Эта статья входит в число добротных статей

Мустафа-челеби

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Мустафа-челеби
тур. Mustafa Çelebi
тур. Düzme Mustafa / Düzmece Mustafa
Дата рождения 1380/?
Дата смерти 1402/1422
Страна
Отец Баязид I

Мустафа-челеби также Дюзме Мустафа или Дюзмедже Мустафа (тур. Mustafa Çelebi, тур. Düzme Mustafa / Düzmece Mustafa; 1380[1]/?[2]—1402[1]/1422[1]) — сын султана Баязида І. В 1402 году Мустафа участвовал с отцом и братьями в битве при Анкаре и пропал после неё. Как утверждал человек, появившийся в 1415/16 году под его именем, он некоторое время находился в плену у Тамерлана, но после его смерти был освобождён. Во время правления Мехмеда І и Мурада II при поддержке Византии и Венеции Мустафа поднимал восстания, пытаясь захватить османский престол, был предан союзниками, схвачен и повешен. В официальной османской историографии представлялся как самозванец.

Биография[править | править код]

Проихождение и ранние годы[править | править код]

Х.Иналджик писал, что дата рождения Мустафы неизвестна[2], но Д.Алдерсон называл 1380 год[1]. Османский историк Шукруллах называл его последним из шести сыновей османского султана Баязида І. Матерью Мустафы была, по-видимому, рабыня[2].

Нет информации о ранних годах его жизни[2]. Согласно Шараф ад-дину Язди, в 1400 году Мустафа был помолвлен с дочерью Ахмеда Джалаира[1][3]. Согласно османскому историку Нешри[en] он был назначен отцом санджакбеем бывших бейликов Хамид и Теке[4]. Во главе войск этих санджаков он участвовал в битве при Анкаре 28 июля 1402 года[2][3]. Баязид, отец Мустафы, потерпел в этой битве поражение и попал в плен[5].

Судьба Мустафы после битвы при Анкаре[править | править код]

Судьба Мустафы точно неизвестна. Историографы Тимуридов не упоминали, что Мустафа был в плену у Тамерлана[6]. Шараф ад-Дин Язди в Зафарнаме писал, что после пленения Баязида, султан сказал Тамерлану, что с ним во время битвы было двое сыновей - Муса и Мустафа - и просил узнать, что с ними стало. Мусу вскоре нашли, но о Мустафе никаких сведений не было[3][6]. По словам Ибн Арабшаха «Мустафа исчез бесследно, из-за него около 30 (из людей по имени) Мустафы были казнены»[7], то есть люди Тамерлана не нашли Мустафу и не взяли его в плен[2].

Османские историки XV века по-разному описывали судьбу этого сына Баязида, в основном указывая, что он бесследно пропал. Ашик-паша-заде и Нешри писали, что Мустафа упал с коня и бесследно исчез[5][8]. Согласно Шукруллаху его захватили в плен вместе с отцом, Мустафа пропал, и больше его никто никогда не видел[5]. Энвери писал, что его захватили в плен вместе с отцом, но затем Мустафа вернулся в Анатолию через несколько лет, возможно, после смерти Тамерлана в феврале 1405 года[2][5].

Византийские историки считали претендента сыном Баязида, при этом указывая, что Мехмед называл его самозванцем. Халкокондил писал, «поскольку у них нет информации о том, что Мустафа жив, Мехмед говорит, что Мустафа не настоящий сын Баязида»[9]. Согласно Дуке самозванцем назвал претендента великий визирь и бейлербей Румелии Баязид-паша[9][10]. Лишь Сфрандзи называл его обманщиком[9].

Д. Алдерсон писал, что Мустафа исчез после битвы, его не нашли среди пленников, его тела не было среди убитых, его не было ни в одном их отрядов, бежавших с поля боя[11]. И.Узунчаршилы[tr] полагал, что данные Энвери о пребывании Мустафы в плену, а затем проживании в Нигде достоверны[6]. Сегодня все исследователи сходятся во мнении, что Мустафа не является «фальшивым»[9].

Прозвище Дюзме (тур. Düzme — лже), которое указывает, что Мустафа не был сыном Баязида, в отношении претендента начали упоминать историки XV века Ашик-паша-заде и Нешри, однако они указывали, что прозвище было дано ему его соперниками во время борьбы за трон. От них прозвище пошло и широко распространилось у более поздних османских историков[5].

Первое восстание[править | править код]

В османских источниках события двух восстаний спутаны, первое восстание не упоминается[6]. После битвы при Анкаре Тамерлан восстановил все бейлики, вернув их членам свергнутых в бейликах династий. Оставшуюся азиатскую часть Османской империи он разделил на две части и поставил в них править сыновей Баязида Ису-челеби и Мехмеда. В Румелии провозгласил себя султаном Сулейман-челеби. Начался период Османского междуцарствия, когда Иса, Сулейман, Мехмед и Муса делили отцовское наследство. В 1413 году Мехмед I победил в борьбе за власть[2].

В 1415 году в Румелии появился человек, называвший себя Мустафой. Он утверждал, что в то время, когда его братья воевали за власть, он находился в плену в Самарканде. Он внезапно появился в Салониках после своего исчезновения в битве при Анкаре и не рассказывал о том, что с ним было[5]. Возможно, что Мустафа нашёл убежище в одном из бейликов[5][6]: согласно Энвери в Нигде у Караманидов или согласно Халкокондилу у Исфендияра-бея[en] Джандарида в Кастамону или Синопе, как и его брат Муса Челеби[2][5][6]. Согласно венецианским источникам, Мустафа находился «в Азии» в поисках судна для отправки в Европу, где, как он утверждал, было много его сторонников. Рагузанские источники сообщали, что в середине июня 1415 года Мустафа находился в Трабзоне. Венецианские источники сообщают о прибытии в город в январе 1415 года галеры из Трабзона, с «турецким» агентом, который вёл переговоры с византийским императором от имени Мустафы[6][2]. К августу 1415 года он уже находился в Валахии[2], где получил поддержку от Мирчи I[5]. Междоусобицы у османов были выгодны всем их соседям. Мануил II Палеолог и правитель Валахии Мирча І оказывали ему поддержку, не особо вникая в достоверность его истории[2].

В Валахии к Мустафе присоединился Джунейд Измироглу, бывший санджакбеем Никопола. Учитывая близость Никопола к Валахии, Мехмед послал двух доверенных слуг, чтобы убить его, но Джунейд успел пересечь Дунай за два дня до их прибытия[2][12][13]. Он стал самым активным сторонником претендента[14], и Мустафа назначил Джунейда своим визирем[15]. С солдатами, предоставленными првителем Валахии Мирчей I , Мустафа вторгся во Фракию и попытался уговорить на восстание местные османские войска. Потерпев в этом неудачу, он нашёл убежище в Константинополе. Весной 1416 года Мустафа отправился в византийский город Салоники и попытался заручиться поддержкой удж-беев Македонии. Хотя ему удалось захватить Серрес, но ему все ещё не хватало сторонников, и осенью Мехмед победил его в бою. Мустафа с Джунейдом бежали обратно в Салоники, где местный губернатор, Димитрий Ласкарис Леонтарис, взял их под свою защиту. Мехмед осаждал город, пока император Мануил II Палеолог не согласился держать их в качестве заложников в заключении до тех пор, пока жив Мехмед, в обмен на ежегодную выплату в размере 300 000 акче. Согласно Дуке, Мустафа был отправлен на остров Лемнос, а Джунейд был помещён в монастыре Паммакаристос в Константинополе[2][12].

Второе восстание (1421—1422)[править | править код]

В 1421 году Мехмед I умер, и его сменил 17-летний сын Мурад II. По завещанию Мехмеда двух его младших сыновей Юсуфа и Махмуда надо было отправить византийскому императору в качестве заложников, но визирь Мехмеда Амасьялы Баязид-паша отказался передать их. В результате византийцы решили использовать Мустафу и Джунейда и освободили их из плена, увидев в этом возможность вернуть утраченные территории в северной Греции, на побережье Чёрного моря и в Галлиполи. 15 августа 1421 года, после того, как Мустафа принёс торжественные клятвы, что будет повиноваться императору, византийский флот под руководством Димитрия Леонтариса привёз их в Галлиполи. Войска Мустафы и Леонтариса высадились перед городом, где собрались гарнизон и местное ополчение. Люди Мурада «не смогли противостоять Джунейду, потому что этот человек был мужественным и более опытным в войне, чем любой тюрк своего времени», они были побеждены и вынуждены укрыться за городскими стенами. Мустафа обратился к гарнизону, убедил многих из них сдаться, и на следующее утро занял Галлиполи. Оттуда он начал свой поход на Эдирне, а Леонтарис осадил цитадель Галлиполи, в которой продолжал сопротивляться отряд под командованием Шах Мелика-бея[2][16][17][18].

В отличие от предыдущего восстания Мустафы, теперь к нему присоединились многие из удж-беев Румелии, включая Турахана-бея, сыновей Эвреноса и семья Гюмлюоглу, поскольку они видели в Мустафе более надёжного правителя, чем неопытный Мурад. Претендент быстро распространил свой контроль над большей частью Македонии, включая города Янницу, Серрес, Вардар. К этому времени относятся первые отчеканенные Мустафой монеты. Мурад отправил Баязида-пашу с армией из Анатолии, чтобы противостоять Мустафе. Две армии встретились в Сазлыдере, недалеко от Эдирне, но войска Баязида массово стали переходить на сторону Мустафы, когда претендент показал им шрамы, полученные, якобы, в битве при Анкаре. Баязид-паша сдался и, как писал Дука, был казнён по настоянию Джунейда. Брата Баязида-паши, Хамзу-бея, Джунейд «пожалел его из-за его юности»[2][16][19].

Мустафа вошёл в Эдирне с триумфом. Когда защитники цитадели Галлиполи узнали об этом, они тоже решили сдаться. Леонтарес хотел занять город как союзник Мустафы, но, по словам Дуки, когда Леонтарис готовился войти в Галлиполи, прибыли Джунейд и Мустафа. Они сообщили ему, что их соглашение было недействительным, поскольку они не могут дать своему народу капитулировать перед неверными. Леонтарис протестовал, но у него не было выбора, кроме как собрать своих людей и отправиться в Константинополь, в то время как Мустафа укрепился в цитадели, организовал свой флот и укрепил оборону гавани[2][18][20].

Тогда император решил поддержать уже Мурада и отправил к нему посланников с предложением помощи на некоторых условиях: византийские суда перевезут османскую армии в Европу в обмен на Галлиполи, двух младших братьев султана он передаст в качестве заложников императору (подобно тому, как это делали Мехмед I и Сулейман Челеби). Мурад отказался принять условия Мануила, но молодому султану помог генуэзский подеста Новой Фокеи, Джованни Адорно, который предложил суда для переправки османской армии в ответ на списание долга за аренду квасцовых копей[21]. Также Фокея предоставляла султану 2000 солдат. Письмо к Мураду от Адорно было написало личным секретарём Адорно, историком Дукой, который оставил подробное описание этих событий[22]. Мустафа был обеспокоен новостью о том, что Мурад получил флот для переправки в Румелию, и Джунейд убедил претендента, что им нужно опередить Мурада и самим переправиться в Анатолию раньше. По словам Дуки, к этому времени Мустафа стал проводить время в пиршествах и разврате, и Джунейд торопил его, потому что боялся, что Мустафа с каждым днём все больше опускается и теряет шанс победить Мурада[23]. Если бы это произошло, когда Джунейд был в Европе, он рисковал быть захваченным византийцами — после предательства в Галлиполи не очень привлекательная перспектива. Поэтому Джунейд стремился как можно скорее вернуться в Анатолию и в своё собственное княжество[15][24].

26 Мухаррема 825 года Хиджры[25] (20 января 1422 года[25]) армия Лже-Мустафы (около 12 000 кавалеристов и 5 000 пехотинцев[26]) переправилась в Анатолию. На встречу с армией претендента из Бурсы прибыл со своими войсками Мурад; блокируя продвижение Мустафы, его люди сломали мост через реку Нилюфер[27]. Обе армии встретились в Лопадионе (Улубад). По словам Ашик-паша-заде, перед сражением Мурад подослал своих людей ко всем беям, поддерживавшим Мустафу. Каждому из них была пообещана щедрая награда за отступничество[28], например, Джунейду Мурад II пообещал вернуть Айдын[29]. Дука дал подробное описание того, как советники Мурада использовали для переговоров брата Джунейда, Хамзу, который был другом Мурада: Хамзу уговорили встретиться с Джунейдом и убедить его покинуть союзника. Через Хамзу Джунейду было обещано «отдать в наследственное владение Айдын при условии службы одного из его сыновей султану»[30]. Визири (Ибрагим-паша, Хаджи Иваз-паша, Тимурташоглу Умур, Орудж и Али-бей) посоветовали Мураду освободить Мехмеда Михалоглу бывшего бейлербеем Румелии у Мусы Челеби и находившегося в заключении в Токате с 1416 года за связи с шейхом Бедреддином. Михалоглу привезли из Токата, пообещали звание бейлербея и освободили, после чего он написал письма, в которых призывал предводителей акынджи признать Мурада и гарантировал, что они будут прощены[31][32]. В итоге Мустафа был оставлен и румелийскими уджбеями, и Джунейдом, и был вынужден бежать обратно в Румелию[28].

Мурад обратился к Адорно, который сдержал обещание, прибыл с 7 галерами и 15 января 1422 года переправил султана с его армией на другую сторону Дарданелл. По словам Дуки претендент пытался скрыться и убежать в Валахию, но был узнан и схвачен[33]. Мустафа пытался скрыться и убежать в Валахию, но был узнан агентами Мурада и схвачен[2][16][34]. Османский историк Рухи Челеби сообщал, что Михалоглу Мехмед-бей арестовал Мустафу в Чамурлу[35] и вскоре претендент был публично повешен по приказу Мурада на стенах Эдирне или на городской площади, как обычный преступник. Перед казнью Мустафа просил Мурада о встрече, обещая что-то рассказать, но Мурад не отреагировал[36]. Дука отметил, что такая казнь была выбрана, чтобы представить Мустафу самозванцем, а не членом династии[37]. По словам османского историка Бехишти тело висело, пока не свалилось[36]. Неизвестно, что случилось с ним, за исключением того, что его точно не захоронили с почестями. Малое количество сохранившихся монет чеканки Мустафы почти наверняка указывает на то, что они были уничтожены ​​сразу после казни[2]. После казни голову Мустафы (по словам Рухи Челеби) отправили Мураду[2][16][34][35].

Существует версия, что ему удалось бежать в Валахию, оттуда в Каффу, а затем в Салоники, где он находился до захвата города Мурадом в 1430 году[2]. По крайней мере, в 1425 году человек, называвший себя Мустафой начал проводить из города рейды против отрядов Мурада, но после того, как он и венецианский капитан были почти захвачены в плен во время одного из этих действий, 3 сентября Большой совет издал инструкции, чтобы остановить эти рейды и держать ворота города закрытыми[25][38][39]. А 11 мая этот Мустафа предстал перед Большим Советом и получил 150 дукатов за свои услуги[40].

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 3 4 5 Alderson, 1956, table XXIV.
  2. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 İnalcık, 1991.
  3. 1 2 3 Шараф ад-Дин Али Йазди, 2008, с. 301.
  4. Нешри, 1984, с. 136.
  5. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Başar, 2006.
  6. 1 2 3 4 5 6 7 Uzunçarşılı, 1988, Cild1,pp. 318-325.
  7. Ибн Арабшах, 2007, с. 188.
  8. Нешри, 1984, с. 137.
  9. 1 2 3 4 Mollaoğlu, 2009, p. 177.
  10. Doukas, 1975, p. 139.
  11. Alderson, 1956, p. 50.
  12. 1 2 Mélikoff, 1965, p. 599–600.
  13. Doukas, 1975, p. 123–125.
  14. Тютюнджиев, Павлов, 1992, с. 34.
  15. 1 2 Жуков, 1984, p. 136.
  16. 1 2 3 4 Heywood, 1993, p. 711.
  17. Doukas, 1975, p. 133, 136–137.
  18. 1 2 Uzunçarşılı, 1969, p. 116.
  19. Doukas, 1975, p. 137–143.
  20. Doukas, 1975, p. 143–146.
  21. Doukas, 1975, p. 146–151; Черноусов, 1914, с. 205.
  22. Черноусов, 1914, с. 203.
  23. Doukas, 1975, p. 151–152; Жуков, 1984, с. 136.
  24. Doukas, 1975, p. 151–152.
  25. 1 2 3 İnalcık, 2006.
  26. İnalcık, 2006; Ágoston, 2009.
  27. Heywood, 1993, p. 711; Doukas, 1975, p. 152.
  28. 1 2 Heywood, 1993, p. 711; Uzunçarşılı, 1969, p. 117.
  29. Жуков, 1984, с. 136; Merçil, 1991.
  30. Жуков, 1984, с. 136; Merçil, 1991; Черноусов, 1914, с. 195; Doukas, 1975, p. 152–156.
  31. İnalcık, 2006; Nilgün, 2015.
  32. Uzunçarşılı, 1988.
  33. Heywood, 1993, p. 711; Uzunçarşılı, 1969, p. 117; Kramers, 1993; Ágoston, 2009; Jefferson, 2012, p. 74.
  34. 1 2 Uzunçarşılı, 1969, p. 117.
  35. 1 2 Nilgün, 2015, p. 37.
  36. 1 2 Uzunçarşılı, 1988, Cild1,pp. 336.
  37. Imber, 2009; Nilgün, 2015, p. 37.
  38. Mertzios, 2007, pp. 63–64.
  39. Melville-Jones, 2006, p. 6.
  40. Mertzios, 2007, p. 64.

Литература[править | править код]