Ротхаккер, Эрих

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
(перенаправлено с «Ротхакер, Эрих»)
Перейти к: навигация, поиск
Эрих Ротхаккер
Erich Rothacker
Дата рождения:

12 марта 1888(1888-03-12)

Место рождения:

Пфорцхайм

Дата смерти:

10 августа 1965(1965-08-10) (77 лет)

Место смерти:

Бонн

Страна:

Flag of Germany.svg Германия

Эрих Ротхаккер (нем. Erich Rothacker, 12 марта 1888(18880312), Пфорцхайм — 10 августа 1965, Бонн) — немецкий философ и психолог, один из основателей философской антропологии, нацист.

Биография[править | править вики-текст]

С 1924 года — профессор Гейдельбергского, с 1928 года — Боннского университетов.

Ротхакер является одним из основоположников (наряду с М. Ландманом) версии философской антропологии как культурной антропологии.

Вступил в НСДАП до прихода к власти Адольфа Гитлера, был убеждённым сторонником особенностей национальных культур, в частности, писал об особенностях «арийского мировоззрения», но после второй мировой войны отказался от нацистских взглядов и переформулировал своё учение в духе феноменологии Э. Гуссерля.

В начале 1950-х годов учениками Ротхаккера были Юрген Хабермас и Карл-Отто Апель.

Основные идеи[править | править вики-текст]

Под влиянием Дильтея, у которого наследовал концепцию "наук о духе" и идею исторической обусловленности познания. разработал свою концепцию «культурной антропологии». Различные культуры, по мнению Ротхаккера, являются уникальными общностями, обладающими своим «окружающим миром» (нем. Umwelt) - понятие, заимствованное у Я. Икскюля. Человек — носитель и создатель конкретного типа культуры, как исторически-конкретной тотальности. Каждой социальной общности — расе, нации, группе — присущ свой тип культуры. Ротхакер строит концепцию культуры на фундаменте философской антропологии, а не этнографии. Если сфера культуры в неокантианской интерпретации представала как завершенное в себе целое, как неподвижная система ценностей (в рамках которой выделялись четыре основных типа, связанных с истиной, добром, красотой и святостью, откуда вытекало расчленение знания о культуре на науку, этику, эстетику и теологию), то Ротхакер под влиянием Дильтея исходит из понимания культуры как результата лежащей за пределами науки практики жизни. Философия культуры не вправе диктовать частным наукам о культуре некий единый метод. Каждый раз он определяется предметом, а именно конкретной «системой культуры», каковых Ротхакер насчитывает пять: язык, хозяйство, искусство, религия, а также сфера государства и права. Философская наука о культуре есть вместе с тем философская наука о человеке; она получает поэтому название «культурная антропология» (Ротхакер ввел этот термин в немецкоязычное пространство — «Kulturanthropologie», 1942).


Культурная антропология Ротхакера в отличие от англо-американской cultural anthropoly, совпадающей с этнографией в России, носит теоретико-систематический и историко-систематический характер. Она задумана, во-первых, как философская рефлексия на методологический плюрализм частных культурологических дисциплин, а во-вторых, как средство выработки обобщающей точки зрения, позволяющей осмыслить взаимно противоположные направления человеческой деятельности в рамках некоторого единства. Сторонник консервативной революции и противник либерализма и реформизма социал-демократов, в связи с чем ему были близки левые нацисты, и поэтому он вступил в НСДАП, не будучи сторонником Гитлера. Ученик Ротхакера Юрген Хабермас, известный своими скандальными выходками в отношении Мартина Хайдеггера и упрёками Хайдеггера за его нацистское прошлое, никогда не считал Ротхакера сторонником Гитлера. В 1920-е работал в подходе немецкой исторической школы К. Лампрехта. В 1930-е годы занимался философией в русле идей Шелера, что предопределило его поворот к философской антропологии. Переинтерпретировал ряд семиотических и кибернетических идей немецкого биолога Я. фон Икскюля. Оппонировал биоантропологической версии философской антропологии (особенно Гелену), но в то же время был издателем теоретического наследия Гелена в то время, когда Гелен проходил процедуры денацификации. Многие разработки Ротхакера близки духу последней работы Кассирера "Что такое человек? Опыт философии человеческой природы" (1944) и концепции "герменевтической логики" Липпса. В поздних работах, отказавшись от своих прежних нацистских взглядов, Ротхакер переинтерпретировал концепцию "жизненного мира" Гуссерля. Подверг критике дуалистическую концепцию позднего Шелера и биологически ориентированную антропологию А. Гелена, для которых особенностью человека является наличие у него «мира» (Welt), а не среды (Umwelt). Мир как таковой есть абстрактная идея, реальность всегда дана нам посредством языка и сознания, выступает в той или иной перспективе. Для Ротхакера человека можно определить позитивно, как творца и носителя культуры, но не некой «культуры вообще», а исторически возникшей индивидуальности, характеризуемой теми «ландшафтами», которые доступны только в конкретной перспективе данной культуры. Носителями культуры являются общности разного уровня – группы, нации, расы. В истории нет общих для всех культур законов, поскольку каждая из них представляет собой неповторимый организм со своей морфологией. В работах 1950–1960-х развивает учение Шелера о «познавательных интересах», которое было перенято у Ротхакера Ю.Хабермасом и К.-О.Апелем, учившимися у Ротхакера в начале 1950-х. Значительную часть жизни Р. проработал в Боннском университете, где занял в 1929 должность профессора. Основные работы: "Логика и система наук о духе" (1927), "Философия истории" (1934), "Слои личности" (1938, программный труд), "Военное значение философии" (1944), "Проблемы культурной антропологии" (1948), "Человек и история" (1950), "Философская антропология" (1956), "К генеалогии человеческого сознания" (1966) и др. В своих теоретико-методологических установках Р. исходил из необходимости: 1) преодолеть односторонность как эмпиризма (сведение к объекту), так и априоризма (неспособность связать свой дискурс с опытом и историей) в подходе к человеку; 2) сместить акцент в анализе проблематики человека с его негативных определений (линия Гелена с ее тезисом о принципиальной биологической "недостаточности" человека как животного) на позитивные. В единстве своей предметности и духовной субъективности человек может быть понят только как целостность и конкретность, задающие "содержательность" любым дискурсом философской антропологии. Он всегда погружен в определенную жизненную ситуацию с соответствующим горизонтом мировосприятия (переживаний), исходя из которого и строится его деятельностная активность. Люди всегда принадлежат определенным обществам, образующим их специфическую среду, и самореализуются во вполне конкретных культурах (этнических и языковых с их неповторимыми традициями и установками). Культура задает "жизненные стили" как формы самовыражения индивида. В них человек "ведет себя" и относится к "самому себе", в них он постоянно "переводит себя", объективируя "свое внутреннее". Тем самым он реализуется как творческая историческая личность, конструирующая "свои миры". В стилистике человеческого поведения ничего изначально природно не задано, она постоянно формируется и поддерживается деятельностным усилием, выражает то, что человек сам из себя делает (в этом ключе Р. исследует такие формы специфически-человеческого выражения, как стыд, смущение, замешательство и т.д.). И тем не менее, человеческое начало двойственно — оно и дано, и задано, что изначально делает его "подлинность" (аутентичность, идентичность) проблемой. Индивид всегда оказывается "между" (подлинным и неподлинным, истинным и неистинным). Он застает созданное до себя как "данность" (как уже оформленный "материал") и имеет свой проект, подлежащий реализации как "заданность" ("человек живет в мире феноменов, которые он высветил прожектором своих жизненных интересов и выделил из загадочной действительности"). Тем самым Р. накладывает ограничения на тезис об "открытости человека миру", ведь индивиду доступно лишь то, что "высветлено" (т.е. лишь определенные по отношению к конкретным ситуациям жизни "аспекты мира"). Как целостность и конкретность (бытия и сознания, практики и переживания) человек сложно организован, содержит в себе три "слоя": 1) вегетативной и животной жизни; 2) определяемого влечениями и чувствами "Оно"; 3) мыслящего и самопознающего "Я", — подчиняющихся только им имманентным закономерностям. Конституирующим же собственно человеческое выступает "третий слой", открывающий (точнее — приоткрывающий) человека миру, требующий его самовыражения в культуре (как ответе на вызов природы). Здесь Ротхакер следует идее Плеснера о позициональном дистанцировании человека по отношению к миру и к самому себе как условии раскрытия его "человечности", но максимально "стягивает" ее на тематизмы культурного бытия, бытия культурой (в стилистиках культуры). Личность (во взаимодействии с другими) сама формирует свои "духовные ландшафты" (которые всегда "скрыто" антропоморфны как результат избирательного отношения к миру), конституирует собственные "практики жизни" как совместный с другими (внутри целостных общностей людей) "тотальный" ответ на ситуацию, в которую она заброшена волею судьбы и обстоятельств. "Система" же культуры включает в себя пять относительно автономных "подсистем": язык, хозяйство, искусство, религию, сферы государства и права. Акцентируя какую-либо из них или конфигурируя их индивидуальные сочетания, человек и задает стилистику собственной жизни как обнаруживающую структуры его бытия (т.е. жизненного мира как искусственной среды и жизненного пространства различения своих различий-отличий). "Я"-сознание, соотносясь с "Мы"-сознанием, объективирует себя в культуре прежде всего посредством языка. Да и весь жизненный мир человека есть то, что им интерпретировано и истолковано ("лишь с появлением мореходства появляются бухты"). По Р., "с каждым вполне понятным словом мир изменяется... Сказанное тотчас же включается в мир, уже существующий". Человек, будучи существом творческим (и в этом отношении даже "демоническим"), есть "не пучок, не сумма, не нагромождение извне данных ощущений, но субъект, центр и исходный пункт активности", пункт активности "как свободы и нравственной силы". И в этом своем модусе он всегда есть "тайна", разгадать которую и призвана философская антропология. Последняя же по определению всегда должна быть культурной антропологией — Kulturanthropologie (P. автор этого термина в немецкоговорящей традиции), которую следует отличать от эмпирически и этнологически ориентированной британо-американской cultural anthropology. Исходные установки Kulturanthropologie вытекают из ее принципов: 1) предметности (конституирования предмета в сознании), 2) личности (как исходной точки дискурса), 3) значимости артикуляции только экзистенциально-ценного — и нацелены на исследование культурно-практических структур исторического сознания (переживаемого жизненного мира). Культур-антропология, согласно Р., призвана стать: 1) общеметодологической рефлексией для "наук о культуре", 2) средством выработки обобщенной точки зрения, позволяющей совмещать в себе разнонаправленные культурные перспективы.[1][2][3]

Сочинения[править | править вики-текст]

  • Logik und Systematik der Geisteswissenschaft Munch, 1927
  • Geschichtsphilosophie Munch — В., 1934
  • Die Schichten der Personlichkeit Lpz., 1938
  • Mensch und Geschichte В., 1944
  • Probleme der Kulturanthropologie Bonn, 1948
  • Philosophische Anthropologie Bonn, 1964
  • Zui Genealogie des menschhchen Bewusstseins Bonn, 1966

Примечания[править | править вики-текст]

  1. [http://www.гумер.info/bogoslov_Buks/Philos/Grican/_132.php В. Л. Абушенко. Эрих Ротхакер.//Грицанов А. История философии. Энциклопедия
  2. Философия культуры
  3. Алексей Руткевич. Эрих Ротхакер. //Энциклопедия "Кругосвет"

Литература[править | править вики-текст]

  • Brumng W Philosophische Anthropologie — Histonsche Vorausse-tzungen und gegenwartiger Stand Stuttg., 1960