Трималхион

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Трималхио́н (лат. Trimalchio) — персонаж древнеримского романа «Сатирикон», разбогатевший вольноотпущенник. Главное действующее лицо самого обширного из сохранившихся фрагментов. Имя Trimalchio — семитского происхождения; malchio соответствует др.-греч. αηδής — противный; tri-malchio — трижды противный. Аналогичный персонаж Марциала носит имя Малхион[1].

Впервые роман изображает Трималхиона в бане, куда, по римскому обычаю, Энколпий и Аскилт (герои романа) зашли перед пиром. Лысый старик в розовой тунике и сандалиях играет в бирюзовые мячики с огромными мужиковатыми рабами, наряженными под милых кудрявых мальчиков. Один из рабов, стоя возле него, держит серебряный горшок, в который Трималхион тут же справляет нужду и вытирает руки о волосы слуги. Когда его несут из бани завернутым в огромные драгоценные полотна, специальный раб с маленькими флейтами играет ему на самое ухо всю дорогу, а за ним же везут тележку с его главным сокровищем — это «престарелый мальчик с гноящимися глазами, более обрюзглый, чем его господин».

На стене дома Трималхиона художник изобразил этапы его биографии с иконографическими надписями, героизировав и уподобив их подвигам Геракла: от невольничьего рынка, где он был куплен, через все этапы торговых дел и наживы до высокой эстрады по соседству с Фортуной, держащей рог изобилия, и Парками, прядущими золотую нить, которая символизирует великую будущность.

Пир[править | править код]

Церемония трапезы начинается с омовений: рабы с надоедливым истошным пением омывают гостям ноги водой, а руки дорогим вином, но воды на липкие руки затем не приносят. После чего гости занимают своё место за столом. Разодетого, обвешанного безвкусными драгоценностями и ковыряющего в зубах серебряной зубочисткой хозяина вносят под музыку в целой крепости из крошечных подушечек. Блюда, подаваемые гостям, одно диковеннее другого, сопровождаются шутками и прибаутками слуг, комментариями хозяина и обставляются соответствующим реквизитом.

Невежественный Трималхион хочет казаться приобщенным к наукам и искусствам. Он разыгрывает из себя мецената, приглашает на пир образованных бродяг, с которыми не раз пытается завести «литературные» разговоры. Полагая, что знание Гомера — эталон образованности, Трималхион расписывает на темы гомеровских поэм стены своего дома; хвалится, что читал Гомера в детстве; посреди обеда актеры-гомеристы по желанию хозяина читают отрывки из «Илиады». Трималхион сопровождает их представление объяснениями, по своему обыкновению все перепутав.

Заключительные страницы «Пира» посвящены описанию оргии, происходящей в бане, во время которой Трималхион рассказывает свою жизнь. Без всякого стеснения Трималхион сообщает гостям историю своего возвышения: «четырнадцать лет по-женски был любезен своему хозяину… и хозяйку ублаготворял тоже». Рассказ завершается сценой мнимых похорон Трималхиона.

Источники[править | править код]

Возможна связь образа Трималхиона с одной из сатир Горация[2]. Сатира в диалогической форме передает рассказ о роскошном ужине у чванливого богача Назидиена, отравляющего гостям аппетит хвастливыми комментариями к каждому блюду. Гораций едко высмеивает тщеславие хозяина и лицемерие гостей.

Примечания[править | править код]

  1. Эпиграммы, III, 82
  2. Сатиры, II, 8