Дыманская экспедиция

Дыманская экспедиция (азерб. Deman ekspedisiyası) — российская военная экспедиция, отправленная в 1908 году в пределы Персии для предотвращения выступлений племени шахсевен на российские пограничные посты и селения.

Тюрко-«татарское» племя шахсевен жило в пограничном с Ленкоранским уездом Бакинской губернии северо-восточном углу персидской провинции Адербейджан. После присоединения значительной части Муганской степи по Туркманчайскому договору к России, шахсевенам было предоставлено право перекочёвывать зимой в российские пределы.

Шахсевенам, мигрировавшим в восточную часть Мугани и обратно, было разрешено использовать дорогу, пересекающую российскую территорию в окрестностях Демана. Мухаммад-голи-хан из Аларлу построил небольшое поселение рядом с этой дорогой. Российские власти, утверждая, что он совершал набеги из этого поселения, которое они, таким образом, истолковали как крепость, потребовали, чтобы он его снёс. Поскольку он не обратил на это внимания, казачий отряд был направлен для патрулирования границы между Деманом и Билясуваром.

11 апреля 1908 года офицер этого отряда (капитан Двоеглазов) пересёк иранскую территорию близ Билясувара в погоне за убегающей лошадью. Встретив отряд племён Коджа-Бейли, он был застрелен, а несколько членов его эскорта получили ранения. В ответ казачий гарнизон в Билясуваре перешёл на иранскую сторону границы, уничтожил таможенный пост и убил около сорока жителей. Примерно через неделю из Баку прибыло подкрепление, и отряд из нескольких сотен человек собрался и разделился на две группы. Первая, войдя в Иран близ Билясувара и уничтожив одну или две иранские деревни, отправилась в погоню за Коджа-Бейли, но после тяжёлых потерь в столкновении с племенами была вынуждена отступить. Вторая группа под командованием генерала Снарского разрушила поселение Мохаммеда Голи-хана близ Демана, затем пересекла границу и сравняла с землёй другие иранские деревни, после чего отступила. 16 мая Снарский, который впоследствии прославился своими эксцессами во время оккупации Тебриза, предъявил иранским властям ультиматум: если определённые требования не будут выполнены, он снова войдёт в Иран и сам позаботится об их удовлетворении. Требования включали выдачу убийц Двоеглазова, возвращение украденного имущества, гарантии от дальнейших набегов со стороны племён и выплату 80 000 рублей — суммы, которую иранцы вряд ли смогли бы найти.

Коджа-Бейли в последние годы слишком часто совершали набеги на российские пограничные посты с целью завладения оружием и российские деревни с целью получения другой добычи, но в этот раз не только первоначальная казачья группа вторглась на территорию, но и офицер открыл огонь первым и в некотором смысле сам виноват в своей участи: несколько лет назад он убил двух сыновей вождя Коджа-Бейли, и, хотя впоследствии ему предложили перевод, чтобы избежать мести, он отказался. Более того, ответные действия были жестокими и неоправданными. Российский посланник в Тегеране, несколько смущённый этими эксцессами, признал нарушение офицером границ перед своим британским коллегой, но кавказская администрация скрыла то, что произошло на самом деле, отказалась разрешить совместную комиссию по расследованию, раздула инцидент до невероятных масштабов и обнародовала экспедицию Снарского как законную меру, принятую в отвращении к «бандитам», чьи непрекращающиеся зверства против российской пограничной охраны были, пожалуй, последним и худшим примером.

Иранское правительство предприняло серьёзные шаги для удовлетворения некоторых требований. Хотя заинтересованным племенам удалось бежать в горы, вожди Коджа-Бейли и Аларлу были доставлены в Ардебиль под стражу в конце мая, и большая часть необходимой контрибуции была выплачена. Тем временем правительство Тегерана было возмущено бесчинствами казаков и Снарского и не обмануто их версией событий. В соответствии с Конвенцией 1907 года британский посланник Марлинг, хотя и был хорошо осведомлён о том, что произошло на самом деле и кто виноват, воздержался от протестов и просто посоветовал иранскому правительству удовлетворить требования России. Шах лично вмешался, чтобы попросить о снисхождении, но многие иранцы подозревали его в подстрекательстве к шахсевенам, чтобы дать русским предлог для ввода войск для подавления конституционалистов. В конце мая кабинет министров подал в отставку из-за этого дела. Русские поняли, что зашли слишком далеко в отчуждении иранского общественного мнения, и в начале июня уступили. Войска Снарского ушли с границы, а невыплаченная контрибуция была добавлена к долгосрочному долгу Ирана, чтобы использовать её для давления на правительство в последующие годы. Вскоре после этого шах бомбардировал Национальное собрание и восстановил свою автократическую власть.

См. также

• Муганские события

Литература

• Richard Tapper. Frontier Nomads of Iran: A Political and Social History of the Shahsevan. — Cambridge University Press, 1997. — 528 с. — ISBN 978-0-52158-336-7.
• Дыманская экспедиция // Военная энциклопедия : [в 18 т.] / под ред. В. Ф. Новицкого … [и др.]. — СПб. ; [М.] : Тип. т-ва И. Д. Сытина, 1911—1915.