Снохачество

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Картина В. Е. Маковского «Свёкор», 1888 год

Сноха́чество — практика в русской деревне, при которой мужчина — глава большой крестьянской семьи (живущей в одной избе) состоит в половой связи с младшими женщинами семьи, обычно с женой своего сына (связь свёкра с невесткой, называемой сноха). Эта практика получила особое распространение в XVIIIXIX веках, сперва в связи с призывом молодых крестьян в рекруты, а затем и в связи с отходничеством, когда молодёжь уходила работать в города и оставляла жён дома в деревне.

История[править | править вики-текст]

С точки зрения православной церкви снохачество представляло собой кровосмешение (инцест) (по свойству) и осуждалось как грех. В частности, в 1918 году Поместный Собор Российской Православной Церкви в «Определении о поводах к расторжению брачного союза, освященного Церковью» признал в качестве такового, кроме прелюбодеяния и вступления одной из сторон в новый брак, и снохачество[1].

О распространённости снохачества, связанного с абсолютной властью «большака», «отца семейства» (домовладыки) над своими домашними, о пагубности этой практики и о возникающих в связи с этим криминальных ситуациях подробно писали многие публицисты XIX века (А. Н. Энгельгардт — «Письма из деревни»; первичные материалы этнографического бюро князя В. Н. Тенишева).

Следует признать, что половая близость между главой крестьянской семьи (большаком) и снохой не была явлением исключительным, а для патриархального уклада сельского быта, в какой-то мере и обыденным.

Причину существования этой формы удовлетворения сексуальных потребностей следует видеть в особенностях крестьянского быта. Одна из причин — это ранние браки. В середине XIX века в Тамбовской губернии было принято женить 12—13-летних мальчиков на невестах 16—17 лет. Отцы, склонные к снохачеству, умышленно женили своих сыновей молодыми для того, чтобы пользоваться их неопытностью. Другой причиной, создающей условия для распространения этого порока в сельской среде, были отхожие промыслы крестьян. При этом часто глава семейства умышленно отправлял молодого мужа на отхожий промысел, вскоре после свадьбы, предполагая вступить в связь с невесткой. Из Болховского уезда Орловской губернии информатор в 1899 году сообщал:

Снохачество здесь распространено потому, что мужья уходят на заработки, видятся с женами только два раза в год, свекор же остается дома и распоряжается по своему усмотрению.

— Безгин В. Б. Правовая культура русского села (вторая половина XIX – начало XX веков). С. 56

Механизм склонения снохи к сожительству со свекром был достаточно прост. Пользуясь отсутствием сына (отход, служба), а иногда и в его присутствии, свекор принуждал сноху к половой близости. В ход шли все средства: и уговоры, и подарки, и посулы легкой работы. Обычно такая целенаправленная осада давала свой результат. В ином случае уделом молодухи становилась непосильная работа, сопровождаемая придирками, ругательствами, а нередко и побоями. Жизнь женщин, отказавших своим свёкрам в удовлетворении их плотских желаний, становилась невыносимо мучительной. По словам крестьянки, испытавшей на себе снохачество, в случае отказа свекру тот мстил снохе, наговаривая на неё сыну всякие гадости о том, что та имела в его отсутствие связь с посторонними мужчинами. Специалист по гражданскому праву дореволюционной поры Е. Т. Соловьёв в своем труде отмечал, что «когда сноха не желает быть сожительницей свекра, ей достаются от него жестокие побои, арест в подполе, погребе или в холодном амбаре».

Редко молодые бабы пытались найти защиту от сексуальных посягательств со стороны свекра в волостном суде, но, как правило, те устранялись от разбора таких дел.

В тех случаях, когда преступная связь свекра со снохой открывалась, виновной, как правило, признавалась женщина, которую ожидала жестокая расправа со стороны мужа. Вот характерный итог самочинной расправы:

Жена была избита до полусмерти; волосы наполовину были вырваны, лицо превращено в один сплошной синяк, тело исщипано, одежда изорвана в мелкие клочки, так что женщина очутилась на улице совсем нагая.

[2]

В культуре[править | править вики-текст]

Русский публицист В. Д. Набоков писал: «Нигде, кажется, кроме России, — нет по крайне мере того, чтобы один вид кровосмешения приобрел характер почти нормального бытового явления, получив соответствующее техническое название — снохачество».

Снохачество упоминается в романе «Отцы и дети» И. С. Тургенева:

…Холодная усмешка скривила губы Базарова.
 — Ну, насчёт общины, — промолвил он, — поговорите лучше с вашим братцем. Он теперь, кажется, изведал на деле, что такое община, круговая порука, трезвость и тому подобные штучки.
 — Семья наконец, семья, так, как она существует у наших крестьян! — закричал Павел Петрович.
 — И этот вопрос, я полагаю, лучше для вас же самих не разбирать в подробности. Вы, чай, слыхали о снохачах?

Об этом явлении говорится в повестях Н. С. Лескова «Житие одной бабы» (1863) и «Колодезь» (1997) С. В. Логинова. В книге В. М. Дорошевича «Сахалин» (1897) приводится народная примета: Как снохач помогать возьмётся, — колокол с места не сдвинешь. Мотивы снохачества в опере Д. Д. Шостаковича «Леди Макбет Мценского уезда» привнесены либреттистами и отсутствуют в одноимённой повести Лескова. Также снохачество встречается в романе Михаила Шолохова «Тихий Дон», когда Дарья Мелехова пытается соблазнить свёкра Пантелея Прокофьевича в отсутствие мужа Петра, объясняя это тем, что «не может без казака».

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Х. Вопросы личной, семейной и общественной нравственности // Основы социальной концепции Русской Православной Церкви (на сайте отдела Внешних церковных связей РПЦ).
  2. Преступления на сексуальной почве в российской провинции второй половины XIX — начала XX века

Литература[править | править вики-текст]