Фискал

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Фискалы (лат. fiscus — корзина; касса, казна, финансы) — должность, учреждённая Петром Великим.

В последнем из параграфов указа, данного 2 марта 1711 г. Сенату, говорится: «учинить фискалов по всяким делам, а как быть им пришлется известие». Через 3 дня, 5 марта, новым указом повелевалось учредить должность обер-фискала; он должен был иметь тайный надсмотр над всеми делами; ему надлежало следить за тем, не учинялся ли где-либо неправый суд, не совершалось ли незаконного «в сборе казны и прочего». «Кто неправду учинит», на того обер-фискал должен был донести в Сенат, и если он действительно уличал виновного, то половина штрафа шла в пользу казны, а половина — в пользу фискала.

Обер-фискал был высшим должностным лицом по тайному надзору за делами; в губерниях были провинциал-фискалы, по одному для каждой отрасли управления; они имели «под собой» «низших», городских. О них всех говорилось, что они «имеют во всём такую же силу и свободность, как и обер-фискалы».

Высокое положение отнюдь не гарантировало от тайного надзора и вызова в Сенат; ему подлежали все, «какой высокой степени ни есть». Высокопоставленные лица могли привлекаться только обер-фискалом; это было единственным различием в степени власти обер-фискала и рядовых фискалов.

С учреждением коллегий появились коллежские фискалы, по одному при каждой коллегии.

В августе 1711 г. Н. М. Зотов назначен был государственным фискалом, то есть «надсмотрителем, дабы никто от службы не ухоранивался и прочего худа не чинил».

Но злоупотреблений чинилось очень много, и простор для них был большой. Провинциальные фискалы не зависели от местных властей и подчинены были своему начальству, обер-фискалу. Обязанные доносить, они не преследовались за доносы неверные; в указе прямо сказано: «буде же не уличить (виновного, перед Сенатом), то отнюдь фискалу в вину не ставить ниже досадовать, под жестоким наказанием и разорением всего имения».

Известна выходка Стефана Яворского против этого учреждения. 17 марта 1712 г. он в проповеди сделал очень ясные намеки на него: «закон Господень непорочен, а законы человеческие бывают порочны; а какой-то закон, например, поставити надзирателя над судами и дати ему волю кого хочет обличити, да обличит, кого хочет обесчестити, да обесчестит…» и т. д. Его слова не остались без влияния. 17-го марта 1714 г. вышло новое распоряжение, в котором сфера действий фискалов была определена гораздо точнее. Они должны были разоблачать всякие преступления указов, всякие взятки и кражи казны и все то, что может повести «ко вреду государственного интереса», должны были возбуждать дела, на которые нет челобитчиков. За вмешательство в судные дела, возбужденные какой-либо из сторон, фискалы подвергаются наказанию. Преследуют их и за доносы, сделанные в корыстных целях; если донос окажется несправедливым, Ф. несёт то наказание, какое понесло бы оговоренное им лицо, если бы было действительно виновно; наказывается фискал и в тех случаях, когда не донёс по своим корыстным соображениям.

Власть провинциальных фискалов трудно поддавалась контролю; обязанные раз в год объезжать города по губернии и подвергать проверке действия низших фискалов, провинциальные фискалы были облечены властью смещать их, подвергать взысканиям и т. п., что давало опять-таки повод к злоупотреблениям. В 1722 г. власть их была в значительной степени стеснена учреждением по всем губерниям прокурорских должностей. Прокуроры — этот уже открытый надзор за судом — не только ограничивали их контроль над судебными делами, но являлись и вообще посредствующей инстанцией между ними и обер-фискалом.

Институт фискалов, дискредитированный действиями своих должностных лиц, в особенности был подточен злоупотреблениями своих высших чиновников, обер-фискалов. Не помогло делу и учреждение при Екатерине I должности генерал-фискала. Верховный тайный совет при Петре II занят был разбирательством не только преступлений обер-фискалов, но и корыстных деяний генерал-фискалов.

При Анне Иоанновне фискалы были упразднены (1730). Особой пользы учреждение, имевшее целью тайный надзор за всеми жителями и всеми учреждениями, принести не могло; фискалы были всем ненавистны. Второй по времени обер-фискал, М. В. Желябужский, и его помощник А. Я. Нестеров вскоре по вступлении в должность обратились к царю с жалобой на Сенат, говоря, что там им приходилось очень плохо: сенатор Г. А. Племянников их иначе как «уличными судьями» и не называл, а князь Яков Долгорукий прямо величал антихристами и плутами.

Но долю пользы фискалы несомненно принесли. Знаменитые разоблачения Нестерова (относительно князя М. П. Гагарина, того же Долгорукова и др.) пролили свет на такие злоупотребления и преступления, которые без фискалов совершенно ускользнули бы от возмездия. Нестеров обратил также внимание на эксплуатацию богатыми купцами мелких торговцев; были назначены купеческие фискалы, обязанные тайно надсматривать за делами в этом сословии. Однако и Нестеров, этот самый деятельный и умный из высших должностных фискалов, не устоял в конце концов против искушения и был уличён во взяточничестве и укрывательстве.


Фискалы (воен.) — вслед за учреждением фискалов в гражданском ведомстве они по указу 1711 г. были введены в войсках. По Воинскому Уставу 1716 г. в полках и крепостях должны были состоять фискалы, при дивизиях — обер-фискалы в ранге майора, при армии — генерал-фискалы в ранге подполковника. По определению Воинского Устава фискал «есть смотритель за каждым чином, так ли всякой должности истиной служит и в прочих делах, вручённых ему, поступает». Фискалы обязаны были проведывать и доносить о преступлениях, поддерживать обвинение на суде и наблюдать за соблюдением судами положенных в законе для рассмотрения дел сроков; о нарушениях казенного интереса фискалы должны были только сообщать комиссариату. В тех случаях, когда возведённое фискалами обвинение оказывалось неосновательным, они могли подлежать только лёгким наказаниям за неосмотрительность. Указом 22 февраля 1723 г. генерал-фискалы и обер-фискалы были повышены в рангах ввиду того, что в первое время фискалы выбирались «из самых нижних людей без свидетельств» и из числа обер-фискалов некоторые оказались виновными «в великих преступлениях и злодействах». Полковым фискалам по штатам 1720 г. ранга вовсе не было назначено, а по окладу содержания они были поставлены ниже прапорщика и несколько выше полкового аудитора.

В последний раз фискалы при войсках упоминаются в 1732 г., когда для них была издана особая инструкция, обязывавшая их доносить о замеченных нарушениях инспекторам войск.

Ссылки[править | править вики-текст]

При написании этой статьи использовался материал из Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона (1890—1907).