Особенная часть уголовного права

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Особенная часть уголовного права — система уголовно-правовых норм, описывающих признаки конкретных преступлений (составы преступлений), классифицирующая их по родам и видам, а также устанавливающих конкретные меры уголовно-правового принуждения (в первую очередь, наказание), подлежащее применению в случае совершения указанных преступлений[1]. Как правило, нормы Особенной части уголовного права содержатся в Особенной части уголовного кодекса или иного акта уголовного законодательства.

Общие подходы к систематизации преступлений[править | править вики-текст]

Как правило, часть уголовного законодательства, описывающая конкретные преступления, имеет определённую структуру. При этом, основанием для систематизации преступлений, как правило, служит родовой объект преступления. Такой подход используется в подавляющем большинстве государств мира. Иной подход используется в федеральном уголовном законодательстве США (титул 18 Свода законов США) и уголовных кодексах некоторых штатов: преступления в данных актах перечисляются в алфавитном порядке. В числе достоинств такого подхода называется облегчение поиска статьи, предусматривающей ответственность за конкретное преступление, название которого известно правоприменителю[2].

Часто систематизация преступлений в особенной части уголовного законодательства осуществляется в соответствии с представлениями о различной сравнительной ценности охраняемых уголовным правом объектов. Такая оценка является проявлением официальной государственной идеологии. Наиболее выражена подобная иерархия в социалистических уголовных кодексах, где на первое место ставились преступления против интересов государства и социалистической экономики, и лишь в последующих разделах описывались преступления против личности и личных экономических прав[2]. Так, например, в УК КНР 1979 года структура особенной части была выстроена следующим образом: в главе 1 описывались контрреволюционные преступления, в главе 2 — преступления против общественной безопасности, в главе 3 — преступления против социалистического экономического порядка, и лишь в главе 4 — преступления против личных демократических прав граждан.

Смена государственной идеологии во многих таких странах привела и к изменению системы уголовного законодательства. Так, в действующем УК РФ на первое место поставлены интересы личности, за ними следуют экономические и прочие общественные интересы, и лишь потом идут интересы государства. Завершается УК РФ 1996 года разделом XII «Преступления против мира и безопасности человечества», что несколько нарушает выстроенную иерархию: многие учёные отмечают, что данный раздел по своей важности должен быть поставлен на первое место[2]. Законодатели многих стран учли важность преступлений против международного правопорядка, поместив их на первое место. Такой подход используется в уголовном законодательстве Австралии, Азербайджана, Албании, Белоруссии, Кот-д'Ивуара, Латвии, Литвы, Молдовы, Польши, Румынии, Финляндии, Франции, Эстонии. Аналогичный российскому подход используется в законодательстве большинства стран СНГ, Вьетнама, Испании, Монголии, Сальвадора, Словакии[3].

Часто на первое место в системе особенной части уголовного законодательства ставятся преступления против личности. Таким образом организована структура УК Австрии, Аргентины, Армении, Грузии, Испании, Казахстана, Кыргызстана, Парагвая, Португалии, России, Таджикистана, Туркменистана, Узбекистана, Хорватии, Швейцарии[3].

Преступления против государства поставлены на первое место в системе уголовных кодексов, которые были приняты достаточно давно, а также в уголовном законодательстве социалистических стран. В частности, подобная структура используется в Алжире, Афганистане, Бангладеш, Болгарии, Брунее, Вануату, Вьетнаме, Дании, Индии, Ираке, Италии, Камеруне, КНР, Мавритании, Мадагаскаре, Малайзии, Нидерландах, Норвегии, Пакистане, Сингапуре, Тунисе, Шри-Ланке, Эквадоре, Японии. В то же время, государственные преступления поставлены на первое место и в некоторых современных уголовных кодексах несоциалистических государств: Федерации Боснии и Герцеговины, Монголии, Судана, Украины[3].

Мировые подходы к структурированию[править | править вики-текст]

В различных уголовно-правовых системах используются разные подходы к организации структуры особенной части уголовного законодательства, причём достаточно часто такие подходы являются общими для нескольких государств[3].

В частности, для уголовного законодательства стран СНГ и Монголии типично выделение следующих разделов:

Разумеется, имеются и национальные отличия: так, в УК Армении, Белоруссии, Грузии, Таджикистана, Узбекистана отдельный раздел посвящён экологическим преступлениям; в УК Белоруссии, Таджикистана, Туркменистана — компьютерным преступлениям; в УК Грузии — преступлениям против судебной власти. Вообще не используется двухуровневая структура (раздел — глава) в законодательстве Казахстана, Молдовы и Украины[3].

Во многих странах мира используется французская система построения особенной части уголовного законодательства. Она основывается на уголовных кодексах Франции 1791 года и 1810 года, которые вобрали в себя идеи «естественного права» и теории «общественного договора». Для данных актов характерно разграничение политической и общегражданской жизни людей, что нашло отражение в выделении двух крупных разделов: «Преступления и проступки против публичных интересов» и «Преступления и проступки против частных лиц»[4]. В УК Франции 1810 года эти разделы, в свою очередь делились на главы. Первый раздел включал в себя четыре главы:

  1. Преступления и проступки против безопасности государства.
  2. О сборищах
  3. Преступления и проступки против конституции
  4. Преступления и проступки против общественного спокойствия.

Второй раздел включал две главы: «Преступления и проступки против личности» и «Преступления и проступки против собственности».

В уголовном законодательстве большинства бывших французских колоний и иных государств, на формирование законодательных норм в которых повлияла французская правовая мысль, эта структура воспроизводится до настоящего времени, иногда с небольшими изменениями. Например, по данной схеме построены УК Алжира, Гаити, Доминиканской Республики, Ирака, Камеруна, Туниса и ряда других стран. Исключением является УК Республики Кот-д'Ивуар, особенная часть которого делится на четыре раздела: преступления против человечности, государства и публичных интересов, преступления против личности, преступления против собственности, воинские преступления[4].

В странах англо-американской правовой семьи также наблюдаются унифицированные подходы к систематизации преступлений. Так, в Брунее, Бангладеш, Индии, Малайзии, Мьянме, Пакистане, Сингапуре, Шри-Ланке используется общая структура особенной части уголовных кодексов, которая имеет следующий вид[4]:

  • преступления против государства;
  • преступления против вооружённых сил;
  • преступления против общественного спокойствия;
  • преступления против государственной службы;
  • неуважение к законной власти государственных служащих;
  • преступления против правосудия;
  • преступления, касающиеся денег и государственных печатей;
  • преступления, касающиеся весов и мер;
  • преступления, касающиеся общественного здоровья, безопасности, удобства и морали;
  • преступления, относящиеся к религии;
  • преступления против физической неприкосновенности;
  • преступления против собственности;
  • преступления, относящиеся к документам и знакам собственности;
  • о преступном нарушении договоров;
  • преступления против брака;
  • о диффамации;
  • о преступном запугивании, оскорблении и досаждении.

Уголовное законодательство многих штатов США заимствует систему Модельного УК США, выделяя посягательства на существование или безопасность государства, на личность, на имущество, против семьи, на публичную администрацию, на публичный порядок и благопристойность[5].

Общее и особенное в системе особенной части уголовных законов[править | править вики-текст]

Региональные, исторические и национальные правовые традиции нередко определяют выделение в особенной части уголовного законодательства разделов, нетипичных для иных уголовно-правовых систем.

Так, выделение экономических преступлений в отдельный раздел типично для социалистических и постсоциалистических стран (страны СНГ и Балтии, Болгария, Федерация Боснии и Герцеговины, Вьетнам, КНР, Лаос, Македония, Монголия, Польша). В остальных странах мира нормы, устанавливающие ответственность за экономические преступления либо не систематизированы и разбросаны по различным главам уголовного законодательства, либо вынесены в отдельный правовой акт[5].

Аналогично обстоит ситуация с воинскими преступлениями: одни страны выделяют соответствующий раздел в системе общего уголовного законодательства (страны СНГ и Балтии, Болгария, Федерация Боснии и Герцеговины, Венгрия, Вьетнам, КНР, Кот-д'Ивуар, Монголия, Польша, Чехия, Швеция), в других принимаются военно-уголовные кодексы или иные специализированные нормативные акты[5].

Специфичным для отдельных национальных уголовно-правовых систем является выделение следующих разделов[5]:

  • преступления против трудовых отношений (Федерация Боснии и Герцеговины, Бразилия, Испания, Македония, Польша);
  • преступления против общественной безопасности (страны СНГ, Аргентина, Италия, КНР, Колумбия, Монголия, Норвегия, Польша, Сальвадор, Уругвай, отдельные штаты США);
  • преступления против общественного здоровья (страны СНГ, Аргентина, Федерация Боснии и Герцеговины, КНР, Колумбия, Македония, Монголия, Сальвадор, Уругвай);
  • преступления против общественного порядка (Аргентина, Германия, Дания, Италия, Норвегия, Финляндия);
  • преступления против порядка управления (страны СНГ, Латвия, Литва, Монголия);
  • преступления против общественного доверия (Аргентина, Италия, Колумбия, Португалия, Сан-Марино, Уругвай, Франция);
  • преступления против иностранных государств и внешних сношений (Австрия, Албания, Германия, Япония);
  • преступления против обороны страны (Австрия, Болгария, Германия, КНР);
  • морские преступления (Нидерланды, Норвегия).

Новеллы системы особенной части уголовного законодательства[править | править вики-текст]

Общество представляет собой динамическую систему, в которой постоянно появляются новые виды общественных отношений и видоизменяются старые. В связи с этим появляются новые виды преступлений, а общественная опасность старых может изменяться в большую или меньшую сторону, либо пропадать вовсе.

В конце XX века, когда динамика общественных отношений в связи с глобализацией, усложнением социальной организации, появлением новых технологий и видов экономической деятельности, эти процессы существенно ускорились. Криминализации подверглись многие деяния, которые раньше были совершенно неизвестны правоведам или не считались в достаточной степени общественно опасными. Это нашло отражение и в системе Особенной части многих стран.

Так, криминализация экологических преступлений привела к появлению соответствующей структурной единицы в законодательстве стран СНГ и Балтии, Албании, Федерации Боснии и Герцеговины, Вьетнама, Германии, Испании, Колумбии, Македонии, Мексики, Монголии, Парагвая, Перу, Польши, Сальвадора)[5].

Появление новых видов транспорта и значительное возрастание рисков, связанных с эксплуатацией транспорта заставило законодателя выделить группу транспортных преступлений (страны СНГ и Балтии, Аргентина, Болгария, Федерация Боснии и Герцеговины, Бразилия, Венгрия, Венесуэла, Гватемала, Коста-Рика, Куба, Македония, Мексика, Монголия, Никарагуа, Панама, Польша, Португалия, Финляндия, Эквадор, Япония)[6].

Широкое распространение компьютерной техники и использование её для совершения преступных посягательств привело к обособлению компьютерных преступлений (Австралия, Азербайджан, Андорра, Армения, Белоруссия, Боливия, Грузия, Кыргызстан, Литва, Мексика, Молдова, Монголия, Россия, Сербия, Таджикистан, Туркменистан, Украина, Франция, отдельные штаты США). В то же время, во многих государствах компьютерные преступления интегрированы в существующую систему уголовного законодательства и рассматриваются как подвид преступлений против собственности или экономики[6].

Для принятых после Второй мировой войны уголовных кодексов характерно выделение преступлений против международного правопорядка (мира и безопасности человечества). Соответствующие структурные единицы присутствуют в УК стран СНГ, Албании, Болгарии, Федерации Боснии и Герцеговины, Венгрии, Гондураса, Испании, Колумбии, Коста-Рики, Кот-д'Ивуара, Латвии, Литвы, Макао, Македонии, Монголии, Парагвая, Перу, Польши, Португалии, Румынии, Финляндии, Франции, Эстонии, Эфиопии[6].

Соотношение общей и особенной части уголовного права[править | править вики-текст]

В общей части уголовного права содержатся нормы, определяющие содержание основных понятий уголовного права («преступление», «наказание» и т. д.), общие для всех преступлений основания уголовной ответственности, перечень и содержание видов наказания, иных мер уголовно-правового характера и т. д.[1]

Общая и особенная часть уголовного права образуют органическое единство. Применение уголовного права в подавляющем большинстве случаев требует обращения к нормам как общей, так и особенной части. Так, признаки состава преступления фиксируются как в общей части (положения о возрасте уголовной ответственности, вменяемости лица, формах вины), так и в особенной части (признаки объекта, объективной стороны преступления, указание на конкретную форму вины, специального субъекта преступления и др.). Соответственно, для правильной квалификации преступления необходимо использование норм как общей, так и особенной части. Правильное назначение наказания требует обращения не только к санкции нормы особенной части, но и к нормам общей части, устанавливающим порядок и пределы применения отдельных видов наказания, общие условия назначения наказания и др. Некоторые нормы общей части могут применяться только в дополнение к нормам особенной части: так, это нормы, устанавливающие специфические признаки составов неоконченной преступной деятельности и соучастия[1]. Даже в случаях, когда нормы общей части обладают определённой самостоятельностью (например, нормы о действии уголовного закона во времени и пространстве, невменяемости и принудительных мерах медицинского характера, обстоятельствах, исключающих преступность деяния), всё равно необходимо установление наличия в действиях лица объективных признаков какого-либо деяния, запрещённого нормами особенной части; в противном случае, основания для использования уголовно-правовых средств регулирования отсутствуют вообще.

Также и общая, и особенная часть исходят из одинаковых принципов, которые являются общими для всей уголовно-правовой отрасли[1]. Такие принципы могут прямо закрепляться в законе (например, ст. 3—7 УК РФ), вытекать из конституционно-правовых установлений или международно-правовых норм, либо подразумеваться, вытекая из общих положений уголовно-правовой доктрины.

Виды норм особенной части уголовного права[править | править вики-текст]

Основная часть норм особенной части уголовного права носит запретительный характер: эти нормы описывают признаки составов конкретных деяний, совершение которых запрещено уголовным законом, а также устанавливают конкретные меры наказания, подлежащие применению в случае нарушения уголовно-правового запрета. К этой же категории относятся нормы, формулирующие определения тех или иных терминов и уголовно-правовых понятий, используемых в тексте уголовного законодательства. Они не образуют особой категории «разъяснительных» норм, так как являются составными частями диспозиций соответствующих уголовно-правовых норм. Выделение их в самостоятельные структурные единицы (например, примечания к статьям уголовного закона) — всего лишь приём законодательной техники[7].

Однако этим содержание особенной части не исчерпывается. Нередки в особенной части поощрительные нормы, определяющие условия, при которых применение уголовно-репрессивных мер является нецелесообразным. Это могут быть нормы, устанавливающие основания освобождения от уголовной ответственности и наказания, связанные с послепреступным поведением субъекта, либо определяющие особые правила применения уголовно-правовых санкций в отдельных ситуациях[8].

Например, ст. 222 УК РФ, предусматривающая ответственность за действия, связанные с незаконным владением и оборотом оружия, предусматривает, что в случае добровольной сдачи предмета преступления лицо освобождается от уголовной ответственности по данной статье. Эта норма направлена на поощрение добровольной выдачи оружия, которое тем или иным путём оказалось у граждан. Ст. 134 УК РФ устанавливает специальное основание освобождения от наказания: лицо, достигшее 18-летнего возраста, впервые совершившее половое сношение с лицом, не достигшим 16-летнего возраста, освобождается от наказания, если виновное лицо и совершенное им преступление перестали быть общественно опасными в связи со вступлением в брак с потерпевшей (потерпевшим). Эта же статья устанавливает особые правила применения уголовно-правовых санкций: если разница в возрасте между потерпевшей (потерпевшим) и подсудимым (подсудимой) составляет менее четырех лет, к последнему не применяется наказание в виде лишения свободы.

Общерегулятивные нормы встречаются в особенной части уголовного права редко. Например, в УК РФ такая норма одна: ст. 331 УК РФ определяет понятие преступлений против военной службы, круг возможных субъектов таких преступлений, а также возможность принятия специального уголовного законодательства военного времени.

Особенная часть в науке уголовного права[править | править вики-текст]

Теоретическое выделение и изучение особенной части уголовного права как самостоятельной структурной единицы данной правовой отрасли наиболее характерно для континентального уголовного права. Так, проблематика особенной части, её структуры, принципов построения и т.д. является предметом рассмотрения практически всех российских учебников по уголовному праву, где этим вопросам, как правило, посвящается отдельная глава. Научное изучение проблематики особенной части характерно и для немецкой уголовно-правовой науки[9].

Напротив, в англо-американской правовой доктрине подробное рассмотрение общетеоретических проблем особенной части уголовного права встречается редко. Соответствующие вопросы либо вообще обходятся вниманием, либо рассматриваются лишь вскользь. В то же время структура работ современных авторов говорит о том, что общая и особенная часть ими всё же выделяются: в них сперва излагаются вопросы общей части, и лишь потом раскрываются признаки конкретных составов преступлений[10].

Примечания[править | править вики-текст]

  1. 1 2 3 4 Наумов А. В. Российское уголовное право. Курс лекций. В двух томах. — М.: Юридическая литература, 2004. — Т. 2. Особенная часть. — С. 5. — 832 с. — 3000 экз. — ISBN 5-7260-1025-6.
  2. 1 2 3 Сравнительное уголовное право. Особенная часть: монография / В. Н. Додонов, О. С. Капинус, С. П. Щерба; под общ. и науч. ред. С. П. Щербы. — М.: Юрлитинформ, 2010. — С. 3. — 544 с. — 3000 экз. — ISBN 978-5-93295-617-5.
  3. 1 2 3 4 5 Сравнительное уголовное право. Особенная часть: монография / В. Н. Додонов, О. С. Капинус, С. П. Щерба; под общ. и науч. ред. С. П. Щербы. — М.: Юрлитинформ, 2010. — С. 4. — 544 с. — 3000 экз. — ISBN 978-5-93295-617-5.
  4. 1 2 3 Сравнительное уголовное право. Особенная часть: монография / В. Н. Додонов, О. С. Капинус, С. П. Щерба; под общ. и науч. ред. С. П. Щербы. — М.: Юрлитинформ, 2010. — С. 5. — 544 с. — 3000 экз. — ISBN 978-5-93295-617-5.
  5. 1 2 3 4 5 Сравнительное уголовное право. Особенная часть: монография / В. Н. Додонов, О. С. Капинус, С. П. Щерба; под общ. и науч. ред. С. П. Щербы. — М.: Юрлитинформ, 2010. — С. 6. — 544 с. — 3000 экз. — ISBN 978-5-93295-617-5.
  6. 1 2 3 Сравнительное уголовное право. Особенная часть: монография / В. Н. Додонов, О. С. Капинус, С. П. Щерба; под общ. и науч. ред. С. П. Щербы. — М.: Юрлитинформ, 2010. — С. 7. — 544 с. — 3000 экз. — ISBN 978-5-93295-617-5.
  7. Наумов А. В. Российское уголовное право. Курс лекций. В двух томах. — М.: Юридическая литература, 2004. — Т. 2. Особенная часть. — С. 7. — 832 с. — 3000 экз. — ISBN 5-7260-1025-6.
  8. Наумов А. В. Российское уголовное право. Курс лекций. В двух томах. — М.: Юридическая литература, 2004. — Т. 2. Особенная часть. — С. 6. — 832 с. — 3000 экз. — ISBN 5-7260-1025-6.
  9. Жалинский А. Э. Современное немецкое уголовное право. — М.: ТК Велби, Проспект, 2006. — С. 347-353. — 560 с. — 2000 экз. — ISBN 5-98032-738-X.
  10. Козочкин И. Д. Уголовное право США: успехи и проблемы реформирования. — СПб.: Юридический центр Пресс, 2007. — С. 312. — 478 с. — 1000 экз. — ISBN 978-5-94201-510-7.