину» как «чувствительного», доброго и внимательного, не мачо и заинтересованного в том, чтобы на первом месте было удовольствие его партнера. «Нейтральный Тодд» описывал «настоящего мужчину» как человека, который «знает, чего он хочет, и знает, как это получить», кто добр к женщине, которую любит. «Подонок Тодд» описывал «настоящего мужчину» как человека, который «знает, чего он хочет, и знает, как это получить», который держит всех остальных в тонусе и избегает «чувственных» вещей. «Майкл» описывал «настоящего мужчину» как спокойного и позитивного. В двух исследованиях Урбанияк и Килманн обнаружили, что женщины утверждают, что предпочитают больше «Хорошего Тодда» по сравнению с «Нейтральным Тоддом» и «Подонка Тодда» по сравнению с «Майклом», даже на разных уровнях физической привлекательности (англ.). Они также обнаружили, что для чисто сексуальных отношений «хорошесть оказалась относительно менее значимой, чем физическая привлекательность». Признав, что предпочтение женщинами «хорошести» может быть завышено эффектом социальной желательности, особенно из-за использования ими словесных сценариев, они пришли к выводу, что «наш общий результат не благоприятствует стереотипу хорошего парня».

Макдэниел (2005) создал виньетки для свиданий со стереотипным «хорошим парнем» и стереотипным «веселым/сексуальным парнем» и попытался заставить их обоих звучать позитивно. Участники сообщили о большем желании второго свидания с «хорошим парнем», чем с «веселым/сексуальным парнем».

Исследование, проведенное в 2008 году в Университете штата Нью-Мексико в Лас-Крусесе, показало, что «хорошие парни» имеют значительно меньше сексуальных партнеров, чем «плохие парни».[10][11]

Бэрклей (2010) обнаружил, что при прочих постоянных факторах, щедрые парни оцениваются как более желаемые для свиданий и долгосрочных отношений, чем не щедрые. В этом исследовании использовалась серия подходящих описаний, где каждый мужчина был представлен в щедрой или контрольной версии, которые отличались только тем, был ли мужчина склонен к помощи другим. Автор предполагает, что сама по себе милость желаема женщинами, но, как правило, её используют мужчины, которые менее привлекательны в прочих сферах, и именно это и создает впечатление «хорошие парни остаются ни с чем».[12]

Садалла, Кенрик и Вершур (1985) обнаружили, что женщин сексуально привлекает мужская доминантность (хотя доминирование не делало мужчин милыми для женщин) и что женское доминирование не влияло на мужчин.[13]

Богарт и Фишер (1995) изучали отношения между личностями университетских мужчин и числом их сексуальных партнеров. Они обнаружили корреляцию между количеством сексуальных партнеров у мужчин и чертами поиска ощущений (англ.), гипермаскулистости (англ.), физической привлекательности и уровнями тестостерона. Они также обнаружили корреляцию между максимальным ежемесячным числом партнеров и чертами доминантности и психотизма. Богарт и Фишер предполагают, что базовая конструкция, обозначенная как «растормаживание (англ.)», может быть использована для объяснения большинства этих различий. Они предполагают, что растормаживание отрицательно коррелирует с «соглашаемостью» и «добросовестностью» из Большой Пятерки модели личности.[14]

Ботвин, Басс и Шакелфорд (1997) в исследовании незамужних пар и молодоженов обнаружили, что женщины, в отличие от мужчин, предпочитали в своих партнерах динамизм (англ.) и доминантность.[15]

См. также[править | править код]

Ссылки[править | править код]

  1. 1 2 3 A. K.; McDaniel. Young Women's Dating Behavior: Why/Why Not Date a Nice Guy? (англ.) // Sex Roles : journal. — 2005. — Vol. 53, no. 5—6. — P. 347—359. — DOI:10.1007/s11199-005-6758-z.
  2. No More Mr. Nice Guy (12 июля 2005). Дата обращения 28 марта 2013. Архивировано 17 января 2013 года.
  3. Glover, Dr. Robert, http://nomoremrniceguy.com
  4. Blomquist, Daniel. When nice guys are sexist with a smile. Berkeley Beacon (2 апреля 2014). Дата обращения 9 декабря 2014. Архивировано 20 марта 2015 года.
  5. Dasgupta. The Friend Zone is Sexist. The Maneater. Дата обращения 1 ноября 2014.
  6. G. C.; Urbaniak. Physical attractiveness and the 'nice guy paradox:' Do nice guys really finish last (англ.) // Sex Roles : journal. — 2003. — Vol. 49, no. 9—10. — P. 413—426. — DOI:10.1023/A:1025894203368.
  7. L. A.; Jensen-Campbell. Dominance, prosocial orientation, and female preferences: Do nice guys really finish last? (англ.) // Journal of Personality and Social Psychology : journal. — 1995. — Vol. 68, no. 3. — P. 427—440. — DOI:10.1037/0022-3514.68.3.427.
  8. DiDonato Ph.D. Do Nice Guys Really Finish Last?. psychologytoday. Дата обращения 30 апреля 2019.
  9. S., P. C.; Sprecher & Regan. Liking some things (in some people) more than others: Partner preferences in romantic relationships and friendships (англ.) // Journal of Social and Personal Relationships (англ.) : journal. — 2002. — Vol. 1, no. 19. — P. 463—481.
  10. Why Nice Guys Finish Last, ABC News (19 июня 2008).
  11. Inman. Bad guys really do get the most girls, New Scientist (18 июня 2008).
  12. Barclay, P. 2010. Altruism as a courtship display: some effects of third-party generosity on audience perceptions. British Journal of Psychology, 101, 123—135.
  13. E. K.; Sadalla. Dominance and heterosexual attraction (англ.) // Journal of Personality and Social Psychology : journal. — 1987. — Vol. 52, no. 4. — P. 730—738. — DOI:10.1037/0022-3514.52.4.730.
  14. A. F.; Bogaert. Predictors of university men's number of sexual partners (англ.) // Journal of Sex Research (англ.) : journal. — 1995. — Vol. 32, no. 2. — P. 119—130. — DOI:10.1080/00224499509551782.
  15. M. D.; Botwin. Personality and mate preferences: Five factors in mate selection and marital satisfaction (англ.) // Journal of Personality (англ.) : journal. — 1997. — Vol. 65, no. 1. — P. 107—136. — DOI:10.1111/j.1467-6494.1997.tb00531.x. — PMID 9143146.