Ольдерогге, Дмитрий Алексеевич

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Дмитрий Алексеевич Ольдерогге
Olderogge.jpg
Дата рождения 23 апреля (6 мая) 1903(1903-05-06)
Место рождения Вильна,
Российская империя
Дата смерти 30 апреля 1987(1987-04-30) (83 года)
Место смерти Ленинград,
РСФСР, СССР
Страна Flag of the Soviet Union.svg СССР
Научная сфера лингвистика, история, этнография, африканистика
Место работы ЛГУ, Кунсткамера
Альма-матер Ленинградский университет
Учёная степень доктор исторических наук
Награды и премии
Орден Ленина Орден Трудового Красного Знамени Орден Дружбы народов
Орден «Знак Почёта» Орден «Знак Почёта» SU Medal For the Defence of Leningrad ribbon.svg

Дми́трий Алексе́евич Ольдеро́гге (23 апреля (6 мая) 1903, Вильна — 30 апреля 1987, Ленинград) — советский африканист, этнограф, историк и лингвист, один из основателей африканистики в СССР и организатор музейного дела; член-корреспондент АН СССР (1960). Автор трудов по египтологии, истории, этнографии (системы родства), культуре, искусству и языкам народов Тропической Африки[1].

Биография[править | править код]

Родился в семье офицера Алексея Ольдерогге, представителя знатного голштинского рода, подарившего России многих военных и гражданских специалистов, и Глафиры Шульц, дочери старшего врача Санкт-Петербургского почтамта. Племянник Владимира Ольдерогге. [2] С 1906 г. проживал в Санкт-Петербурге. Поступив в 1912 г. в Первый кадетский корпус, закончил там шесть классов.[3] В 1919 г. бежал за границу отец, что вынудило Дмитрия браться за самую разную работу и бессистемно получать дополнительное образование.[4]

В 1920 г. Ольдерогге вступил в ряды Красной Армии, где проходил службу в статистическом отделении штаба одной из воинских частей и в боевых действиях не участвовал. За два года он дослужился до помначштаба и от своей части был направлен на учёбу в Петроградский университет (этнолого-лингвистическое отделение факультета общественных наук). [3][5] По собственному признанию, основным интересом Ольдерогге были законы общественного и исторического развития — происхождение государства и др. Он планировал заниматься этой проблематикой на ассирийском материале, однако отсутствие на тот момент в университете такой специализации привело его в египтологию.[6]

Вскоре после окончания университета в 1925 г. Дмитрий, назначенный научным сотрудником 2-го разряда отдела Африки Академического музея антропологии и этнографии (ныне Кунсткамера), приобрел ещё одну специализацию. Профессор ЛГУ, видный этнограф Лев Штернберг порекомендовал направить его в командировку в Германию, Нидерланды и Бельгию для освоения передового зарубежного опыта в области этнологии Африки.[3]

В октябре 1927 — апреле 1928 гг. исследователь получил в Западной Европе высококлассную лингвистическую, этнографическую и музееведческую подготовку и в результате стал своего рода посредником между мировой и отечественной африканистикой.[7] Ближе к концу пребывания в Бельгии Ольдерогге было предложено посетить Бельгийское Конго, однако обстоятельства вынудили его отказаться.[8] [9]

По возвращении в СССР Ольдерогге приступил к созданию советской системы университетского изучения африканских языков и дисциплин, связанных с Африкой (этнографии и пр.). Первым большим опытом стал его курс суахили в Ленинградском Восточном институте. В дальнейшем Ольдерогге стал одним из трех человек, добившихся включения африканских языков с 1934—1935 учебного года в учебную программу ЛИФЛИ (с 1937 г. — в составе ЛГУ), после чего стал там руководителем цикла преподавания языков банту, включавшего курс суахили, зулу и африканистические дисциплины. За т. н. семито-хамитский цикл преподавания, к которому были отнесены языки хауса и амхара, отвечал Н. В. Юшманов.[10]

Параллельно идет и движение Ольдерогге вверх по карьерной лестнице. В 1929 г. он становится в Музее антропологии и этнографии (МАЭ) научным сотрудником первого разряда и заведующим отделом Африки, во главе которого останется до 1986 г. В 1935 г. ему без защиты диссертации присуждается ученая степень кандидата этнографии. С 1936 по 1940 гг. учёный исполняет обязанности заместителя директора Института антропологии и этнографии АН СССР — директора МАЭ. [11]

На фоне массовых репрессий 1930-х гг., помня о своем «неблагонадежном происхождении», Ольдерогге практически перестал печататься, чтобы не давать своими научными выводами лишних поводов для преследований.[12] При этом помогал деньгами оказавшемуся в заключении палеоазиатоведу Ерухиму Крейновичу.[13]

В начале Великой Отечественной войны Ольдерогге, имевший звание капитана запаса, некоторое время участвовал в подготовке оборонительных рубежей, состоял в отряде гражданской обороны, занимался ликвидацией последствий бомбардировок Ленинграда зажигательными бомбами. Научную деятельность не прекращал даже в голодную зиму 1941—1942 гг.[14] В феврале 1942 г. умерла мать африканиста (похоронена в братской могиле на Пискаревском кладбище).[15] [16] В августе 1942 г. Ольдерогге вместе со многими другими учеными был эвакуирован в Ташкент, в мае 1944 г. вернулся обратно. Был награждён медалью «За оборону Ленинграда». [17]

В 1944 г. в составе ЛГУ возрождается Восточный факультет. С апреля 1946 г. кафедру египтологии и африканистики факультета (с 1950 г. — кафедра африканистики) бессменно возглавлял Ольдерогге.[18]

В марте 1945 г. Ольдерогге защищает докторскую диссертацию на соискание ученой степени доктора исторических наук по теме «Кольцевая связь родов или трехродовой союз (gens triplex)»[19], которая так и не была опубликована полностью из-за недовольства влиятельных научных функционеров степенью идеологической выдержанности работы.[20]

В 1953 г. труд Ольдерогге был отмечен высшей наградой СССР — орденом Ленина.[21]

Период со второй половины 1950-х по конец 1960-х гг. ознаменовался для исследователя, долгое время не покидавшего пределов СССР, многочисленными рабочими поездками за рубеж. В его карьере на это время приходится абсолютный пик прямого общения с иностранными коллегами.

Первой после многолетнего перерыва заграничной командировкой стал визит в США в 1956 г. с целью участия в V Международном конгрессе антропологических и этнографических наук в Филадельфии. В следующем году Ольдерогге посещает Мюнхен, где выступает на 24-м конгрессе востоковедов.[21]

В 1958 г. он был приглашенным профессором в Варшавском и Краковском университетах в Польше[22]

На 1958—1960 гг. приходится интенсивная работа Ольдерогге в стране его первоначальной специализации — Египте. Так, в 1958 г. он посетил целый ряд египетских музеев, понаблюдал за современным укладом жизни в разных населенных пунктах, а также принял участие в праздновании 50-летнего юбилея Каирского университета и много общался с местными представителями исторической науки.[23] В 1960 г. Ольдерогге вместе с Б. Б. Пиотровским определял места в Египетской Нубии, где будущей советской экспедиции надлежало провести археологические раскопки перед затоплением района в рамках строительства Асуанской ГЭС.[24]

По инициативе И. И. Потехина Ольдерогге предлагалось стать заместителем директора вновь создаваемого Института Африки, однако он отказался. Он все-таки вошел в первый состав ученого совета института, куда, впрочем, больше не переизбирался. [25]

В 1960 г. африканист был избран членом-корреспондентом АН СССР (отделение литературы и языка).[26] Впоследствии он неоднократно участвовал в выборах в действительные члены Академии, но звание академика так и не получил.[27] Несмотря на это, даже статус члена-корреспондента был очень важен для представляемой им дисциплины, поскольку Ольдерогге до начала восьмидесятых оставался единственным африканистом с таким высоким положением в системе советской науки.[28] (В 1981 г. членом-корреспондентом стал директор Института Африки А. А. Громыко).

Весьма насыщенным в плане поездок за рубеж оказался 1961 г. Тогда Ольдерогге успел поработать приглашенным профессором в Сорбонне[22] и впервые оказаться в Западной Африке. В марте Ольдерогге посетил Сенегал. Там он по поручению АН СССР наладил ряд научных контактов[29], занимался работой по линии Советской ассоциации дружбы с народами Африки[24] и встретился с президентом Сенегала Леопольдом Сенгором, проявившим живой интерес как к советской африканистике, так и к исследованиям, проводившимся непосредственно Ольдерогге.[30] Визит в Мали в том же месяце аналогично проходил в составе делегации Советской ассоциации дружбы с народами Африки. Кроме того, учёный смог ознакомиться с работой центра малийской науки — исследовательского института в Бамако.[31]

С декабря 1963 по март 1964 г. Ольдерогге руководил советской лингвистической экспедицией в Мали. Визит ученых состоялся по приглашению местного правительства для оказания содействия в разработке письменностей для наиболее крупных языков республики (бамана, фула, сонгай, к которым впоследствии прибавились тамашек и хассания — местная разновидность арабского языка). За время экспедиции её участники собрали большой фонетический материал, на основании которого можно было делать соответствующие рекомендации о передаче тех или иных звуков с помощью французской графики. [32][33] Впоследствии, в 1966 г., когда в Бамако (столица Мали) под эгидой ЮНЕСКО проводилась конференция экспертов по стандартизации алфавитов для национальных языков Африки, в ней от Советского Союза принимала участие участница экспедиции 1963—1964 гг. Виктория Токарская[34], ученица Ольдерогге.[35]

В сентябре 1964 г. Ольдерогге привлекался к поискам Янтарной комнаты: ему было поручено выехать в Польшу и допросить на предмет местонахождения памятника культуры бывшего гауляйтера Восточной Пруссии Эриха Коха. Предполагалось, что немецкое происхождение и образование африканиста помогут в установлении контакта с допрашиваемым, и, судя по стенограммам бесед, от военного преступника действительно было получено немало интересных сведений, однако поиски комнаты с тех пор все равно не продвинулись.[36]

В 1966 г. по приглашению ЮНЕСКО Ольдерогге снова посещает Сенегал, где в Дакаре проходит Первый всемирный фестиваль негрских искусств.[37] В 1966 году награждён Русским географическим обществом золотой медалью имени Петра Петровича Семёнова[38].

В 1968 г. в составе делегации советских ученых африканист принял участие в работе VIII Международного конгресса антропологических и этнографических наук в Токио. В том же году он побывал в Эфиопии, где ему была вручена премия им. Хайле Селассие I.[21]

После 1968 г. у Ольдерогге начинаются проблемы с выездом за границу — так, например, в 1971 г. срывается запланированная поездка в Сенегал.[39] Точные причины такого положения дел неизвестны. По одной версии, в 1968 г. в Японии он позволил себе идеологически невыдержанные высказывания по ситуации вокруг Чехословакии[40], по другой — всему виной было самовольное посещение африканистом Рима и Лондона вместо возвращения в Москву сразу после визита в Эфиопию.[41]

С начала семидесятых влияние Ольдерогге и его школы на выбор направлений развития советской африканистики стало заметно снижаться ввиду всевозрастающего доминирования Института Африки в Москве.[27] С другой стороны, данный период времени ознаменовался продолжением международного признания ученого. В 1973 г. он был избран в иностранные (ассоциированные) члены французской Академии наук заморских стран[42] , а в 1975 г. стал членом-корреспондентом Британской Академии.[43] В 1979 г. в Лейпцигском университете им. Карла Маркса африканист получает медаль «За заслуги перед университетом» в знак признания его заслуг в подготовке научных кадров для ГДР.[44] На этом этапе карьеры Ольдерогге стал и кавалером престижных советских наград — ордена Трудового Красного Знамени в 1973 г. и ордена Дружбы народов десять лет спустя.[21] В 1985 г. он был приглашен преподавать в Оксфорд, однако воспользоваться предложением уже не успел, поскольку лечащие врачи настояли на неотложном решении возникших проблем со зрением.

Ольдерогге ушел из жизни 30 апреля 1987 г. Похоронен на Богословском кладбище Санкт-Петербурга.[45]

Личная жизнь[править | править код]

Был женат трижды (первый брак — с египтологом Милицей Матье). Двое детей, трое внуков.[46][47]

Вклад в науку[править | править код]

В исследовательской литературе можно встретить мнение, что Ольдерогге за свою продолжительную жизнь написал меньше, чем мог бы.[48] Кроме того, он старался публиковать результаты своей работы не в крупных журналах, а на страницах изданий, которым, по его мнению, цензура уделяла меньше внимания.[49] Несмотря на это, как его исследования, так и его организационная и педагогическая деятельность оставили заметный след в истории отечественной науки.

Видным российским африканистом В. Р. Арсеньевым вклад Ольдерогге был резюмирован как «формирование основы целого научного направления», которое, используя глубокое знание африканских культур, могло перейти к обобщениям более высокого порядка, касающимся «проблем теории первобытного общества, классообразования и становления государства». Также В. Р. Арсеньев подчеркивает важность работы Ольдерогге по подготовке и формированию коллектива, способного решать задачи упомянутого выше нового направления в науке и создание сплоченного коллектива (пусть даже данный коллектив распался после 1991 г. из-за причин социально-экономического характера). [50] С другой стороны, ведущий научный сотрудник Института Африки РАН В. Р. Филиппов дает фактически противоположную оценку: «Несмотря на энциклопедические познания и большое число учеников, нет оснований считать Д. Ольдерогге создателем оригинальной теории и собственной научной школы».[51]

Известный этнограф, антрополог и африканист В. А. Попов, оценивая роль Ольдерогге в развитии социологии первобытного общества, указывает, что именно ленинградским ученым было впервые введено в научный оборот понятие «эпигамия». Ольдерогге «показал несостоятельность концепции существования патронимии как универсальной формы социальной организации», «последовательно боролся с матриархатом как с марксистской догмой» и «вслед за У. Риверсом и А. Р. Рэдклифф-Брауном, окончательно установил истинное место малайского типа в исторической типологии систем родства». [52]

Ольдерогге участвовал в борьбе и с ещё одним значительным академическим заблуждением — т. н. «хамитской теорией», предполагавшей существование в Африке хамитской языковой семьи, представители которой также якобы имели общие расовые и культурные черты[53] В 1949 г. данная теория была подвергнута Ольдерогге острой критике в статье «Хамитская проблема в африканистике» (Советская этнография, № 3/1949), где автор продемонстрировал как лингвистическую и антропологическую несостоятельность подхода, так и его дискриминационный характер по отношению к прочим африканцам. Работа Ольдерогге была одним из первых ударов по «хамитской теории», однако изоляция советской науки от мировой в те годы помешала ленинградскому ученому популяризировать свои взгляды на Западе.

При этом в один год с выходом статьи Ольдерогге американский лингвист Джозеф Гринберг начал публикацию в журнале Southwestern Journal of Anthropology серии статей, посвященных новой классификации африканских языков. Гринбергом была предложена не только критика «хамитской теории» в лингвистике, но и обоснованная альтернатива ей — концепция афразийской семьи языков, прижившаяся в мировой науке. Как следствие, именно усилия Гринберга стали решающими в деле опровержения старых представлений.[54][55] Статья же Ольдерогге в итоге имела только локальное значение — так, по мнению африканиста Н. Б. Кочаковой, она стала «стимулом для российских африканистов к изучению путей и условий формирования самобытной государственности в доколониальной субсахарской Африке».[27]

В сфере педагогики Ольдерогге заявил о себе, став одним из пионеров преподавания африканских языков в СССР.[21] Он полагал знание африканских языков основой профессии африканиста и неуклонно проводил этот принцип в жизнь.[56] Кроме того, Ольдерогге во многом обеспечил и необходимую базу для изучения африканских языков — так, в 1961 г. под его редакцией вышел первый суахили-русский, а в 1963 г. — первый хауса-русский словарь.[57] Специалисты со знанием африканских языков, подготовленные кафедрой под руководством Ольдерогге, изначально составили кадровую основу для школ африканистики, возникавших в других вузах, — ИМО (МГИМО), ИВЯ (ИСАА), УДН. Кроме того, выпускники кафедры из государств соцлагеря играли важную роль в развитии африканских исследований в своих странах.[44]

Ольдерогге выступил основоположником практического и теоретического изучения языков манде в Советском Союзе. С подачи ученого в начале 1960-х гг. на Восточном факультете ЛГУ вели занятия по языкам манинка и бамбара африканские преподаватели, подготовившие первое поколение отечественных специалистов в этой области.[58] Возникшая школа мандеистики продолжает существование на базе СПбГУ и Кунсткамеры и в XXI в.[35]

Значителен вклад Ольдерогге в развитие отечественного музейного дела. Первые крупные опыты ученого в этой области относятся к 1936 и 1939 гг., когда в Кунсткамере под его руководством были организованы экспозиции «Абиссиния» и «Африка» соответственно. Последняя экспозиция позволила Ольдерогге в полной мере применить знания и навыки, приобретенные в Западной Европе в конце 1920-х гг.[59] Помимо организации выставок, систематизации и описания единиц хранения МАЭ, учёный активно занимался пополнением музейных коллекций. Так, во время командировок в Мали в 1961 и 1963—1964 гг. им было собрано значительное число предметов материальной культуры. В дальнейшем Ольдерогге содействовал и другим специалистам в доставке в СССР будущих музейных экспонатов, решая вопросы ввоза новых приобретений в СССР по линии МИД и Академии наук.[60]

Осознание значимости музейного дела получило отражение и в педагогических принципах Ольдерогге. Помимо безусловной необходимости знания африканских языков, его подход к подготовке африканистов делал особый акцент на изучении материальной культуры Африки, и его студенты всегда получали интенсивную музейную практику.[56]

Ольдерогге также известен как публикатор исторических источников и фольклорных материалов. Издание арабских источников по средневековой истории Африки, предпринятое по его инициативе, опередило аналогичные зарубежные проекты.[61] Ольдерогге содействовал и увеличению числа публикаций образцов устного творчества из зарубежных стран на русском языке в качестве председателя редакционной коллегии серии «Сказки и мифы народов Востока» и целого ряда отдельных сборников.[62]

Избранные авторские публикации[править | править код]

На русском языке

  • Малайская система родства//Труда института этнографии, т. 14. М., 1951.
  • Основные черты развития систем родства//Советская этнография, 1960, № 6.
  • Язык хауса: Краткий очерк грамматики, хрестоматия и словарь. Л.: Издательство Ленинградского университета, 1954
  • Народы Африки. М.: Издательство Академии наук СССР, 1954 (один из основных соавторов).
  • Искусство народов Западной Африки в музеях СССР. Л., М.: Искусство, 1958.
  • Западный Судан в XV—XIX вв.: Очерки по истории и истории культуры. М., Л.: Изд-во Акад. наук СССР, 1960.
  • Системы счета в языках народов Тропической и Южной Африки//Africana. Африканский этнографический сборник. XIII. Л.: 1982.
  • Эпигамия. М.: Наука, 1983.
  • История изучения африканских языков. М.: Наука, 1990 (посмертная публикация).

На иностранных языках

  • Die Gesellschaftsordnung Songhais im 15. und 16. Jahrhundert//Afrikanistische Studien. Nr.26 Berlin, 1955.
  • Osman dan Fodios Aufstand und seine Bedeutung//Akten des XXIV Orientalistenkongresses, München, 1957.
  • The origin of the Hausa language//Men and Cultures. Selected papers of the Fifth International Congress of Anthropological and Ethnological Sciences. Philadelphia: University of Pennsylvania Press, 1960.
  • Die Völker Afrikas: ihre Vergangenheit und Gegenwart. 2 Bde. Berlin : Dt. Verl. der Wiss., 1961
  • The Art of Africa: Negro Art from the Institute of Ethnography, Leningrad. London: Paul Hamlyn, 1969 (with Werner Forman).
  • Eine Swahili-Wortliste aus dem Jahre 1811 aus den handschrif tlichen Materialien von Admiral Krusenstern//Wort und Religion. Kalima na dini. Ernst Dammann zum 65. Geburtstag. Stuttgart: Evangelischer Missionsverlag, 1969.
  • The Hamitic Problem in Africanistics//African Notes: Bulletin of African Studies. Univ. of Ibadan. Vol. Vll, № I, 1971.
  • L’Armenie et L’Ethiopie au IV siecle (a propos des sources de 1’alphabet Armenien)//IV Congresso Internazionale di Studi Etiopici (Roma, 10-15 Aprile 1972). Tomo I. Roma: Aacademia Nazionale Del Linzei, 1974.
  • Migration and Ethnic and Linguistic Differentiations//General History of Africa. Volume I. UNESCO, 1981.
  • Sprache und gesellschaft in Afrika. Aspekte der Kulturgeschichte//Sozialer Wandel in Afrika und die Entwicklung von Formen und Funktionen afrikanischer Sprachen. Berlin: Akad.- Verlag, 1980.

Примечания[править | править код]

  1. Ольдерогге Дмитрий Алексеевич // Африка. Энциклопедический справочник. Т. 2. М.: Советская энциклопедия, 1987, с. 276.
  2. Осницкая И. ОЛЬДЕРОГГЕ.
  3. 1 2 3 Калиновская К.П. Дмитрий Алексеевич Ольдерогге. Столетие со дня рождения.
  4. Попов В. А. Новые данные к научной биографии Д. А. Ольдерогге // Немцы в Санкт-Петербурге: биографический аспект. Вып. 6. СПб, 2011, с. 461—462, 467—468.
  5. Татаровская И. Г. Д. А. Ольдерогге и его вклад в исследование мировоззрения африканских народов (на материале фольклора народов Африки)//Труды СГА, № 2/2010, с. 129.
  6. Попов В. А. Новые данные к научной биографии Д. А. Ольдерогге // Немцы в Санкт-Петербурге: биографический аспект. Вып. 6. СПб, 2011, с. 467—468.
  7. Попов В. А. Новые данные к научной биографии Д. А. Ольдерогге// Немцы в Санкт-Петербурге: биографический аспект. Вып. 6. СПб, 2011, с. 463, 472.
  8. А. Б. Давидсон. Патриарх (Д. А. Ольдерогге)//Становление отечественной африканистики, 1920-е — начало 1960-х. М.: Наука, 2003, с. 68.
  9. Д. А. Ольдерогге в письмах и воспоминаниях. СПб.: МАЭ РАН, 2003, с. 118.
  10. А. А. Жуков. Африканистика в университете//Очерки по истории Ленинградского университета. IV. Л.: Издательство Ленинградского университета, 1982, с. 104—105.
  11. Попов В. А. Новые данные к научной биографии Д. А. Ольдерогге // Немцы в Санкт-Петербурге: биографический аспект. Вып. 6. СПб, 2011, с. 463, 466.
  12. Давидсон А. Б. Дмитрий Алексеевич Ольдерогге и малоизвестная африканистика//Африканский сборник-2007. СПб.: Наука, 2008, с. 6.
  13. Репрессированные этнографы: Вып.2. М.: Восточная литература, 2003 с. 62-63.
  14. Ольдерогге Д. А. Наброски по воспоминаниям//Из истории Кунсткамеры. 1941—1945. СПб: МАЭ, 2003, с. 39-41.
  15. Попов В. А. Новые данные к научной биографии Д. А. Ольдерогге // Немцы в Санкт-Петербурге: биографический аспект. Вып. 6. СПб, 2011, с. 462.
  16. Блокада, 1941–1944, Ленинград: Книга Памяти.
  17. Ольдерогге Д. А. Наброски по воспоминаниям//Из истории Кунсткамеры. 1941—1945. СПб: МАЭ, 2003, с. 38, 41-42.
  18. Попов В. А. Новые данные к научной биографии Д. А. Ольдерогге // Немцы в Санкт-Петербурге: биографический аспект. Вып. 6. СПб, 2011, с. 466.
  19. Краткие сообщения. Институт этнографии имени Н. Н. Миклухо-Маклая, № 1/1946, с. 117
  20. Попов В. А. Новые данные к научной биографии Д. А. Ольдерогге // Немцы в Санкт-Петербурге: биографический аспект. Вып. 6. СПб, 2011, с. 472—473.
  21. 1 2 3 4 5 Осницкая И. ОЛЬДЕРОГГЕ Дмитрий Алексеевич.
  22. 1 2 A. Zhukov, P. J. Jaggar. Obituary. D.A. Olderogge//Studies in Hausa: Language and Linguistics. Routledge, 2015, p. xxix.
  23. Из истории науки и техники в странах Востока: сборник статей. Выпуск 2. М.: Издательство восточной литературы, 1961, с. 167.
  24. 1 2 Д. А. Ольдерогге в письмах и воспоминаниях. СПб.: МАЭ РАН, 2003, с. 142.
  25. А. Б. Давидсон. Патриарх (Д. А. Ольдерогге)//Становление отечественной африканистики, 1920-е — начало 1960-х. М.: Наука, 2003, с. 66-67.
  26. К. П. Калиновская. Памяти Дмитрия Алексеевича Ольдерогге (к девяностолетию со дня рождения)//Этнографическое обозрение, № 2/1994, с. 141.
  27. 1 2 3 Кочакова Н.Б. Дмитрий Алексеевич Ольдерогге. Взгляд из Москвы.
  28. D. M. Bondarenko, V. A. Popov. Dmitri Olderogge and his place in the history of Russian African anthropology//Social Anthropology. Vol. 13, Issue 02, June 2005, p. 217.
  29. Корнеев С. Г. Научные связи Академии наук СССР со странами Азии и Африки. М.: Наука, с. 319.
  30. Африка в воспоминаниях ветеранов дипломатической службы Т.2. М.: Издательский дом «XXI век — согласие», 2001, с. 34-35.
  31. Корнеев С. Г. Научные связи Академии наук СССР со странами Азии и Африки. М.: Наука, с. 310.
  32. Л. Е. Куббель. Экспедиция советских лингвистов в Республику Мали//Вестник АН СССР, № 9/1964, с. 96-98.
  33. Д. А. Ольдерогге в письмах и воспоминаниях. СПб.: МАЭ РАН, 2003, с. 151—193.
  34. United Nations Educational, Scientific and Cultural Organization. Meeting of a Group of experts for the unification of alphabets of national languages. Bamako, Mali, 28 February – 5 March 1966. Final report. Annex I, p. 3.
  35. 1 2 Группа манден.
  36. А. Саможнев. Янтарной комнате подобрали бункер.
  37. Д. А. Ольдерогге. Первый всемирный фестиваль негрских искусств в Дакаре//Советская этнография. № 3/1967, с. 145—154.
  38. Перечень награждённых знаками отличия Русского географического общества (1845—2012)
  39. Д. А. Ольдерогге в письмах и воспоминаниях. СПб.: МАЭ РАН, 2003, с. 89.
  40. А. Б. Давидсон. Патриарх (Д. А. Ольдерогге)//Становление отечественной африканистики, 1920-е — начало 1960-х. М.: Наука, 2003, с. 59
  41. Д. А. Ольдерогге в письмах и воспоминаниях. СПб.: МАЭ РАН, 2003, с. 63.
  42. Membres décédés.
  43. Deceased Corresponding Fellows. Архивировано 1 июня 2016 года.
  44. 1 2 А. А. Жуков. Африканистика в университете//Очерки по истории Ленинградского университета. IV. Л.: Издательство Ленинградского университета, 1982, с. 109.
  45. Попов В. А. Новые данные к научной биографии Д. А. Ольдерогге // Немцы в Санкт-Петербурге: биографический аспект. Вып. 6. СПб, 2011, с. 467, 473.
  46. Д. А. Ольдерогге в письмах и воспоминаниях. СПб.: МАЭ РАН, 2003, с. 24.
  47. Попов В. А. Новые данные к научной биографии Д. А. Ольдерогге // Немцы в Санкт-Петербурге: биографический аспект. Вып. 6. СПб, 2011, с. 462—463.
  48. Попов В. А. Новые данные к научной биографии Д. А. Ольдерогге // Немцы в Санкт-Петербурге: биографический аспект. Вып. 6. СПб, 2011, с. 464—465.
  49. А. Б. Давидсон. Патриарх (Д. А. Ольдерогге)//Становление отечественной африканистики, 1920-е — начало 1960-х. М.: Наука, 2003, с. 63.
  50. В. Р. Арсеньев. Д. А. Ольдерогге и «Ленинградская школа африканистики»// Востоковедение и африканистика в диалоге цивилизаций: XXV Международная конференция «Источниковедение и историография стран Азии и Африки», 22-24 апреля 2009: тезисы докладов. СПб: Вост. фак. СПбГУ, 2009, с. 104—105.
  51. Филиппов В. Р. В поисках теории: у истоков отечественной африканистики//IX Конгресс этнографов и антропологов России: Тезисы докладов. Петрозаводск, 4-8 июля 2011 г. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2011, с. 48.
  52. В. А. Попов. Д. А. Ольдерогге как исследователь систем родства и социальной истории первобытности//Востоковедение и африканистика в диалоге цивилизаций: XXV Международная конференция «Источниковедение и историография стран Азии и Африки», 22-24 апреля 2009: тезисы докладов. СПб: Вост. фак. СПбГУ, 2009, с. 131—132.
  53. См., например: G. T. Childs. An introduction to African languages. John Benjamins Publishing, 2003, p. 35.
  54. Croft, W. Joseph Harold Greenberg//Biographical memoirs. Vol. 90. Washington, D.C.: The National Academies Press, 2009, pp. 158—159.
  55. Merrit Ruhlen. A Guide to the World’s Languages: Classification. Stanford University Press, 1991, pp. 80-82.
  56. 1 2 К. П. Калиновская. Памяти Дмитрия Алексеевича Ольдерогге (к девяностолетию со дня рождения)//Этнографическое обозрение, № 2/1994, с. 144.
  57. Мячина Е. Н., Охотина Н. В. Дмитрий Алексеевич Ольдерогге // Известия Академии наук СССР. Серия литературы и языка, № 5. М.: Изд-во АН СССР, 1973, с. 465.
  58. ACTA LINGUISTICA PETROPOLITANA. Труды Института лингвистических исследований. Т. II, ч. 2. СПб.: Наука, 2006, с. 7.
  59. Сиим А. Ю. Отечественная африканистика: первый выход на международную музейную сцену // Африканский сборник-2007. СПб.: Наука, 2008, с. 514, 516—517.
  60. Арсеньев В. Р. Бамбара: культурная среда и овеществленный мир западносуданского этноса в коллекциях МАЭ РАН. СПб: Кунсткамера, 2011, с. 75-76.
  61. Иванова Е.И. МАТВЕЕВ ВИКТОР ВЛАДИМИРОВИЧ (1928—1995).
  62. Татаровская И. Г. Д. А. Ольдерогге и его вклад в исследование мировоззрения африканских народов (на материале фольклора народов Африки)//Труды СГА, № 2/2010, с. 130—131, 134.

Литература[править | править код]

  • Ольдерогге Дмитрий Алексеевич // Большая советская энциклопедия : [в 30 т.] / гл. ред. А. М. Прохоров. — 3-е изд. — М. : Советская энциклопедия, 1969—1978.
  • Давидсон А. Б. Патриарх отечественной африканистики: Из воспоминаний о Д. А. Ольдерогге // Восток. 1993. № 2;
  • Калиновская К. П. Памяти Д. А. Ольдерогге посвящается. К девяностолетию со дня рождения // Этнографическое обозрение. 1994. № 2;
  • Осницкая И. А. Голштинский род Ольдерогге на службе России // Курьер Петровской Кунсткамеры. СПб., 1995. Вып. 2/3;
  • Ethnologica africana. Памяти Дмитрия Алексеевича Ольдерогге. М., 2002;
  • Д. А. Ольдерогге в письмах и воспоминаниях. СПб., 2003;
  • Попов В. А. Д. А. Ольдерогге: шеф отечественной африканистики // Выдающиеся отечественные этнологи и антропологи ХХ в. М., 2004.

Ссылки[править | править код]

Предшественник:
Маторин, Николай Михайлович
и. о. директора Музея антропологии и этнографии
1936—1940
Преемник:
Кисляков, Николай Андреевич