Движение безземельных крестьян

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Сторонники движения на митинге в Бразилии

Движе́ние безземе́льных крестья́н (ДБК) (порт. Movimento dos Trabalhadores Sem Terra) — общественное движение в Бразилии, одно из крупнейших (или, по некоторыми данным, крупнейшее [1]) в Латинской Америке: его неформальными членами были около полутора миллионов человек[2], проживающих в 23 из 26 штатов Бразилии[3].

В соответствии с заявлениями ДБК, главная его цель — обеспечить трудящимся беднякам возможность получения и использования земли, пригодной для ведения сельского хозяйства. Так же ДБК борется за проведение земельной реформы (англ.)русск. в Бразилии и против тех социальных явлений, которые лишают множество людей возможности владеть и пользоваться землёй: резко неравномерного распределения доходов, расизма, сексизма и монополизации средств массовой информации[4]. Если коротко: ДБК стремится к заключению такого общественного договора, при котором для бедных людей в сельской местности будет возможно самообеспечение основных жизненных нужд путём ведения экологически безопасного устойчивого сельского хозяйства[5].

Будучи преемником различных более ранних мессианских и партизанских движений, так же выступавших за земельную реформу в Бразилии, ДБК отличается от них тем, что практикует не столько организованную общественно-политическую борьбу, сколько отдельные акции самовольного занятия земли, считая, что это обеспечит осуществление земельной реформы. ДБК заявляет, что его земельные самозахваты были фактически узаконены в ныне действующей Конституции Бразилии, принятой в 1988 году, в которой содержится положение о том, что право собственности на землю должна нести социальные функции. Но, по его же заявлениям, проблема вовсе не решилась с принятием новой бразильской конституции, и в 1996 году всего 3 % населения владели двумя третями сельскохозяйственных земель[6].

История движения (до принятия Конституции 1988 года)[править | править вики-текст]

В истории бразильского земельного вопроса Движение безземельных крестьян возникло довольно поздно, когда этот вопрос был уже давно предметом острых политических дебатов и борьбы. В середине XX века между всеми левыми Бразилии было согласие насчёт земельной реформы как необходимого шага к демократизации отношений собственности и к практической реализации политических и других прав и свобод человека — в противовес концентрации реальной власти в руках традиционных элит[7]. Земельная реформа представлялась завершающим этапом буржуазной революции[8].

При этом, бразильский правящий класс и политические элиты не собирались проводить существенной земельной реформы — напротив, они активно противодействовали любым попыткам её осуществления, видя в том угрозу своему социальному положению и своей политической власти[9]. Потому политические лидеры сельской бедноты всё чаще приходили к выводу о том, что невозможно добиться проведения земельной реформы традиционной политической борьбой, и что эта реформа может быть осуществлена только «снизу», только общественными действиями простых людей. Новым в деятельности ДБК было стремление осуществить земельную реформу не путём прихода к власти, а «своими силами» — «разрывая… зависимые отношения с партиями, правительствами и другими институтами»[10]; но при том борьба за землю описывалась ими как чисто политическая — а не общественная, этническая или религиозная.

Первым после обретения Бразилией независимости нормативно-правовым актом, регулирующим право собственности на землю, был «Акт о земельной собственности» (порт. Lei de Terras), он же — Закон номер 601, принятый 18 сентября 1850 года.

Разработанный на основе ранее действовавших актов колониальной администрации, написанных в системе португальского феодального права — в которой земля становилась частной собственностью, будучи либо дарованной монархом (sesmarias), либо переходя по наследству по правилам примогенитуры (morgadio) — этот акт был уже законом независимого бразильского буржуазного государства, и разрешал покупать землю за деньги — как у государства, так и у предыдущего частного собственника. Возможности легализации фактического незаконного владения (англ. Adverse possession) землёй на основании приобретательной давности были крайне ограничены; вместе с концентрацией земельной собственности в руках немногих, это является одной из характерных особенностей новой истории бразильского общества[11]. Исторически, «Lei de Terras» продолжал следовать тенденциям колониального периода, давая преимущества крупным землевладельцам, обычно использующим труд рабов[12].

В результате для мелких плантаторов и крестьян, занимающихся натуральным сельским хозяйством (англ. subsistence agriculture) или мелкотоварным фермерством, доступ к земле был сильно затруднён[13].

С тех пор как концентрация земельной собственности стала связанной с развитием капиталистической бразильской экономики, оппозиционное этому повстанческое движение в XIX — начале XX века приняло идеологию оправдания и восстановления старых форм собственности[14], основанную на мифологизированных хилиастических представлениях о возвращении прежнего, докапиталистического общественного строя, поддерживаемых некоторыми религиозными лидерами — не входящими в католическую церковную иерархию и воспринимаемыми окружающим обществом как «еретики» и «революционеры»[15]. Такие проявления имели место в ходе войны Канудус в 1890-х годах и войны Контестаду в 1910-х годах. Некоторые левые историки, вслед за скандальной публикацией «Разбойники и фанатики» (порт. Cangaceiros e Fanáticos), были склонны объединять проявления бандитизма (cangaço) в северо-восточной Бразилии в начале XX в. с проявлениями мессианизма в так называемый «социальный бандитизм» (англ. social banditry) как вид протеста против социального неравенства, включая неравенство земельное[16][17].

В конце 1930-х годов и «мессианские», и «социально-бандитские» группировки почти одновременно исчезают. Но вплоть до 1950-х встречаются случаи «простого» сопротивления крестьян изгнанию и захвату земли, осуществляемого богатыми и сильными владельцами ранчо. Такие акции произошли в Теофилу-Отони, Минас-Жерайс (1948 г.), Порекату (1951 г.), юго-западной Паране (1957) и в Тромбас (1952—1958)[18]. Но это были акции местного масштаба, не объединённые альтернативной политической идеологией; все они были подавлены либо урегулированы на местном уровне. Бразильское сельское общество продолжало приходить в упадок из-за развития механизированного сельского хозяйства на предприятиях крупного агробизнеса и последовавшей за этим принудительной урбанизации. Однако многие левые считали такой процесс необходимым для устранения препятствий экономической модернизации и политической демократизации, создаваемых технологически отсталыми «феодальными» латифундиями[19].

В 60-е годы XX века в Бразилии появляются общественные движения, пытающиеся легальными методами добиться проведения желаемой земельной реформы: такие, как Крестьянские лиги (англ. Peasant leagues, порт. Ligas camponesas) в северо-восточной Бразилии[20], выступающие, в основном, против изгнания крестьян с арендованных земельных участков и превращения плантаций в пастбища скотоводческих ранчно[21]. Члены таких организаций выступали против существующего распределения земель с рациональными доводами о якобы существующей социальной функции собственности. Сейчас они апеллируют к тому, что бесспорные успехи современного высокотехнологичного сельскохозяйственного бизнеса достигаются ценой превращения сельской бедноты в изгоев общества[22].

В соответствии с идеологией ДБК, провозглашаемая экономическая эффективность такой организации сельского труда если и существует, то не в интересах всего общества, а только в частных интересах одного класса — сельской буржуазии[23].

Хотя ДБК объясняет свои действия в социально-экономических терминах, участники этого движения продолжают связывать себя с восставшими жителями поселения Кандус и их якобы хилиастической идеологией[24], которая в исторической перспективе как бы оправдывает руководителей и участников того восстания, потерпевшего полное поражение[25], а также придаёт «тайный высший смысл» деятельности самого ДБК[26].

На ранних этапах организации Движения безземельных крестьян большую роль сыграли идеи, перенятые у католических общин[27]. Идеология и практике ДБК во многом основана на принципе «частная собственность должна выполнять социальные функции», содержащемся в социальной доктрине Католической церкви[28]. Данный принцип получил развитие в XIX веке[29] , а после издания в 1891 году энциклики «Rerum Novarum» римским папой Львом VIII вошёл в официальную католическую доктрину[30]. А накануне военного переворота 1964 года, Президент Бразилии Жуан Гуларт провозгласил его в своей знаменитой речи на «Центральном ралли» (проводилось недалеко от крупнейшей железнодорожной станции Рио-де-Жанейро), в которой он заявил о предстоящих социальных и политических реформах, а также о своём намерении национализировать более 600 га земель, расположенных вблизи федеральных объектов (водохранилищ, автомобильных и железных дорог). Это вызвало огромное сопротивление консерваторов, приведшее к свержению Гуларта[31]. Тем не менее, подобный принцип был формально принят бразильским католическим духовенством и в 1980 году, когда на Национальной конференции бразильских епископов (CNBB) был принят документ «Церковь и земельные проблемы», признающий и защищающий требования общественных прав на землю[32].

В истории бразильской конституции, земельная реформа — понимаемая в терминах публичного управления природными ресурсами[33] — впервые была установлена как руководящий принцип для правительства в части III статье 157 Конституции Бразилии 1967 года, с целью институционализировать авторитарный политический консенсус, достигнутый после государственного переворота, произошедшего в 1964 году. Военная диктатура намеревалась использовать земельную реформу в охранительных целях: для создания класса консервативных мелких фермеров — как «прослойки» между латифундистами и сельским пролетариатом[34]. В 1969 году, в самый разгар репрессий, текст конституции был изменён декретом военной хунты, имевшей полную власть во время болезни военного президента Артура да Коста-и-Силва. В качестве компенсации за землю, изымаемую государством для осуществления такой земельной реформы, её бывшим владельцам давались не деньги, а государственные облигации. По действовавшему тогда закону, земельная реформа могла проводиться только таким образом (Ст. 157, § 1º, с изменениями, внесёнными «Institucional Act no. 9, 1969»).[35].

Земельная реформа и Конституция 1988 года[править | править вики-текст]

Принцип «земля выполняет социальные функции» был заложен и в ныне действующую Конституцию Бразилии, принятую в 1988 году (статья 5, XXIII). В соответствии с этим, Конституция требует, чтобы Правительство Бразилии «экспроприировало в целях аграрной реформы сельскую собственность, не выполняющую свои социальные функции» (статья 184).

В соответствии со статьёй 186 бразильской конституции, эта социальная функция выполняется только в том случае, если:

  • собственность используется рационально и адекватно;
  • доступные природные ресурсы используются адекватно, и при этом осуществляется охрана окружающей среды;
  • соблюдаются требования, касающиеся трудовых отношений;
  • такое использование способствует процветанию как собственника, так и работников.

Так как эти требования не являются полностью однозначными и объективно определёнными, принятие конституционного принципа «общественного интереса» в земельной реформе представляется «палкой о двух концах». Вопреки тому факту, что принцип «общественного интереса» был принят за основу, его претворение в жизнь натолкнулось на лоббистское сопротивление землевладельцев, которые в 1985 года объединились в организацию «Демократический союз сельских людей» (ДССЛ) (англ. União Democrática Ruralista). ДССЛ развивался одновременно с ДБК. Даже после общепризнанного самороспуска этого союза в начале 1990-х годов, он, по всей видимости, продолжает существовать в форме неформальных взаимоотношений между землевладельцами.[36].

В отсутствии достаточно чёткой и последовательной политики правительства по осуществлению земельной реформы во исполнении требований новой конституции, конкретные действия могут осуществляться и заинтересованными общественными движениями, посредством вполне законных действий и процедур — но это затруднительно и требует много времени.

Это приводит к тому, что все стороны земельного конфликта начинают всё чаще прибегать к «более неформальным» средствам. «В то время, как крупные землевладельцы стараются выгнать сквоттеров со своей земли, сквоттеры могут применять насилие для пресечения институциолизированного вторжения с последующей экспроприацией земли … насилие обязательно для обеих сторон для достижения ими своих целей»[37]. Заявления вроде этого порождают споры и разногласия относительно сомнительной законности действий ДБК, добивающегося социальной справедливости таким вот образом[38].

Члены ДБК утверждают, что непродуктивные сельские земли не выполняют социальных функций, и это даёт право на самовольное занятие таких земель. Стратегия ДБК – «оккупировать» таким образом всё больше и больше земли, вплоть до всей территории Бразилии[39], с последующей легализацией такого самозахвата. Интересы ДБК представляют адвокаты публичных интересов, в том числе и собственные юристы движения, сыновья и дочери участвующих в нём семей. Это сближает ДБК с другими общественными организациями вроде «Terra de Direitos» – правозащитной организации, одним из основателей которой был Дарси Фриго (Darci Frigo), лауреат Правозащитной премии Кеннеди (англ. Robert F. Kennedy Human Rights Award) 2001 года. Суды могут, в конечном счёте, выносить как решения, предписывающие семьям сквоттеров покинуть занятую ими землю, так могут и отклонять ходатайства землевладельцев и временно разрешать скоттерам оставаться там и заниматься фермерством, обеспечивающим им средства к сущетствованию – до тех пор, пока Бразильский национальный институт колонизации и аграрной реформы (англ. Brazil's National Institute for Colonization and Agrarian reform (INCRA)) – федеральное агентство, ответственное за проведение земельной реформы в Бразилии – сможет подтвердить, что самовольно занятые земельные участки действительно являются непродуктивными. Законная деятельность Движения безземельных крестьян (судебные процессы и т.п.) направлена именно на такую легализацию владения землёй[40]. Но бразильские суды чаще оказываются на сторону землевладельцев и обвиняют членов ДБК в преступлениях, которые некоторыми людьми считаются «несерьёзными и странными»[41]; например, в 2004 году был случай самозахвата земли в Пернамбуку, после которого судья выдал ордер на арест ряда членов ДБК, назвав их очень опасными преступниками[42]. И тем не менее, есть ещё много случаев, когда отдельные судьи были благожелательны к ДБК[43]. Высшие суды Бразилии требования ДБК принимают с оговорками. В феврале 2009 года Президент верховного суда Бразилии Гилмар Мендес (англ. Gilmar Mendes) заявил, что ДБК вовлечено в «беззаконную» деятельность, высказался против выделения общественных денег на это, и поддержал «адекватную» юридическую ответственность за самовольный захват земли[44].

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Anders Corr, No trespassing!: squatting, rent strikes, and land struggles worldwide. New York: South End Press, 1999, ISBN 0-89608-595-3, page 146
  2. Herbert Girardet, ed. Surviving the century: facing climate chaos and other global challenges. London, Earthscan, 2007, ISBN 978-1-84407-458-7, page 185
  3. Dave Hill & Ravi Kumar, eds., Global neoliberalism and education and its consequences. New York: Routledge, 2009, ISBN 978-0-415-95774-8, page 146
  4. "Nossos objetivos". MST page, [1]. Retrieved September 1, 2012
  5. James Deborah Gaining Ground? Rights and Property in South African Land Reform. — New York, New York: Routledge Cavendish, 2007. — P. 148–149. — ISBN 0-415-42031-8.
  6. About the MST on mstbrazil.org. Accessed September 9, 2006.
  7. Michael Moran,Geraint Parry, eds., Democracy and Democratization. London: Routledge, 1994, ISBN 0-415-09049-0, page 191; Arthur MacEwan, Neo-liberalism Or Democracy?: Economic Strategy, Markets, and Alternatives for the 21st Century. London: Zed Books, 1999, ISBN 1-85649-724-0, page 148
  8. Christian Parenti, Tropic of Chaos: Climate Change and the New Geography of Violence. New York: Nation Books, 2011, ISBN 978-1-56858-600-7, page 161
  9. Michael Lipton, Land Reform in Developing Countries: Property Rights and Property Wrongs London: Routledge, 2009, ISBN 978-0-415-09667-6, page 275 ; Rodolfo Stavenhagen, Between Underdevelopment and Revolution: A Latin American Perspective. New Delhi: Abhinav, 1981, pg.10;Carlos H. Waisman,Raanan Rein, eds., Spanish and Latin American Transitions to Democracy. Brighton: Sussex Academic Press, 2006, ISBN 1-903900-73-5, page 156/157
  10. Bernardo Mançano Fernandes, "The MST and Agrarian Reform in Brazil". Socialism and Democracy online, 51, Vol. 23, No.3, available at [2]
  11. Carlos Ignacio Pinto. A Lei de Terras de 1850. Klepsidra.net. Проверено 14 августа 2012.
  12. Robert M. Levine, John Crocitti, eds., The Brazil Reader: History, Culture, Politics. Duke University Press, 1999, ISBN 0-8223-2258-7, page 264
  13. Wendy Wolford, This Land Is Ours Now: Social Mobilization and the Meanings of Land in Brazil. Duke University Press, 2010, ISBN 978-0-8223-4539-8, pages 38 sqq.
  14. Candace Slater, Trail of Miracles: Stories from a Pilgrimage in Northeast Brazil. Berkley: University of California Press, 1986, ISBN 0-520-05306-0, page 45
  15. Michael L. Conniff, Frank D. MacCann, eds., Modern Brazil: Elites and Masses in Historical Perspective. The University of Nebraska Press, 1991, ISBN 0-8032-6348-1, page 133
  16. Sarah R. Sarzynski, History, Identity and the Struggle for Land in Northeastern Brazil, 1955--1985. ProQuest, 2008: page 284
  17. Candace Slater, Stories on a String: The Brazilian Literatura de Cordel. University of California Press, 1982, ISBN 0-520-04154-2, page 210, footnote 10
  18. Anthony L. Hall, Developing Amazonia: deforestation and social conflict in Brazil's Carajás Programme. Manchester University Press: 1991, pages 188/189
  19. José Carlos Reis, As identidades do Brasil: de Varnhagen a FHC. Rio de Janeiro: FGV, 2007, ISBN 978-85-225-0596-8, V.1, page 164
  20. Sam Moyo & Paris Yeros, eds., Reclaiming the land: the resurgence of rural movements in Africa, Asia, and Latin America. London, Zed Books, ISBN 1-84277-425-5, page 342
  21. Ronald H. Chilcote, ed. - Protest and resistance in Angola and Brazil: comparative studies. Berkeley: University of California Press, 1972, ISBN 0-520-01878-8, page 191
  22. James F. Petras, Henry Veltmeyer, Cardoso's Brazil: a land for sale. Lanham, Rowman & Littlefield, 2003, ISBN 0-7425-2631-3, page 17
  23. Luiz Bezerra Neto, Sem-terra aprende e ensina: estudo sobre as práticas educativas do Movimento dos Trabalhadores Rurais. Campinas, SP: Autores Associados, 1999, ISBN 85-85701-82-X, page 30
  24. Robert M. Levine, Vale of tears: revisiting the Canudos massacre in northeastern Brazil, 1893–1897. Berkeley: University of California Press, 1995, ISBN 0-520-20343-7, page 65
  25. Angela Maria de Castro Gomes & others, A República no Brasil. Rio de Janeiro: Nova Fronteira, 2002, ISBN 978-85-209-1264-5, page 118
  26. Ruth Reitan, Global Activism. Abingdon: Routledge, 2007, ISBN 0-203-96605-8, page 154
  27. Edward L. Cleary, How Latin America Saved the Soul of the Catholic Church. Mahwah, NJ, Paulist Press, 2009, ISBN 978-0-8091-4629-1, page 32; Angus Lindsay Wright & Wendy Wolford, To inherit the earth: the landless movement and the struggle for a new Brazil. Oakland, Food First Books, 2003, ISBN 0-935028-90-0, page 74
  28. Petras & Veltmeyer, Cardoso's Brazil, 18
  29. Sándor Agócs, The troubled origins of the Italian Catholic labor movement, 1878–1914. Detroit: Wayne State University Press, 1988, ISBN 0-8143-1938-6, page 25; Scott Mainwaring, The Catholic Church and politics in Brazil, 1916–1985. Stanford: Stanford University Press, 1986, page 55
  30. Charles C. Geisler & Gail Daneker, eds. Property and values: alternatives to public and private ownership. Washington DC: Island Press, 2000, ISBN 1-55963-766-8, page 31
  31. Há 45 anos do comício da Central do Brasil. Socialismo.org.br. Проверено 14 августа 2012.
  32. José de Souza Martins, Reforma agrária: o impossível diálogo. São Paulo: EDUSP, 2004, ISBN 85-314-0591-2, page 104
  33. Albert Breton, ed., Environmental governance and decentralisation. Cheltenham, UK: Edward Elgar, 2007, ISBN 978-1-84720-398-4, page 52
  34. Peter Rosset, Raj Patel, Michael Courville, Land Research Action Network, eds. Promised land: competing visions of agrarian reform. New York: Food First Books, ISBN 978-0-935028-28-7, page 266
  35. For the text of the 1967 Constitution, see
  36. Sonia Maria Ribeiro de Souza & Anthonio Thomaz Jr, "O Mst e a Mídia: O Fato e a Notícia". Scripta Nova, Vol. VI, no. 119 (45), 1st. August de 2002, available at [3]
  37. Artur Zimerman, "Land and Violence in Brazil: A Fatal Combination". LASA paper, page 9. Available at [4]. Retrieved December the 20th.2011
  38. Roberto Gargarela, "Tough on Punishment: Criminal Justice, Deliberation, and Legal Alienation". IN Samantha Besson, José Luis Martí, eds. Legal Republicanism: National and International Perspectives. Oxford University Press, 2009, ISBN 978-0-19-955916-9, page 168
  39. Eugene Walker Gogol, The concept of Other in Latin American liberation. Lanham, MD: Lexington Books, ISBN 0-7391-0331-8, page 311
  40. James K. Boyce, Sunita Narain, Elizabeth A. Stanton, Reclaiming nature: environmental justice and ecological restoration. London: Anthem Press, 2007, ISBN 1-84331-235-2, page 134; Peter P. Houtzager, The movement of the landless (MST) and the juridical field in Brazil. Institute of Development Studies, 2005
  41. Wilder Robles-Cameron, D. Phil. Thesis, University of Guelph. Dept. of Sociology & Anthropology, 2007: Peasant mobilization, land reform and agricultural co-operativism in Brazil. page 160. Available at [5]
  42. Jayme Benvenuto Lima Jr., ed: Independence of Judges in Brazil. Recife: GAJOP/Bagaço, 2005, page 89. Available at [6]. Retrieved December 12, 2011.
  43. Например, в августе 1999 года судья Высшего Суда Руи Портанова (Rui Portanova) отменил решение суда первой инстанции о выселении членов ДБК с земли, находящейся в частной собственности землевладельца. Судья дал такое обоснование принятому решению:

    Перед тем, как применить закон, судья обязан принять во внимание социальные аспекты рассматриваемого дела: последствия применения закона, правомерность (легитимность) самого применяемого закона и напряжённость столкновения интересов. Члены ДБК – безземельные трудящиеся, которые хотят выращивать сельхозпродукцию, способную накормить и обогатить Бразилию, находящуюся в глобализованном и голодающем мире… Однако, Бразилия заставляет её поворачивать назад к ним, когда исполнительная власть предлагает деньги банкам… Законодательная власть хочет принять законы о прощении долгов крупных фермеров. Пресса обвиняет ДБК в насилии. Вопреки всему этому, безземельные люди надеются, что смогут своими руками выращивать и собирать собственный урожай, и об этом и поют, и молятся. Федеральная Конституция и статья 5… допускают достаточно широкое толкование, и позволяют истолковать себя в пользу ДБК… Действуя в рамках параграфа 23 статьи 5 Федеральной конституции [гласящего, что земельная собственность должна нести социальные функции], я приостанавливаю [выселение.]

    — Decision #70000092288, Rui Portanova, State Court of Rio Grande do Sul, Porto Alegre

  44. Mendes condena ações de sem-terra em Pernambuco e São Paulo. G1 newssite, 25 February 2009, available at [7]