Чистое небо (фильм)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
«Чистое небо»
Постер фильма
Жанр драма
военный фильм
Режиссёр Григорий Чухрай
Автор
сценария
Даниил Храбровицкий
Григорий Чухрай
В главных
ролях
Евгений Урбанский
Нина Дробышева
Оператор Сергей Полуянов
Композитор Михаил Зив
Кинокомпания Киностудия «Мосфильм»
Длительность 106 мин.
Страна  СССР
Язык русский
Год 1961
IMDb ID 0053712

«Чистое небо» — советский художественный фильм, снятый в 1961 году известным режиссёром Григорием Чухраем. Главные роли в фильме исполнили Евгений Урбанский и Нина Дробышева.

Сценарий[править | править код]

Во время работы над «Балладой о солдате» Григорий Чухрай узнал о сценарии, написанном Даниилом Храбровицким . Сценарий «Чистого неба» так понравился режиссёру, что он захотел сразу приступить к съемкам фильма. Однако руководство не одобрило бы приостановку работы над «Балладой о солдате». Ситуация осложнялась ещё и тем, что права на сценарий (точнее, на его приблизительный набросок) принадлежали Свердловской киностудии . Только в результате продолжительного конфликта эти права перешли к «Мосфильму». Хотя изначально Григорий Чухрай был согласен снимать фильм в Свердловске, но режиссёрская разработка сценария уже была доверена местному студийному постановщику. Однако Даниил Храбровицкий не одобрил образное решение, придуманное свердловским режиссёром. В 1959 году сценарий был доработан[1].

Мотивами первой части сценария стали тема верности, нравственной чистоты и тема превращения нескладного подростка в женщину.[2] Последняя треть текста сценария переписывалась уже в процессе работы над фильмом. Изначально Храбровицкий и Чухрай не затрагивали проблему осуждения и недоверия, с которыми столкнулись на родине бывшие военнопленные. В итоге эта тема становится ключевой.

Подготовка к съемкам[править | править код]

Руководство киностудии, одобрив запуск фильма, потребовало от режиссера завершить работу над картиной до конца текущего года. Выполнить это требование оказалось трудно. Действие нескольких ключевых сцен фильма происходило зимой, а к началу съемок в столице уже начал таять снег. Режиссер решил сократить время, отведенное на подготовку к съемкам. Григорий Чухрай планировал уехать из Москвы и отснять зимние эпизоды, а после возвращения доработать сценарий и доснять оставшиеся сцены. План не был рискованным, так поступали многие съемочные группы. Однако и в Ярославле , где планировал снимать Чухрай , вскоре начал таять снег. Режиссер нашел выход из сложившейся ситуации: снег привозили на грузовиках с Волги, а крыши домов выкрасили белым мелом.[3]

В процессе подготовки к воздушным съемкам режиссер посетил Академию им. Жуковского. В качестве технического консультанта помощь Чухраю оказал профессор Китайгородский. Консультант осудил техническую и историческую сторону сценария. Ключевое место в тексте отводилось преодолению звуковой скорости в авиации, но первый сверхзвуковой полет в действительности был осуществлен не в СССР.[4]

Сюжет[править | править код]

Действие происходит в СССР в 1940-е—1950-е годы.

Лётчик Алексей Астахов воевал и попал в плен, потом бежал. В мирное время Алексей столкнулся с недоверием и подозрительностью — как военнослужащий, побывавший в плену и тем самым «запятнавший моральный облик советского лётчика». Алексей страдает, не может найти работу по профессии и место в жизни. Его спасает любовь Саши Львовой, которую она пронесла через войну и все трудности послевоенного времени. После смерти Сталина Астахова вызывают в Минобороны, где вручают награду — медаль «Золотая Звезда». Алексей возвращается в авиаотряд и испытывает самолёты.

Проблематика фильма[править | править код]

Осуждение сталинизма

Григорий Чухрай воплотил в сюжете разочарование в политике Сталина, ставшее ударом для поколения режиссера. Атмосфера подозрительности и равнодушия в фильме тесно связана с культом личности: в одной из сцен заседание партбюро происходит в относительно небольшом помещении, в котором визуально доминирует статуя Сталина.[5] Летчик Астахов, как отмечает Н. Зоркая, в это несправедливое время, когда «гибель невинных оправдывается великой целью», становится «жертвой произвола»[6].

Антимилитаризм

«Чистое небо» - антивоенный фильм. Григорий Чухрай затрагивает проблему противоестественности войны. Антимилитаристские воззрения режиссера выражает, например, сцена встречи эшелона. Толпа женщин и детей вышла на перрон, чтобы встретить возвращающихся с войны мужчин, но перегруженный поезд проезжает без остановки. В сцене чередуются короткие монтажные кадры: ритм монтажа символизирует «неотвратимость судьбы»[7].

«Чистое небо» в контексте развития советского кинематографа[править | править код]

«Чистое небо» может быть рассмотрено как отклик на «Летят журавли» Михаила Калатозова. Режиссер, по мнению исследователя Александра Прохорова, опирался на калатозовское изложение тропа войны, потому что поставил в центр фильма трудности и страдания девушки Саши в тылу. Кроме того, Григорий Чухрай в своем фильме по-новому представил и разнообразил мотивы фильма Александра Столпера «Жди меня».[8] Киновед Нея Зоркая также отмечала, что «Чистое небо» было своего рода продолжением «Судьбы человека» С. Бондарчука.[6]

А. Прохоров также пишет, что, несмотря на антисталинский характер фильма, в нем присутствуют символы сталинской эпохи: образ неба и образ самолета. Так, открывающий и закрывающий фильм кадр чистого неба – неотъемлемый компонент сталинского пейзажа, символизирующий отсутствие преград на пути к светлому будущему. Визуальные метафоры, относящиеся к сталинской поэтике, сочетаются в "Чистом небе" с новой оттепельной идеологией.[9] Так, эти символы присутствуют в таких фильмах сталинской эпохи, как-то: «Летчики» Юлия Райзмана, «Валерий Чкалов» Михаила Калатозова.

В ролях[править | править код]

Режиссер отмечал, что Евгений Урбанский был не просто исполнителем главной роли, но и ее соавтором, поскольку «отвергал текст, если чувствовал хотя бы малейшую фальшь»[10]. Режиссер и актер могли часами работать над изменениями в роли.

В 1970-е годы фильм почти не демонстрировался в кино и на телевидении. В картине явно прослеживалась тема сталинского послевоенного террора, что не соответствовало настроениям того времени. О картине и её роли в советском кинематографе опять вспомнили[кто?] после 1985 года с наступлением перестройки.[источник не указан 118 дней]

Отзывы[править | править код]

Сценарист Борис Добродеев писал, что картина Чухрая «очень пришлась по душе Н.С. Хрущёву», а сам режиссер был для Никиты Сергеевича «знаковой фигурой, как бы идейным единомышленником в мире кино»[11]. Также министр культуры Екатерина Фурцева уже во время просмотра чернового варианта фильма отметила правдивость сюжета.[12]

Авторы «Чистого неба» хотят заставить зрителя думать, в этом их главнейшая задача, и именно поэтому они бросают в картине отдельные эпизоды, не давая частных решений по отдельным судьбам, отдельным персонажам и отдельным сюжетным положениям.

М. И. Ромм. «Беседы о кино»

Награды[править | править код]

Литература[править | править код]

  • Добродеев Б. Т. Было — не было.... — М.: ПРОЗАиК, 2010. — 480 с.
  • Зоркая Н. М. История советского кино. — СПб: Алетейя, 2005. — 544 с.
  • Прохоров А. Унаследованный дискурс: парадигмы сталинской культуры в литературе и кинематографе «оттепели. – СПб: Академический проект, 2007. – 344 с.
  • Ромм М. И. Беседы о кино. — М.: Искусство, 1964. — 368 с.
  • Чухрай Г. Н. Мое кино. (О времени и о себе.) — М.: Алгоритм, 2001. — 288 с.
  • Чухрай Г. Н. Памяти друга // Советский экран. — 1965. — Ноябрь (№ 22). — 22 с.
  • Шнейдерман И. И. Григорий Чухрай. — Л.-М.:Искусство, 1965. — 228 с.

Примечания[править | править код]

  1. Шнейдерман И.И. Григорий Чухрай. — Л.-М.: Искусство, 1965. — С. 166—167. — 228 с.
  2. Шнейдерман И. И. Григорий Чухрай. — Л.-М.: Искусство, 1965. — С. 167. — 228 с.
  3. Чухрай Г. Н. Мое кино. (О времени и о себе.). — М.: Алгоритм, 2001. — С. 138-139. — 288 с.
  4. Чухрай Г. Н. Мое кино. (О времени и о себе.). — М.: Алгоритм, 2001. — С. 139-140. — 288 с.
  5. Шнейдерман И. И. Григорий Чухрай. — Л.-М.: Искусство, 1965. — С. 198-199. — 228 с.
  6. 1 2 Зоркая Н. М. История советского кино. — СПб.: Алетейя, 2005. — С. 331. — 544 с.
  7. Шнейдерман И. И. Григорий Чухрай. — М.: Искусство, 1965. — С. 188-189. — 228 с.
  8. Прохоров А. Унаследованный дискурс: парадигмы сталинской культуры в литературе и кинематографе "оттепели". — СПб.: Академический проект, 2007. — С. 198. — 344 с.
  9. Прохоров А. Унаследованный дискурс: парадигмы сталинской культуры в литературе и кинематографе "оттепели". — СПб.: Академический проект, 2007. — С. 199. — 344 с.
  10. Чухрай Г. Н. Памяти друга // Советский экран. — 1965. — Ноябрь (№ 22). — С. 19.
  11. Добродеев Б. Т. Было — не было.... — М.: ПРОЗАиК, 2010. — С. 243-244. — 480 с.
  12. Чухрай Г. Н. Мое кино. (О времени и о себе.). — М.: Алгоритм, 2001. — С. 146. — 288 с.

Ссылки[править | править код]