Рогов, Иван Васильевич

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Иван Васильевич Рогов
Rogov IV.jpg
И. В. Рогов
Дата рождения 10 августа (22 августа) 1899(1899-08-22)
Место рождения Казань, Российская империя
Дата смерти 5 декабря 1949(1949-12-05) (50 лет)
Место смерти Рига, СССР
Принадлежность  СССР
Род войск пехота, ВМФ
Годы службы 19191949
Звание генерал-полковник береговой службы
Сражения/войны Гражданская война в России,
Великая Отечественная война
Награды и премии
Орден Ленина Орден Красного Знамени Орден Красного Знамени Орден Красного Знамени
Орден Красного Знамени Орден Ушакова I степени Орден Нахимова I степени Орден Красной Звезды
Медаль «За оборону Москвы» SU Medal For the Defence of Sevastopol ribbon.svg Медаль «За оборону Кавказа» Медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.»
Медаль «За победу над Японией» SU Medal For Valiant Labour in the Great Patriotic War 1941-1945 ribbon.svg SU Medal XX Years of the Workers' and Peasants' Red Army ribbon.svg SU Medal 30 Years of the Soviet Army and Navy ribbon.svg

Ива́н Васи́льевич Ро́гов (10 (22) августа 1899, Казань — 5 декабря 1949, Рига) — советский военный политработник, генерал-полковник береговой службы.

Юность[править | править код]

Из семьи кустаря. Русский. Жил и учился в Казани. В 1918 году вступил в РКП(б). В 1919 году окончил Казанскую губернскую школу общественных наук.

Гражданская война[править | править код]

С апреля 1919 года в Красной Армии. В годы гражданской войны — политрук роты, политрук батареи. С апреля 1920 года — военный комиссар санитарной части 12-й армии. С декабря 1920 года — военный комиссар санитарного поезда в Казани, 92-го и 91-го госпиталей в Казани.

Межвоенный период[править | править код]

В 1921 году — инструктор политического управления Запасной Армии в Приволжском военном округе, затем — инструктор политического отдела дивизии. С ноября 1922 года — ответственный организатор партработы 136-го стрелкового полка 16-й стрелковой дивизии Приволжского военного округа. С июня 1923 года — военком караульной роты, с декабря 1923 — помощник начальника главного артиллерийского склада по политической части, с ноября 1924 — военком 6-го отдельного понтонного батальона, с апреля 1926 — военком 1-го железнодорожного полка Ленинградского военного округа. С ноября 1927 года — военком 6-го топографического отряда, с марта 1931 — военком 3-го геодезического отряда Московского военного округа. С марта 1933 года — командир 3-го топографического отряда Ленинградского военного округа.

С марта 1936 года — военком 2-го управления военно-топографических работ в Харьковском военном округе. С декабря 1937 года — военком 23-й стрелковой дивизии Харьковского военного округа. С апреля 1938 года — военком Генерального Штаба РККА. С сентября 1938 года — член Военного Совета Белорусского Особого военного округа. 7 октября 1938 года утверждён членом Военного совета при народном комиссаре обороны СССР[1].

В марте 1939 года был переведён на флот и назначен начальником Главного политического управления Рабоче-Крестьянского флота СССР — заместителем Народного комиссара Военно-Морского флота СССР, хотя ранее ни дня не служил на флоте. Вскоре ему присвоено воинское звание армейский комиссар 2-го ранга. С марта 1939 года до конца жизни — член ЦК ВКП(б).

Великая Отечественная война[править | править код]

В этих должностях провёл всю Великую Отечественную войну. Занимался вопросами партийно-политической работы на флоте, укреплением дисциплины, политическим контролем над деятельностью командования. Одновременно с декабря 1943 по февраль 1944 года являлся членом Военного Совета Черноморского флота.

После войны[править | править код]

Могила Рогова на Новодевичьем кладбище Москвы.

10 февраля 1946 года избран депутатом Верховного Совета СССР 2-го созыва. В апреле 1946 года освобождён от занимаемых должностей во флоте и направлен в распоряжение Министра обороны СССР. С августа 1946 года — заместитель командующего войсками Прибалтийского военного округа по политической части.

Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.

Отзывы о И. В. Рогове[править | править код]

Писатель Александр Крон, служивший в годы войны на Балтийском флоте:

В сорок втором прибыл к нам на Балтику начальник Главного политуправления ВМФ армейский комиссар 2-го ранга Иван Васильевич Рогов. С этим могущественным человеком я за время своей службы встречался дважды и сохранил о нём добрую память. Во флотских кругах его называли Иваном Грозным — и не без оснований. Он был действительно крут, но в нём привлекала оригинальность мысли, шаблонов он не терпел.
Летняя кампания в то время была в разгаре, у подводников были успехи. Разобравшись в обстановке, Рогов выступил на совещании работников Пубалта с поразившей всех речью. «Снимите с людей, ежечасно глядящих в глаза смерти, лишнюю опеку, — говорил он.— Дайте вернувшемуся из похода командиру встряхнуться, пусть он погуляет в своё удовольствие, он это заслужил. Не шпыняйте его, а лучше создайте ему для этого условия…»[2]


Это была его вторая встреча с североморскими подводниками. В первый раз он посетил нас в июне и произвел на всех, с кем встречался, большое впечатление.

До этого мы знали Рогова только понаслышке, по рассказам тех, кто переводился из Москвы на Север или приезжал сюда в командировку. Отзывы в основном были уважительные, с трепетом в голосе, но не очень лестные для партийного работника: «Строг до несправедливости», «Лучше не попадаться ему на глаза», «Он в два счета может «омолодить» человека: снизить и в звании и в должности». Одним словом — «Иван Грозный». Это имя за Роговым закрепилось прочно.

В кают-компании береговой базы мы нередко слышали «страшные» рассказы заезжих товарищей о суровости начальника главного флотского политуправления. Но очень скоро забывали о них. От командира лодки или дивизиона до такого большого начальства — дистанция огромного размера. «Не нам попадаться на глаза Рогову, — рассуждали мы. — Для этого есть командующий флотом, член Военного совета, начальник политуправления, командир бригады, наконец». Для нас он был в общем-то абстрактной фигурой.

Но вот 2 июня, когда мы с Шуйским собирались в боевой поход на «Щ-403», нам вдруг приказали задержаться в губе Оленьей, где лодка выполняла дифферентовку. Полученный с сигнально-наблюдательного поста семафор был подписан оперативным дежурным штаба флота. «Что бы это значило ?» — недоумевали мы с Шуйским.

Вскоре показался идущий в направлении к лодке катер, на палубе которого стоял член Военного совета флота Александр Андреевич Николаев и с кем-то разговаривал. Когда катер подходил к борту, мы уже без труда догадались, что собеседником Николаева был Иван Васильевич Рогов.

Командир, комиссар и я встретили, как положено, начальство на палубе. Рогов тут же изъявил желание спуститься в отсеки, побеседовать с людьми. Мы сопровождали его.

Показался он немногословным, строгим — человеком такого типа, который больше любит слушать, чем говорить. При этом держался он как-то очень просто и доступно, не вызывая чувства страха или желания замкнуться. Рогов сразу взял верный тон разговора с людьми. Чувствовалось, что находится он в обстановке знакомой и привычной, интересуется всем со знанием дела и искренне, а не потому, что ему «положено интересоваться» по долгу службы. Говорил Рогов грамотно, четко и ясно, не подлаживаясь под псевдоматросский язык. И все прониклись сразу к нему доверием и симпатией. Вопросы его были коротки, затрагивали самое существо дела и побуждали к таким же коротким и деловым ответам.

Выяснив многое из того, что касалось наших нужд и затруднений как в боевой работе, так и в быту, он сразу же, на месте, решил некоторые вопросы, а другие предложил Николаеву записать, чтобы решить потом.

Визит Рогова был недолгим — не дольше, чем того требовало дело. Когда катер отошел от борта, Шуйский долго молчал, потом задумчиво произнес:

— Побольше бы таких «Грозных»...

В базу мы вернулись через десять суток. Рогова уже не было — он уехал в Москву. Но разговоры о его посещении долго ходили по бригаде. Он побывал на многих лодках. Был на «М-172» у Фисановича. Экипаж заварил его, что будет так же решительно, как и раньше, добиваться новых побед. На «Д-3» Рогов остался недоволен тем, что старшины и матросы имели мало наград.

— Лодка утопила столько кораблей, а у рядовых моряков только по одной медали. Куда это годится ? — говорил он. — В потоплении вражеских судов участвуют все, и рискуют жизнью все одинаково. Нельзя скупиться на награды для таких людей...

Таково было наше первое знакомство с Роговым. Безусловно, он принадлежал к числу умных и ярких партийных работников — прекрасных организаторов, всегда находящихся в гуще жизни, овладевших искусством руководства массами.

Колышкин И.А. "В глубинах полярных морей" М.: Воениздат, 1964. стр.191-192

Память[править | править код]

Имя И. В. Рогова носил большой десантный корабль Балтийского флота[3](1973—1995) и морской тральщик (1950—1957).

Воинские звания[править | править код]

Награды[править | править код]

Примечания[править | править код]

Литература[править | править код]

Источники[править | править код]

  • Военный совет при народном комиссаре обороны СССР. 1938, 1940 гг.: Документы и материалы. — М.: РОССПЭН, 2006. — 336 с. — 1000 экз. — ISBN 5-8243-0694-X.