Эта статья входит в число хороших статей

Христианские мученики в Колизее

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Konstantin Flavitsky - Christian Martyrs in Colosseum.jpg
Константин Флавицкий
Христианские мученики в Колизее. 1862
Холст, масло. 385 × 539 см
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

«Христиа́нские му́ченики в Колизе́е» — крупноформатная картина русского художника Константина Флавицкого (1830—1866), оконченная в 1862 году. Она является частью собрания Государственного Русского музея в Санкт-Петербурге (инв. Ж-5688). Размер картины — 385 × 539 см[1][2][3].

Полотно было завершено Флавицким в Италии, в последний год его пенсионерской поездки за границу (1855—1862). После его возвращения в Россию картина экспонировалась на Академической выставке 1863 года. За неё Академия художеств присвоила Флавицкому звание почётного вольного общника[4][5].

Сюжет этого произведения связан с ранней историей христианства, а основной идеей было прославление героизма во имя веры и убеждений. Современниками и более поздними исследователями творчества Флавицкого отмечалось значительное влияние на эту картину произведений Карла Брюллова и в первую очередь его эпического полотна «Последний день Помпеи»[2][6].

Сюжет и описание[править | править вики-текст]

Сюжет картины связан с гонениями на ранних последователей христианства, которые происходили в Римской империи начиная со второй половины I века нашей эры. Особой жестокостью было отмечено время правления императора Нерона (54—68 годы нашей эры). Римский Колизей был построен позже — в 72—80 годах. Существовало предание, что именно на арене Колизея, который мог вместить до 87 тысяч зрителей, христиан отдавали на растерзание диким зверям[2]. По некоторым источникам, такие казни происходили в Колизее во время правления императора Траяна (98—117 годы), начиная с казни Игнатия Антиохийского в 107 году[7].

Основная идея работы Флавицкого — прославление героизма во имя веры. Художник изобразил подземелье у арены Колизея, в котором ожидают неминуемой смерти христиане, среди которых есть старики, женщины и дети. В левой части выделяются образы двух рабов-стражников: один из них открывает массивную дверь темницы, а другой с насмешливо-издевательским видом зовёт мучеников на ярко освещённую солнцем арену Колизея, у другого края которой видны львы. Мужчина с высоко поднятым крестом ведёт за собой на арену мальчика, который, обернувшись, протягивает руку к лежащей на земле женщине с младенцем, в отчаянии пытающейся их остановить. Рядом — две дочери, прижавшиеся к своей матери. В правой части картины изображён слепой старик, покорно идущий в сторону света, исходящего от открытой двери. За ним — в испуге прильнувшие друг к другу молодые супруги. Несколько римских солдат пытаются подтолкнуть к выходу прощающихся друг с другом христиан[8][9][10].

Искусствовед Татьяна Горина, исследовавшая творчество Флавицкого, пишет об определённой двойственности картины, которая, с одной стороны, имеет «традиционный академический сюжет», а с другой — озвучивает «романтическую тему борьбы за свободу убеждений и чувств»[11]. В целом соглашаясь с этим утверждением, искусствовед Алла Верещагина дополняет его своей интерпретацией возможного отношения автора картины к теме христианских мучеников и, в частности, смысла, вложенного в фигуры основных персонажей. Она считает, что в тот период симпатии Флавицкого были не на стороне Римской католической церкви, а на стороне Гарибальди и других современных ему представителей национально-освободительного движения. Поэтому центральный персонаж картины — мужчина, ведущий мальчика на арену, — по её мнению, мог нести в себе не положительно-героический смысл «проповедника с крестом в руках», а наоборот, отрицательный смысл грубого и безжалостного пособника палачей, который «торопит несчастных людей и, выхватив чей-то крест, размахивая им, вытаскивает приговорённых к смерти на арену»[9].

Отмечалась связь композиции картины и ряда её деталей с полотном Карла Брюллова «Последний день Помпеи». И там, и там сюжет связан с трагическими событиями истории, у Брюллова обусловленными стихийным бедствием (извержением вулкана), а у Флавицкого — фанатизмом и жестокостью людей. В обоих случаях применяются похожие эффекты освещения — в частности, колорит с использованием ярких контрастных пятен. Наблюдаются также аналогии в расположении и выразительности пластики фигур. Кроме этого, указывалось, что в этой картине можно увидеть следы влияния на Флавицкого его учителя — исторического живописца Фёдора Бруни[9][10].

История[править | править вики-текст]

В качестве пенсионера Академии художеств Константин Флавицкий в 1855—1862 годах путешествовал по Европе — он побывал в Берлине, Дрездене и Париже, а затем жил в Риме. Будучи в Италии, он работал над картиной «Последние минуты христиан, осуждённых на съедение хищными зверями», которая впоследствии и стала известна под названием «Христианские мученики в Колизее»[12].

В 1862 году Флавицкий возвратился в Россию, поселившись в Санкт-Петербурге[12]. Его картина «Христианские мученики в Колизее» экспонировалась на Академической выставке 1863 года[4]. В том же году за неё он получил звание почётного вольного общника Академии художеств[12]. Постановление Совета Академии гласило: «благодарить пенсионера Флавицкого за представленную им картину „Последние минуты христиан перед казнью в Колизее“, которая исполнена с особой любовью к искусству, и признать его почётным вольным общником Академии»[5]. Тем не менее, это было относительно низкой оценкой, так как сам Флавицкий ожидал получить звание академика. Художник Николай Ге, который подружился с Флавицким в Италии, впоследствии вспоминал[13][14]:

« Флавицкий, вернувшийся в Россию годом раньше меня, жаловался мне, что ему, привезшему картину «Христианские мученики в Колизее», после, кажется, 20-летнего отсутствия значительных работ пенсионеров, не только не дали звания академика, как это всем давали просто за возвращение; ему дали звание почётного вольного общника, и никто не заикнулся о приобретении картины. »

Далее Ге сообщал, что он попытался разведать через конференц-секретаря Академии художеств, в чём была причина такого отношения к Флавицкому. В результате ему удалось узнать, что в Академии были недовольны тем, что Флавицкий в своей картине слишком походил на Брюллова. «Я первый раз узнал, что быть похожим на Брюллова нехорошо», — писал Ге, но кто именно так думал, он так и не выяснил[13].

Тем не менее, в конце концов полотно всё же было приобретено для музея Академии художеств[12][5]. На академической выставке 1864 года Флавицкий представил свою картину «Княжна Тараканова», за которую Академия присвоила ему звание профессора (оно было выше, чем звание академика), а в 1866 году скончался от чахотки. Средства, полученные от продажи картины «Христианские мученики в Колизее», были переданы в Академию художеств братьями художника Николаем и Иваном для учреждения стипендии имени Константина Флавицкого[12].

В 1897 году картина была передана в создаваемый в то время Русский музей императора Александра III (ныне — Государственный Русский музей), где она и находится до сих пор[1]. После открытия музея в 1898 году она была выставлена в Михайловском дворце, в одном зале с уже упомянутой картиной Брюллова «Последний день Помпеи». По воспоминаниям Александра Бенуа, в том же зале находились «Медный змий» и «Смерть Камиллы, сестры Горация» Бруни, «Явление Христа Марии Магдалине после воскресения» Иванова, «Тайная вечеря» Ге, «Осада Пскова» Брюллова, и ещё две-три картины Айвазовского[15][16]. В настоящее время картина «Христианские мученики в Колизее» выставлена в зале № 21 Михайловского дворца, где, кроме неё, находятся «Фрина на празднике Посейдона в Элевзине» Семирадского и «Смерть Нерона» Смирнова[17].

Эскизы[править | править вики-текст]

В Государственном Русском музее также находится одноимённый эскиз этой картины (бумага, масло, 18 × 26 см, инв. Ж-1151), переданный туда в 1917 году вместе с собранием Сергея Боткина его вдовой Александрой Боткиной[1].

Другой одноимённый эскиз этой картины находится в Государственной Третьяковской галерее (холст, масло, 67,5 × 89,8 см, инв. Ж-315). Он был приобретён галереей в 1963 году у И. М. Степаненко[12].

Ещё один одноимённый эскиз картины «Христианские мученики в Колизее» (бумага на холсте, масло, 43 × 61 см, начало 1860-х) находится в Рыбинском государственном историко-архитектурном и художественном музее-заповеднике[18][19].

Христианские мученики в Колизее (эскиз, ГТГ)
Христианские мученики в Колизее (эскиз, Рыбинский музей)

Отзывы и критика[править | править вики-текст]

Критик Владимир Стасов писал в своей статье «Академическая выставка 1863 года»[20]:

« Кому угодно действовать в старобрюлловском роде (все-таки ещё у нас не сошедшем окончательно со сцены), поди и учись перед огневой разудалой картиной г. Флавицкого: «Христианские мученики в Колизее». Г-н Флавицкий довольно удачно повторил и обычную радужность Брюллова, и театральные его выражения, и мелодраматическую шумиху, и отсутствие всякого настоящего чувства. »

Позднее, в своём исследовании «Двадцать пять лет русского искусства», опубликованном в 1882—1883 годах, Стасов отмечал, что в 1850-х, 1860-х и 1870-х годах «выходили от времени до времени на сцену живописцы прежнего направления», из которых «самый значительный, Флавицкий, в своей картине „Христианские мученики в Колизее“ наиболее близко подошёл к Брюллову и его „Помпее“»[20].

Художник Иван Крамской, отдавая должное таланту Флавицкого, об этой картине в целом отзывался отрицательно. В письме к Н. А. Александрову, датированном августом 1877 года, он писал, что «„Христианские мученики“ Флавицкого — картина трескучая и театральная, лишённая всякого самостоятельного отношения к действительности». Называя Флавицкого «талантливым подражателем Брюллова и страстным его поклонником», Крамской отмечал, что «найти новую дорогу помешало ему отчасти время, в которое он воспитывался, и яркость славы Брюллова»[21].

Искусствовед Софья Гольдштейн так писала об этой картине[6]:

« Идея борьбы во имя убеждений, положенная в основу сюжета этого произведения, интерес к выражению сильных эмоций, к передаче драматической коллизии говорили о задатках нового понимания исторической картины. Однако зависимость от системы школьных навыков и, быть может, ещё более того, — преклонение перед авторитетом Брюллова, влияние которого Флавицкий испытал еще будучи учеником Академии, не позволили художнику найти новое самостоятельное решение. »

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. 1 2 3 Государственный Русский музей — Живопись, XVIII — начало XX века (каталог). — Ленинград: Аврора и Искусство, 1980. — С. 330. — 448 с.
  2. 1 2 3 Флавицкий К. Д. Христианские мученики в Колизее. 1862 (HTML). Русский музей — виртуальный филиал — www.virtualrm.spb.ru. Проверено 3 июня 2015.
  3. Флавицкий Константин Дмитриевич — Христианские мученики в Колизее, 1862 (HTML). www.art-catalog.ru. Проверено 3 июня 2015.
  4. 1 2 Г. Ю. Стернин. Художественная жизнь России середины XIX века. — Москва: Искусство, 1991. — С. 119. — 207 с. — ISBN 5-210-00249-7.
  5. 1 2 3 А. И. Леонов. Русское искусство: очерки о жизни и творчестве художников. — Москва: Искусство, 1958. — С. 491. — 778 с.
  6. 1 2 С. Н. Гольдштейн, О. А. Лясковская. Историческая живопись. // В книге «История русского искусства», т. 9, кн. 1, ред. И. Э. Грабарь, с. 143—175. — Москва: Издательство Академии наук СССР, 1965. — С. 146.
  7. Филип Шафф. История христианской церкви. Том II. Доникейское христианство. 100—325 г. по Р. Х.. — Litres, 2015. — С. 47. — 589 с. — ISBN 9785457372450.
  8. Т. Н. Горина. Константин Дмитриевич Флавицкий. // Русское искусство: очерки о жизни и творчестве художников. Середина XIX века. / А. И. Леонов. — Москва: Искусство, 1958. — С. 490.
  9. 1 2 3 А. Г. Верещагина. Историческая картина в русском искусстве. Шестидесятые годы XIX века.. — Москва: Искусство, 1990. — С. 112—115. — 229 с. — ISBN 5-210-00311-6.
  10. 1 2 Н. А. Яковлева. Русская историческая живопись.. — Москва: Белый город, 2005. — С. 191—192. — 656 с. — (Энциклопедия мирового искусства). — ISBN 5-7793-0898-5.
  11. Т. Н. Горина. Константин Дмитриевич Флавицкий (1830—1866).. — Москва: Искусство, 1955. — 25 с.
  12. 1 2 3 4 5 6 Государственная Третьяковская галерея — каталог собрания / Я. В. Брук, Л.И. Иовлева. — Москва: Красная площадь, 2006. — Т. 4: Живопись второй половины XIX века, книга 2, Н—Я. — С. 399—401. — 560 с. — ISBN 5-900743-22-5.
  13. 1 2 Н. Н. Ге. Жизнь художника шестидесятых годов. // Северный вестник. — Санкт-Петербург, 1893, № 3, отдел первый. — С. 277—287.
  14. Николай Николаевич Ге: письма, статьи, критика, воспоминания современников / Н. Ю. Зограф. — Москва: Искусство, 1978. — С. 218. — 399 с.
  15. Александр Бенуа. Мои воспоминания, книга 4, 5. — Москва: Наука, 1980. — С. 201.
  16. Елена Ляшенко. Сделано в России. Кто и как создавал Государственный Русский музей (HTML). Аргументы и факты — www.spb.aif.ru (19 марта 2015). Проверено 23 июня 2015.
  17. Михайловский дворец, зал 21 (HTML). Русский музей — виртуальный филиал — www.virtualrm.spb.ru. Проверено 23 июня 2015.
  18. С. Н. Овсянников. Рыбинский историко-архитектурный и художественный музей-заповедник. — Москва: Белый город, 2005. — С. 63. — 63 с. — ISBN 9785779308809.
  19. Путеводитель по Рыбинскому музею-заповеднику: Искусство середины XIX столетия (HTML). Рыбинский музей-заповедник — www.rybmuseum.org. Проверено 4 июня 2015.
  20. 1 2 В. В. Стасов. Избранное: живопись, скульптура, графика. — Искусство, 1950. — Т. 1 — Русское искусство. — С. 43, 450.
  21. Крамской об искусстве / Т. М. Коваленская. — Москва: Изобразительное искусство, 1988. — С. 151—152. — 176 с. — ISBN 5-85200-015-9.

Ссылки[править | править вики-текст]