Калокагатия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
«Дорифор» Поликлета — воплощение классического канона мужской красоты и пропорциональности.

Калокагати́я (также калокага́тия; др.-греч. καλοκαγαθία, от др.-греч. καλὸς καὶ ἀγαθός — «прекрасный и хороший», «красивый и добрый») — термин, использующийся в античной Этике, составленный из двух прилагательных: καλός (прекрасный) и ἀγαθός (добрый). Что в приблизительном переводе будет «нравственная красота». Большое значение термин имел в классический период философии Древней Греции, однако можно проследить его более раннюю историю. Наиболее тесно калокагатия связана с греческой системой образования — «Пайдейя». Первое упоминание калокагатии относится к сохранившимся материалам о Семи мудрецах. Наставление Солона рекомендует хранить калокагатию «нрава вернее клятвы».

Калокагатия — это одновременно социально-политический, педагогический, этический и эстетический идеал. Человек-носитель калокагатии — идеальный гражданин полиса, стремящийся к осуществлению коллективных целей гражданского общества и способный их осуществить. Идеал калокагатии повлиял на идеал гармонически развитой личности, существующий в культуре Нового времени.

А. Ф. Лосев разъясняет термин «калокагатия» следующим образом:

Это составное этически-эстетическое понятие — своего рода кентавр. И так же как представление о коне-человеке могло существовать во времена мифологической древности, точно так же и понятие «прекрасно-доброго» могло иметь значение только для эпохи, в которой этическое и эстетическое сознание было, по сути дела, синкретичным, единым"[1].

Калокагатия в классический период[править | править код]

Сократ[править | править код]

В «Апологии Сократа»[1] термин калокагатия можно наблюдать в знаменитой формуле сократовского незнания. В пер. Вл. С.Соловьева «оба ничего в совершенстве не знаем» (букв. «не знаем ничего прекрасного» — καλὸν ἀγαθόν). Таким образом подчеркивается этический характер содержания термина. Также в диалоге «Пир» Алкивиад говорит, что речи Сократа касаются множества вопросов для тех «кто хочет достичь калокагатии». Упоминания Сократа можно также наблюдать у Ксенофонта в «Меморабилиях». В своей речи Сократ отождествляет понятия «прекрасное», «хорошее» и «полезное». Соответственно благом и красотой нетелесной души, если она существует правильно, оказывается добродетель. В другой беседе Сократ противопоставляет понятию «калокагатия» понятие «постыдного», таким образом сближая калокагатию с «нравственным сознанием».

Платон[править | править код]

В философии Платона термин калокагатия был важным, однако не центральным, потому что идеалистическая система мировоззрения мыслителя не исчерпывается ни этикой, ни эстетикой. Термин встречается у Платона в значении внешней красоты, как например в диалоге «Парменид», однако это происходит крайне редко. В основном калокагатия представлена у Платона как синоним понятия «добродетель». В диалоге «Горгий» можно прочесть, что «человек достойный», противопоставлен дурному, то есть несправедливому, распущенному и безрассудному", а также в «Софисте», что «тем-то и скверно невежество, что человек и не калокагатийный, и не умный вполне доволен собой». Как видно, калокагатия для Платона — более этическое понятие, чем эстетическое. Исключением из этого правила является пассаж из диалога «Тимей», где καλός обозначает красоту тела, a ἀγαθός — души. Таким образом Платон говорит о гармоничном развитии человека и непосредственной связи между телом и душой.

Аристотель[править | править код]

Аристотель, как мыслитель завершивший классическую эпоху, продолжил разрабатывать термин калокагатии. Примечательно, что делал он это не в «Никомаховой этике», а в «Евдемовой» и также «Большой этике». Аристотель считал, что калокагатия — это совершенная добродетель в широком смысле слова. Он отождествляет нравственную красоту с калокагатией и придает последней этический оттенок. В «Большой этике» можно прочесть что «О нравственной красоте говорят по поводу добродетели: нравственно прекрасным зовут справедливого, мужественного, благоразумного и вообще обладающего всеми добродетелями» (II 9, 1207b23-26). Калокагатия в «Евдемовой этике» представлена как качество, которым наделен человек. Такой калокагатийный человек обладает всеми прекрасными благами как таковыми и практически действует ради прекрасного как такового. Другими словами проявляет калокагатию тот, кто стремится жить наиболее добродетельно, а не ради внешнего блага (здесь Аристотель приводит в пример жителей Спарты). В целом можно сказать что Аристотель определяет калокагатию как полноту всех добродетелей и выводит отсюда свою формулу счастья — «полнота жизни в полноте добродетели». Важно отметить что для совершенного в моральном отношении человека внешние блага, такие как почет, богатство и слава, не несут никакой опасности в смысле повреждения нравственности. Более того, подчеркивает Аристотель, без внешних благ невозможно достичь полноты добродетелей. Но все эти замечания Аристотель относит только к мыслителям, ведь, как он считает, только они способны обратиться к калокагатии, поскольку привыкли «повиноваться не страху, как все, а стыду».

Примечания[править | править код]

  1. Лосев А. Ф., Шестаков В. П. История эстетических категорий. М., 1965. С. 100

Литература[править | править код]

  • Лосев А. Ф. История античной эстетики: В 8-ми тт. — Т. 2: Софисты. Сократ Платон; Т. 4: Аристотель и поздняя классика; Т. 7: Последние века; Т. 8: Итоги тысячелетнего развития. — (По указателю).
  • Лосев А. Ф., Шестаков В. П. История эстетических категорий. М., 1965.
  • Бычков В. В. Эстетика: Учебник. — М.: Гардарики, 2004. — 556 с.
  • Платон. Апология Сократа: Собрание сочинений в четырёх томах. — Т.1.,М.: Мысль, 1990—1994.
  • Платон. Горгий: Собрание сочинений в четырёх томах. — Т.1.,М.: Мысль, 1990—1994.
  • Платон. Пир: Собрание сочинений в четырёх томах. — Т.2.,М.: Мысль, 1990—1994.
  • Платон. Парменид: Собрание сочинений в четырёх томах. — Т.2.,М.: Мысль, 1990—1994.
  • Платон. Софист: Собрание сочинений в четырёх томах. — Т.2.,М.: Мысль, 1990—1994.
  • Платон. Тимей: Собрание сочинений в четырёх томах. — Т.3.,М.: Мысль, 1990—1994.
  • Аристотель. Евдемова этика. Философская классика., М.: ИФ РАН., 2005.