Языки Гонконга

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Официальными письменными языками Гонконга являются китайский и английский языки, о чём записано в 9 статье Основного закона Гонконга[1]. В качестве устных языков в официальной сфере допускаются кантонский и севернокитайский диалекты, а также английский язык[цитата не приведена 642 дня]. Письменный кантонский язык используется в основном в детской литературе, рекламе и другой неформальной переписке[цитата не приведена 642 дня]. Кроме этого, в домашнем обиходе используются языки недавних иммигрантов из Филиппин, Индонезии и др. стран. Современная ситуация двуписьменности и трёхъязычия[2] появилась относительно недавно (после передачи Гонконга КНР в 1998 году). До этого языковая политика региона прошла несколько этапов развития, многие из которых сопровождались языковыми конфликтами.

История[править | править код]

Из диалектов китайского языка на территории Гонконга используются в основном два: путунхуа и кантонский. При этом законодательно не установлено, какая из разновидностей китайского языка является стандартом. На материковом Китае в качестве стандартизированной формы устного языка используется путунхуа, а письменного — упрощённые иероглифы, в то время как в Гонконге стандартными языковыми формами уже какое-то время де-факто являлись кантонский и полные иероглифы.

Пытаясь закрепиться в Гонконге, британские колонисты сознательно не уделяли внимания ни развитию местных языков, ни поддержанию связей между кантонским и стандартным китайским языком. В 1883 году, через сорок один год после захвата Гонконга, британские власти провозгласили английский единственным официальным языком концессии, хотя англофоны составляли не более 2 % его населения (в 1865 году из 125 504 человек лишь 2 000 были белыми, или 1,57 %). По переписи 1979 года, 88 % населения Гонконгa назвали родным языком кантонский, около 10 % — другие китайские диалекты (в основном шанхайский) и около — 2 % английский[3].

Рост гражданского самосознания гонконгцев и демонстрации конца 1960-х привели к официальному признанию равноправия китайских диалектов и английского, хотя этот процесс юридически завершился только к 1986 году. Более того, хотя использование китайской письменности и кантонского языка в школах формально былo разрешено, на практике оно не поощрялось до самого последнего года британской власти. Кампании по изучению северокитайского языка также носили в основном декларативный характер. В 1997 году только 12 % школ в Гонконге были синоязычными. Однако уже в 1998 году эта пропорция достигла 70 %[4].

Современные тенденции[править | править код]

После присоединения к КНР прогрессирующая англизация была приостановлена ввиду того, что английскому языку теперь всё тяжелее конкурировать с распространяющимся здесь северокитайским[4]. Однако поскольку иммиграция китайцев из материковой части КНР законодательно ограничена, распространение северокитайского языка, как и до этого английского, происходит в основном через сферу образования, СМИ, торговлю[5] и туризм. По данным доклада 2012 года, 96 % населения Гонконга владеет кантонским языком, 48 % — северокитайским и 46 % — английским. Таким образом, в настоящее время кантонский язык выступает в качестве абсолютно преобладающего родного (устного и реже письменного) языка, северокитайский — в качестве второго (письменного и реже устного), а английский — в качестве иностранного (в основном письменного). C 1998 года северокитайский диалект стал изучаться как предмет в гос. школах, а c 2000 года его знания стали проверяться при проведении госэкзаменов[6]. В 2012 году число гонконгцев, владеющих северокитайским, впервые превысило число владеющих английским. Таким образом, северокитайский язык потеснил английский всего через 13 лет после присоединения к КНР. Языковое наследие 156-летнего периода британского правления угасает в Гонконге даже быстрее, чем ожидалось[7]. Постепенное вытеснение английского северокитайским неудивительно: если в 1998 году Гонконг производил 16 % ВВП КНР, то к 2014 году эта доля опустилась до менее чем 3 %[8]. К концу 2000-х взрослые гонконгцы знали английский примерно так же, как и население других стран региона, никогда не управлявшихся Англией. Помимо этого, в английской речи гонконгцев наметилась тенденция к усилению интерференции со стороны их родного языка, приводящая к тому, что внешне английские изречения, калькированные по моделям китайских диалектов, становятся абсолютно непонятными для иностранцев или носителей английского языка[9]. Это, впрочем, не мешало Гонконгу оставаться экономически успешным регионом[7]. Впрочем, это угасание носит скорее относительный характер: в абсолютных цифрах число и доля владеющих английским языком в Гонконге продолжает медленно расти, о чём свидетельствует сравнение данных переписей 2001 и 2011 годов. Кроме этого, наметилась переориентация на американские стандарты английского языка, особенно заметная в частном секторе и среди детей и подростков[2]. Доля владеющих северокитайским, однако, растёт гораздо быстрее (с 35 % до 48 % за межпереписной период). Хотя на мировом уровне гонконгцы продолжают владеют английским лучше, чем население планеты в целом, они уже не занимают лидирующие позиции по этому показателю, опустившись с 12-го места в 2011 году до 22-го в 2013. Кроме этого, из-за конкуренции со стороны северокитайского ухудшилось и качество владения английским (-0,9 % за период между 2007 и 2012 гг). В результате, по показателю владения английским языком Гонконг к 2012 году отстал на 10 позиций от Сингапура, хотя ранее опережал его. После того, как английский в Гонконге отошёл на третий план, в сфере образования усилились трения между носителями северокитайского и кантонского языков: 70 % аспирантов в ВУЗах Гонконга составляют выходцы из Северного Китая, плохо понимающие кантонский язык[10].

Прочие сино-тибетские языки (диалекты)[править | править код]

В 1911 году в Гонконге насчитывалось 20 тыс. хакка, в 1921 году — 29 тыс., в 1931 году — 31 тыс.[11]. В 1961 году 128,4 тыс. человек или 4,9 % всех гонконгцев разговаривали на языке хакка. По состоянию на начало 1980-х годов 3,3 % всех китайцев Гонконга разговаривали на языке хакка[12]. Согласно данным за 2006 год языком хакка владели лишь 1,1 % гонконгцев. Таким образом, хакка во втором и третьем поколении перестают пользоваться родным языком и переходят на более престижный в Гонконге кантонский диалект[13].

Примечания[править | править код]

  1. THE BASIC LAW OF THE HONG KONG SPECIAL ADMINISTRATIVE REGION OF THE PEOPLE’S REPUBLIC OF CHINA. Article 9 (англ.) (PDF). — «In addition to the Chinese language, English may also be used as an official language by the executive authorities, legislature and judiciary of the Hong Kong Special Administrative Region.». Дата обращения: 28 августа 2019.
  2. 1 2 Hong Kong’s English language skills branded 'pathetic' as Chinese has 'negative influence' | South China Morning Post
  3. Архивированная копия (недоступная ссылка). Дата обращения: 3 октября 2014. Архивировано 9 апреля 2018 года.
  4. 1 2 http://www.ef.com/__/~/media/efcom/epi/2014/full-reports/ef-epi-2013-report-master.pdf
  5. Why living in Hong Kong as mainland Chinese is no piece of cake | South China Morning Post
  6. Mandarin overtakes English as Hong Kong’s second language — Telegraph
  7. 1 2 http://www.ef.com/__/~/media/efcom/epi/pdf/EF-EPI-2011.pdf
  8. the economist
  9. Архивированная копия (недоступная ссылка). Дата обращения: 3 октября 2014. Архивировано 6 октября 2014 года.
  10. Chinese students wage war on Cantonese in Hong Kong City University | Dictionary of Politically Incorrect Hong Kong Cantonese
  11. Huei-Ying Kuo. Transnational Business Networks and Sub-ethnic Nationalism: Chinese Business and Nationalist Activities in Interwar Hong Kong and Singapore, 1919--1941. — State University of New York at Binghamton, 2007. — С. 69. — ISBN 9780549267195.
  12. Брук, 1981, с. 520.
  13. Robert B. Kaplan. Language Planning in the Asia Pacific: Hong Kong, Timor-Leste and Sri Lanka. — Routledge, 2013. — С. 75. — ISBN 9781317981800.

Литература[править | править код]

  • Брук С. И. Население мира. Этно-демографический справочник. — Москва: Наука, 1981.