Непрошеная повесть

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Непрошеная повесть (яп: とわずがたり; товадзу гатари) — автобиографическое произведение, созданное на рубеже XIII—XIV вв. придворной дамой по имени Нидзё. Относится к жанру дневниково-мемуарной литературы.

Об авторе[править | править код]

Нидзё (писательница) (1258-?) принадлежала к знатному роду. С детства росла и служила при дворе, там же получила имя Нидзё (настоящее имя неизвестно). В возрасте четырнадцати лет стала наложницей императора Го-Фукакусы и на протяжении долгих лет была его фавориткой. Имела связи со многими мужчинами помимо «бывшего императора»: с возлюбленным по имени Юки-но Акэбоно, который был её другом детства, с настоятелем храма Добра и Мира, с министром Коноэ, государем Камэяма, причём о некоторых её связях Император Го-Фукакуса знал и даже сам устраивал встречи. У Нидзё было четверо детей: сын от государя, который умер, когда Нидзё было немногим более шестнадцати лет, дочь от Акэбоно, отданная на воспитания из страха перед гневом Го-Фукакусы, и два сына от настоятеля, один из которых был объявлен мёртвым и отдан в другую семью во избежание слухов, а второй втайне воспитывался Нидзё. Постепенно государь Го-Фукакуса охладел к возлюбленной, и она отдалилась от двора. В возрасте тридцати двух лет постриглась в буддийские монахини, много лет провела в странствиях, а на склоне жизни создала «Непрошеную повесть».

Структура[править | править код]

Состоит из пяти свитков, первые три рассказывают о придворной жизни Нидзё, последние два — о её жизни спустя четыре года в роли буддийской монахини. Некоторые части пятого свитка отсутствуют, конец произведения также не дошёл до наших дней.

Сюжет[править | править код]

Свиток первый.

Нидзё, совсем ещё юная девушка, приехала в родной дом из дворца, в котором служила, а той же ночью в своих покоях обнаружила государя Го-Фукакусу. Государь клялся в любви и принудил Нидзё к интимной связи. В то же время возлюбленный и друг детства по имени Юки-но Акэбоно (Санэканэ Сайондзи) отправил ей послание, в котором выразил опасение, что Нидзё отдаст своё сердце другому. Нидзё было совестно перед возлюбленным, но со временем она поняла, что начала испытывать ответные чувства к государю, и это повлияло на её решение вернуться на службу. Спустя некоторое время от болезни скончался отец Нидзё, в связи с чем она была вынуждена вновь вернуться в родной дом. В это период она уже была беременна от государя. Акэбоно снова начал посещать её, у них завязалась интимная связь, за которую Нидзё себя корила. Она вернулась во дворец, где затем родила сына. Вскоре после этого она обнаружила, что опять беременна, на этот раз от Акэбоно. Когда приблизилось время родов, Нидзё, сославшись на болезнь, вернулась в родной дом, где в тайне ото всех родила дочь, которая была отдана Акэбоно. Вскоре умер сын Нидзё от государя. Нидзё была вынуждена вернуться во дворец, но служба приносила ей лишь огорчения. На грустных нотах безотрадной службы и тоски по Акэбоно заканчивается первый свиток.

Свиток второй.

В начале свитка рассказывается о празднике варёного риса, на котором существовал обычай «ударов мешалкой»: вельможи во главе с государем били дам. В отместку Нидзё с ещё одной дамой сговорились, и Нидзё избила Го-Фукакусу, после чего над ней был устроен шутливый суд, на котором государю должны были заплатить выкуп все покровители Нидзё, включая его самого. В третью луну проходила служба поминовения одного из прежних императоров, по этому случаю прибыл настоятель храма Добра и Мира, который после службы остался наедине с Нидзё и признался ей в любви. Улучив подходящий момент, Нидзё убежала от него. Во дворец прибыл брат государя Го-Фукакусы, государь Камэяма, который стал писать Нидзё любовные послания. В то же время настоятель продолжал слать письма, и, в конце концов, хитростью заставил Нидзё отдаться ему. Шло время, настоятель слал много страстных посланий, искал возможности встреч, но Нидзё не отвечала. Настоятель прислал гневное письмо, и связь на время оборвалась. Во дворце планировался спектакль по одной из сцен «Повести о Гэндзи», на котором Нидзё проявила строптивый характер: когда её хотели пересадить на более низкое место по сравнению с тем, на котором она была изначально, она обозлилась и покинула дворец, сорвав весь спектакль. Нидзё начала задумываться о постриге в монахини. Государь узнал об этом, убедил её остаться в миру и вернуться во дворец. Ко двору прибыл министр Коноэ, который тоже, улучив момент, стал говорить Нидзё о своей любви. Го-Фукакуса услышал это и заставил Нидзё уединиться с министром, на чём и заканчивается второй свиток.

Свиток третий.

Героиня все сильнее жаждет уйти от мира. Во дворец прибыл настоятель. Оставшись наедине с Нидзё, он стал упрекать её, а прибывший в это время Го-Фукакуса всё услышал. Однако государь решил, что Нидзё не следует быть суровой с настоятелем, и сам же устраивал им встречи. После отъезда настоятеля Го-Фукакуса сообщил Нидзё, что видел странный сон, в котором настоятель подарил Нидзё молитвенный жезл. Вскоре после этого Нидзё поняла, что беременна. Государь обещал сам воспитать ребёнка, но впоследствии поползли различные слухи, и, когда Нидзё родила сына, ребёнка пришлось отдать в другую семью и объявить, что младенец появился на свет мёртвым. Спустя некоторое время настоятель заболел и скончался. Смерть возлюбленного послужила новым поводом для отчаяния героини. Она решила затвориться в храме, а когда прекратила затворничество, поняла, что вновь беременна от недавно умершего возлюбленного. Втайне ото всех она родила мальчика и воспитывала его. Нидзё отозвали из дворца, её дед велел ей оставить службу, государь отчего-то гневался. Она уехала в храм Гион и жила там. Прошло больше года, Нидзё вызвали на большой праздник во дворец, и ей пришлось ехать. После праздника государь неожиданно написал ей письмо, в котором признался, что не смог её забыть.

Свиток четвёртый.

Нидзё постриглась в монахини. Она покинула дворец и отправилась в странствие, хоть и грустила при разлуке с родными местами. В путешествии она встречалась с разными людьми, обменивалась с ними стихами, посещала храмы, столкнулась с жизнью в глуши, общалась с отшельником, видела, как один сёгун сменяется другим, участвовала в жизни камакурской знати. Весь свиток пронизан тоской по дворцу, государю, прошлой жизни. Шло время, Нидзё вернулась домой, оттуда отправилась в Нара, а затем прибыла в столицу. Во время посещения храма Хатимана узнала, что туда же прибыл государь Го-Фукакуса. Они встретились, поговорили о былом. Выяснилось, что государь тоже принял постриг. Нидзё на некоторое время удалилась в храм, после чего отправилась в синтоистское святилище. Затем вновь отправилась в странствие, посещала храмы. В одном из святых мест Нидзё опять встретила государя. Они вели длинные беседы, а затем расстались, и этим завершается четвёртый свиток.

Свиток пятый.

Нидзё отправилась в путешествие морем. В краю Бинго столкнулась с покинувшими мир девами веселья, размышляла об их нелёгкой доле. В другом месте узнала о жестокости самурая, в доме которого она остановилась, по отношению к простым людям. Когда она уехала и остановилась в доме его брата, самурай потребовал вернуть её и назвал своей служанкой. Конфликт удалось решить, и Нидзё покинула этот край. Вернувшись в столицу, узнала, что государыня захворала и вскоре скончалась. В том же году заболел государь Го-Фукакуса. С помощью Акэбоно Нидзё удалось мельком увидеть государя, а на следующий день он скончался. Нидзё, желая ещё хоть раз увидеть любимого, отправилась на похороны, но сбилась с пути, и по прибытии увидела лишь дым погребального костра. Она вновь удалилась в храм. На протяжении всего свитка она грустит о том, что боги не забрали её жизнь вместо жизни государя, размышляет о бренности жизни и неотвратимости судьбы. На склоне лет она осталась ни с чем, ей не хватало денег на пропитание. Она поняла, сколь бесполезны земные ценности. Днями и ночами Нидзё молилась о душе государя. Посетила могилу отца, после чего ей приснился сон, в котором отец рассказал, что их предки были талантливыми поэтами, и напоследок велел слагать стихи и ей, и тогда признание не минует её. С тех пор Нидзё стала усердно сочинять стихотворения-танка. На годовщину смерти государя она посетила его могилу. Затем встретилась с государыней Югимонъин, которую стала часто навещать. Продолжила горевать по государю. В конце свитка монахиня Нидзё размышляет о превратностях судьбы и признаётся, что делать это в одиночестве невыносимо, а потому она отправляется странствовать и пишет «Непрошеную повесть», хоть и не надеется, что она сохранится. На этом месте рукопись отрезана, что написано дальше — неизвестно.

Особенности произведения[править | править код]

«Непрошеная повесть» примечательна тем, что сочетает в себе классические литературные традиции и новизну. Так, для японской литературы предыдущего периода характерна лиричность, глубокое раскрытие душевных переживаний героев, что можно наблюдать и в «Непрошеной повести». Кроме того, Нидзё использует множество аллюзий на известные японские и китайские произведения, что являлось частью «литературного этикета», как и использование устойчивых фраз и постоянных эпитетов. Как было принято и в прежние времена, Нидзё огромное внимание уделяет описанию нарядов придворных, практически не описывая внешность, что неудивительно: наряд был символом статуса, положения при дворе, играл важную роль в жизни аристократов. Несмотря на следование многим литературным традициям, «Непрошеная повесть» обладает и совершенно новыми для того периода чертами. Нидзё широко изображает окружающий её мир, показывает истинные нравы, царившие при дворе, что было недопустимо ранее. Нидзё показывает политические реалии страны, соперничество двух государей, правительство самураев, которое обладало реальной властью. Авторы прежних лет позволяли себе лишь положительное, приукрашенное описание двора и императорской семьи, потому о «Непрошеной повести» можно сказать, что она нарушает многие каноны. Кроме того, Нидзё поднимает такие темы, как жестокость самураев к подчинённым, тяжёлая участь «дев веселья», нелёгкая жизнь простых людей, что является абсолютно новаторским для японской литературы того периода.

Традиционная японская эстетика в «Непрошеной повести»[править | править код]

В период, в который была написана «Непрошеная повесть», традиционная эстетика владела умами аристократии, являлась важной частью мировоззрения людей, и, как следствие, находила отражение в литературе. Все пять свитков пронизаны такими эстетическими принципами, как Моно-но аварэ, макото, мудзё. Моно-но аварэ (яп.: 物の哀れ,もののあわれ) — печальное очарование вещей, умение найти особую, неповторимую красоту в каждом предмете или явлении. Принцип моно-но аварэ сложился под влиянием синтоистского мировоззрения, по которому именно в красоте выражалась божественная сущность мира. Нидзё, как представитель аристократического сословия, с юных лет воспитывалась на поэзии и прозе предыдущих лет, в которых на тот момент уже была сильна данная эстетическая категория. Вся повесть пестрит сценами любования природой, окружением, нарядами или действиями людей. Многие из них, например, любование луной или алыми листьями клёна, являются традиционными образами, встречающимися из произведения в произведение, и то, что Нидзё их использует, можно назвать данью «литературному этикету». Под влиянием буддийского мировоззрения сформировался принцип мудзё (яп.: 無常,むじょう), представляющий собой бренность и быстротечность всего в мире. Мотив быстротечности, изменчивости пронизывает «Непрошеную повесть» и постепенно усиливается с каждым свитком. Типичным является, например, сравнение недолговечности жизни с каплями росы на траве. На протяжении повести многократно упоминается непостоянство как закон бренного мира, и по мере того, как один за другим умирают возлюбленные героини, она всё острее ощущает хрупкость всего того, что её окружает. При этом любование недолговечным и текучим миром, природой, в которой одно время года сменяет другое, начавшими увядать хризантемами является также частью традиционной эстетики и находит воплощение в принципе «мудзё-но аварэ», или «печальное очарование мимолётности». Вся повесть пронизана ещё одним эстетическим принципом — принципом макото (яп.: まこと), который являлся центром японской литературы и искусства. Макото — та истинная суть вещей, в которую автор должен был проникнуть и воплотить её в своем произведении, причём делать это не прямо, а с помощью художественных приёмов. От поэта или писателя требовалось описывать правду, но при этом макото — это не только истинность вещей и явлений, но и искренность эмоций, и именно это мы встречаем в стихотворениях-танка, которыми Нидзё обменивается с возлюбленными, родными и знакомыми людьми. В посланиях она передаёт свои чувства (например, сомнения, переживания, тоску) посредством сравнений, устойчивых выражений, иносказаний.

Рукописи[править | править код]

Оригинальных рукописей не сохранилось, как и копий периода жизни Нидзё. Обнаруженная в 1940 году рукопись была копией, созданной неизвестным переписчиком в XVII веке. Даже эта копия была обнаружена случайно: она находилась в дворцовом книгохранилище среди старинных рукописей, не имеющих отношения к изящной словесности. При этом политическая обстановка в Японии сороковых годов XX века не располагала к публикациям такого рода, поэтому опубликована книга была только в шестидесятых годах.

Литература[править | править код]

  • Боронина И. А. Поэтика классического японского стиха (YIII-XIII вв.) — М.: Наука, 1978.
  • Горегляд В. Н. Японская литература VIII—XVI вв. — СПб, 2001.
  • Григорьева Т. П. Японская художественная традиция — М.: Наука, 1979.
  • Нидзё. Непрошеная повесть. Пер. И. Львовой — М., 1986
  • Нидзё. Непрошеная повесть / Пер. И. Львовой — М., 1986. (о повести — в предисловии И. Львовой).
  • Солнце в зените. Восточный альманах. Вып. 10 / Сост. Т. П. Редько — М., 1982. — С. 265—488.