13-й армейский корпус (Российская империя)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
13-й армейский корпус
Russian coa 1825.png
Годы существования 19 февраля 18771918
Страна  Российская империя
Подчинение Lesser Coat of Arms of Russian Empire.svg Русская императорская армия
Тип армейский корпус
Численность до 20 тыс. человек
Дислокация Московский военный округ
Участие в Русско-турецкая война (1877—1878), Первая мировая война
Преемник 13-й гвардейский армейский корпус
Командиры
Известные командиры см. список

13-й армейский корпус — общевойсковое соединение (армейский корпус) Русской императорской армии.

Формирование[править | править код]

Сформирован 19 февраля 1877 года в составе 1-й и 36-й пехотных дивизий. Первоначальный командир корпуса — генерал-лейтенант Ган, начальник штаба — полковник Главного штаба Ильяшевич. До начала войны входил в Московский военный округ.

Состав[править | править код]

Первоначальный состав корпуса[править | править код]

К корпусу прикомандированы артиллерийские парки:

  • 17-е кавалерийское отделение летучего парка
  • При 1-й пехотной дивизии:
    • 23-й летучий
    • 23-й подвижный
  • При 1-й пехотной дивизии:
    • 23-й летучий
    • 23-й подвижный

В ходе Балканской кампании 1877-1878 годов в связи с отставанием на марше 13-й кавалерийской дивизии, к корпусу были прикомандирована 8-я кавалерийская дивизия в составе:

Состав на 18.07.1914[править | править код]

Боевой путь[править | править код]

XIII-й корпус в сражениях в Восточной Пруссии в 1914—1915 гг.[править | править код]

10/23 августа 1914 года командующий 2-й русской армией генерал Самсонов запросил у Главнокомандующего войсками Северо-Западного фронта генерала Жилинского разрешения наступать на фронт Алленштайн — Остероде, то есть на северо-запад. Прежняя директива предписывала наступать на фронт Растенбург — Зеебург. Наступление на фронт Алленштайн — Остероде являлось менее рискованным, чем движение прямо на север. Армия сохраняла возможность повернуть на запад в случае наступления немцев с фронта Гильгенбург — Лаутенбург. К вечеру 12/25 августа 1914 года XIII корпус находился в районе Куркена [1][1]. Левофланговый I-й русский корпус находился в районе Уздау [2], а правофланговый — VI корпус в районе Бишофсбурга. Благодаря необдуманным директивам генерала Жилинского и действиям генерала Самсонова, вместо сосредоточения, 2-я русская армия была разведена «веером» на фронте в 120 верст. Вечером того же дня, Гинденбург отдал приказ о наступлении 8-й немецкой армии 13/26 августа по всей линии фронта (Битва при Танненберге) :

8-я германская армия подводилась к полю сражения в двух группах : южная силой 8 с половиной пехотных дивизий направлялась для удара в левый фланг и тыл армии Самсонова, северная 4 с половиной пехотных дивизий направлялась на Бишофсбург для нанесения отдельного поражения изолированному VI русскому корпусу[2]

.

12/25 августа в результате разведки были получены точные данные о наращивании сил неприятеля в районе Гильгенбурга — Лаутенбурга [3] с целью нанесения главного удара левому флангу 2 -й русской армии. Самсонов «переживает тяжелые колебания» : стало очевидно в необходимости немедленного поворота фронта 2-й русской армии на запад для атаки противника, угрожающему левому флангу армии. Командиры XV и XIII корпусов 2-й русской армии ожидали данного приказа. Командующий XIII корпусом генерал Клюев направил Самсонову донесение, что корпуса идут в приготовленную ловушку и создавшаяся обстановка сильно напоминает результат «последней военной игры немецкого Генерального штаба»[3]. Командующий войсками Северо-Западного фронта генерал Жилинский "решительно не согласился с доложенными, специально командированным генерал-квартирмейстером 2-й армии Филимоновым, ему соображениями и требовал немедленного продолжения наступления в глубь Восточной Пруссии. При этом свою беседу, проведенную очень резким тоном, он закончил так : видеть противника там, где его нет — трусость, а трусить я не позволю генералу Самсонову и требую от него продолжения наступления[4]». В итоге, Самсонов принимает «странное решение» и направляет XV и XIII корпуса для захвата Алленштайна. Приказ "уклоняет операционную линию армии к востоку по сравнению с направлением на Алленштайн — Остероде ". До часу дня 13/26 августа генерал Клюев ожидал отмены приказа. Однако, генерал Самсонов, следуя «жесткой» директиве Жилинского, подтверждает приказ. XIII русский корпус двумя колоннами двинулся к Алленштейну. Во время марша "была слышна сильная канонада в районе Хохенштейна [4] : командир XV-го корпуса генерал Мартос решил не наступать на север, а разбить противника, расположенного на рубеже реки Древенц [5]. Осуществляя замысел, генерал Мартос развернул корпус на запад. Генерал Клюев не решился самовольно развернуть корпус для оказания содействия. Вечером 13/26 августа он запрашивает штаб 2-й русской армии о необходимости оказания срочной помощи XV корпусу. Одновременно, генерал Мартос 14/27 августа послал телефонограмму начальнику штаба 2-й русской армии генералу Постовскому, в которой просил прекратить движение XIII русского корпуса к Алленштайну и присоединить последний к XV корпусу. Для оказания помощи XV корпусу штаб 2-й армии выделил из состава XIII корпуса 2-ю бригаду 1-ой пехотной дивизии с артиллерией. Во второй половине дня 14/27 августа Алленштайн был занят частями XIII корпуса без боя. Тем временем, утром 14/27 августа XV русский корпус перешел в наступление :

XV корпус дрался теперь фронтом на запад между Дребниц [6] и Мюлен [7] . Противник оказывал упорное сопротивление. Прибывшая после полудня от Стабиготена [8] бригада XIII-го корпуса была направлена от Хохенштейна на Дребниц с задачей охватить с севера левый фланг противника. Около 4-х часов дня командир корпуса отдал приказ об общей атаке. Части XV-го корпуса, неся большие потери, перешли на всем фронте в энергичное наступление. Около 7-ми часов вечера русским удается временно захватить в свои руки сильно укрепленный Мюлен[5]

.

Посланная на помощь, бригада XIII-го корпуса с 3 батареями к западу от Хохенштейна попала в клещи между двумя германскими дивизиями : глубоко охваченная неприятелем с правого фланга, в течение нескольких часов упорно дралась с во много раз превосходящим противником в исключительно тяжелых тактических условиях под сильнейшим артиллерийском огнем. Не выдержав артиллерийского огня 13 германских батарей и напора противника, бригада начала отход, который вылился в беспорядочное отступление[6]. Вечером 14/27 августа штабом XIII корпуса был получен приказ по армии о подчинении XIII корпуса командиру XV корпуса. Клюеву было приказано срочно направить, весь корпус для удара в левый фланг противника. Утром 15/28 августа корпус одной колонной двинулся в сторону Хохенштейна. Авангард XIII корпуса у Грислинена [9] вступил бой с немцами. Генерал Клюев отдал приказ о развертывании корпуса. Замыкавший колонну 143 пехотный Дорогобужский полк 36-й пехотной дивизии у Даретена [10] подвергся нападению частей 1-го резервного немецкого корпуса, подошедших от Алленштайна. В неполном составе полк оказал упорнейшее сопротивление :

три раза они доводили дело до штыкового удара, понесли большие потери, потеряли командира полка, погибшего во время одной из атак, но дело сделали. Противник получил такой отпор, что в этот день на дальнейшие атаки не решился

.

Геройские действия полка помогли частям XIII корпуса продвинуться вперед у Грислинена, овладеть лесом и протянуть свой левый фланг южнее Хохенштайна, стремясь войти в соприкосновение с XV русским корпусом. Военный историк Головин Н. Н. в своих исследованиях отмечает[7] , что «задуманного штабом 8-ой немецкой армии окружения русских в районе Хохенштайна совершенно не вышло». Доблесть русских войск и искусство строевых начальников, генерала Мартоса, делают все, чтобы отсрочить катастрофу и дать шанс командованию войсками Северо-Западного фронта оказать немедленную помощь центральным корпусам 2-й русской армии. Однако, Главнокомандующий войсками Северо-Западного фронта генерал Жилинский пребывал в «олимпийском» спокойствии, медлил с принятием каких-либо решений. Попытки пробиться частям ХIII корпуса в направлении XV корпуса не дали результата. Подтянув резервы (1-й резервный немецкий корпус), немцы усилили давление. XV корпус генерала Мартоса, несмотря на ряд одержанных блистательных побед (разбита 41-я немецкая пехотная дивизия — битва при Ваплиц [11]), вынужден был отойти в направлении на Нейденбург. К ночи 15/28 августа ХIII-й корпус оказался в мешке: «с северо-запада, с севера и с северо-востока был противник, с юга — озера. Выходы из мешка шли: восточный мимо противника со стороны Алленштейна; западный — мимо противника у Хохенштейна»[8]. Генерал Клюев принял решение пробиваться через дефиле у Шведриха [12] в направлении на Куркен [13]. Корпус «быстро собрался и ночью в полной тишине начал движение» южнее Меркена [14]. Каширский 144-й пехотный полк прикрывал движение корпуса. В темноте головные части благополучно прошли Меркен. Однако, с рассветом немцы обнаружили движение колонны. Частям, «не прошедшим Меркен, было послано приказание свернуть, не доходя Меркена, пройти вдоль оврага прямо к переправе». Русские части заняли позицию «на высотах севернее перешейка» и открыли огонь. На арьергардный 144 полк все сильнее оказывалось давление неприятеля. Войска медленно двигались по узкому перешейку. Положение становилось критическим .

Доблестный командир Каширского полка, георгиевский кавалер, полковник Каховский проявлял беспредельную энергию, чтобы выиграть время, необходимое корпусу для прохода узины. Окруженный с 3-х сторон он, не видя другого исхода, схватил знамя и во главе полка пошел в атаку. Ценою гибели полка и его командира большая часть корпуса прошла перешеек…[9]

Достигнув Куркен, командир ХIII-го корпуса получил приказ по армии «форсированным маршем идти на Мушакен [15] с целью к рассвету 17/30 августа занять позицию фронтом на Нейденбург». В полной темноте части корпуса втянулись в Комузинский лес [16].

Головные части колонны появились на опушке поляны, их встретил луч прожектора, а затем несколько очередей на картечь. Колонна остановилась, произошло замешательство; но вскоре части оправились. По частному почину бывших здесь офицеров выкатили без шума 2 орудия на шоссе, два других поставили в соседнюю просеку, рассыпали по обеим сторонам шоссе пехоту, затем подняли шум, и, когда вновь заблистал луч прожектора, встретили его ураганным огнем, а затем дружно перешли в атаку. Немцы поспешно бежали, оставив раненых, убитых[10].

.

Утром 17/30 августа ХIII корпус двинулся тремя колоннами : правая на Мушакен, средняя на Садек, левая на Валендорф [17][11]. Корпус ждал встречных действий командующего войсками Северо-Западного фронта по деблокированию. Не видя помощи, деморализованные, голодные, измученные бесконечными перемещениями части корпуса стали сдаваться в плен. Первая погибла колонна следовавшая на Садек. Был пленен командир XIII корпуса генерал Клюев. Левая колонна также погибла. Правой колонне удалось небольшими группами просочиться через немцев. На данном направлении противник был встревожен известием о движении русских со стороны Млавы . Медлительность командующего генерала Жилинского привела к тому, что только вечером 16/29 августа из Млавы для спасения центральных корпусов 2 -й армии в направлении к Нейденбургу выступил сборный отряд под общим командованием генерала Сирелиуса [18] (назначен командиром I-го русского корпуса) в составе двух полков 3-ей гвардейской дивизии и 7-ми батальонов 6-ю батареями. Кроме этого, отряду была придана бригада 6-ой кавалерийской дивизии. Днем 17/30 августа войска генерала Сирелиуса заняли Нейденбург.

Если бы наступление на Нейденбург отряда генерала Сирелиуса совершилось бы утром предыдущего дня (16/29 августа), оно совпало бы с боем частей XV-го корпуса и 2-ой пехотной дивизии у Грюнфлиса [19] и Лана [20]. Несомненно, результатом было бы спасение частей генерала Мартоса и генерала Клюева, а, может быть, и окружение частей I-го германского корпуса, торопливо продвинувшихся по шоссе Нейденбург-Мушакен [21]-Вилленберг[12]

.

В то же время Великий князь Николай Николаевич, обладавший стальной волей[13] и полководческим даром[14], назначенный Царем на должность Верховного Главнокомандующего Русской Армии, был фактически (до 16/29 августа 1914 года) устранен от вмешательства в действия Жилинского . Новое Положение «О полевом управлении войск», написанное с учетом вступления Царя в должность Верховного, вносило существенные ограничения на деятельность последнего: Главнокомандующий попадал в «зависимость от Военного министра Сухомлинова и командующих фронтами»[15][16].

Командиры[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. Н. Н. Головин, «Из истории кампании 1914 года на Русском фронте», Кн. 1, т. 1. "План войны "; т. 2. Начало войны и операции в Восточной Пруссии "/ Н. Н. Головин — М.: АЙРИС-пресс, 2014 г.-688 с.,(Белая Россия), стр. 501
  2. Н. Н. Головин, «Из истории кампании 1914 года на Русском фронте», Кн. 1, т. 1. "План войны "; т. 2. Начало войны и операции в Восточной Пруссии "/ Н. Н. Головин — М.: АЙРИС-пресс, 2014 г.-688 с.,(Белая Россия), стр. 501, 529
  3. Н. Н. Головин, «Из истории кампании 1914 года на Русском фронте», Кн. 1, т. 1. "План войны "; т. 2. Начало войны и операции в Восточной Пруссии "/ Н. Н. Головин — М.: АЙРИС-пресс, 2014 г.-688 с.,(Белая Россия), стр. 502
  4. Н. Н. Головин, «Из истории кампании 1914 года на Русском фронте», Кн. 1, т. 1. "План войны "; т. 2. Начало войны и операции в Восточной Пруссии «/ Н. Н. Головин — М.: АЙРИС-пресс, 2014 г.-688 с.,(Белая Россия), стр. 505
  5. Н. Н. Головин, «Из истории кампании 1914 года на Русском фронте», Кн. 1, т. 1. «План войны»; т. 2. Начало войны и операции в Восточной Пруссии "/ Н. Н. Головин — М.: АЙРИС-пресс, 2014 г.-688 с.,(Белая Россия), стр. 520
  6. Н. Н. Головин, «Из истории кампании 1914 года на Русском фронте», Кн. 1, т. 1. "План войны "; т. 2. Начало войны и операции в Восточной Пруссии "/ Н. Н. Головин — М.: АЙРИС-пресс, 2014 г.-688 с.,(Белая Россия), стр. 560
  7. Н. Н. Головин, «Из истории кампании 1914 года на Русском фронте», Кн. 1, т. 1. «План войны»; т. 2. Начало войны и операции в Восточной Пруссии "/ Н. Н. Головин — М.: АЙРИС-пресс, 2014 г.-688 с.,(Белая Россия), стр. 562
  8. Н. Н. Головин, «Из истории кампании 1914 года на Русском фронте», Кн. 1, т. 1. «План войны»; т. 2. Начало войны и операции в Восточной Пруссии "/ Н. Н. Головин — М.: АЙРИС-пресс, 2014 г.-688 с.,(Белая Россия), стр. 548
  9. Н. Н. Головин, «Из истории кампании 1914 года на Русском фронте», Кн. 1, т. 1. «План войны»; т. 2. Начало войны и операции в Восточной Пруссии "/ Н. Н. Головин — М.: АЙРИС-пресс, 2014 г.-688 с.,(Белая Россия), стр. 576
  10. Н. Н. Головин, «Из истории кампании 1914 года на Русском фронте», Кн. 1, т. 1. «План войны»; т. 2. Начало войны и операции в Восточной Пруссии "/ Н. Н. Головин — М.: АЙРИС-пресс, 2014 г.-688 с.,(Белая Россия), стр. 577
  11. Н. Н. Головин, «Из истории кампании 1914 года на Русском фронте», Кн. 1, т. 1. «План войны»; т. 2. Начало войны и операции в Восточной Пруссии "/ Н. Н. Головин — М.: АЙРИС-пресс, 2014 г.-688 с.,(Белая Россия), стр. 578
  12. Н. Н. Головин, «Из истории кампании 1914 года на Русском фронте», Кн. 1, т. 1. "План войны "; т. 2. Начало войны и операции в Восточной Пруссии "/ Н. Н. Головин — М.: АЙРИС-пресс, 2014 г.-688 с.,(Белая Россия), стр. 587
  13. Людендорф Э. «Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг.» — М. : АСТ, Мн. : Харвест, 2005. — 800 с. (Воспоминания. Мемуары). с. 169
  14. Алексей Брусилов. Мои воспоминания. — М.: Вече, 2014. С. 174
  15. Н. Н. Головин «Верховный главнокомандующий Великий князь Николай Николаевич», в сборнике Великая война. Верховные главнокомандующие: сб. ист.-лит.произв./сост., науч. ред., предисл. и коммент. Р. Г. Гагкуев.-М.:Содружество «Посев», 2015. −696 с. : ил. -(Голоса истории), стр. 484
  16. Н. Н. Головин, «Из истории кампании 1914 года на Русском фронте», Кн. 2, т. 3. «Галицийская битва: первый период (до 1 сентября н.ст.)»; т. 4. Дни перелома Галицийской битвы (1 — 3 сентября н. ст.)/ Н. Н. Головин — М.: АЙРИС-пресс, 2014 г.-688 с.,(Белая Россия), стр. 484

Источники[править | править код]